Эмиль включил магнитолу, и заиграла ритмичная музыка, под которую мы начали петь в унисон с исполнителем, громко смеясь. Музыка закончилась и я, сняв туфли, закинула их на заднее сиденье.

— Эмиль, нам далеко ехать?

— Нет, милая, минут двадцать, потерпи, скоро будем на месте.

Я смотрела в окно, пытаясь понять, куда он везёт меня, но местные дороги так были похожи друг на друга, что я не поняла, в какую сторону мы двигаемся, тем более Эмиль два раза свернул и пересёк две, точно такие же дороги. Закрыв глаза, я откинулась на изголовье кресла.

— Милый, когда будем подъезжать, скажи, — машину немного потряхивало и я, сама того не замечая, задремала.

— Детка, просыпайся, мы подъезжаем, — услышала я его голос и открыла глаза.

— Уже, так быстро! — вертела я головой.

— Я же говорил, минут двадцать, — улыбнулся он.

Впереди, я увидела много огней и большой дом, который возвышался над лесом.

— Где это мы? Что за дом? — пыталась узнать я место в сумерках. Машина остановилась у самых ворот, и Эмиль помог мне выйти.

— Узнаёшь место, Наташа?

— Эмиль, это же финский сад! — подпрыгнула я от радости, — я сразу и не узнала его!

— Он самый, милая. Я знал, что тебе понравится это место, — довольно улыбался он, радуясь, что смог произвести на меня впечатление.

— Ты что же, снял этот дом для нашего медового месяца? — глаза мои горели.

— Не совсем так, Наташа, — он открыл массивную дверь калитки и пропустил меня внутрь.

Это была сказка! Я не поверила своим глазам, как преобразилось это место, после нашего последнего и единственного визита сюда. Когда-то неухоженные, полудикие деревья, были подстрижены и стволы покрашены известью. Большие клумбы радовали глаз разнообразием цветов, под ногами ковёр из зелёной травы, приятно ласкал ступни ног. Ещё я заметила несколько скамеек в саду и беседку увитую плющом, уютно спрятавшуюся под большой яблоней. Вдобавок ко всему, по всему саду были развешаны светящиеся шары, свет которых и придавал саду таинственный и волшебный вид. В центре сада висели большие качели, на которые могут сесть два человека. В саду был пруд с чистой водой и настоящими лилиями на гладкой поверхности.

— Эмиль, колодец! — указала я рукой и направилась к нему. Он был не тронут, и его старинный вид, придавал саду ещё больше таинственности.

— Тут даже кружка осталась, — радовалась я как ребёнок, — помнишь, как мы пили из неё?

— Помню, детка, я всё помню. Хочешь, мы сейчас попьём из неё?

Я кивнула, и Эмиль опустил ведро в колодец и достал воду. Зачерпнув кружку воды, он подал мне:

— Ты первая.

Вода была холодной и сводила зубы, но очень вкусной, такой воды я не пила нигде. Выпив половину, я протянула кружку Эмилю:

— Теперь ты.

Допив воду, Эмиль обнял меня.

— Тебе нравится здесь?

— Да это просто волшебно, Эмиль! — ответила с восторгом.

— Прогуляемся по саду?

Я приседала возле каждой клумбы, нюхая цветы и трогая их руками.

— М-м-м, чудесно пахнут! — вдыхала их аромат.

Мы подошли к качелям, и Эмиль ловко подхватил меня на руки, сев на неё и усадив меня к себе на колени.

— Покачаемся?

При каждом толчке, моя фата развевалась по воздуху, и я только сейчас почувствовала, как устала моя голова от высокой причёски, бесчисленных невидимок в волосах и жемчужных нитей.

— Эмиль, сними фату, пожалуйста, — попросила я.

Он аккуратно начал вынимал шпильки из моих волос и, не справившись с жемчужной нитью, нечаянно оборвал её, бусины посыпались в траву как горох, и он с виноватым видом развёл руками.

— Извини, не хотел.

Я махнула рукой.

— Нормально, снимай остальное, — мои волосы рассыпались по спине, когда Эмиль наконец-то снял диадему и повесил фату сверху на качели, где она и провисела до утра.

— Ах, как хорошо, — блаженно вздохнула я, и положила голову на его плечо.

— Пошли в дом, милая, ты очень устала, тебе надо отдохнуть, — я кивнула, и Эмиль, взяв меня на руки, понёс в дом.

Когда я была возле этого дома с друзьями, он не показался мне таким большим как сейчас. Это был не просто дом, а почти дворец! Высокие потолки, и богатое убранство поразили меня! Белая, резная лестница, ведущая на второй этаж, великолепно вписывалась в антураж дома.

— Эмиль, чей это дом?

— Этот дом твой, любимая, — он улыбнулся и обнял меня.

— Мой? Ты шутишь? Как он может быть моим? Я вижу его второй раз в жизни. Первый раз я приходила сюда с друзьями, и...

— Я знаю, — перебил он, — я видел вас в этот день.

— Ты был здесь? Но, что ты тут делал?

— Я заканчивал строительные работы, милая. Этот дом построил я, для тебя, — сказал он и я опешила.

— Но мы с тобой тогда ещё были в разлуке, а дом явно начали строить ещё в том году, — я ничего не понимала.

— Правильно, я начал его строить ещё прошлым летом. Точнее, меня здесь не было, был мой доверенный человек, которого я нанял для строительства, а в этом году решил приехать сюда сам, чтобы посмотреть, как выполняются мои поручения, ну и чтобы оформить этот дом на твоё имя.

— Эмиль, ты сумасшедший! Ты строил для меня дом, думая, что я вышла замуж и родила ребёнка? Но, зачем?

Эмиль опустил глаза и на миг задумался.

— Я хотел оставить память о себе, и хотел, чтобы ты была счастлива в этом доме, со своей семьёй.

У меня на глазах навернулись слёзы и, обняв его, я спрятала лицо у него на груди.

— Эмиль, ты поражаешь меня своими поступками. Лучшего мужчины и леля, я не видала в своей жизни.

— Не плачь, родная, теперь я точно знаю, что ты будешь счастлива здесь, — гладил он меня по волосам.

— Я буду счастлива с тобой везде, милый, только будь всегда со мной рядом, ещё одной разлуки я не переживу.

Эмиль взял моё лицо в свои ладони и, глядя мне в глаза, произнёс:

— Наташа, обещаю тебе, я всегда буду рядом и никогда больше не оставлю тебя. Я буду рядом до тех пор, пока хочешь этого ты, или пока смерть не разлучит нас.

Счастливые моменты в моей жизни, были связаны только с Эмилем, я верила, и не верила, что Эмиль со мною рядом. Мне всегда хотелось держать его за руку и никогда не отпускать.

— Родная моя, я всё сделаю для того, чтобы ты была счастлива, — Эмиль нашёл мои губы и нежный поцелуй обжёг их.

Ах, как умел, целовался Эмиль! Несмотря на то, что мои губы слегка побаливали, я всё равно жаждала его поцелуев. Моё лицо раскраснелось, а дыхание участилось.

— Душно в доме, — прерывисто сказала я.

— Прости, не успел установить кондиционеры в доме, но у меня есть предложение, — он подмигнул мне и потянул за руку к выходу.

— Эмиль, ты куда? Мы что, будем спать на улице? — засмеялась я.

— Не совсем на улице. Там хорошо и прохладно, тебе понравится.

Мы пробирались через сад, и я поняла, что он ведёт меня к беседке.

— Входи, — открыл дверь передо мной Эмиль и включил в беседке свет.

— Ого! Да тут настоящий рай для нас! — оглядывалась я, когда зажёгся светильник мягким голубым цветом, осветив большую, стоящую посреди, не такой уж и маленькой беседке, кровать. Она стояла под прозрачным балдахином, края которого свисали до пола, и была заправлена красивым атласным постельным бельём. В беседке, к моему удивлению, я обнаружила ещё одно небольшое помещение, отделённое стеной, за которой находился туалет и даже душ.

— Да это целая квартира, а не беседка! — разглядывала я стоящий на тумбочке телевизор и стереосистему. В беседке так же стоял шкаф для одежды, холодильник, бар, большое зеркало, вазы с цветами, а на полу лежал пушистый мягкий ковёр.

— Мне нравится здесь, — раскинув руки в стороны, я упала на кровать и закрыла глаза.

— Значит, остаёмся здесь, детка? — Эмиль подошёл к бару и достал бутылку шампанского, включив негромко приятную мелодию. — Выпьем за новоселье? — кивнул он, показывая на бокалы в руке.

— Наливай, — махнула рукой.

Мы валялись на кровати, слушали музыку и попивали игристое вино, закусывая конфетами.

— Всё, Эмиль, мне больше не наливай, в голове шумит, — смеялась я.

— Детка, да ты и половину бокала не выпила ещё, — сказал Эмиль, засовывая мне в рот очередную конфету.

— И конфетами меня не корми, а то я толстая стану. Убирай всё в бар, на сегодня веселья хватит, — зевнула я, а он посмотрел на часы.

— Ты права, хватит, уже три часа ночи, тебе пора отдыхать. Это я могу неделями не спать, но тебе сон нужен.

— Я сейчас приму душ и лягу, — я встала и шагнула вперёд, но споткнувшись об ковёр, чуть не упала, Эмиль вовремя подхватил меня.

— Осторожно, милая, ты чуть не упала, — прижал он меня к себе бережно, и я поняла, что тот момент, который я так долго ждала, настал.

Желание и страх, перед брачной ночью, сковали моё тело! Почему я раньше так не боялась, когда пыталась соблазнить Эмиля? Может я подсознательно знала, что он не воспользуется моей минутной слабостью? Я так привыкла за эти годы быть одна, что о близости с мужчиной даже не думала, да и не хотела думать. Все мужчины в моих глазах были жалким подобием Эмиля, и одна мысль о близости с ними вызывало у меня отвращение. Но Эмиль совсем другое дело! Я любила его и ждала встречи с ним все эти годы, до последнего надеясь, что он ещё жив! И вот эти два чувства смешались во мне — желание и страх! Скорее всего, это был не страх, а просто сильное волнение, от которого содрогалось всё тело. Всё, о чём я мечтала, стало реальным, и препятствий для близости не было, Эмиль был готов, а я струсила.

— Ты вся дрожишь, детка, — целуя мне плечи, заметил он, — ты меня боишься?

Тело жаждало Эмиля, а мозг лихорадочно пытался всё это прекратить.

— Нет, не тебя... я волнуюсь... у меня это первый... - он не дал мне договорить, прильнув к моим губам, и после долгого поцелуя, прошептал на ухо.

— Не бойся, моя девочка, я не сделаю тебе того, чего ты сама не захочешь.

Эмиль целовал мои плечи, шею и губы, руки его исследовали моё тело, и я уже не могла сопротивляться своему желанию. Бретельки платья сползли мне на плечи, и лёгкий стон вырвался у меня из груди, когда Эмиль провёл рукой по моей груди. Он осторожно расстегнул молнию на платье, и оно белым облаком упало нам под ноги, рассыпавшись тысячью блестящих искр. Ноги мои подкосились, и он, подхватив меня на руки, бережно уложил на кровать.

— Девочка моя, ты обворожительна!

От нежных прикосновений Эмиля, по всему телу прошла волна наслаждения. Я стонала, и моё тело требовало большего! Внизу живота пульсировало и трепетало, как будто тысяча бабочек, порхало внутри моего тела. Я почувствовала руку Эмиля на внутренней стороне своего бедра, тело моё расслабилось, и я раскрылась ему навстречу, не в силах больше терпеть эту сладкую муку. Через некоторое время я закричала, хватая ртом воздух, когда внутри всё взорвалось, ослепительной вспышкой невыносимого наслаждения.

Спустя час, мы стояли, прижавшись, друг к другу в душе. Струи прохладной воды стекали по нашим разгорячённым телам, а мои коленки всё ещё продолжали дрожать.

— Эмиль, ты сделал меня ещё счастливей, — чуть хрипловатым голосом сказала я, и он тихо засмеялся.

— Любимая моя, я рад, что могу делать тебя счастливой. Я всегда буду стараться, и никогда больше не допущу, чтобы ты плакала из-за меня. Я буду любить тебя вечно!

— Я тоже буду любить тебя, Эмиль, пока я жива!

— Пока мы оба будем живы, родная! — и он крепко прижал меня к себе. мммм