В письме от 1 апреля 1913 года доктор Михаил Павлович Никитин благодарит возлюбленную Анфису за присланные букеты, которые были доставлены в день рождения средней дочери, пришедшийся на Благовещенье. В 1913 году праздник Благовещенья Пресвятой Богородицы по юлианскому календарю выпал на понедельник, 25 марта, что по григорианскому календарю соответствует 7 апреля. Средней дочерью Михаила Павловича была Ирина, родившаяся в 1908 году.

В письме от 16 июня 1914 года, фантазируя о совместной жизни с Анфисой и разделе детей с женой, Михаил Павлович, как мы помним, пишет, что “себе взял бы двух старших девочек”, то есть Ирину и Веру. По утрам школа, во второй половине дня воспитательница, “на которую можно положиться”. В письме Михаил Павлович размышляет: “Встречаясь с тобой и со мной, они будут находить ту ласку, которая так нужна детской душе”.

Вера и Ирина Никитины

26 ноября 1916 года влюблённый доктор сообщает, что отправил семью в Финляндию. В августе 1917 года, опасаясь голода, он решает оставить семью на зиму в Рыбинске. В сентябре того же года Ирину и Евгению отправляют в Симбирск. В 1918 году их выселяют из собственного дома, реквизируют имущество, вплоть до зимних пальто. Девочки живут с двоюродной бабушкой Маргаритой Антоновной Красниковой-Кузьминой в съёмной каморке на Мартынова и Смоленской в доме 56/15 (ныне – пересечение Радищева и Рылеева).

В 1928 году Ира Никитина, уже двадцатилетняя гражданка советского Ленинграда, окончила школу-девятилетку. 26 февраля 1937 года Маруся (Маргарита Антоновна) Кузьмина писала Веронике (дочери Анфисы от Михаила Павловича), что Ирина приехала из Москвы к самому концу гражданской панихиды по Михаилу Павловичу, поезд опоздал. Ирине двадцать восемь лет, она “хорошая хозяйка, жена и мать”, но “в смысле воспитания [детей] не на высоте, воспитанием руководит отец”. Отец – тот самый Борис Вавресюк, до ареста чуть меньше года, до расстрела – полтора. За четырнадцать лет до этого, 6 июля 1924 года, двадцатилетний Борис написал шестнадцатилетней Ирине:

Оставшись после ареста мужа с двумя дочерьми и, видимо, без средств к существованию, Ирина уже 9 марта 1938 года поступила учётчицей на трикотажную фабрику, образование у Ирины среднее. Продолжительное время она носила мужу в тюрьму передачи, не зная, что его уже нет в живых.

Ирина Вавресюк (Никитина)

4 марта 1941 года Ирина окончила четырёхмесячные курсы воспитателей детских садов. Рисование и лепка в аттестате оценены на отлично, знание Конституции – посредственно. Спустя почти три с половиной года после ареста мужа, 12 июля 1941 года, Ирина расторгает брак и возвращает себе девичью фамилию. 15 августа 1941-го принята бухгалтером на завод “Компрессор”, 16 октября уволена ввиду… далее неразборчиво. Именно на 16 октября 1941 года пришёлся апогей так называемой московской паники, вызванной приближением гитлеровских войск. 27 января 1947 года Ирина принята в Морской научно-исследовательский институт на должность комплектовщицы в ОТК. 28 января 1952 года уволена в связи с выездом из Москвы по месту работы мужа.

Ирина Михайловна и Лев Маркович (Лейба Менделевич) Клебанов

Мужем Ирины Михайловны на тот момент был Лев Маркович (Лейба Менделевич) Клебанов. На одной из сохранившихся фотографий Ирина Михайловна поправляет Льву Марковичу шляпу. Её жест трогательный и одновременно любовный. На другой размытой карточке она обнимает его, её глаза, что называется, светятся. С 1952 по 1960 год Ирина Михайловна жила в Хабаровском крае. Работала в том числе в тресте “Дальлесосплав”, была экономистом, фактуристом, заведующей столовой. На Дальний Восток она поехала вслед за мужем, который по причине государственной антисемитской кампании был вынужден покинуть Москву. Со 2 января 1962 года по 8 октября 1963-го работала заведующей столовой № 10 треста столовых Калининского района Москвы. 12 апреля 1962 года Ирине Михайловне назначена пенсия по старости в размере 52 рублей, 15 июня Ирина Михайловна вступает со Львом Марковичем в официальный брак. Церемония бракосочетания происходит в загсе Калининского района. С 1 января по 3 марта 1971 года Ирина Михайловна недолго проработала техником в московской школе-интернате № 10. В сохранившемся письме Ирины Михайловны сестре Евгении упоминаются её подработки на пенсии:

Мы с Лёвой работаем от агентства «Спортлото». Лёва оформился, я помогаю ему продавать карточки и билеты денежно-вещевой лотереи и ДОСААФ. Конечно, это тяжеловато, но лучше, чем лежать на пенсии. Пока силы есть, надо подработать.

Лев Маркович умер 11 июня 1981 года. Ирина Михайловна пережила его на шесть лет и умерла 13 июля 1987 года

22 сентября 1986 года дочь Ирины Михайловны Галина Борисовна подала заявление в исполком Калининского района Москвы.

Наша мать, Никитина Ирина Михайловна, вдова ветерана Великой Отечественной войны. Ей 78 лет, она тяжело больна, нуждается в постоянном уходе. Просим Вас дать разрешение на временное проживание с матерью женщине-пенсионерке, имеющей постоянную прописку в Москве.

Причиной заявления стало уведомление от начальника 32-го отделения милиции Калининского района А.П. Разгоняева от 16.09.1986 года – у Ирины Михайловны Никитиной в нарушение паспортной системы города Москвы проживает посторонняя гражданка. Нарушение начальник предписывает устранить в десятидневный срок. Осенью 1986 года дважды вдова Ирина Михайловна Никитина была советской пенсионеркой, нуждавшейся в сиделке, разрешение на которую ещё надо выхлопотать.

Напрашивается не абы какой вывод – мол, вот была прелестная девочка с белой лентой в волосах и с белой чашечкой в руках на детском празднике, наследница положения и состояния, а потом всё пошло наперекосяк: адюльтер отца, война, революции, реквизиции, голод, девятилетка; жена врага народа, учётчица, комплектовщица, столовщица, продавщица лотерейных билетов. Предугадать развитие судьбы нам не дано, но сохранить этот самый огонь в глазах мы можем попытаться. Ирине Михайловне это удалось – и, как знать, возможно, и мы, всматриваясь в зыбкие следы её жизненного пути, однажды постигнем её секрет.