Наши 90-е. Сейчас многие забывают (или просто родились позже и не понимают), как это было.

Когда рухнул железный занавес, в Советский Союз потоком хлынуло… все. Вообще все. Чудовищный поток информации.

Для примера: конквистадоры пришли в Америку – и принесли с собой грипп и прочее. Для европейцев эти болезни были хоть и неприятны, но привычны, и, в принципе, с ними можно было жить. А аборигенов обеих Америк обычный грипп выкосил как страшная черная метла, куда там будущей испанке. Миллионы смертей. Просто у них не было иммунитета.

(Коренные народы в какой-то мере отомстили конквистадорам. Те вернулись в Старый Свет и принесли домой проклятое золото, табак, шоколад и – сифилис. До изобретения антибиотиков он был жуткой и неизлечимой болезнью.)

У нас же, советских людей, не было иммунитета от такого потока заведомо непроверенной информации. Точнее, было некоторое убеждение: если информация есть и предоставлена нам, значит, она правдива. К этому нас приучили годы советской власти. Даже несмотря на некое второе дно, картина мира для нас, советских людей, была вполне устойчивой. И тут все в один миг изменилось. Мы просто не умели отделять правду от неправды, у нас не было такого навыка. Мы словно из практически стерильной среды попали в трущобный квартал Дели. И поймали сразу пятьсот болячек, включая экзотические и редкие.

С одной стороны, у нас была чудовищная жажда информации, нового знания, новых впечатлений. С другой – мы не умели ее анализировать и сортировать, у нас не было нужных фильтров.

На выработку таких фильтров ушли годы. Но это в итоге оказалось практически бесполезным, потому что пришел Интернет.

Впрочем, сейчас разговор не об этом…

Я вот о чем. Такого всплеска веры в мистику, переселение душ, Блаватскую, тибетские гадания, спиритизм, колдовство, магию, парапсихологию, зеленых человечков, НЛО и зомби, масонов и телепатию, как было у нас на рубеже 80 – 90-х годов, пожалуй, не будет уже никогда[32]. Это было время чудес – и шарлатанов. Как говорил герой «Секретных материалов» агент Малдер: «Я хочу верить».

И мы хотели. И мы верили.