ДЕВИЧЬИ ГАДАНЬЯ

от праздников ссыпчин, 1 ноября – См. Кузьминки, день памяти Кузьмы и Демьяна (бессребреников Космы и Дамиана – 1/14 ноября).

Завязывает лошади глаза… Святочное гаданье: девушка вскакивает на чужого коня, который должен отвезти её ко двору суженого, при этом считалось необходимым завязать коню глаза, а самой сесть лицом к его хвосту. Этот обычай порицал в своё время Н. Н. Страхов, издатель популярного журнала «Сатирический вестник» (1790–1792): он писал, что чаще всего такое гаданье заканчивалось тем, что девушка

ЗЕМЛЕДЕЛИЕ

Сланьем да овершьем (скирды) страды не бесчестят. – Сланье – от стлать, постилать; имеется в виду подстилка под скирду (стог) из соломы, веток или досок. Овершье – крупный сноп, которым покрывали скирду. От непогоды сланье и овершье портились. Смысл поговорки в том, что сланье и овершье хоть и портились от непогоды, но урожай благодаря им сохранялся.

Сеян лён у семи Олён. – Поговорка, приуроченная к 21 мая/ 3 июня – дню памяти равноапостольного царя Константина и матери его царицы Елены. (см. раздел «Праздники»).

Знать по цветэ, что идёт к матэ. – В «Толковом словаре» Даль приводит такое значение слова «мат»: «крайнее, гибельное положение, беда и конец».

Волотка (колос) на бородку, борода завить. – По окончании жатвы оставляли на поле несколько несжатых колосьев, которые «завивали», называя их «бородой», «бородкой». Этим жницы надеялись вернуть земле силу, потраченную ей на выращивание урожая. «Бороду» посвящали Илье-пророку или – реже – Николе Чудотворцу, приговаривая: «Вот тебе, Илья, борода, на лето уроди нам ржи и овса», «Батюшка Илья-борода! Уроди ржи, овса, ячменя и пшеницы».

Иван (15 мая) – вероятно, Даль ошибся: 15 мая по старому стилю отмечалась память Пахомия Великого («Пахомий тёплый»), а 8 мая (21-го по новому стилю) – день памяти Иоанна Богослова, которого в народе называли «Иван-пшеничник». К этому дню приурочены поговорки: «Иванов день. Паши пашню под пшеницу», «Загоняй кобылицу и паши землю под пшеницу».

На двенадцатой плеши мороз лопается (поверье). – В «Толковом словаре» Даля это выражение расценивается как шуточная приговорка: «в жестокий мороз насчитывают двенадцать плешивых». Поверье и действие относятся к разряду метеорологической магии; в славянском мире достаточно распространено представление о том, что, если при затянувшихся сильных морозах увидеть и пересчитать сорок плешивых мужиков, наступит потепление. Нередко поверье приурочивается ко дню Сорока мучеников (9/22 марта). В основе лежат по крайней мере два фактора: 1) вера в особые сверхъестественные способности плешивых, за счёт того, что лысина/плешь соотносилась со святостью (лысый возводится к индоевропейскому leuk – светить, светлый, блестящий; ср. диалектное лыситься – проясняться (о небе), лыска, лысуха, лысанко – наименования лошади или коровы с белым пятном на лбу), некоторым образом это подкреплялось и христианским обычаем выстригать макушку при посвящении в сан; 2) магией числа 40, с которым связываются представления о неопределённом множестве, предельности, наиболее значимых переходных моментах в жизни людей, в природных циклах и пр. «Двенадцать – с древности число сакральное, связанное с идеей кругового, завершённого временного отрезка, с полнотой и силой (12 месяцев года, 12 знаков Зодиака, сутки – это две половины по 12 часов, 12 святых апостолов); 12 называют дюжиной (ср. глагол сдюжить, т. е. справиться с чем-то непростым)».

Кошка костыль ставит… – иносказательно: поднимает заднюю лапу.

СУЕВЕРИЯ – ПРИМЕТЫ

Вторник Фоминой – поминки. – Во вторник Фоминой недели (см. раздел «Праздники») принято поминать усопших православных христиан, разделяя с ними радость Воскресения Христова, поэтому, с народной точки зрения, день именуется Радоница.

Гроза – милость Божья и следующие пословицы и суждения о грозе основаны на распространённом у всех славян представлении о громе и молнии как карающей силе, орудии Бога, Ильи-пророка или какого-либо сверхъестественного существа и вместе с тем как сила оплодотворяющая, связанная с небесной влагой и плодородием. Убитый громом человек считался либо праведником, либо большим грешником. Нельзя было тушить пожар, возникший от молнии, так как это Божий огонь, Божья милость или Божья воля.

…девки, когда кстят кукушку и кумятся. – На обширной русской территории к Вознесению или к Семику приурочивался обряд, получивший название «Крещение и похороны кукушки». Это был сугубо женский, часто только девичий обряд, который совершался тайно от мужчин, парней, иной раз и от взрослых и старых жителей деревни. К назначенному времени делали «кукушку» из пучка вырванной с корнем травы (где-то непременно из травы «кукушкины слёзы»), придавая ему человекообразный вид; могли использовать простую ветку, венок; «кукушкой» могла быть и специально сшитая тряпичная кукла, которую наряжали в девичий сарафан, украшали лентами, цветными лоскутками. В некоторых местах мастерили из щепочек гробик, куда и клали куклу-кукушку. Сам ритуал состоял из изготовления кукушки, кумления девушек, «похорон» кукушки или под берёзкой, или на ветке дерева, при этом «кукушку» покрывали платком и три раза перекрещивали. Участницы кумления целовались по очереди через согнутые ветки берёзы, обменивались крестами, бусами, платками, поясочками, затем ели яйца или приготовленную здесь же яичницу. Кумление сопровождалось особыми «кумитскими» песнями с обязательными словами-заклинаниями типа: «Ты кукушка ряба, ты кому же кума?», «Кумушки, голубушки, кумитеся, любитеся!». Покумившиеся девушки считались подругами на всю жизнь, чаще – до следующего кумления через год или только на срок праздника (Троицкую неделю, или от Вознесения до Троицы).

…в свайку играют – старинная русская народная игра, в которой большой толстый гвоздь с широкой шляпкой бросают так, чтобы попасть его острым концом в середину кольца, лежащего на земле.

«Верую» – первое слово Символа веры – молитвословия, в котором кратко изложены основы христианского вероучения.

Пускай Кострому в Волгу. – Кострома, Кострубонька, Костромушка – «персонаж одноимённого календарного обряда и хороводной игры, приуроченных к весенне-летнему периоду <..>. В ряде центрально-русских и поволжских регионов был известен обряд “похорон Костромы” <..>. Накануне или в сам день “похорон” изготовлялось чучело Костромы, на которое надевали женскую одежду. <..> Для изготовления чучела использовали преимущественно обмолоченный ржаной сноп (солому), иногда сорняки, прутья или же наряжали донце прядильного гребня». Чучело клали на носилки, несли по деревне, оплакивая, пародируя похоронную процессию; подойдя к реке, раздевали Кострому и бросали в воду. Иногда сжигали, оставляли в поле, реже – закапывали[106]. Название чучела – производное от «костра» – жёсткая часть растений, кора льна и конопли, оставшиеся после их трепания и чесания. В приведённой Далем пословице обыгрывается название чучела и Костромы – города, стоящего на берегу Волги.

Кум дарит крест, кума – ризки. – По обычаю, крёстный отец (кум) и крёстная мать (кума) должны одарить крестника и священника, совершающего крещение младенца: кум – принести крестик и заплатить священнику, а кума – подарить рубашонку и пелёнку или простынку (ризку), в которую принимают ребёнка после купели, священнику – полотенце.

А. Ф. Некрылова