Лера

Медленно обернувшись, сталкиваюсь с его непреклонным взглядом.

— Наше?.. — переспрашиваю ошалело.

Это слово острым клинком вонзается в меня.

Режет на части мою веру в светлое будущее.

— Наше? — повторяю, повышая голос.

— Да, Лера. Наше. Что не так?

Шакуров, не обращая внимания на моё возмущение, берёт с кресла свои штаны, видимо брошенные туда вчера перед сном.

— Ты всё время так будешь делать, да? — спрашиваю еле слышно, чувствуя, как неумолимо закипаю от злости.

От его самоуверенности у меня аж зубы сводит.

— Как, Лера? — удивлённо изгибает бровь.

И впрямь не понимает?..

— Относиться ко мне как к пустому месту! — понимаю, что меня несёт, но сейчас вряд ли что способно остановить этот прущий локомотив негодования. — Что значит наше бракосочетание? А моим мнением ты не хочешь поинтересоваться?

— Ты против?

Его спокойствие действует на меня как красная тряпка на того самого парнокопытного.

— Да, твою мать, я против! — почти перехожу на крик.

— Почему?

Это просто невыносимо.

Кажется я близка к тому, чтобы начать биться головой о стену.

— Давай напомню, если ты вдруг забыла, — говорит, делая шаг ко мне, я же напротив отступаю. — Всего день назад ты сказала, что любишь меня. Так?

Я не знаю, как мне удаётся не показать, как больно становится от его слов. Никогда в жизни не испытывала большего разочарования.

Чёртов киборг!

Думает получил козырь на руки?

— Да, верно, — цежу зло. — Только это не даёт тебе право принимать за меня решения.

В моменте наблюдать как его корёжит от моих слов — особый вид блаженства.

— Лера, завязывай. Или тебе нравится сопротивляться мне? Иначе я просто не понимаю твоего поведения.

И ведь он сейчас говорит правду.

Он действительно ничего не понимает.

Горло клинит от болезненного спазма.

Тело электрическими импульсами бьёт мандраж.

Злость тот ещё двигатель. Заряжает энергией сверх меры. Под завязку.

— Знаешь, Шакуров, — произношу обманчиво спокойным тоном, — я в какой-то момент стала думать, что смогу жить с тобой… вот таким. Но нет! Сейчас точно поняла, что нет.

Это признание как прыжок с моста. Взрыв адреналина обжигает до невидимых волдырей.

— Каким таким? — спрашивает он вкрадчиво и страшно. Захлебнуться можно от небывалого всплеска эмоций в его тоне.

Знаю, что хожу по краю провоцируя зверя, но как отказать себе в удовольствии в коем-то веке наблюдать его реакцию?

Пульс продолжает грохотать в висках, грозя скачком давления.

— Бесчувственным, безэмоциональным, хладнокровным, равнодушным, бессердечным, чёрствым, непробиваемым… Киборгом! — последнее слово выкрикиваю на пике повышенной экспрессии. — Могу бесконечно продолжать! И это всё будешь ты!

Даже не берусь понять, что больше его задело, но его потяжелевший взгляд точно не предвещает мне ничего хорошего.

— А теперь выйди из моей комнаты, мне нужно переодеться, — сложно мыслить здраво находясь под действием гнева, усиленного разочарованием. — И впредь не смей сюда являться, когда тебе вздумается! Ты нарушаешь мои личные границы!

Меня начинает потряхивать от исходящей от него давящей энергетики.

Вены на его руках и шее вздуваются. Черты лица становятся более выраженными.

Ох, плохой знак…

— Границы значит, — заключает спокойно. При этом его грудной рокот вибрацией разносится по комнате.

И будто мне мало той отдачи что получаю, я окончательно вскрываю нарыв.

— Я сведу метку в самое ближайшее время и наконец-то покину этот чёртов дом! И твоё разрешение мне нахрен не нужно будет! Понял?

Повисшая после этого тишина кувалдой бьёт по моим расшатанным нервам.

Кажется, воздух в комнате стал нагреваться, раскаляясь до предела.

Короткое расстояние между нами того и гляди заискрит.

Медленно отступаю назад, когда вижу, как его зрачки в один момент меняют свой окрас, становясь янтарными. Пугающе завораживающими.

А это значит… это значит… он на грани оборота.

— Айдар… — шепчу, уперевшись спиной в стену.

Биение моего сердца разносит грудную клетку.

Неторопливая, уверенная поступь хищника неумолимо приближает его ко мне.

Тяну носом его персональный усиливающийся аромат, что по задумке самой природы действует на меня обезоруживающе.

Зрение затягивает мутной пеленой, а все мышцы в теле напрягаются в ожидании.

Я не шевелюсь, боясь отвести от него взгляд.

Замираю, когда останавливается напротив. Между нами расстояние не больше десяти сантиметров.

Критически малое.

Айдар медленно сокращает и его. Упирается рукой в стену на уровне моей головы.

Прикрыв глаза, отворачиваюсь в противоположную сторону.

Склонив голову, он ведёт носом по моему виску, щеке, шее.

Дышу через раз, чтобы ещё больше не раздражать рецепторы его запредельным ароматом. Но он всё равно проникает в меня…

Инстинктивно начинаю дышать чаще.

Вздрагиваю, когда из моих ослабевших пальцев выпадает расческа.

Он действует расчётливо. Безошибочно. Пробуждая во мне парный инстинкт.

До боли вонзаюсь зубами в нижнюю губу, пытаясь подавить постыдное возбуждение.

Не помогает.

Нервно сглатываю.

Уши забивает оглушительный звон.

Кружится голова.

Я задыхаюсь.

И видимо схожу с ума…

— Отойди… от… меня…

Последний шаг к сопротивлению заканчивается моим приземлением на постель. Лицом в матрас.

Секунда и футболка исчезает с моего тела будто её и не было на мне вовсе.

Он её не снял, а разорвал на части.

Но даже это прямое проявление агрессии не отрезвляет.

Горячие руки, скользя по телу отзываются во мне приливами удовольствия. В следующее мгновение чувствую, как сильная ладонь проскальзывает к моему животу. Рывок и Айдар ставит меня на колени. Давление его ладони на лопатки вынуждает грудью обратно вжаться в постель.

Осознание порочности позы фейерверком взрывается в моей голове.

Удерживая на месте, сильные пальцы впиваются в тазовые косточки.

Резко подавшись вперёд, Айдар недвусмысленно врезается в меня пахом.

О боже мой…

Разряд молнии пронзает позвоночник. Выжигает во мне малейшие признаки сопротивления.

Качнувшись, подаюсь ему навстречу.

Шлепок по ягодицам обескураживает.

Хотя пусть лучше будет больно, чем…

Один.

Второй.

Открываю рот, желая возмутиться. Но с губ срывается протяжный стон, когда чувствую, как в меня настойчиво вдавливается член, заполняя до основания.

Я теку так будто мне свойственна природа двуликих.

Будто я одна из них.

Безумие какое-то…

Айдар вколачивается в меня сильными, грубыми толчками.

Уверенно подавляет протест своей самки самым примитивным способом.

Но безотказным…

Я скулю, шиплю, вою…

Внутри меня полыхает огонь. Жидкое пламя, которое грозит сжечь меня в пепел.

Болезненные спазмы внизу живота нарастают. Накатывают волнами. Одна за одной.

И вот когда кажется, что я уже на пике… Айдар приподнимает меня, подхватив рукой под грудью.

Ничего не соображая, вцепляюсь пальцами в обвившую меня руку.

Вжав спиной в себя, он продолжает двигаться во мне.

А уже через мгновение вонзает зубы в мою шею. Прямо в метку. Прокусывает аккуратный шрам, обновляя его.

Запрокинув голову, словно одержимая сотрясаюсь в мощнейшем оргазме…

Выгибаюсь, сильнее насаживаясь на член, когда он зализывает место укуса.

Утробный рык резонирует во мне, продляя экстаз.

Всё ещё качаясь на волнах затихающего удовольствия, чувствую как Айдар изливается на мои ягодицы.

На короткую вечность оба замираем в этом безумном моменте.

— Лера, если я не произношу тех слов что ты так от меня ждёшь, это не означает что я ничего не чувствую, — возвращает меня на бренную землю хриплый голос.

Значит только делал вид что не понимает…

— Замуж я за тебя всё равно не выйду, — заявляю, чуть отдышавшись.

— Выйдешь.