Первый рабочий день Айша встретила летящей походкой и в приподнятом настроении. Приведя в порядок форму у зеркала, она поспешила покинуть комнату.

– Ай! – вскрикнула она.

В коридоре, соединяющем общежитие с главным зданием, оказалось куда более людно, чем она ожидала. В спешке протискиваясь сквозь толпу, Айша чуть не упала. К счастью, ее вовремя подхватила стоявшая рядом девушка.

– Ты стажер, да? На работе нужно смотреть под ноги. Утром тут всегда толпа, – с улыбкой сказала незнакомка.

– Спасибо вам большое!

– Да ну что ты, – махнула рукой девушка. – Если потом вдруг что-то сломается – обращайся. Я все починю, будет как новенькое!

Она громко рассмеялась, уперев руки в бока. Волосы, стянутые в небрежный хвост, и веснушки придавали ей озорной вид. Айша сразу поняла: это была не обычная хранительница. Ее одежда отличалась от формы остальных: свободные штаны с кучей карманов, закатанные рукава. Все говорило о том, что перед ней сотрудница особого профиля. Наверное, занималась техническими или ремонтными работами.

Такие служащие обычно трудились над задачами, которые облегчали жизнь библиотечных хранителей. Например, Мист заботилась о питании в общежитии, а Сноу отвечал за безопасность. Тот самый Сандер, который помогал Айше в день церемонии назначения, также был подобным сотрудником. Эти бэры довольствовались третьим уровнем и утверждали, что не будут сдавать экзамен на второй. Вместо того чтобы помогать людям напрямую, они работали на благо других хранителей, тем самым косвенно помогая и людям. На их плечах лежала забота о стирке, ремонте мебели и техники, уход за здоровьем, а также выполнение всех административных задач, не связанных с книгами.

– Сегодня твой первый рабочий день, да? Вас, потерянных, легко узнать! Ха-ха, держись, подруга! – громко сказала Бриз, похлопав Айшу по спине, и пошла своей дорогой. Айша смотрела ей вслед, а затем, взглянув на свои часы, поспешила в главное здание.

– Айша!

У главного входа стоял Теодор, нерешительно ожидая Айшу. Он обеими руками вцепился в ремень своей сумки, слегка покачивая ее, но, заметив приближающуюся подругу, радостно замахал.

– Тео! Ты ждал меня? Иди первым.

– Я боялся войти один… Ты собрала волосы? Тебе идет.

На комплимент Теодора Айша, недолго думая, крутанулась на месте, гордо встряхнув волосами. Черные волосы, такие редкие среди бэров, были ее особой гордостью. Однако вскоре она осознала, что на болтовню не осталось времени, и поспешила в здание.

Айша и Теодор подошли к группе других стажеров, собравшихся в холле. Все они получили свое назначение накануне.

– Здорово вернуться сюда, после того как стал хранителем?

На слова Теодора Айша кивнула. Главное здание состояло из четырех этажей. На первом находился зал рождения, на втором – читальный зал, на третьем – зал завершения, а на четвертом – архив. И первая смена стажеров начиналась как раз здесь, в зале рождения.

Тут Айша случайно заметила Корделию, держащуюся особняком. В отличие от других стажеров, разбившихся на группки и весело болтающих, девушка застыла в одиночестве, выпрямив спину и подняв голову, как будто ожидая появления старших хранителей.

– Почему же никого до сих пор нет?

– Не должны ли мы разыскать их?

В это время из зала рождения в спешке вышел приземистый хранитель и направился в их сторону. Вблизи его рост оказался еще более скромным. Это был коренастый и несколько упитанный бэр с добродушным выражением лица, который, видимо, шел издалека и теперь задыхался. Особенно сильно тряслись его круглые покрасневшие щеки, когда он пытался отдышаться.

– Фух, чуть не умер! Простите, что опоздал. Я хранитель первого уровня, Энди, заведую залом рождения.

Энди, все еще тяжело дыша, порылся в переднем кармане, достал влажный платок и стал вытирать пот, который струился по его лбу. Лишь немного успокоившись, он продолжил свое представление.

– Ик!

Айша мысленно вскрикнула, услышав, как Энди представился хранителем высокого уровня. Судя по странному звуку, который вырвался у Теодора, он был потрясен не меньше. Неудивительно, ведь в Мэнитейле хранителей первого класса было всего шестеро, такая должность считалась крайне почетной.

Один из них служил в жилом корпусе, другой – в отделе переходов, а остальные четверо числились за главным зданием. Именно они могли со временем претендовать на роль смотрителя. За все те годы, что Айша обучалась в библиотеке как кандидат, ей ни разу не довелось встретиться с кем-либо из них.

– Когда-то я тоже пугался, – с улыбкой проговорил Энди. – А потом прошло… Совсем скоро я покажусь вам просто надоедливым соседомбэром из соседней сказки. – Он громко рассмеялся, стараясь разрядить напряженную атмосферу. – Что ж, – добавил он бодро, – поговорим внутри. Пойдемте?

Они вошли в зал рождения, и Айша сразу узнала его. С тех времен, когда она впервые оказалась в библиотеке, здесь почти ничего не изменилось. Тогда, в день своего прибытия, она помнила, как кто-то из старших объяснял, будто зал рождения меньше остальных. И это было правдой отчасти. Да, он уступал в размерах читальному залу или залу завершения, но назвать его тесным язык бы не повернулся. Потолки взмывали так высоко, что невозможно было охватить взглядом. Громадные книжные стеллажи тянулись вверх, почти касаясь самого свода, и были до отказа забиты книгами. Между ними сновали библиотекари, и зрелище это поражало больше, чем все, что Айше доводилось читать в историях.

Пока она вспоминала свои первые шаги в зале рождения, Энди уже повел стажеров дальше, в недра зала. Огромный вход остался далеко позади и теперь казался лишь крошечной точкой. Тогда Энди обернулся, поднял руки и широко их развел, словно говоря: «Следуйте за мной – все только начинается».

– Все вы, конечно, уже знаете, – начал Энди, – что в Мэнитейле хранится книга каждого человека на свете. И, как можете сами видеть, в зале рождения эти книги появляются каждое мгновение.

И действительно, как только он это сказал, стало заметно, что книги на полках и впрямь возникают без остановки. В каждый пустующий отсек, в каждое свободное пространство аккуратно вставал новый том. Когда же полка заполнялась полностью, откуда-то появлялся библиотекарь и принимался наводить порядок. В руках у него был список с названиями, сверяясь с которым он одним движением вытягивал нужные книги с полки, и те, повинуясь невидимой силе, с шорохом уносились в глубь зала.

Таких библиотекарей здесь было множество – почти столько же, сколько и книжных рядов. Все они работали синхронно, словно дирижировали музыкой рождения: легкий взмах руки – и книги, как птицы, взмывали в воздух, летя туда, где начнется их путь.

– Название, автор, обложка, шрифт, толщина – все у этих книг уникально, – с искренним воодушевлением продолжал Энди. – И, конечно, история, которую они напишут, тоже будет у каждой своя. Потому что написать ее может только одинединственный человек: владелец книги.

Энди широко улыбнулся, отчего его круглые щеки радостно приподнялись.

Это произошло ровно через неделю после того, как стажеры начали работать в зале рождения. За прошедшие дни у них не было ни минуты передышки, и каждый помогал чем мог. На Айше лежала большая ответственность: следить за появлением новых книг.

В этот день она, как обычно, сортировала тома по списку, следя за тем, чтобы книги, летящие по воздуху, не сталкивались друг с другом. Внезапно к ней подошел Грин – хранитель второго класса, отвечавший за зал рождения – и протянул две книги.

– Айша, в том списке, что я тебе давал, недостает двух томов, – сказал он. – Не могла бы ты сама проверить, не родились ли они?

– Конечно! Сейчас же схожу, – с готовностью откликнулась она, принимая книги с улыбкой.

Сверившись с часами, Айша поняла, что это, скорее всего, ее последнее задание на сегодня. Подбодренная этой мыслью, она с легким сердцем направилась к отделу переходов.

В Мэнитейле, за исключением Башни гордости, все основные части комплекса – главное здание, жилой корпус и отдел переходов – были связаны между собой галереями. Айша зашагала по длинному коридору, ведущему к нужному сектору.

Этот коридор был хорошо ей знаком. Она прошла по нему столько раз, что и не сосчитать: каждый раз, когда в годы учебы отправлялась в мир людей, чтобы пройти занятия по предмету «Человечество». И все же, ступая сюда, Айша снова и снова ощущала то же щекочущее волнение в груди.

В отделе переходов всегда кипела жизнь: толпы людей и хранителей, спешащих туда-сюда. Особенно завораживали сами люди: они то смеялись во весь голос, то внезапно начинали плакать, то смотрели так, будто знали что-то, чего никто больше не знал. Их лица постоянно менялись, и Айше было безумно интересно наблюдать за этими выражениями – живыми, резкими, порой необъяснимыми.

Погрузившись в мысли, она не заметила, как дошла до зала отправлений. Отдел переходов был широким, шумным, а потому каждый раз в нем легко было потеряться.

– О? Хана! Что ты тут делаешь?

Пока Айша ждала в очереди, держа в руках номерок, она заметила знакомую копну кудрявых волос – Хана как раз выходила, низко опустив голову. Они вместе проходили подготовку в те годы, когда были кандидатами.

– Айша? А… Да я, вообще-то, не сюда… – пробормотала Хана, запинаясь. Похоже, она снова перепутала зал прибытия с залом отправлений. Такое с ней случалось не впервые.

С самого начала обучения за Ханой закрепилась слава «потеряшки». Если кому-то случалось заблудиться, то почти наверняка именно ей.

– Хана! Ты куда запропастилась? – раздался громкий голос с конца зала. – Один-единственный список должна была забрать из зала прибытия, и то полдня бродишь!

Айша обернулась. К ним приближался хранитель третьего класса: одна рука на поясе, брови насуплены, голос гремит набатом. Он хоть и числился за залом рождения, но чаще всего работал именно в отделе переходов. Стажеры шептались о нем, называя самым грозным из всех бэров. Айша ни разу не общалась с ним напрямую, но сейчас, глядя на то, как он грозно сверкает глазами и кричит на всю округу, убедилась, что слухи были правдивы.

– Ик! Я побежала! – пискнула Хана, испугавшись куда сильнее, чем Айша.

Быстро попрощавшись, она пулей сорвалась с места и исчезла в толпе.

– Эм, ну… До встречи! – только и успела прокричать ей вслед Айша, но та уже скрылась из виду.

– Восемьсот тридцать второй!

– А? Это же я! – Айша вздрогнула: ее номер только что объявили из глубины зала отправлений. Не успела толком попрощаться с Ханой, как уже нужно было спешить.

– Это вы под номером восемьсот тридцать два? – спросил хранитель, когда она подошла к окошку.

Айша вежливо поклонилась и встала перед ним, растерянно хлопая глазами. Хотя раньше она и бывала здесь, это всегда происходило по возвращении домой с учебы. Впервые она собиралась отправиться в мир людей одна и потому ощущала себя не в своей тарелке.

Хранитель заметил, что девушка просто стоит и молча смотрит на него. Он оторвался от монитора, взглянул на ее форму с сияющим серебристым значком-закладкой и, тяжело вздохнув, протянул руку.

– Давайте.

Айша удивленно наклонила голову, но, решив не спорить, осторожно положила ладонь в его руку.

– Нет, – сдержанно пояснил хранитель, – я имел в виду закладку.

– Ох! Вы про… закладку, конечно… – вспыхнула она.

От слов хранителя Айша смутилась и поспешно передала значок. Тот с усталым равнодушием взял закладку и поднес ее к сканеру, стоявшему перед ним. Пока он выполнял процедуру, Айша внимательно разглядывала его.

Форма на нем немного отличалась от ее собственной. Хотя золотая закладка, символ второго уровня, была такой же, как у нее, сам костюм выглядел более жестким и строгим – скорее всего, эта униформа предназначалась специально для работы в пограничной службе, где сотрудникам приходилось часто сталкиваться с людьми. Она не была столь же удобной и свободной, как та, которую носили в главном здании.

Сотрудники пограничной службы подчинялись напрямую Точжону – главному смотрителю – и не были привязаны к этажам главного здания, как остальные. Здесь не было хранителей первого уровня, не появлялись ни стажеры, ни практиканты – только опытные хранители второго класса.

В пограничную службу отбирали тех, кто долго работал в главной библиотеке, не стремился сдавать экзамен на повышение и хорошо ладил с людьми – ведь именно с людьми им приходилось иметь дело каждый день. Поэтому, несмотря на видимую резкость из-за гнета работы, большинство здешних хранителей были на удивление вежливы и внимательны.

– Айша, вы все еще стажер, верно? Сейчас работаете на первом этаже? – Хранитель взглянул на экран, когда поднес ее закладку к сканеру. На мониторе отобразились личные данные и фотография. Он несколько раз перевел взгляд с изображения на лицо девушки, затем попросил: – Укажите цель выезда.

– Да. Я выезжаю, чтобы засвидетельствовать рождение новой книги, – уверенно ответила Айша.

Хранитель молча кивнул, вернул ей серебристую закладку, и девушка снова аккуратно прикрепила ее к нагрудному карману формы. Затем по указанию хранителя направилась к двери.

– Расчетное время – двадцать минут. Приятного путешествия, – произнес он сухо, но все же доброжелательно.

Айша коротко поклонилась, повернулась к указанной двери и на мгновение остановилась. На закладке теперь отчетливо светились цифры: 20:00. Убедившись, она глубоко вдохнула и распахнула дверь. Яркая вспышка – и Айша исчезла в ослепительном свете.

– Следующий! Номер восемьсот тридцать три!

Как только Айша прошла сквозь двери, пространство вокруг изменилось – теперь она стояла в больнице. Она не растерялась и, оглядевшись по сторонам, сразу же принялась искать владельца книги, которую ей надлежало проверить. Неделей ранее, когда она впервые вышла на задание из зала рождения и одна попала в мир людей, ее мучил страх: а вдруг кто-то из людей распознает в ней нечеловека? Но вскоре Айша поняла: люди не могут видеть бэров, и с того момента она уже не боялась исполнять свои обязанности.

Из одной из палат донесся радостный, задорный голос. Направившись туда, Айша подошла к двери и прочитала имя младенца, указанное на табличке. Затем сверилась со списком в руке – книга, которую она держала, слабо вибрировала. Это был верный знак: ребенок – тот самый.

– Чжон Чжихо. 20 августа 2024 года. Совпадает, – прошептала она, отмечая это.

Из палаты доносился смех и оживленная болтовня.

– Мам, это мой братик?

– Да, его зовут Чжон Чжихо.

– Привет! Я твой старший брат, Чжон Чжихун!

Мальчик – на вид ему было не больше пяти – пытался заговорить с братиком, который еще и дня не прожил на этом свете. Взрослые, наблюдавшие за сценой, не могли сдержать улыбок: оба ребенка были очаровательны.

«Какая счастливая семья», – подумала Айша, и в ее взгляде на мгновение промелькнула легкая грусть.

Улыбаясь сцене в первой палате, Айша повернулась, чтобы проверить соответствие второй книги. К счастью, второй ребенок также родился в этой же больнице, и это означало, что ей не придется дважды переходить между мирами. Она взглянула на часы, чтобы убедиться, сколько времени у нее осталось: проверка рождения книги не допускала промедлений, и ей следовало поторопиться.

Но едва она вошла в следующую палату, как услышала вовсе не то, что ожидала:

– Что же теперь делать? Моя жизнь разрушена…

Айша замерла. В голосе говорившей девушки сквозило отчаяние.

– Не волнуйся. Я возьму на себя ответственность, – попытался ее успокоить молодой мужчина.

– Ответственность? – Она почти вскрикнула. – Ты отчислишься из университета и пойдешь работать? Или просто останешься дома нянчить ребенка? Ты вообще понимаешь, в какой мы теперь ситуации? Этот ребенок стал кандалами и для тебя, и для меня!

Айша невольно прижалась к стене, испуганно наблюдая за парой. Хотя люди не могли ее видеть, в этот момент она на мгновение об этом забыла. Все происходящее было слишком неожиданным.

И тут мимо нее прошел врач и вошел в комнату, где ругались молодые родители.

– Госпожа, молодой человек рядом с вами – отец ребенка? Мне нужно, чтобы он подписал свидетельство о рождении. Уже выбрали имя?

Женщина резко отвернулась, будто не желая ничего слышать. Ее спутник с виноватой улыбкой кивнул врачу и принял у него документы.

– Да, я отец. Мы назовем ребенка Ючжин. Так как он возьмет мою фамилию, его полное имя будет Пак Ючжин.

Подпись на документе была поставлена, и врач покинул палату. Женщина, до этого безмолвно глядевшая в окно, повернула голову и впервые за долгое время посмотрела своему парню прямо в глаза.

Следующие ее слова, казалось, пронзили грудь Айши, хоть она и не имела к ним никакого отношения:

– Я не могу отказаться от своей мечты. Давай отдадим ребенка на усыновление. Пожалуйста. Ведь есть столько людей, которые мечтают стать родителями.

– Что ты несешь? Какое усыновление? Я сам его воспитаю.

– Будь реалистом. Хватит говорить безрассудные глупости. Мы обязаны думать о будущем. Ты понимаешь, что придется жить ради него как минимум двадцать лет? Ты готов отказаться от своего будущего? Жить ради этого ребенка? Ты – может быть. А я – нет. Поверь, для него самого будет лучше, если мы отдадим его, пока он еще совсем маленький.

Айша машинально прижала ладонь к губам. Слова женщины звучали словно приговор. Ребенка, кажется, не хотели.

Отчаянно надеясь, что все это – недоразумение, Айша взглянула на книгу в руках. Но едва та затрепетала от присутствия малыша, сомнений не осталось: эта душа – его. Книга принадлежит ему.

– Не может быть… – прошептала Айша, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

Айша собиралась что-то сказать. Но в ту же секунду цифры на ее закладке сменились на 00:00, а вместе с ними изменилось и пространство. Время, отпущенное ей на пребывание в человеческом мире, истекло.

Вспышка – и вот дверь в самом конце зала прибытия открывается, выпуская ослепительный свет, из которого появляется Айша.

Она вернулась в библиотеку. Перед ней за стойкой сидел сотрудник зала прибытия.

– Надеюсь, визит был приятным? – безо всяких эмоций спросил он.

Блондин выглядел почти так же, как хранитель из зала отправления: такой же бесстрастный взгляд, такая же холодная вежливость. Он нажал красную кнопку, и преграждавший проход барьер поднялся, освобождая Айше путь.

– Что? А, то есть… – Айша попыталась что-то сказать, но сотрудник прервал ее на полуслове.

– Ах, не обращайте внимания, – произнес он с тем же равнодушием. – Это просто формальное приветствие. Поскольку через зал проходят и люди, и хранители, мы обязаны соблюдать протокол. Тем более я понимаю, что вы здесь по служебным делам.

Айша опустила голову, слегка приуныв, и в молчании вернулась в зал рождения. Там она передала два проверенных тома Грину, тому самому, кто поручил ей сегодняшнюю миссию.

– Хорошо потрудилась. На сегодня можешь быть свободна, – сообщил Грин.

– Поняла… Я тогда пойду, – тихо ответила Айша.

Рабочий день наконец-то закончился, но радости она не чувствовала. Напротив, ее охватило странное гнетущее чувство.

Еще в годы подготовки к службе ей не раз говорили: не все родители хотят детей. Они изучали такие случаи на занятиях, читали о них в учебниках.

Но одно дело – слышать и совсем другое – увидеть своими глазами. Это оказалось куда больнее, чем она предполагала.

Забыв, что собиралась идти домой вместе с Теодором, Айша направилась в общежитие одна.

На следующий день стажеры, завершив недельную практику по подтверждению рождения книг, приступили к новой задаче – написанию первых фраз. Это было еще одно направление работы зала рождения. Как и в первый день обучения, их снова наставлял Энди – именно он должен был рассказать им о значении и тонкостях этой работы.

– Все книги в мире начинаются с одной и той же фразы, – начал он. – Хранители зала рождения наносят эту фразу на каждую книгу, рождение которой они подтвердили. Звучит просто, но на самом деле задача чрезвычайно сложная. Ведь именно эта единственная строка объясняет, зачем вообще появилась данная книга.

Айша округлила глаза от удивления. Ее поразила сама мысль о существовании такой таинственной всепроникающей фразы. Она с нетерпением ждала, когда же Энди произнесет ее вслух.

– «Эта книга возникла неизбежно». Так начинается каждая книга. Именно это делает всех равными. Будь то ребенок, рожденный в любящей семье или без поддержки, долгожданный или случайный, всеми любимый или нежеланный – все они начинают свою историю с этих слов.

Пока он говорил, стажеры, включая Айшу, следовали за ним в глубь зала рождения – туда, где им прежде бывать не доводилось. Наконец Энди остановился перед стеклянной стеной с табличкой «Соблюдайте тишину». Он приложил палец к губам, показывая, что теперь нужно хранить молчание, и указал на происходящее за стеклом.

Внутри сидели хранители. Перед каждым из них был стол, на котором лежали книги. Когда хранитель водил рукой в воздухе, ручка словно сама по себе медленно начинала выписывать первые строки на первых страницах этих книг – строки, с которых начиналась чья-то жизнь.

– Эту фразу невозможно написать обычными чернилами, – продолжил Энди. – Она пишется только особым составом, который изготавливается прямо здесь, в библиотеке. А точнее, в зале завершений. Когда с момента завершения истории книги проходит достаточно времени, она начинает рассыпаться сама по себе и превращается в порошок. Именно из этого порошка и создаются чернила. Конечно, к нему добавляются и некоторые секретные ингредиенты, известные только библиотекарям… Так и получаются волшебные чернила – такие, что написанное ими невозможно стереть. Поэтому каждая такая фраза абсолютно искренна. Рождение любой книги – не случайность, а предопределение.

Сказав это, Энди засунул руку в карман и вытащил оттуда зажатый в кулаке порошок. Он раскрыл ладонь и легким дуновением развеял его в воздухе. В тот же миг перед глазами стажеров поплыла перламутровая пыльца – мягкая, мерцающая, словно ожившая тайна.

Айша, завороженная, потянулась к ней, пытаясь поймать хоть крупицу. Но порошок оказался слишком мелким и легким: стоило ей раскрыть ладонь, как он без следа исчез. Она чуть удивленно моргнула, затем пожала плечами и поспешила за Энди и остальными стажерами, уже ушедшими вперед.