Гордеев сидит возле окна, закинув ногу на ногу. Мне плохо видно лицо, зато я хорошо вижу, как блестит сталь пистолета в его руке.

Сердце замирает, пропустив удар, а потом начинает стучать в груди с удвоенной силой. Этого момента я ждала и боялась одновременно. Он здесь. Совсем рядом. Нужно только протянуть руку. Но ликование от того, что вижу его снова, быстро сменилось паникой. Зачем он здесь? Пришел потребовать должок?

Здравый смысл кричит, что пора сматываться. Я поворачиваюсь к двери и выбегаю в коридор.

Вот только мой маневр был недолгим. С разбега наскакиваю на чью-то мускулистую грудь. Поднимаю глаза. Огромный мужик стоит передо мной и смотрит на меня, как на бестолковую малявку. Рядом с ним стоит второй охранник, такой же огромный.

— Далеко собралась? — Спрашивает он, и по телу бегут мурашки от страха.

Конечно, это же Гордеев. Он с легкостью, как это обычно бывало и раньше, мог предугадать мой выпад. Поэтому и охрану с собой притащил. А у меня не остается выбора, мне не сбежать. Ничего не остается, кроме, как вернуться в квартиру.

Может, сразу не пристрелит, и я сумею вымолить прощение?

— Я все поняла, — говорю, когда охранник сделал движение, чтобы схватить меня за руку и затолкать обратно в комнату.

Медленно, стараясь не делать резких движений, возвращаюсь в квартиру. Гордеев сидит в том же кресле, задумчиво смотрит на меня. Поднимает пистолет, и в какие-то доли секунды в голове мелькают десятки мыслей о том, как мне спастись, если он начнет стрелять. Увернуться? Упасть на пол, а потом перекатиться за диван. И что дальше? Впереди Гордеев с пистолетом. Сзади — два охранника, которые легко разделаются со мной, стоит только Гордееву кивнуть. Нервы натянуты, как струна. Каждый мускул напряжен в ожидании следующего выпада мужчины.

Гордеев подносит пистолет к лицу, а потом нажимает на курок. Пламя зажигалки освещает его лицо, когда он прикуривает сигарету.

— И что дальше? — спрашиваю с вызовом в голосе. — Убьешь меня?

Гордеев выдыхает из легких дым. Он выглядит очень спокойным. Настолько, что от его спокойствия становится по-настоящему страшно.

— Собирайся, — говорит мужчина хрипло.

— Куда?

— У тебя пять минут, — на мои вопросы он отвечать не собирается. Снова и с наслаждением затягивается сигаретой.

— Пойми, у меня не было выбора…, — начинаю я оправдания.

— Осталось четыре минуты, — перебивает Гордеев невозмутимо. Будто и не слышит меня.

Нет, он не за моими оправданиями пришел. И слушать не станет. Разговоры бесполезны, а мои оправдания ему ни к чему. Открываю шкаф и достаю дорожную сумку. За оставшиеся четыре минуты я успела закинуть в нее спортивный костюм, пару футболок, джинсы и смену белья.

— Пойдем, — сказал Гордеев, вставая с кресла.

Он подошел к двери и вышел в коридор, даже не оглянувшись в мою сторону. Уверен, что я сама пойду за ним? Конечно, он не сомневается в этом. Ведь у меня просто нет выбора. Не пойду сама — эти два амбала за дверью выволокут силой.

С опаской выглядываю в коридор. Охранники стоят по обе стороны от двери. Запираю квартиру и иду за Гордеевым, который уже вызвал лифт.

— Куда мы? — спрашиваю, пока мы едем в лифте. Гордеев молчит. А охранник криво усмехнулся, на что получил убийственный взгляд шефа, от которого ему пришлось резко стать серьезным.

Вся эта таинственность пугает куда больше открытых угроз. Но я не раз уже попадала в разные переделки, так что опыт кое-какой имеется. Нужно только выбрать подходящий момент, чтобы сбежать. Но сначала нужно вести себя тихо и смирно, чтобы не вызывать подозрений. Рано или поздно, мои похитители ослабят хватку. Вот тогда и наступит подходящий момент.

Мы выходим из дома. Гордеев направляется к внедорожнику, который припаркован немного в стороне. Я следую за ним, с опаской поглядывая в сторону охранников.

Мне все еще не верится, что мужчина смог найти меня. Кстати, как ему это удалось? Я с первой нашей встречи поняла, что этот человек совсем не глуп. Даже больше, он намного умнее и опаснее всех тех, с кем мне приходилось иметь дело раньше. Но и я уже не первый год в деле. И умею прятаться, как никто другой. Мысленно я прокручиваю в голове возможные схемы и способы, по которым он мог меня вычислить. Но нет, ни один из вариантов не мог привести его ко мне, я замела следы. Тогда как? Ведь он потерял много времени, пока пытался поймать меня по маячку в кольце.

Когда мы подошли к машине, Гордеев уселся на переднее сидение, а меня затолкали на заднее два охранника. Они сели по бокам от меня, так, чтобы я получилась зажатой между ними. В таком положении не то, что сбежать, пошевелиться трудно.

Машина тронулась с места, быстро набирая скорость. Я все дальше от дома. Сначала пыталась запомнить дорогу, но потом, когда мы выехали за черту города, это становилось все сложнее. Пустая дорога, ни одной машины, только наша. И вокруг только поле с редкими деревьями. А потом и вовсе пустырь.

Неужели решил закопать меня где-то здесь? Нет, что-то не складывается. Проще было убить меня сразу, а не заставлять собирать вещи. Зачем вещи? Зачем все это? Зачем он снова вернулся в мою жизнь?

Автомобиль поворачивает, и я вижу впереди вертолет. Когда машина останавливается, Гордеев выходит, а охранники выволакивают меня, особо не церемонясь.

— Давай пошевеливайся, — говорит один из охранников, подталкивая меня в сторону вертолета.

А Гордеев тем временем подошел к вертолету, о чем-то спрашивает пилота. Он совсем не смотрит в мою сторону, будто меня тут нет. Словно я — несущественная деталь всей этой поездки. Вот и сейчас в вертолет меня заталкивают охранники, не забыв надежно пристегнуть. А Гордеев, также, не глядя в мою сторону, садится рядом с пилотом, пристегивается и надевает наушники.

Вертолет медленно поднимается. Фигуры охранников кажутся все меньше, а потом и совсем крошечными. Я вижу, как внизу пролетают дома и улицы. Очень быстро мой родной город оказывается где-то позади. И голова ломится от мыслей и догадок. Но, кажется, ни одна из моих догадок не попадает в цель.

Ведь понять ход мышления такого гения, как Гордеев, очень непросто, — знаю это по своему опыту. А весь мой опыт говорит, что было бы гораздо проще расквитаться со мной, не отходя от места. Но этот мужчина всегда найдет способ сделать это не так, как можно было бы придумать.