Кристина.

Когда я просыпаюсь, за окном ночь. Ужасно хочется пить. Аккуратно скидываю с себя руку мужчины и выбираюсь из постели. Иду на кухню, набираю в стакан воды. Вкусно. Кажется, что тут даже вода слаще, чем в городе.

Внезапно замечаю два глаза, которые уставились на меня сквозь оконное стекло. Может, показалось? Зажмуриваюсь. Снова открываю глаза. Нет, не показалось. Глаза все так же смотрят на меня. Делаю шаг назад, за окном пошевелилась листва. Еще шаг и снова там движение. Резко срываюсь с места и несусь в спальню.

С разбега запрыгиваю в кровать, ударяюсь о спящего мужчину, который в ответ что-то невнятно промычал.

— Что случилось? — промямлил он сонно.

— Там…, — трясущимся голосом, — глаза…

— Какие глаза? — Гордеев повернулся на бок и пытается забрать у меня простыню, которой я укрылась с головой. Будто это может меня спасти?!

— Там, в окне, — я показала пальцем в сторону кухни.

Гордеев встал с постели и вышел из комнаты. А я осталась напряженно ждать. Воображение уже нарисовало страшного лесного монстра в лучших традициях фантастического кино. Только в фильмах обычно есть эльфы, которые всех спасают, а тут… только глаза…

— Ничего страшного, — голос Гордеева разорвал поток моих фантазий. — Просто волки.

А? Что?

— Волки? — пропищала испуганно. Фантазия про страшное чудище, лесное, показалась не такой страшной.

— Ну да. Они ночью на охоту выходят. Спи. — Сказал Гордеев уверенно, забираясь обратно в постель. Он собственнически обхватил меня за талию, притянул к себе и втянул запах моих волос.

Спать? То есть… как это?

— На охоту? — выдохнула обреченно. — А вдруг, они в дом заберутся?

— Не заберутся, — его спокойствие меня поражает. Наверное, вдохновилась бы им даже, не будь я так напугана.

— Ты уверен? — прошелестела пересохшими внезапно губами.

— Мы тут уже неделю, — усмехнулся он мне в макушку. — А ты только сейчас заметила волков. Не волнуйся, тут безопасно.

Наверное, он прав. Ведь никто не забрался к нам в дом за эту неделю. Но разве можно относиться к факту наличия хищников поблизости вот так спокойно?

— Правда, ничего не могу гарантировать, если ты снова надумаешь сбежать, — добавил он со смешком в голосе, намекая на мои невнятные попытки, которые так и не увенчались успехом.

Ему весело? Класс!

Я тут пытаюсь вырвать себе свободу, а ему смешно.

Играет со мной, как кот с мышью.

Я резко дернулась, вырываясь из его объятий. Но тут за окном завыл волк, и я тут же прижалась снова к крепкому телу мужчины. А Гордеев снова хохотнул.

— Яна, когда ты уже перестанешь от меня сбегать? — прошептал он мне в ухо.

Мое настоящее имя резануло слух с непривычки. Он знает, как меня зовут? Ну, конечно, знает. Он ведь из моей квартиры меня вытащил. И давно он знает мое имя? Почему-то только теперь я поняла, что он ни разу, с самой нашей первой встречи, не назвал меня по имени. Всегда только «детка» или «милая». Но ни разу «Кристина».

— Ты знаешь мое имя? Давно? — Спросила, смутно догадываясь, что он все понял с первой встречи.

— Чуть больше недели, — Гордеев провел по моему бедру, и мурашки поползли по коже, расползаясь от места прикосновения по всему телу. Этот негодяй знает, как сменить тему.

Его пальцы скользнули между ног, провели между складок, а потом закружили вокруг клитора. Забыв про крутящиеся в голове вопросы, даже про волков за окном, я сладко простонала и раздвинула ноги, чтобы ему было удобнее ласкать меня.

Второй рукой он обхватил мою грудь, больно ее сминая. Я вздрогнула и подалась попкой назад, тут же упираясь ягодицами в его каменный член. Трусь о него попкой, пока длинные пальцы ласкают меня между ног. По комнате разносятся хлюпающие звуки и наши стоны.

За окном раздается протяжный вой, от которого я вздрагиваю. Тут же получаю смачный шлепок по попе, от которого мышцы живота сводит приятно истомой. Забываю обо всем. Только его дыхание возле моего уха, только эти руки, которые доводят до исступления.

Мужчина резко вынимает из меня пальцы, сразу же входит до упора, замирая на мгновение. Вскрикиваю от приятного ощущения наполненности, а он только крепче прижимается ко мне сзади. Его пальцы снова ложатся на мой клитор, умело его лаская. В то же время он начинает медленно двигаться, постепенно наращивая темп. Удовольствие разрастается мощным комом, струится по венам и разлетается на мелкие осколки, заставляя тело выгибаться и вздрагивать. Гордеев умело удерживает меня, продолжая двигаться, кончает следом за мной.

Какое-то время мы лежим, слушая сбившееся дыхание друг друга. Он первым приходит в себя, переворачивается на спину.

А мне даже двигаться неохота. Не заметила, как провалилась в сон. Последнее, что запомнила, — это, как Гордеев обхватил мою талию, притягивая меня к себе.

Когда проснулась, солнце уже встало и в комнате совсем светло. Гордеева рядом нет. Я сладко потянулась в постели, а потом встала и пошла в ванную. Быстро приняла в душ, накинула на голое тело футболку мужчины, которая из-за разницы в размерах повисла на мне расслабленным платьем длиной до середины бедра.

Я иду на кухню, откуда доносится приятный аромат свежесваренного кофе. Кажется, я начинаю привыкать к такому размеренному ритму жизни. Мне даже нравится, когда по утрам меня будит запах кофе и блинчиков. И каждый раз я залипаю взглядом, разглядывая обнаженный торс мужчины. Надо признать, он невероятно хорош. Особенно в этих домашних штанах, которые он обычно надевает по утрам.

— Доброе утро, — прижимаюсь к мужчине, обнимая его сзади, пока он разливает кофе по кружкам.

— Доброе утро, — говорит он в ответ.

Если отбросить тот факт, что меня тут держат, как пленницу и сбежать мне не удается, то это просто идеальное утро.

— Какие планы на сегодня? — спросила его игриво.

— Мы возвращаемся домой.

Как? Разве меня не будут тут держать вечно, пока я не покаюсь во всех смертных грехах? Неужели, он решил отказаться от своих планов? Ведь я так и не согласилась на него работать. А Гордеев не похож на того, кто так легко сдается. Он ведь понимает, что я сбегу от него при первой возможности. Может, передумал? И решил нанять кого-то другого? Что ж, прекрасно.

Едва слышный рев вертолета где-то вдалеке. Он не шутит. Мы, действительно, возвращаемся домой.