ожалуй, самая неожиданная для женщины профессия – это палач. Трудно представить, но бывало и такое. Нет, головы женщины не рубили, но исполнять другие, менее тяжелые наказания им доверяли. Так, в указе Людовика Святого от 1264 года сказано: «Тот, кто злословил или поступил противозаконно, по судейскому решению будет высечен розгами лицом его пола, а именно: мужчина – мужчиной, а женщина – женщиной, без присутствия мужчин».

Другие нетипичные женские занятия, конечно, далеко не так эффектны. Так, например, в Париже существовала такая профессия, как «рекомендательница» – так назывались женщины, содержавшие то, что мы называем сейчас агентством по найму. В указе 1351 года (в котором фиксировалась оплата труда) им разрешалось брать 1 шиллинг 6 пенни за трудоустройство горничной и 2 шиллинга – за устройство сиделки. Хорошая сумма, учитывая, что горничная получала в год около 30 шиллингов и обувь.

Как уже упоминалось в главе про образование, работали женщины и учительницами. В конце XIII века, в частности, в Париже больше двадцати женщин были зарегистрированы как содержательницы элементарных школ для девочек. Учителями в этих школах, естественно, тоже были в основном женщины. В крупных торговых городах северной Италии школы для девочек тоже появились с XIII века, а вот в Германии их начали открывать только в XIV веке, когда распространилась традиция писать на немецком, а не только на латыни. Часть учительниц были бегинками (членами светско-духовного ордена, о котором надо говорить отдельно, но книги на это уже не хватит), часть – женами учителей-мужчин. Нередко супружеские пары открывали школу совместного обучения и занимались ею вместе, как в Бамберге, где городские власти постановили, что учитель и учительница должны состоять в браке друг с другом.

Еще одной на редкость распространенной женской профессией была работа каллиграфами и миниатюристами. Книг, как я уже говорила, писалось много, мастера требовались постоянно, а какое занятие может быть более подходящим и безопасным для женщины, чем работа в мастерской отца или мужа, да еще такая, которую можно делать, даже не выходя из дома?

Особенно много женщин, занимающихся каллиграфией и миниатюрой, было, разумеется, в Болонье, где переписывание текстов поставили на поток. Большинство из них остались безымянными, есть только упоминания, что в мастерских переписчиков работали как мужчины, так и женщины. Но некоторые имена архивы все же сохранили. Так, в контракте о продаже дома в 1271 году упоминается некая Донателла, миниатюристка и жена миниатюриста. В 1271–1272 годах каллиграф Монтанария, жена Онесто, получила заказ от флорентийского книготорговца Бенчивенне. В 1275 году Родольфо дель фу Родольфо поручил переписывание рукописи своей дочери Антонии. В 1279 году некая Аллегра, жена Ивано, обещала кармелиту, что перепишет для него Библию. Каллиграф Фландина из Тебалдино занималась ремеслом в 1268 году, Улиана де Бенвенуто из Фаенцы подписала контракт в 1289 году. В 1329 году каллиграфией занималась чета Бранка и Анастасио.

Есть примеры и из других стран. В XIII веке в Кельне работала вдова Тулла, специализировавшаяся на инициалах, а в XIV веке – некая художница Хильда, жена миниатюриста Йоана. В Париже в конце XIII века безымянная художница работала в школе миниатюристов со своим мужем, Ришаром из Вердена. Там же на Сенной улице в середине XIV века жила художница Томасе, а на улице Трусваш – художница Берго (в доме ее отца, Жана Черного, тоже миниатюриста). А вот от миниатюристки Кларисии сохранился даже автопортрет – в Псалтыри, датированной примерно 1200 годом, она изобразила себя в качестве «хвостика» буквы Q.

Агнес ван ден Боссе – художница XV века

Точная дата рождения Агнес ван ден Боссе неизвестна, но, вероятно, это было около 1435–1440 годов. Она происходила из уважаемой семьи художников, ее отец Тристран ван ден Боссе, вероятно, даже возглавлял гильдию художников Гента.

Конечно, жены и дочери часто помогали мастерам в работе, это было обычным делом. Но Агнес была не просто помощницей, а полноценным членом гильдии, и ее поручителем при вступлении туда был известный художник Йос ван Гент, который выступал в качестве поручителя даже у одного из величайших фламандских живописцев Хуго ван дер Гуса.

Агнес вышла замуж за Хейнрика Краббе, о котором ничего не известно (возможно, он тоже был художником, обычно женщины, имевшие право работать, выходили замуж за других членов своей гильдии), в 1468 году овдовела, и все это время продолжала работать.

Сохранилось немало записей 1470–80-х годов о выполненных ею для города заказах – в основном различные флаги и вымпелы, в том числе для украшения Гента к торжественному официальному визиту герцогини Марии Бургундской. Видимо, она работала в «команде» все того же ван дер Гуса, потому что самая большая сумма за подготовку города к визиту Марии была выплачена ему. Кроме того, Агнес расписывала балдахин для статуи Девы Марии в соборе Богоматери в Турне.

Надо уточнить, что роспись флагов была не самой почетной работой для художника, и по всей видимости, Агнес числилась, так сказать, во втором эшелоне мастеров. По крайней мере, не сохранилось никаких данных о том, чтобы ее приглашали расписывать алтари или рисовать портреты (хотя возможно, что такое и было, просто заказчики были не соборы и вельможи, а мелкие церкви и простые горожане).

Но тем не менее такое полноценное свидетельство того, что женщина во Фландрии XV века была членом гильдии художников и нанималась городскими властями для росписи флагов, дорогого стоит. Сохранилось немало сведений о женщинах-миниатюристках, расписывающих книги, но из женщин, занимающихся крупным форматом, Агнес единственная, кто известен по имени, да и вообще о ком есть достаточно достоверных сведений.

Единственная дошедшая до наших дней работа Агнес ван ден Боссе – хранящийся в краеведческом музее Гента городской штандарт «Дева Гента» с изображением Девы Марии и Льва. Он стал одним из серии флагов, заказанных городом в 1481–1482 годах по случаю праздненств.