адо сказать и несколько слов о лиценциатах – школярах, сдавших экзамен на магистра (или на доктора), имеющих лицензию на преподавание, но не получивших научное звание магистра или доктора.

Суть в общем-то в чем? В Средневековом университете обучение строилось не как в наше время, и строгого разделения на учителей и учеников не было. То есть были, конечно, Учителя – вот так, с большой буквы. Такие как Абеляр или уровнем пониже, но все же настоящие большие ученые или знаменитые профессора. Здесь я опять хочу провести параллель с современными театральными мастерскими, которые сохранили наибольшее сходство со средневековой системой образования. Там есть курс, который курирует один «мастер», и все студенты считаются его учениками, хотя изучают и кучу разных предметов у других преподавателей. Вот так и у средневековых школяров был всегда их главный Учитель, но он в принципе мог только читать лекции по одному (но самому важному) предмету, а все остальное преподавали другие доктора, магистры и даже бакалавры.

«Бакалавры, не переставая учиться, могли и сами преподавать, – пишет Петерсон. – Более того, университет даже рассчитывал на их преподавательский труд. На факультете семи свободных искусств их преподавательская деятельность всегда держалась в скромных границах, потому что преподавание здесь всегда считалось важным делом самих магистров, которых к тому же всегда было много на этом факультете. На медицинском факультете бакалавры могли читать школярам те книги, которые были прослушаны ими самими. На юридическом факультете обычно чтение сборников папского законодательства поручалось бакалаврам. Но особенно усиленной была деятельность преподавателей-бакалавров на богословском факультете. Так как по заведенному порядку доктора теологии были обязаны читать лекции только раз в две или три недели, председательствуя лишь на диспутах и участвуя в испытаниях и торжественных актах университета, то преподавание на богословском факультете в действительности велось силами бакалавров».

Тут я бы, наверное, провела параллель с современными аспирантами – они продолжают обучение, но сами при этом преподают какие-то вспомогательные дисциплины, проводят семинары, а иногда, при отсутствии у вуза преподавателей с научными степенями, и читают лекции.

Но, конечно, и в Средние века вести занятия в университете мог не любой бакалавр, а только тот, который имеет лицензию на преподавание. Причем они были разные – бакалавры, только ставшие таковыми, могли получить лишь ограниченную лицензию, дающую право на преподавание самых простых предметов. Основной же педагогический состав большинства университетов состоял из лиценциатов – бакалавров, сдавших магистерский или докторский экзамен, но не получивших степень.

Почему не все получали степень? Ответ простой – потому что за нее требовалось заплатить слишком большую сумму. Многим она была просто не по карману. Не говоря уж о том, что, кроме официальной пошлины, очень часто требовалось сделать дорогие подарки всем членам комиссии. Сломать эту коррупционную схему пытался еще папа Александр III в XII веке – тот самый, который своим декретом подтвердил права и свободы, дарованные университетам императором Фридрихом Барбароссой. Видимо, он действительно очень радел за образование. Но его требование давать магистерские и докторские степени бесплатно ни к чему не привело, университеты просто лишались официального дохода с присвоения степеней, а взятки членам комиссии давать все равно приходилось – кто может это отследить? Почти тысяча лет прошла с тех пор, а проблемы в системе образования остались все те же, что ни год – во всех странах мира скандалы с присвоением ученых степеней за взятки.