Рождественская ярмарка, Ла-Дефанс

Они потеряли Франсин. Их такси застряло между хлебным фургоном и шатающимся тандемом с отцом и ребенком. Такси с француженкой умчалось вдаль, и Дебс прокляла всех — водителя фургона, такси и семью на тандеме. Она была в ужасе. С диким взглядом и растрепанными волосами она бормотала о том, как собирается продолжать свое частное расследование. И пока она невнятно рассуждала о том, что надо узнать, где живет Франсин, чтобы порыться в ее мусорном ящике, Ава размышляла над услышанным в бутике. Если Гэри — босс Франсин, то в этом ничего такого не было. А если же нет… Она очень старалась тоже не поддаться ужасу, но безуспешно. Ее пугало то, что это разобьет сердце ее подруги, а жизнь Сью разрушится во второй раз. Она не знала, как поступить лучше. Поэтому, вместо того чтобы накручивать себя, она сосредоточилась на том, чтобы отвлечь Дебс и дала водителю указания привезти их сюда. И вот они очутились тут, в центре самого поразительной рождественской ярмарки, которую Ава когда-либо видела.

Запах был волшебным, и она не знала, к какому из них повернуться. Сначала она уловила аромат имбирных пряников и карамели со специями, затем учуяла колбаски и горчицу. На каждом шагу все было пропитано блестками, снежинками и Рождеством. Но Дебс рядом с ней словно не видела всех этих возможностей для шоппинга, которые обычно заставили бы ее практически пищать от восторга.

Ава взяла подругу под руку, сжав ее.

— Помнишь пакт, который мы заключили вчера вечером?

— Я не могу ни на чем сосредоточиться, — отозвалась Дебс. — Что мы тут вообще делаем?

— Дебс, ты же пишешь статью о рождественских ярмарках. Это та ярмарка, которую ты хотела посетить. Взгляни вокруг! — Ава вскинула свободную руку, подчеркивая разнообразие товаров.

— Я не могу ни на чем сосредоточиться до тех пор, пока какая-то стерва-француженка клеится к моему отчиму.

Ава вздохнула. Ситуация была безвыходная. Она нырнула в карман и достала свой айфон.

— Все, с меня хватит. Я звоню Гэри.

— Нет! — взвизгнула Дебс, потянувшись к телефону Авы, а затем остановилась. — У тебя его номера нет.

— А вот и есть, — ответила Ава. Он столько раз меня подвозил, что я сохранила его как «Т» — «Такси-папа».

— Не звони ему, Ава, пожалуйста, — взмолилась Дебс.

— Так дальше продолжаться не может.

— Знаю, — вздохнула Дебс. — Ты права. Мне нужен перерыв. Надо перестроиться. Подумать над следующим шагом. И я реально обещала тебя сводить на обед.

Она вымученно улыбнулась.

— Вообще-то, да, — подтвердила Ава.

Дебс, наконец, окинула взглядом праздничные деревянные киоски на ярмарке и пришла в себя.

— О, боже, только посмотри на эти меховые наушники!

Ава позволила той потащить ее к киоску, увешанному всевозможными вязаными товарами. Тут продавались пушистые вещи, меховые штучки с мордочками животных, а блесток было больше, чем на концерте Little Mix. Наушники, которые привели Дебс в восторг, были в виде пингвиньих морд со сверкающими красными щечками и торчащими клювами.

— Сколько они стоят? — спросила Дебс владельца киоска.

— Combien? — добавила Ава.

Дебс потянулась искать кошелек в сумке прежде, чем услышала ответ «пятнадцать евро». Ава взяла в руки одну из шерстяных шапок, темно — синюю с вязаным узором. Несмотря на то, что Жюльен сказал, что у него еще есть шапки, она чувствовала себя обязанной возместить ему ту, которую уронила в фонтан. Эта бы ему пошла. Она пальцами погладила шерсть.

— Эта слишком простая, — резюмировала Дебс, наклонившись посмотреть. — Что насчет такой?

Она протянула ей ярко-розовую шапку с торчащими сверху золотыми оленьими рогами.

Ава улыбнулась.

— Боюсь, Жюльену она не очень подойдет.

— Ооо, — отозвалась та. — Это для Жюльена.

— Не додумывай. Я утопила его шапку в Лувре и хочу теперь купить ему новую.

— Для нее и для него? — предложила Дебс, поднимая точно такую же шапку, которую держала Ава, но красную.

— Только если по акции, — ответила она.

— Combien? — Дебс взяла синюю шапку из рук Авы и протянула их продавцу.

Ава погрузилась зубами в щедро усыпанный корицей кусок Штоллена размером с обеденную тарелку. Ее вкусовые рецепторы взорвались от обрушившейся смеси сочных фруктов, сахара, миндаля и цитруса. В своей новой ягодно-красной шапке на голове, с падающим вокруг нее снегом, с идеальным кусочком сахарной рождественской сладости во рту, она бы посчитала жизнь в Париже совершенно восхитительной, если бы не слезы в глазах ее подруги.

Дебс подцепила вилкой крошечный кусочек блина и покачала головой.

— Жизнь несправедлива. Не понимаю, как ты можешь съесть такую большую порцию и не поправиться, в то время как мне приходится все скрывать под свитерами.

— У меня позвоночник вогнутый, и груди нет, — с набитым ртом ответила Ава. — А у тебя задница, о которой Бейонсе поет.

— Но никто не предложил надеть кольцо.

— Пока что, — улыбнулась Ава. — Ты сделала фотографии?

Она взглядом обвела сотни киосков в стиле Швейцарских шале вокруг них, из-за которых казалось, что они очутились в деревне высоко в Альпах.

— Ага… и я, наверное, еще раз подойду к тому ларьку, где продаются серебряные украшения.

— Дебс, у тебя уже три хлопковые сумки набиты этим, — напомнила ей Ава.

— Это все не для меня, — ответила та, пальцем стирая сахар с верхней губы. — Это подарки.

— Бокал в форме Эйфелевой башни? — Ава приподняла бровь.

— Маме, — объяснила Дебс.

— Подушечка для булавок с Санта-Клаусом?

— Бабушке.

— Набор «Вырасти свою собственную радугу?»

— Думаешь, правда получится? — с искренним интересом спросила Дебс.

Ава засмеялась и продолжила есть пирог. Ее взгляд остановился на огромном сооружении в конце площади, на которой находилась ярмарка — la Grande Arche, Большая Арка. Из белого камня, полностью пустотелая, она выглядела как гигантская рамка для фотографий, осыпанная снегом. По стилю она совершенно отличалась от готической и византийской архитектуры, преобладавшей в столице. Ава не знала, нравится ли она ей. Это было маленькое проявление современности за пределами города с такой большой историей.

— Я Гэри ничего не купила, — пробормотала Дебс.

— Дебс…

— Если он уйдет от мамы, она не сможет с этим справиться, и я уже вижу, что дом придется продать, и мама захочет жить со мной, а я не знаю, смогу ли себе позволить свое жилье, если не продам статью в ближайшее время.

Ава приобняла подругу за плечи.

— Значит, в таком случае нам нужно сделать две вещи.

— Какие? — шмыгнула Дебс.

— Тебе нужно оставить себе заметки об этой ярмарке, и… нужно найти кого-то, кто сможет взломать электронную почту Франсин.

— Я думала, что ты думала, это реально ужасная идея.

Так и было. Так она и думала. До того, как услышала имя Гэри, произнесенное этой француженкой. Но она не хотела, чтобы это было правдой. Она надеялась найти доказательства невиновности Гэри. Что они были лишь коллегами. То, что эта женщина упомянула его в дорогом магазине одежды, было странным, но возможно, компания Гэри предлагала бутику страховку… или что-то другое. Что угодно было лучше измены.

— Думаю, нам нужно найти какую-нибудь информацию. Что-нибудь явное и точное, чтобы больше не переживать, — она вздохнула. — А если никакой информации мы не найдем, значит, Гэри ничего плохого не сделал, и все вернется в привычное русло.

Дебс кивнула, подцепив еще один кусочек блинчика, прожевала его и продолжила говорить.

— Ты знаешь кого-то, кто может взломать почту?

— Есть у меня наитие, что я знаю того, кто может помочь.

Взгляд Авы вновь скользнул по площади, сквозь деревянные шале и крутящуюся карусель, мимо торговцев сахарной ватой и сладостями из корицы, вдоль улицы за рождественской ярмаркой… и ее взгляд упал на Жюльена. Шагающего под руку с какой-то девушкой.

Ава сглотнула, наблюдая за ними. Его спутница была красивой, по-парижски красивой, в стильном приталенном ярко — зеленом пальто, с темными волнистыми волосами, лежащих на плечах. Они шли с Жюльеном по улице. Не Лорен ли это? Она по-другому ее представляла. Моложе. Но она была красивой. Очень красивой. Что-то внутри нее защемило. Возможно, это была не Лорен. Может, кто-то другая. Его девушка. Может, когда Жюльен сказал, что одинок, он не то имел в виду… или соврал. Она выдохнула, наблюдая, как его спутница крепче сжала его руку, улыбаясь тому, что он говорил. Это не было похоже на общение между братом и сестрой, даже если они были близки. Значило ли это, что ее снова провели? Что все мужчины одинаковые. Ублюдки. Как Лео, и возможно, как и Гэри. Она вздохнула, провожая их взглядом, пока те не исчезли вдали. Не то, чтобы Жюльен был ее. Не то, чтобы она этого хотела. Просто он понемногу начал восстанавливать ее возможность доверять кому-то, а теперь…

— Ава? — позвала ее Дебс, потянув ее за рукав. — Ты в порядке?

Она отогнала от себя все мысли, повернувшись к подруге.

— Да, — сказала она бодрее, чем себя чувствовала. — Что дальше по плану? Киоск с серебряными украшениями?

— А я думала, мне запрещено туда возвращаться, — улыбнулась Дебс.

— Скоро Рождество, — напомнила ей Ава. — И я считаю, мы обе заслуживаем маленькое вознаграждение.

И переключиться на что-то, что не имеет отношения к мужчинам.