В окно пробивался неясный луч солнца. Гарольд Кингстон разливал по чашкам исходящий паром кофе. Маргарет как раз закончила нарезать авокадо, и они уселись друг напротив друга завтракать.

– Послушай, а как же Лесли? – нарушила воцарившуюся уютную тишину Маргарет.

– Что – Лесли? – Гарольд, жуя тост, нахмурился.

Какой же он забавный, когда пытается строить из себя крутого, которого никому не провести. А это все только для виду.

– Гарри, я понимаю… что Лесли тебя столько раз обманывала, но ведь это значит, что тем более нельзя сбрасывать ее со счетов. Почему ты это делаешь?

– Перестань, ты преувеличиваешь.

– Не говори в следующий раз, что у тебя личные привязанности в расследование не влезают! – обличительно ткнула Маргарет в него пальцем. – Что она здесь делает? Вон – Шон за справками на нее ничего не нарыл, разве не подозрительно? У каждого человека есть история, а она появляется и исчезает, и единственный след за ней – проблемы.

– Марджи, ну и как ты это проверишь? Если все засекречено – значит, только себе проблемы создавать – под нее рыть. Да и она сама сказала про задание…

– Вот ты умеешь другим лапшу на уши вешать, а сам на красивые глазки и повелся – она ведь говорила одними намеками, ничего конкретного, принц мой ненаглядный. Честное слово, чувство такое будто мы ролями поменялись! Где твоя вечная прозорливость, а?

– Одолжил тебе на время.

И он с лукавой улыбкой выхватил из ее пальцев кусочек сыра, чтобы сунуть в рот и прожевать.

– Нет, я считаю ее появление весьма подозрительным… – Маргарет постучала по подбородку пальцами, не отвлекаясь на кражу. – Если она из ФБР, то могла… идти по следу вора? Помнишь, она ведь знала откуда-то, что у нас дело по ювелирке.

– Была громкая статья в соцсетях.

– И Лесли специально перед липовым свиданием прошерстила странички по Пейсли? Не смеши меня!

Кингстон фыркнул, но быстро посерьезнел.

– Мардж, признаю – рациональное зерно в твоих словах есть, однако…

– Но ведешь ты себя при этом как ребенок, – покачала Мардж головой.

– Пустяки, просто я опьянен бессонной ночью и неожиданно наступившим перемирием с тобой. Но я… признаю, что боюсь иметь дело с ней. Она уже дважды меня обыграла, и я… так и не понял как…

Гарольд досадливо сделал глоток кофе и ослабил воротник, словно тот его душил.

– Думается мне, что и я бы лучше в пекарне реализовался, – пошутил он. – А что скажешь, если откроем собственную кофейню?

– Ты будешь варить кофе, а я стану феей подгоревших печенек, – засмеялась Маргарет, с готовностью перехватывая инициативу. – Но сначала надо найти Лесли Ховард и докопаться до правды. Я помогу вам, господин следователь, так и быть… Мне суперобаяние Лесли не страшно… Ее позвал Алекс, так? Значит, и начнем поиски с него.

– Брось, Алекс лишь посмеется, я не стану звонить ему!

– Ах, у тебя полно комплексов, принц! – насмешливо посмотрела на него Маргарет. – Тогда позвоню я… Со мной он встретится – гарантирую! – Она горделиво ткнула себя в грудь. – Да и повод как раз есть, – кивнула на сиротливо лежавшую на подлокотнике куртку.

Гарольд вздохнул и покачал головой.

– Ты фея не только подгоревших печенек, но и разбитых сердец.

– Ой, да кто бы говорил, – усмехнулась Маргарет. – Я веду себя кристально честно и прозрачно. Давай номер.

Кажется, она тоже была пьяна от недосыпа и перемирия, а опьяненным, – море по колено.

Алекс Брукс осмотрелся по сторонам: милая кафешка, но не более. Фонарики, инди, белые столики, блондинка за стойкой… Хотя главное – сегодня он отобьет невесту у Кингстона и снова утрет тому нос.

Звякнул колокольчик. Блондинка улыбнулась Маргарет Никсон, как старой знакомой. А Никсон молодец: нацепила вчерашние ботильоны, локоны собрала в воинственный хвостик, улыбка как приклеенная. Само очарование. Брук поднялся в приветствии.

– Ах, не вставайте, – рассмеявшись подозрительно счастливо, махнула рукой Маргарет. – Принесла вашу куртку.

И проигнорировав его попытку отодвинуть для нее стул, уселась на свободный. Сцепила пальцы под подбородком и сузила глаза. До чего похоже на Кингстона. Алекс стиснул зубы и сел.

– Как спалось? – невозмутимо спросила Маргарет.

Брук почувствовал очевидный подвох.

– Благодарю, – потому сухо отозвался он. – Вполне.

Маргарет кивнула.

– Это хорошо, что бегство девушки для вас не стало трагедией. По себе знаю… – ее голос дрогнул и она вдруг стала серьезной, – каким ножом в сердце это ударяет…

И уставилась на свои пальцы в перчатках, которых так и не сняла. Совершенно разбитая.

Брук воспользовался моментом и положил свою ладонь на ее руку. Маргарет подняла взгляд. Какой пронзительный и глубокий.

– Вы отлично скрываете боль, – улыбнулся он ободряюще.

Маргарет покачала головой и убрала руки.

– Лучше расскажите о себе, – попросила она.

Блондинка принесла кофе и поставила перед ними чашки.

– Погодите, мы позавтракаем, – остановил ее Брук царственным жестом. – Что будешь? – нарочито небрежно спросил он девушку.

– Я не голодна, – покачала она головой.

– Тогда два омлета, пожалуйста, – обратился к официантке Алекс. – С беконом. И побольше зелени, пожалуйста.

Та хмыкнула, но кивнула. Что за обслуживание… Брук внутренне поморщился.

Маргарет уже прихлебывала кофе и глядела на него ясными глазами в ожидании. Алекс усмехнулся и развел руками.

– Мы с Лесли Ховард уже года два как знакомы, но она не моя девушка. Да, Лесли мила, однако… в ней нет твоей живости, Мардж.

Как быстро сократил дистанцию. И она не против. Только сидит и тепло и призывно улыбается.

– Вы иногда думаете, что мы, мужчины, падки на внешность, но не все мы настолько глупы.

Маргарет поперхнулась кофе. Брук хлопнул себя по лбу.

– Прости, сказал глупость, – подал он ей салфетку. – Лесли сама позвонила вчера утром и предложила устроить фурор на приеме. Вот и все. Мне нет до нее дела, Мардж. Особенно после того, как я встретил тебя.

– Фурор? Убийством? Неплохо вышло, – отстраненно кивнула девушка, пропустив мимо ушей комплимент.

Настала очередь Брука поперхнуться.

– При чем тут это, – возразил было он.

– Ну, – невинно пожала Мардж плечами, – Лесли так хотела попасть на прием, хотя на вас и Гарольда ей плевать, знала про ювелирного вора, у Линды пропало ожерелье из одного из ограбленных магазинов, а Лесли испарилась сразу после ее убийства… Не думала, что ВЫ так глупы, Брук.

Алекс Брук ударил ладонью по столу.

– А я не думал, что вы так расчетливы! – едва не крикнул он. – Не хуже Ховард, честное слово…

– Спасибо за комплимент, – улыбнулась Маргарет.

Ему показалось, что он сейчас задохнется от бешенства. Идиот, решил, что перед ним легкая добыча…

Блондинка из-за стойки вполголоса спросила:

– Любезный, у вас проблемы? А то я полицию быстро вызову.

– Пока не нужно, Кэрри, – не сводя с него взгляда, возразила Маргарет. – Думаю, мы найдем общий язык.

Впрочем, так оно и интересней…

Брук приосанился, устраиваясь поудобнее на дешевом стуле. Сражаться так сражаться.

– И это вам не игры, – снова сощурилась Мардж Никсон. – Надеюсь, вы не за красивые глаза в полиции работаете? Произошло убийство, подставили мою знакомую. В первых новостях за сегодня уже можно прочесть об этом. Я этого так не оставлю. Поможете мне?

Даже так. Хотелось потереть руки. Да все настолько просто – он ее в два счета. Ничто так не сближает, как совместная работа. И Лесли не жалко, та везде выкрутится.

– Что я могу сделать?

– Я искала информацию на Лесли Ховард, но о ней нет ничего. Что вы знаете? После того, как она окрутила Кингстона?

Брук огляделся по сторонам и, сделав Маргарет жест наклониться поближе, перегнулся через стол и прошептал:

– Лесли работает сама на себя. Вероятно, на правительство тоже, но этого не узнать, да я и не пытался. И тебе не советую.

Маргарет пожевала губу.

– Секретный агент, значит… Хорошо, пусть будет так… Но зачем секретному агенту появляться там, где украдены «Слезы Дианы» за просто так?

– Что за слезы Дианы?

– Помните Линду Грейсон? Ах, как я забыла – вы же с ее сестрой друзья… Вспомните, какое украшение было на ней в тот вечер?

Брук нахмурил лоб.

– Мелкие бриллианты в два ряда…

Маргарет фыркнула. Какие подробности помнит…

– Это и есть «Слезы Дианы». Проданные из одного из наших магазинов незадолго до ограбления. В сумочке Эллы же лежала подделка. А если… – Она прикрыла рот рукой.

– Что? – заинтересовался и Алекс.

– Что, если владелец магазина решил себе вернуть ожерелье после продажи? И изготовил заранее подделку, чтобы подбросить Элле?..

Алекс рассмеялся.

– У тебя богатое воображение. Но раз тут замешана Лесли Ховард, дело не может быть столь простым, чтоб обойтись без ее участия. Я попробую что-нибудь узнать, – неожиданно для себя самого заключил он. – Если пообещаешь пойти со мной на свидание.

Маргарет подняла брови:

– Думала, вы делаете свою работу за зарплату и из чувства долга, детектив. А оказывается – за свидания.

Он расхохотался. Звякнул колокольчик, в кафе ворвался холодный воздух и запах зимнего дождя.

– Сначала позвоните, – потребовала Маргарет. – И узнайте. А после поговорим про свидание.

Брук прищурился. Игра его забавляла, прерывать ее не хотелось. И он достал телефон.

Себ Кингстон потер лоб. Заплаканная Элла Лоуренс сидела в сыром кресле и дрожала. В этом кресле и он, дрожа, сидел когда-то, когда Мардж работала в колледже и жила в этой подвальной комнате.

– Значит, ты вышла из кабинки и увидела Линду уже на полу?

Элли всхлипнула.

– Это было страшно, понимаешь… я хотела помочь, но…

Себастиан нахмурился.

– У нее в руке были зажаты блестки с твоего платья. И как она это сделала после смерти? – сурово потребовал он ответа.

Элла заплакала. Кингстон-младший вздохнул.

– Элли, – присел он на корточки перед ней и взял ее ладони в свои. – Посмотри на меня. Помогал бы я тебе, если бы не верил?

– Ты… из-за чувства вины помогаешь, – пробормотала девушка.

Себастиан сделал глубокий вдох. Ну почему с девушками так тяжело?! Даже с Мардж бывает сложно, хотя она самая нормальная из всех.

– Если ты не расскажешь правду, я не смогу помочь.

– Ты статьи видел? – воскликнула Элли, размазывая слезы по лицу. – Рене раздула такую историю про «семью убийц», бизнес отца теперь обречен, мне путь домой заказан, даже если ты докажешь, что это не я, смотреть в глаза сокурсникам я тоже теперь не смогу, чем ты здесь поможешь, Кингстон?

– Линде Грейсон точно пришлось хуже, чем тебе, – сузил Себастиан глаза совсем по-кингстоновски.

– Да не трогала я ее… – отвернулась Элли. – Ну… она сама в меня в туалете вцепилась…

– Ага! – щелкнул пальцами Себастиан. – А ожерелье на ней тогда было?

– Было, конечно. Сверкало невероятно, – насупилась Элла. – Эти ее «Слезы Дианы», она так ими кичилась – писала, что ее семья – потомки принцессы Дианы и всякая прочая чепуха. Ее мать – русская, это ведь всем известно!

– «Слезы Дианы»?

– Чепуха это все, просто красивый ход от Картье, они любят такие. А Линда особо умной не была и ловилась на любую красивую историю. И глаза, – язвительно добавила Элла.

Себастиан поморщился, но задумался. И вытащил из кармана смятый листок из тетради Мардж с ее дополнительными заметками. Значит, «Слезы Дианы».

– Возможно, кто-то еще верил в красивые истории… – пробормотал он.

Ведь страничку Линды Грейсон мог посмотреть кто угодно. А если вор в ювелирных искал именно эти «Слезы»?

– А не знаешь, где она купила?

– Так тут, в Пейсли, – пожала плечами Элла. – Хвалила еще магазин, и я подумала – надо же, у нас купила. «Рамсдемс». А почему это важно?

Себ покачал головой. И сунув листок в карман, снова присел перед ней:

– Значит, на ней было ожерелье. Ты зашла в туалет, увидела ее, и что?

– Нет, – возразила Элла. – Это она вошла в туалет, прихорашивалась перед зеркалом. А я выходила из кабинки. Ну и… – она запнулась.

Себ поднял брови и кивнул – мол, продолжай.

Элла Лоуренс потупилась.

– Слово за слово, ну, и… оттаскали друг друга за волосы, все такое… Потом я услышала, что кто-то идет, и убежала – достаточно уже опозорилась. Но потеряла клатч. Вернулась поискать, и… нашла ее вот.

– Так это ты визжала?

Элла пожала плечами.

– Не помню… я через окно в коридоре… убежала.

– А клатч? Нашла?

– Думаешь, мне до этого было?!

Себастиан задумался.

– Говоришь, прихорашивалась перед зеркалом?

– Ну, словно у нее встреча с кем… Не знаю. Но она жутко разозлилась, увидев меня. Не трудись. Все равно моя жизнь кончена, – пожала снова плечами Элла. – Сделай мне чай. Холодно.