Меня заметили практически сразу же. Едва я начал снижаться, как от Школы ко мне навстречу взвились две фигуры, которые довольно быстро достигли моей Тени. Один из них, в красной с золотом мантии повелительно поднял руку и проговорил ментально:

– Стой! Кто ты такой и зачем нарушаешь границы Штормхольда?

– Я путешественник и не замыслил ничего дурного, что могло бы навредить Школе и тем более ее ученикам. – Ответил я примирительно, зависнув неподвижно в воздухе.

– Окрестности Школы являются запретной территорией и без разрешения одного из Архимагов доступ в нее посторонним запрещен. Кто ты такой и что тебе нужно здесь?

– Я хотел бы побеседовать с основателем Школы. – Ответил я немного уклончиво.

– А захочет ли кто-то из основателей с тобой беседовать? – Ответил, ухмыльнувшись человек в красной мантии. – К тому же их у Школы четверо!

– Мне нужен тот, кто беседовал с Великим Лесом! – Произнес я, и стал внимательно разглядывать каждого из них, ловя возможные реакции на мои слова.

Двое встретивших меня магов переглянулись, при этом явно ведя между собой ментальный, приватный разговор, который я, как не старался, не смог подслушать. Через несколько минут один из них, тот, что был в красной мантии, растаял, эффектно уйдя очень точно созданным порталом, следы которого я хоть и с трудом, но все же заметил. Второй, жестом пригласив меня спуститься вниз, сопроводил меня до одной из четырех башен, в верхней комнате которой мы и расположились, я зависнув, а он утонув в мягком, кожаном кресле красно-коричневого цвета.

Комната, а точнее будет сказать небольшая, каменная зала была превращена в рабочий кабинет. У окна стоял массивный дубовый стол, на котором были разложены открытые свитки и лотки для них же, но уже скрученных и запечатанных. Дубовый стул с мягким кожаным сидением и высокой, резной спинкой стоял у стола с одного из его торцов, а вдоль длинных сторон столешницы, располагались стулья попроще. Напротив стола, в стену была врезана массивная дубовая дверь, по обеим сторонам которой стояли высокие шкафы с полками, на которых виднелись корешки книг. На стене справа висели зеленые штандарты с руной Земли, а в противоположную ей стену был встроен массивный, пылающий жарким огнем камин, с кованой решеткой и мраморной полкой над ним. На ней я заметил несколько стоявших рядами золотых и явно очень древних кубков, видимо служивших какими-то памятными наградами или выигранными призами.

Мы расположились в креслах, установленных у самого камина. Между нами стоял низенький круглый столик с напитками и корзиной с фруктами. Я рассматривал молчавшего пока мужчину, одетого в коричневую атласную мантию, отливающую сочными шоколадными оттенками. На спине и рукавах его мантии, золотыми нитями были вышиты руны Земли, которые иногда немного смещались, или же мне так казалось, в неровном свете ярко горящего камина.

Когда он откинул свой капюшон, я увидел, что человек этот был стар. Седая борода и пышные усы, переходящие в бакенбарды, окаймляли морщинистую кожу его лица. Испещренный старческими складками лоб, был похож на песчаный волнистый берег моря, причем не только по форме, но и по цвету кожи. Широкий нос был бугристым и наверняка довольно длинным, полностью его было не видно из-за пышных, седых усов скрывающих его кончик и ноздри. Лишь глаза, пристально и остро смотревшие сейчас на меня, выдавали не дюжую силу и мощь его далеко не старческого разума.

– Так кто же ты такой и зачем прилетел сюда, причем прилетел бестелесной сущностью, словно призрак или грязное умертвие. – Спросил он меня своим тихим, очень низким, почти шипящим голосом. – Говори прямо и честно, ибо ты сейчас полностью в моей власти. В этой башне, принадлежащей моему факультету Земли, мне не найдется соперников, дерзнувших бросить мне вызов. Это место силы для меня, как одного из четырех основателей Школы Волшебства. Заметь, я не пытаюсь тебя запугать, лишь обозначаю твои и свои возможности.

Я ощутил мощное давление на свой разум и одну за другой воздвиг все свои защиты. Одновременно я заглянул в астрал, чтобы убедиться в том, что если станет совсем туго, то я смогу улизнуть из реального мира. Но в астрале я увидел проекцию сидевшего напротив меня в точно таком же кресле главы факультета, растянувшего губы в легкой усмешке и, кивнув ему, остался в физическом мире. Давление не нарастало, но и не становилось более слабым, не смотря на мои попытки ослабить его. Либо мой собеседник не наращивал мощь, либо отрабатывали пока мои защитные барьеры. В любом случае я прилетел сюда не мериться с ним силами, а поговорить, поэтому ответил на заданный им вопрос ранее:

– Как уже мной было сказано, я путешественник. Этот мир заинтересовал меня, и я решил задержаться в нем, и побольше узнать обо всех его обитателях.

– И что же ты уже узнал? Как я услышал, ты говорил с Великим Лесом? – Собеседник говорил совершенно легко, словно и не давил на меня сейчас многотонным прессом.

– Я совсем недавно прибыл сюда. В разговоре с Великим Лесом я узнал об этой дрревней Школе и потому решил пообщаться с тем, о ком сам Лес отзывался при разговоре со мной крайне лестно.

Я подбирал слова и не собирался, по крайней мере сейчас, раскрывать все свои дела, справедливо полагая, что в данный момент говорю с одним из самых главных существ, определяющих жизнь всего этого мира. У меня не было желания раскрывать все свои карты и тем более рассказывать о драконах и об их исходе, потому что неизвестно как отреагируют сильные мира сего, на мое, по сути, самоуправство.

– Это было очень давно, еще до основания этой Школы, мне конечно лестно, что такой древний разум помнит тот наш недолгий с ним разговор. Но я спрашивал совсем не об этом. Кстати, мы еще не представились друг другу. Меня зовут Вельгор Бурый, я Высший Архимаг этой Школы, глава одного из четырех ее факультетов.

– Я Морон, путешественник по мирам и у меня действительно нет физического тела, только астральное. А кто был вторым, тот, что вместе с тобой встретил меня над Школой Волшебства? – Я решил представиться, потому как скрывать свое имя, после того как собеседник открыл мне свое, было бы как минимум неучтиво с моей стороны.

– Это был Агонир Алый! Он, так же как и я – глава одного из факультетов и основатель Штормхольда. – Не стал скрывать Вельгор.

– Видимо его факультет Огня? – Догадался я, с улыбкой, хотя защита моя уже начала трещать по швам, а энергия, подпитывающая ее, довольно быстро уходила.

– Не нужно быть самим великим пророком, чтобы определить это. Так что же привело тебя в этот мир? – Продолжал допытываться маг, как ни в чем не бывало.

– По пути сюда, я не раз натыкался на миры, богами которого являются Восемь. Эти миры были интересны, а этот понравился мне настолько, что я решил задержаться в нем на какое-то существенное время, чтобы, во-первых, как можно более подробно самому познакомиться с этим миром, а во-вторых, чтобы как следует отдохнуть от весьма затратных и зачастую весьма непростых перелетов через лимб. – Сказал я чуть запыхавшись от давящего на мой разум напряжения.

– Восемь наших богов – это дети Создателя этого мира. Мы почитаем их и даже возносим им свои молитвы, хотя помним и самого Создателя, хотя ни он ни мы, давно уже не можем уловить ответных импульсов силы друг от друга. Мы четверо основателей Школы, как и Владыка Великого Леса эльфов Эльсинор, еще помним времена, когда сам Создатель, лично являл нам себя в своих делах и проявлениях божественной силы. К сожалению, эти времена давно прошли, да и дети его все реже показываются в этом мире. Далее для нашего мира начался весьма непростой переходный период, когда Создатель перепоручил детям своим присматривать за нашим миром. Он ознаменовался здесь войной рас, которую смогли остановить лишь мы пятеро, это те, кого я перечислил выше. Люди и эльфы подписали в итоге договор, который составили мы впятером и с тех пор наш мир хоть и живет в мире, как бы это промасленно не прозвучало, но сам мир уже давно не тот. Дети не ведают всех Замыслов Создателя и потому зачастую бездумно экспериментируют, или того хуже – оказывают некое свое влияние, которое на данном этапе открыло дорогу Хаосу в наш мир. И только мы впятером, сейчас стоим на страже, не давая этому миру скатываться в тартарары. – Вельгор отпил из богато инкрустированного драгоценными камнями золотого тонкостенного кубка и взял в руку красивое и спелое аж до полупрозрачности краснобокое яблоко.

– Скажу даже больше, все миры, над которыми шефствуют Восемь, находятся сейчас под влиянием Хаоса. Поток деструктивной энергии открыт в каждом из их миров, что я недавно посетил. – Добавил к его описанию я новой информации.

Вельгор задумался и некоторое время мы сидели молча. Спуд давления не спадал, напротив он все сильнее ощущался и я не снимал своих защит, хотя они потихоньку уже доедали мою энергию. Наконец, Вельгор очнулся и проговорил, словно решив для себя какую-то весьма не простую задачу:

– Вот что я тебе скажу, Морон. Я решил, и все остальные главы факультетов уже подтвердили мое право оставить тебя в Школе. Ты знаешь и видел слишком многое, чтобы ограничивать нашу беседу несколькими беседами. Мы поможем тебе ассимилироваться в этом мире, а ты расскажешь нам то, что видел, а может еще попутно и научишь наших учеников тому, что знаешь сам об астрале и его дальних пределах.

– Хорошо! Я и прилетел сюда для того, чтобы здесь остаться. Но у меня будет одно условие! – С облегчением от его слов и от тут же, сразу после моего согласия прекратившегося давления на мой разум, согласился я.

– Слушаю, хотя и уже догадываюсь, о чем оно будет. Но лучше, если ты озвучишь свое условие сам. – Ухмыльнулся Вельгор себе в бороду.

– Мне нужно тело, в котором бы я мог жить и учить одаренных детей. Негоже, если их учителем станет Тень, или призрак, как назвал меня ты. – Выкрутился я.

– Договорились. Мы поможем тебе. Учебный год начинается через месяц, прошу за неделю или две до него прибыть в Штормхольд. Если ты к этому времени не сможешь самостоятельно найти себе подходящий вариант, я присмотрю для тебя его сам. Есть у меня на примете несколько вариантов. Ведь тебе, для этого нужен маг? А у меня есть несколько нерадивых, разочаровавших меня вконец, недавних выпускников нашего факультета. Если точнее, то не совсем, конечно, недавних, ну ты меня, как я думаю, сам прекрасно понял.

Вельгор жестом отпустил меня, и я быстро вылетел за пределы Школы и тут же ринулся в астрал. После беседы с главой факультета Земли, моя энергия балансировала на последней четверти запасов. Благословенный астрал принял меня как родного, и я тут же выставил все свои приемные рецепторы, накачивая оба моих сосредоточия силой. Как бы то ни было, я был доволен результатами весьма непростых переговоров и сейчас тупо блаженствовал в океане свободной энергии, покачиваясь на ее восходящих потоках, как на волнах бескрайнего, теплого океана.