После нашего разговора я возвращаюсь в свою комнату, забыв о том, что собиралась позавтракать. То, что по завещанию я становлюсь владелицей бизнеса отца в случае моего замужества до двадцати шести лет, мне не было известно. Просто потому, что эта сучка Анастасия не сказала мне об этом. Это очень меня злило, но страх, что не справлюсь, пересиливал обиду на мачеху.

О бизнесе отца я знала только то, что он приносит деньги. Нет, не так. Он приносит очень много денег. Потому, что не я, не наша семья никогда ни в чем не нуждались. Я привыкла к тому, что у меня всегда было все, что я хочу. Но вот зарабатывать самой мне еще не приходилось никогда.

Конечно, я планировала выучиться, закончить университет, чтобы иметь возможность самой себя обеспечивать. Но вот так сразу, стать во главе крупной компании…

Сейчас у меня шла кругом голова и казалось, что все это просто не для меня. Я просто не вытяну, не смогу. Хоть Николай и заверил меня, что он поможет мне выучиться.

Доверяла ли я своему мужу? Наверное, да. Но это просто потому, что, как показал мой жизненный опыт, больше я никому доверять не могу. Да и он помогал мне просто потому, что я была нужна ему. Я или бизнес моего отца? Поразмыслив, решила, что лучше такой союз, когда обоим выгодно, чем пустая надежда и слепое доверие. Если я нужна ему, чтобы руководить этим бизнесом, то, наверное, не предаст. Ведь ему выгодно, чтобы у меня все получилось, верно?

Когда желудок напомнил урчанием о том, что забыла позавтракать, на часах уже было двенадцать. Вышла из комнаты и чуть не споткнулась о корзину с розами. Нежно-розового цвета. Небольшие хрупкие бутоны манили к себе, и я, по-детски радуясь подарку, коснулась их рукой, чуть касаясь, провела пальцами по цветам. Наклонилась и вдохнула приятный, чуть уловимый, аромат. Приятно получать цветы. Очень. И мне не нужно было гадать от кого они.

* * *

Через неделю я поняла, что мой муж слов на ветер не бросает. Уже на следующий день началось мое обучение. Прибыль, рентабельность, финансовые отчеты, франшизы… Все это вливали мне в голову с рекордной скоростью по восемь часов в день. И теперь в конце дня я валилась с ног от усталости, быстро проваливаясь в сон. А уже утром все начиналось сначала. Я не ныла и не жаловалась, потому что хорошо понимала — это нужно, прежде всего, мне. А еще я твердо для себя решила, что не стану пасовать перед трудностями. Просто потому, что мой отец смог основать эту компанию, смог успешно ею руководить. А значит, и я все смогу.

Своего мужа за прошедшую неделю я ни разу не видела. Не могу сказать, что сильно переживала из-за этого. На душевные метания у меня не было ни времени, ни сил. А он был ненавязчив и ни разу не напомнил о себе. И я быстро привыкла к мысли, что видится мы будем редко. Впрочем, меня все устраивало. Наверное, его тоже. Я настолько привыкла к этой мысли, что в один из дней, когда он утром зашел в мою комнату, подскочила на стуле от неожиданности.

— Сегодня я иду на день рождения одного моего знакомого. — Сказал, как отрезал. Стоя в дверном проеме и закрывая собой практически весь проход. — Ты идешь со мной. Будь готова в восемь.

— А как же мои занятия? — дело превыше всего. Пусть катится к черту со своими замашками. Даже не постучал, блин.

— Пропустишь. — Не меняя выражения лица, ответил мой муж. Я в который раз подумала, что эта маска на его лице просто не может улыбаться и выдавать что-то еще, кроме холодной отчужденности. Как же я ошибалась тогда!

Он закрыл двери, оставляя меня одну в комнате. Что ж, надо — значит, надо. В последнее время я научилась ко всему происходящему относиться философски. Просто потому, что иначе моя психика бы не выдержала такие резкие перемены за столь короткий срок.

Ровно в восемь вечера я стою перед огромным зеркалом и разглядываю свое отражение в полный рост. Волосы уложены в нежные локоны и собраны на затылке в высокую прическу. На лице неяркий, но очень красивый макияж, который подчеркивает изгиб губ и выделяет глаза. А светло-серое платье из тонкого шелка красиво струиться по фигуре, обнажая спину.

Кручусь, осматривая себя со всех сторон. Никогда раньше я не носила столь откровенный наряд. Мои короткие платья для вылазок в ночной клуб не в счет. Тогда это было уместно. А вот насчет дня рождения какого-то там знакомого я не была уверена. Платье не подразумевало нижнего белья, и я ощущала себя в нем практически голой, хоть его длина и опускалась почти до пят. Все мои сомнения по поводу наряда стилист отмела резким «там, куда вы пойдете, все так носят». Хоть я и не понимала, почему там, куда мы пойдем, все дамы носят «голые» платья, надо сказать, что весь облик выглядел роскошно, а я в нем казалась загадочной незнакомкой, которую сама не узнавала в отражении.

Спускаюсь вниз по лестнице, стараясь не упасть на высоких каблуках. Одной рукой придерживаю подол платья, второй вцепилась в перила. И не сразу замечаю, что мой муж стоит внизу и внимательно меня разглядывает. На последней ступеньке поднимаю на него глаза и, увидев его, теряю равновесие. Его реакция не в пример моей, он ловко подхватывает меня, не давая упасть.

— Спасибо… — начинаю я и тут же замолкаю, наткнувшись на его взгляд.

В помутневших глазах отражается мое перепуганное лицо. Он смотрит горячо, словно хочет проглотить меня. Хочется сбежать, но ноги словно приросли к полу, да и тело не слушается меня. Мужчина сканирует глазами мое лицо, опускаясь от глаз к губам и ниже. Откровенно разглядывает мою грудь, соблазнительно упакованную в тонкий шелк. Под его пристальным взглядом соски вмиг твердеют, упираясь в тонкую ткань, пульс учащается, отдаваясь гулкими ударами у меня в висках. Моя реакция не ускользает от его внимания, он плотоядно облизывает губы, а потом снова скользит взглядом по моему лицу, останавливаясь на глазах.

Очень неохотно, как в замедленной съемке, ослабляет хватку, позволяя мне отодвинуться от его крепкого тело, в которое он буквально впечатал меня. Делаю шаг назад, а потом поворачиваюсь к выходу, иду к двери. Ощущаю спиной его обжигающий взгляд, но не оборачиваюсь. Каким-то чутьем понимаю, что, стоит мне только замедлить шаг, обернуться. И он накинется на меня, как хищник на добычу.

Возле дома нас ожидает машина. Спешу к ней и забираюсь на заднее сидение, облегченно выдохнув.

«Хорошо, что я села сзади. Он наверняка сядет за руль», — едва успеваю подумать, как Николай забирается на заднее сидение, устраиваясь рядом со мной. В тот же миг слышу, как впереди открывается дверь авто, впуская в салон нашего водителя. Валерий устраивается за рулем, пристегивается.

— Трогай, Валер, — слышу голос мужа рядом с собой. Машина тут же срывается с места, резко набирая скорость и заставляя меня вжаться в спинку сидения.

— Что ты делаешь? — вскрикиваю, когда Николай наклоняется ко мне. Он смеряет меня холодным взглядом, а потом, не говоря ни слова, хватается за застежку ремня безопасности и тянет на себя. Пристегивает меня и тут же отстраняется, отвернувшись к окну. Я облегченно выдыхаю, а мужчина хмыкает в ответ на мою реакцию.

Машина останавливается во дворе роскошного особняка. Мой муж выходит из авто и помогает выбраться мне. Я скольжу взглядом по трехэтажному особняку с колоннами у парадного входа. Да уж, немаленький домик. Даже у моего отца дом был не такой роскошный. Хотя, чему я удивляюсь, если мэр города приезжает к нему в гости по ночам? И все же, кто он такой? Подпольный миллионер? Миллионер, которому понадобился бизнес моего отца так сильно, что он готов был жениться на первой встречной? Что-то тут не сходится.

В просторном холле звучит приятная музыка, официанты снуют туда-сюда с подносами, на которых стоят бокалы с шампанским, а я просто жутко нервничаю из-за непривычной обстановки. А еще из-за того, что мужчины, все как один, провожают меня липко-жадными взглядами, что совершенно некстати отзывается во мне очередной волной стеснительности и желанием спрятаться от всех туда, где никто не найдет. Я бы так и сделала, если бы рука моего мужа не лежала столь покровительственно на талии, слегка придавливая к себе, но не вжимая в его мускулистое тело.

— Рад видеть, — говорит импозантный мужчина в черном смокинге. На висках седина и брюшко уже наметилось, но держится он так, словно каждый день принимает в своем доме королевских особ.

— Добрый вечер, — говорит мой муж, — моя жена, Алиса. — Представляет меня мужчине напротив, виновнику сегодняшнего торжества.

— Здравствуйте. — Протягиваю ему руку, и тот целует тыльную сторону. Все так приторно-слажено и красиво, как в романтическом кино. Только от наигранности сего спектакля выть хочется. Я сразу понимаю, просто чувствую, что хозяин дома и мой муж далеко не друзья, но, глядя на то, как они нарочито вежливо расшаркиваются друг перед другом, молча делаю вид, что очень рада знакомству.

Беру бокал шампанского с подноса проходящего мимо официанта, но не успеваю поднести его ко рту. Николай выхватывает бокал и ставит его на поднос другого официанта. На мой возмущенный взгляд говорит:

— Тебе это сегодня не нужно. — И все! Он все решил за меня, даже не спросив. Не могу сказать, что жить не могу без спиртного. Скорее наоборот, взяла бокал, чтобы чем-то занять руки. Но его властность и бесцеремонность только разозлили. Я бы высказала ему прямо сейчас все, что я думаю о его замашках. Но хватило ума вовремя прикусить язык. Отчего-то не сомневалась, что ему это не понравится. А с каких пор меня волнует, что ему понравится, а что нет? Это что-то новенькое.

Мы подходим к группе мужчин, мой муж здоровается со всеми, точно так же представляет меня, а я мило улыбаюсь и киваю. Он что-то обсуждает с ними, я быстро понимаю, что ничего не пойму из их разговора, поэтому стараюсь хоть бы не показывать скуку. И так проходит около двух часов. Мы ходим по залу, он здоровается, что-то с кем-то обсуждает, а я отчаянно скучаю. Вначале я рассматривала наряды проходящих мимо дам. Вот и неправда, что «так все ходят», мало кто решался надеть столько тонкое и откровенное платье. Большинство дам были упакованы в платья с тугими корсетами, делающими их талии неестественно тонкими. Поначалу чувствовала себя неуклюже в своем наряде, но потом успокоилась с мыслью «Да кому какое дело?». В итоге, расслабилась и решила, что нужно просто перетерпеть эту скуку. А зря.

Николай сжал мою талию крепче, когда заиграла красивая спокойная мелодия.

— Пошли, потанцуем, — шепнул мне в ухо, и, не дожидаясь моей реакции, потянул в сторону танцующих пар.

Он притянул меня к себе, и я уперлась руками в его грудь. Взял мою правую руку в свою ладонь, а потом повел в танце, снова удивляя меня своим умением плавно двигаться. Мужчина так напряженно всматривался в мое лицо, словно хотел там что-то разглядеть и никак не находил, что я посчитала нужным сказать хоть что-то.

— Мы еще долго пробудем здесь? — выдавила из себя, поднимая глаза и встречаясь с его взглядом.

— Нет. — Ответил он хрипло. — Осталось еще одно дело, а потом можем возвращаться домой. Уткнулся носом в мою макушку, шумно вдыхая. Его пальцы больно впивались в кожу на спине, придавливали меня к телу мужчины. А гулко отбивающее под пиджаком костюма удары сердце отчего-то вызывало стаю мурашек на коже. Не понятно почему. Ну, не может же он мне нравится? Ведь, не может?

Мелодия закончилась, и мужчина за руку увел меня подальше от танцующих пар. И я бы подумала, что он ведет меня к выходу из особняка, если бы он вдруг не повернул в сторону лестницы и не стал подниматься наверх, уводя меня за собой.

На втором этаже огромный коридор, с множеством дверей по бокам. Куча комнат, назначение которых мне было неизвестно. Видимо, моему мужу тоже было неизвестно для чего каждая из комнат, ведь он по очереди заглядывает в каждую дверь, а потом закрывает, не находя нужную.

Когда за одной из дверей обнаружилась комната, похожая на рабочий кабинет, с массивным дубовым столом и ноутбуком на нем, Николай зашел, увлекая меня за собой. Он подошел к столу и бесцеремонно уселся в кресло, нажал кнопку включения ноутбука. Я все это время смотрела на него, вытаращив глаза.

— Что мы здесь делаем? — спросила хрипло, кашлянув от напряжения, сковавшего меня. Я уже и сама догадывалась, что он хочет сделать, но не могла поверить, что вот так неожиданно стала соучастницей преступления. С грустью подумала о том, что в таком платье и на шпильках далеко не убегу в случае провала.

— Мне нужна кое-какая информация, — ответил невозмутимо, что-то нажимая на клавиатуре ноутбука. — Постой на шухере.

— Что? — мое лицо вытянулось, и челюсть отвисла от его ответа. Наверняка, в этот самый момент я выглядела до одури нелепо, но сейчас меня это как-то мало волновало.

— Приоткрой двери и смотри. Если кто-то будет идти сюда, скажи мне. — Он поднял глаза, и выразительно посмотрел, невозмутимо отвечая на мой весьма красноречивый взгляд. А я подумала о том, что вот такая игра «он что-то ищет, а я прикрываю» становится у нас какой-то традицией. В прошлый раз я прикрывала его, когда он забрался в дом моего отца ночью. Но тогда мне не было страшно, ведь я знала все входы и выходы в доме, а еще я точно знала, что даже, если меня поймают с поличным, моя выходка останется безнаказанной. Но теперь-то ситуация была совсем другой.

Я приоткрыла двери и стала напряженно всматриваться в коридор второго этажа, моля Бога, чтобы никто не появился тут в ближайшее время. Мне было так страшно, что колени потряхивало, а адреналин зашкаливал. Пульс бешено стучал в висках, дыхание сбилось, а щеки залило румянцем, они горели, причиняя дискомфорт. Я вся была, словно оголенный нерв. И в ужасе считала секунды, а потом минуты, до того момента, когда он найдет все, что ему нужно.

Вдруг со стороны лестницы послышались голоса. Я обомлела, сердце гулко застучало где-то горле, вызывая спазм и не давая вдохнуть. Потом голоса послышались ближе, и я увидела, как в сторону кабинета идет какой-то мужчина, обнимающий за талию девушку.

— Сюда кто-то идет, — прошептала обреченно. Повернулась к Николаю и замерла в ужасе. Что теперь делать дальше я даже не представляла. Никогда еще мне не приходилось шпионить вот так, воровать важную информацию. И я не представляла, что с нами сделают, когда найдут. Обреченно закрыла ладонями лицо.

Мужчина не растерялся, быстро вытащил из разъема на ноутбуке флэшку, засунул ее в карман брюк и отключил ноутбук. Подошел ко мне, схватил за запястье и повел в сторону дивана. Толкнул меня и я упала спиной на мягкую кожаную обивку. Сам навалился сверху, придавливая своим телом и вжимая в сидение.

— Будь хорошей девочкой, — прошептал мне в губы. — Подыграй мне.

Не успела я понять, что он имеет в виду, как он впился в мои губы, жадно их сминая и тараня своими. Рукой он обхватил мою щеку, а второй потянул вверх край моего платья, оголяя бедро, и нагло закинул мою ногу себе за поясницу.

Он с силой обхватил и жадно стиснул нежную кожу, пробираясь рукой выше, к ягодицам. Его язык протолкнулся в мой рот и нагло там орудовал. И мне бы возмутиться. Но страх и его умелые действия вызвали настоящую бурю в теле. Каждая клеточка реагировала, отвечая на его прикосновения, ликовала и билась в экстазе. Бабочки устроили в животе хоровод, который постепенно грозил перерасти в настоящую оргию. Не в силах сопротивляться, коснулась его языка своим, ощущая вкус кофе и сигарет, и упиваясь таким мужским вкусом. Он зарычал и с силой сжал мою ягодицу, наверняка, оставляя там синяки, но — какая разница? Одной рукой я притягивала его к себе за шею, пальцы второй запустила в его волосы, то поглаживая, то сминая в кулак.

Мужчина провел рукой по шее, чуть сжимая пульсирующую венку и вызывая табун мурашек по коже. Погладил плечо и, подхватив лямку платья, медленно потащил вниз, обнажая грудь с одной стороны. Оторвался от моих губ и втянул ртом сосок, заставляя меня вскрикнуть и выгнуться ему навстречу. Я перестала себя контролировать и просто рассыпалась на части в его умелых руках.

— Кажется, мы не вовремя, — услышала посторонний мужской голос, который резко вернул меня с небес на землю. Толкнула мужа в грудь, заставляя его слезть с меня, и поспешно поправила платье, закрывая грудь и ноги.

— А тебе не кажется, — протянул мужчина приторно сладко, глядя на моего мужа, — что трахать жену на вечеринке — это моветон? — Он нагло ухмыльнулся, и от его слов мои щеки залились багровым румянцем.

— А тебе не кажется, — рявкнул Николай грубо, глядя на него исподлобья, — что это не твое дело?

Протянул мне руку, и я поспешно вложила свою ладонь. Он с невозмутимым видом увел меня за собой, прочь из комнаты. Мы спустились по лестнице, и вышли во двор, где нас ждала машина. Водителя за рулем не было.

— Садись, — сказал мне, указывая на переднее сидение. И я послушно забралась в салон, и даже пристегнулась ремнем безопасности, чувствуя себя школьницей, которую застукали на месте преступления.

А вот Николай, казалось, вообще не смутился. Он выглядел так, словно ничего незаурядного не случилось. Уселся за руль, и машина плавно покатилась в сторону ворот.