Мы мчались к зданию клуба, где расходилась дорога, но Эмиль не свернул налево, на дорогу, которая вела к дому Вильема и финскому саду, а резко свернул направо, да так, что я чуть не ударилась об дверцу автомобиля.

— Эй, потише! — вскрикнула.

Он посмотрел на меня, но ничего не сказал.

Насколько я помнила, дорога, на которую свернул Эмиль, вела в Хиитола, по пути которой было ещё много отворотов ведущих к озёрам, рекам, и вообще к глухим местам.

— Эмиль, куда мы едем? Почему ты не свернул к дому?

— Так надо, — ответил он не глядя на меня.

Беспокойство моё росло, так как не понимала, что происходит. Эмиль часто посматривал в зеркало заднего вида, как будто опасался погони. Лицо его было напряжённым и каким-то неестественным, оно походило на маску.

«Видать случилось что-то, из ряда вон нехорошее, раз Эмиль сам не свой» — подумала, но спрашивать ничего не стала, а только крепче вцепилась в кресло, когда он резко сворачивал на очередную дорогу.

Я потеряла счёт этим дорогам и поворотам, машина петляла то вправо, то влево, и я уже точно не могла определить, в какой стороне находится деревня. Примерно через час, мы остановились в глухом лесу. В этом месте дорога заканчивалась, перед нами возвышался большой каменный валун. Эмиль выключил двигатель и вышел из машины, прислушиваясь к звукам леса. Стояла тишина, лишь слышался шум листвы, да пение птиц, и те вскоре куда-то улетели.

— Выходи, — он открыл передо мной дверцу машины.

— Эмиль, может сейчас, ты расскажешь, что случилось? Откуда ты взял эту машину, и где твоя?

Лицо его смягчилось, и он постарался сделать беззаботный вид.

— Ты не поверишь, но у моего «Гранд Чероки», возле магазина, кто-то проколол колёса, и мне пришлось одолжить эту «Ауди» у своего знакомого, — он хлопнул рукой по капоту машины.

— Но почему мы здесь? Что произошло, кроме того, что у твоей машины прокололи колёса?

Он нерешительно подошёл ко мне и положил руку на плечо.

— Демоны, крошка, демоны. Они выслеживают нас, и я испугался за тебя.

Я удивлённо на него посмотрела:

— Тогда почему ты не свернул к нашему дому? Там Вильем и Эрик, они обязательно помогли бы нам.

— Потом, потом всё объясню, — притянул меня к себе Эмиль. — Иди ко мне, я соскучился, — и, обхватив меня обеими руками, приподнял, целуя моё лицо. Целовал он меня как-то лихорадочно, можно сказать даже грубо, пытаясь при этом снять с меня одежду.

— Эмиль, Эмиль, перестань, ты делаешь мне больно, — пыталась вырваться.

— В чём дело, крошка? Тебе не нравится заниматься этим на лоне природы? Тогда прошу в салон машины, — он, обхватив меня за талию, затащил внутрь, где я оказалась лежащей на нём сверху.

Его руки тряслись, пытаясь расстегнуть все пуговицы на моей одежде. Не в силах больше сдерживаться, он просто порвал на мне кофточку, чего раньше он себе не позволял. Ещё меня удивило, что он назвал меня «крошкой», вместо привычного «детка». Его такое странное поведение насторожило меня, и я желала выяснить, что с ним происходит.

— Эмиль! — крикнула я, — что с тобой?! Отпусти меня сейчас же!

Он ослабил хватку, и я, воспользовавшись моментом, выскользнула из машины, поправляя на себе одежду. Он вышел следом и, обняв меня сзади, произнёс не своим голосом:

— Ну, что ты ломаешься, крошка, как будто у нас это впервые. Ты же моя жена.

От негодования я развернулась и влепила ему пощёчину.

— Почему ты ведёшь себя как последний урод?! Приди в себя наконец-то, Эмиль! — губы мои задрожали.

— Хорошо, скажи, как хочешь ты, и я всё сделаю, — с ухмылкой сказал он, и мне эта ухмылка показалась очень знакомой, но чтобы так делал Эмиль, я видела впервые.

— Ты сам знаешь, как я хочу, зачем спрашиваешь? — подозрительно смотрела я на него.

— Напомни мне, я забыл, крошка, — продолжая меня тискать, жарко задышал он мне на ухо.

Я с силой оттолкнула его и сорвалась на крик:

— Не называй меня «крошка», и перестань вести себя как мерзавец, мне не нравится эта игра Эмиль, так что прекращай!

Его лицо изменилось. Из нахально-весёлого выражения, превратилось в суровое, а глаза забегали по сторонам. Он сжался, как пружина и потянул носом воздух, чем сильно удивил меня.

— Нам надо уезжать отсюда.

— Я тоже так думаю, — согласилась я. — И желательно поехать домой.

Он ничего не ответил, лишь грубо толкнул меня к машине, а сам быстро уселся за руль.

— Быстрей! — рявкнул он.

У меня поползли вверх брови, такого тона я от него не ожидала! Но делать было нечего, и я быстро нырнула в машину на заднее сиденье.

Эмиль резко развернулся, и машина рванула в обратном направлении, всё так же петляя по дорогам.

— А потише нельзя ехать? — попросила я.

— Нет. За нами погоня, — не глядя бросил он.

— Какая погоня? Демоны? — со страхом произнесла.

— Они самые. Мы должны оторваться от них, — и он вновь свернул на незнакомую мне дорогу. Я стала крутить головой, стараясь увидеть ту самую погоню. Сквозь редкие заросли деревьев, я увидела две машины двигавшихся, параллельно нашей.

— Я их вижу! — закричала я.

— Не смотри! — прорычал Эмиль, и я съёжилась от его голоса, спрятавшись за высокой спинкой кресла.

Но страх брал своё, и я, приподняв голову, вновь посмотрела в заднее стекло автомобиля. За нами мчались две машины, оглушительно сигналя и мигая фарами. Приглядевшись получше, я с удивлением увидела, что за нами ехал «Гранд Чероки» Эмиля и «Бентли» Вильема.

«Как такое может быть?! Почему у демонов оказались машины Кейнов?! Что происходит, в конце-то концов?!»

— Эмиль, — позвала я.

Он обернулся ко мне в пол-оборота и криво улыбнулся:

— Что крошка?

Я с ужасом увидела, как его правый глаз, когда-то ярко-синий, стал угольно-чёрным. Я закрыла рот рукой, чтобы не закричать, но возгласа не сдержала:

— Влад!

— Спалила всё-таки! — рассмеялся демон.

— Но как ты смог… — я не договорила, с ужасом глядя на него.

Он умело крутил руль машины, при этом продолжая со мной разговаривать.

— Долгие годы тренировок. Я подумал, раз мы можем принимать образ монстров, и зверей, почему бы не научиться принимать образ самих Небесных. У меня одного, это просто феноменально получилось! Четыре года, я пытался копировать твоего Кейна, и вот победа, я смог! И даже ты, приняла меня за него! — ликовал Блейк. — С гардеробом, правда, пришлось повозиться, ведь я должен быть одет как он, но прости, джинсы не той фирмы, что у него, хотя очень похожи, — и Влад рассмеялся своим противным лающим смехом.

— Останови машину и выпусти меня! — почти приказала я.

Он ещё громче рассмеялся, а затем его смех резко оборвался, и он глядя на меня своими чёрными, как ночь глазами, прошипел:

— Я не для этого устраивал весь этот маскарад, чтобы вот так просто отпустить тебя, так что сиди, крошка, и помалкивай.

— Эмиль всё равно догонит тебя и убьёт! — пригрозила.

Блейк резко повернулся ко мне, и мне показалось, что чернота в его глазах зашевелилась.

— Прежде, чем он убьёт меня, я убью тебя, крошка. В таком случае, ты не достанешься никому.

Я с ужасом поглядела на него, и из моих глаз закапали слёзы.

— Если бы ты не ломалась тогда в машине, ты бы уже была моей. После меня, ты не нужна, стала бы Кейну. Но это поправимо, — самодовольно произнёс он, — сейчас я оторвусь от них, и когда мы окажемся в недоступном для Кейнов месте, я уже не буду так любезен с тобой, как там, — кивнул он назад.

— Я убью себя, но не буду твоей никогда! — с вызовом произнесла я.

Демон ухмыльнулся и покосился на меня, своим чёрным глазом.

— Я не допущу, чтобы ты себя убила, ты мне живая нужна.

— Зачем? Ты что, любишь меня? — хохотнула нервно.

— Демоны не умеют любить, они берут то, чего хотят. А я хочу тебя, и тут без вариантов, крошка.

— У вас что, женщин-демониц не хватает, что ты хочешь обыкновенную девушку? Уж лучше по согласию, чем так, — пыталась я переубедить Влада.

— Демоницы не могут рожать детей, в отличие от земных женщин. Понимаешь о чём я, крошка?

— Что? — глаза мои округлились. — Тебе нужен от меня ребёнок?! — чуть не задохнулась я от такой наглости.

— Да. И желательно не один. И пока ты сможешь мне рожать, ты будешь моей женой, — ответил он.

— А если не смогу?

— Если не сможешь, я тебя убью, — спокойно ответил он, как будто речь шла о чём-то обыденном. — Но я чувствую, я почти уверен, что сможешь, поэтому я и выбрал тебя, и не отступлю, пока не получу своё. Вдобавок, ты очень красивая, а я выбираю только красивых себе жён. Я выбрал тебя ещё тогда, когда мы встретились на скале. Помнишь? Ещё тогда, я хотел обладать тобой. Я решил сделать это на день Ивана Купалы, поэтому назначил тебе встречу, но мне помешал Кейн, будь он неладен. А потом ты начала с ним встречаться, и мои шансы на успех резко упали. Кейн встал на моём пути, он помешал моему плану. Да и братец его, явился тогда некстати к твоему дому. Аварию помнишь, в которой ты с ним пострадала? Это я подстроил.

— Ты? — с презрением фыркнула я.

— Да, это я сделал. Опоил водкой водителя самосвала, и внушил ему ехать, не останавливаясь и никого не пропуская. Даже время столкновения подгадал, — хихикнул Блейк. — Я знал, что Небесный не даст тебе умереть, и вывернет руль, приняв удар на себя. Я надеялся, что он сдохнет после такого удара, а я в это время заберу тебя из машины, пока ты не очухалась. Но он гад живучий оказался, недаром бессмертный. И двери, успел заблокировать. Не повезло мне тогда, люди быстро стали собираться к месту аварии, а мне лишние глаза ни к чему, вот и пришлось тогда отступить.

— Гад! — в ярости бросила я, но он даже не взглянул на меня.

Завизжали тормоза, и в бок «Ауди» врезался «Бентли» Вильема. Меня отшвырнуло в сторону.

— Чёрт! — выругался Влад. — Заболтался с тобой, чуть в кювет не улетели, — он резко свернул на другую дорогу. Машины Эмиля и Вильема скрылись из вида, а «Ауди» помчалась в сторону озера, которое начало показываться сквозь деревья.

Влад ухмыльнулся:

— Отстали. Теперь я точно от них оторвусь.

Но стоило нам подъехать ближе к озеру с крутым обрывистым берегом, как на нашем пути оказался «Гранд Чероки» Эмиля. Влад круто развернул машину в другую сторону, но там уже стоял Вильем, ехать демону было некуда, его машина была зажата с двух сторон. Он зарычал, и образ Эмиля, который он принял, стал меняться на образ самого Влада. Я от ужаса закрыла глаза, чтобы не видеть эту ужасную картину.

— Чёртовы Небесные, они обыграли меня! Но ничего, у меня для них есть веский аргумент, чтобы отпустить меня, — он волоком вытащил меня из машины и потащил к обрыву.

— Только подойдите, и я швырну её вниз! — заревел он в ярости.

— К тебе никто не будет подходить, отпусти её и уезжай, — услышала я голос Эмиля.

Влад, какое-то время размышлял, потом крикнул:

— Я слишком долго охотился на неё, чтобы, вот так быстро отдать её вам.

— Тогда ты умрёшь! — крикнул Вильем.

Влад зло усмехнулся:

— Я был с ней. Она тебе ещё нужна, Эмиль?

Муж бросился ко мне, но Эрик, выскочив из машины, задержал его.

— Не надо брат, так ты ещё больше усложнишь ситуацию.

Я собралась с силами и закричала:

— Он всё врёт! Убей его, Эмиль! — за что получила от Влада увесистую оплеуху.

— Она специально так говорит, надеется, что вы спасёте её, — Блейк не сдавался.

— И что же ты хочешь, демон, чтобы мы отдали Наташу тебе? — Вильем сделал шаг вперёд

— А она вам нужна, после того, что я с ней делал? — вопросом на вопрос, ответил Влад.

— Нужна. Отпусти её, и ты не пострадаешь, — опять предложил Вильем.

— О, Кейн, — обратился Влад к Эмилю, — ты не представляешь, как эта крошка стонала подо мной, буквально час назад! С тобой она так же стонет? — демон зло захохотал.

— Эмиль, не верь… — и я тут же получила вторую оплеуху, от которой у меня зазвенело в ушах.

— Она теперь будет носить моего ребёнка, так что, отдайте её мне, она хотя бы поживёт ещё, а иначе, я сброшу её с обрыва, — соврал и пригрозил Влад.

Эмиля больше не удержать было, и он, оттолкнув Эрика в сторону, бросился на Влада. В ту же секунду, я полетела вниз головой с обрыва. Последнее, что я услышала, это громкий крик мужа.

* * *

Обрывистый берег озера, поросший кустарником и редкими деревьями, был усыпан камнями. Я стремительно летела вниз, чувствуя, как моё тело ударяется об острые камни, и как рвётся на мне одежда, цепляясь за сучки и коряги. Всё смешалось, и мне казалось, что этому падению не будет конца. Я налетела на что-то острое, и всё моё тело пронзила острая боль, и падение прекратилось. Я лежала на камнях, среди поваленных деревьев, тяжело дыша. Что-то тёплое и липкое разливалось по спине, и я протянула руку, чтобы проверить, что мне причинило такую невыносимую боль. С ужасом обнаружила торчащий сук из моего правого бока и подумала: «Это конец! — я запаниковала. — Сейчас я умру, и мы никогда больше не будем с Эмилем вместе!»

Наверху шёл настоящий бой! Видать друзья Влада поспешили ему на помощь. Слышался их противный вой, перемешивающийся с рычанием и шипением. Деревья трещали и валились! В небо взлетела стая птиц! Казалось, наступил конец света! С трудом повернув голову, я посмотрела наверх. С обеих сторон ко мне бежали... два Эмиля! Я нервно сглотнула, Влад опять принял образ моего мужа, и я испуганно смотрела на них, не понимая, кто из них настоящий. Подбежав ко мне, они зло посмотрели друг на друга.

— Она тебе не достанется, — сказал один из них.

— И тебе тоже, — ответил второй, и они вцепились друг в друга. Фигуры замелькали перед глазами, оказываясь, то слева, то справа от меня. Я не могла проследить за их движениями, фигуры были размыты, настолько быстро они двигались. Лишь на мгновение они останавливались, с гневом глядя в глаза друг другу, и снова начиналась драка. Перед глазами всё плыло, и я боялась потерять сознание. Быстро двигаясь, они наносили друг другу смертельные удары! Внезапно у одного из них в сторону отлетела голова и покатилась вниз по склону. Тело непроизвольно дёргалось, продолжая драку, но лишённое головы медленно стало оседать, и рухнуло под ноги второму Эмилю. Я чуть не закричала от ужаса, но сил не было, и я лишь тихо застонала.

«Неужели это был мой Эмиль?!» Слёзы сами собой потекли из глаз.

Оставшийся в живых Эмиль, тяжело дыша сел на землю и опустил голову.

— Всё, теперь он больше не принесёт тебе вреда, — и, встав, направился ко мне.

Я лихорадочно шарила рукой по куче листьев и веток. Нащупав острую палку, быстро схватила её и поднесла к своему горлу. Увидев это, он остановился в трёх шагах от меня.

— Не надо, убери это, пожалуйста.

Я отрицательно покачала головой.

— Не подходи, я убью себя!

— Наташа, успокойся, это я, настоящий Эмиль, — испуганно смотрел он на меня.

Я с трудом облизала пересохшие губы, и почти шёпотом спросила:

— Как ты меня называешь?

Он вскинул брови, не понимая о чём я, а затем увидел сук, торчащий у меня в боку, воскликнул:

— Наташа, тебе нельзя разговаривать, позволь, я помогу тебе, — и сделал шаг вперёд.

Я крепче прижала острую палку к горлу, и почувствовала, как струйка крови стекла мне на грудь.

— Не подходи! — прошипела, превозмогая боль.

— Не делай этого, прошу! Поверь мне, это я, Эмиль! — схватился он за голову.

Я теряла сознание, и всё-таки усилием воли заставляла себя разговаривать:

— Как… ты называешь… меня?

Он сделал ещё шаг ко мне.

— Я не знаю, о чём ты, детка, но я прошу тебя, убери эту палку от своего горла, — голос его дрожал.

Услышав заветное «детка», я с облегчением отбросила палку — это был настоящий Эмиль, мой Эмиль, только он так называл меня. В тот же миг, он оказался возле меня.

— Молодец, милая! Я помогу тебе, ничего не бойся.

Я почувствовала его руки на своём лице, и подняла свою, чтобы, может быть в последний раз, обнять его. Но моя рука повисла в воздухе, и я потеряла сознание.