Утренний кофе на столе притягивает ароматом. Я привычным движением беру в руки кружку, вдыхаю запах. Я уже полностью собрана, даже легкий освежающий макияж не отнял много времени. Мы с подругой пьем кофе, каждая думает о своих планах на день, когда из ванной раздается шум.

Оля вскакивает и бежит в ванную, я плетусь за ней. У меня нехорошее предчувствие по поводу этого скрежета, и оно, к сожалению, подтверждается, когда мы видим, что кран на раковине сорван и из него бьет фонтан ледяной воды.

— Дай мне полотенце, — кричит мне подруга, хватаясь руками за кран и пытаясь остановить воду. Я бегу в комнату и беру все сухие полотенца, которые смогла найти. Но это не помогло, так как никакими полотенцами нельзя было перекрыть этот нескончаемый поток.

Промучившись еще какое-то время с этим краном, мы вспомнили о том, что можно перекрыть воду. Мне даже удалось найти нужный вентель, и водопад прекратился. Однако, вид ванной комнаты оставлял желать лучшего. Наплевав на промокшую одежду и размазанный макияж, мы вдвоем принялись собирать полотенцами воду на полу. Когда с этим было покончено, я переоделась в сухую одежду, но на макияж уже не было времени. Выбежала из квартиры, схватив сумку, мобильный и ключи.

О том, что я безнадежно опоздала, стало понятно по пятнадцати пропущенным от Володарского. Отправила сообщение: "Буду через полчаса". И почти бегом побежала к метро.

Уже в лифте оглядела свое отражение в зеркале и ужаснулась. Рубашка заправлена кое-как, косметика размазана почему-то на одном только глазу, а волосы растрепались без укладки. К вспотевшему лицу прилипла прядь волос, окончательно дополняя образ жертвы апокалипсиса. Уже на своем этаже забегаю в туалет и смываю полностью макияж, расчесываю волосы, поправляю одежду. Уже лучше, но до вчерашнего лоска далеко. Ну и ладно, и так сойдет.

Быстро иду к своему рабочему месту, но не успеваю сесть за стол, как слышу рядом голос Володарского:

— Алина зайди ко мне, пожалуйста.

Поворачиваюсь и иду в его кабинет. Меньше всего мне сейчас хочется оправдываться, но, видимо, придется.

— Что случилось? — спрашивает он, едва я переступаю порог его кабинета. Он оглядывает меня с головы до ног и обратно, и, наконец, останавливает внимание на моем лице без косметики.

— Простите, Олег Максимович, за опоздание, — тараторю быстро, — больше этого не повторится.

— Что у тебя случилось? — Кажется, ему и правда не все равно.

— Прорвало кран в ванной. Пришлось срочно решать вопрос.

— Решила? — спрашивает, и я киваю. — Понятно. — Он выключает ноутбук, подходит ко мне, берет за руку, и мы выходим из его кабинета. Все так же за руку он ведет меня на парковку к своей машине.

— Куда мы? — спрашиваю.

— К тебе. Чинить кран. — Отвечает невозмутимо. Я не сразу реагирую, настолько неожиданно то, что он сказал.

— В смысле? Не поняла… — уточняю, все еще не веря, что он бросил все, чтобы отремонтировать какой-то кран в ванной.

— Посмотрю, что там у вас случилось и вернемся. — Это уже по дороге в сторону моего дома.

Мы быстро доезжаем. Я провожу его в ванную, он осматривает поломанный кран. Потом расстегивает и снимает с себя рубашку, расстегивает наручные часы.

— Что ты делаешь? — мне, конечно, нравится смотреть на него без рубашки. Но он и правда считает, что я стану с ним спать после вчерашнего свидания?

— Не хочу испачкать рубашку, — говорит, и начинает крутить что-то под раковиной, не пойми откуда, взявшимся, ключом. — Ты бы не стояла там, — говорит он мне. И я иду в комнату, сажусь на диван и, не зная, куда себя деть, просто сижу и жду.

— Нужно менять кран и сифон, — заключает он через полчаса, выйдя из ванной. — Я решу вопрос.

Он достает мобильный и кому-то звонит.

— Возьми все необходимое, сегодня ночуешь у меня, — говорит он мне, и я подскакиваю от неожиданности.

— Зачем у тебя? Мне и тут хорошо, — Начинаю протестовать, готовая биться за свое право ночевать дома, не на жизнь, а на смерть.

— Затем, что тут до завтра не будет воды, — говорит он спокойно, застегивая на себе рубашку.

Вздыхаю и иду собирать вещи, которые могут мне понадобиться. Мы выходим из дома и мужчина отвозит меня в свою квартиру.

— Располагайся, — говорит он мне.

— А как же работа? — спрашиваю.

— Сегодня у тебя выходной, — улыбается он мне. Машет рукой в сторону комнаты, — можешь отдохнуть, я приеду вечером. Он выходит из квартиры, прикрыв за собой двери.

Прохожу по комнатам, осматриваясь. Я уже была в этой квартире, но не особенно осматривалась. Та же спальня и ванная, вот только в прошлый раз я не заметила картины на стене в гостиной. Три полотна, на которых изображен городской пейзаж в разные времена года. Они висят друг возле друга, создавая иллюзию моментального перемещения по временам года и какие-то секунды. Надолго залипаю возле них, рассматривая цвета и мазки краски. Я не специалист в живописи, но мне очень нравятся эти картины. Даже то, что они висят все вместе, делает их не просто отдельными полотнами, а скорее живописным рассказом о быстротечности течения времени.

Перевожу взгляд на шикарный вид из панорамного окна. Все кажется таким маленьким внизу, дома, деревья, машины. С такой высоты ощущаешь себя будто в облаках, наблюдающим за бренностью бытия.

Отрываюсь от вида из окна и иду ванную. Набираю себе теплой воды и полчаса отмокаю, пока не расслабляюсь полностью. Когда выхожу из ванной, надеваю огромный махровый халат, рукава которого пришлось подвернуть. Обычно я чувствую себя неуютно в чужой квартире, но сейчас такого ощущения совсем нет. Мне комфортно и уютно.

Иду на кухню и открываю холодильник. Он забит продуктами, и я решаю приготовить ужин. Несмотря на то, что непонятно какие у нас с Володарским теперь отношения, оставлять нас обоих без ужина я не планирую.