Целую неделю мы провели вместе, боясь хоть на шаг, отойти друг от друга. Эмиль всё время смотрел на меня, стараясь предугадать все мои желания. Он при первой же опасности, даже не слишком серьёзной, будь то коряга, торчащая посреди тропинки, или сломанный сук дерева, лежащий на земле, брал меня на руки и осторожно переносил, как ему казалось — через опасное место.

— Ещё споткнёшься и ногу сломаешь, — говорил он с серьёзным видом, а я говорила, что скоро разучусь самостоятельно передвигаться.

Вечерами обнявшись, сидели у разожжённого камина, так как в доме пахло сыростью от непрекращающихся дождей. Когда я говорила, он внимательно слушал, гладя мои волосы, и одновременно о чём-то думая. В редкие минуты нашего молчания, он нежно меня обнимал и принимался страстно целовать, отчего моя голова переставала соображать. Но помня свои безуспешные попытки соблазнить его, я уже не пыталась склонить его к близости, отвечая на его поцелуи, надеялась, что Эмиль не выдержит и сам предпримет попытку сблизиться со мной. Но Эмиль не торопился делать этого, всё время над чем-то размышляя. Его поцелуи и ласки доводили меня до безумия, после этого, я не могла уснуть ночью, лёжа в его сильных и нежных руках. Какой сон! Когда с тобой рядом лежит мужчина, то есть лель, твоей мечты! Но я не обижалась за эту муку, а была счастлива только от того, что он был рядом. Я слышала его прерывистое дыхание, и тихий стон вырывался из его груди, когда он не в силах был выдержать мои ласки. В такие минуты он переставал целовать меня, и только сильней прижимал к себе, а я продолжала исследовать его тело. Эмиль замирал, закрывая глаза, наслаждаясь моими ласками, но ничего дальше не предпринимал, боясь наверно, что это может вылиться во что-то большее. Когда мои ласки становились для него нестерпимыми, он брал мои руки и, поднеся к губам, принимался целовать.

— Почему Эмиль? — не выдержав однажды, спросила я.

Он улыбнулся.

— Не торопись, детка. Мне надо окончательно поправиться и прийти в прежнюю форму, — и поцеловав меня в макушку, добавил: — У нас с тобой всё будет, потерпи ещё немного, — я понимающе кивнула и уткнулась ему в грудь.

Через неделю, проведённую вместе, Эмиль сильно изменился. Рубашка на его груди еле сходилась, а джинсы стали тесными, он быстро приходил в форму, набирая нужный вес, его тело вновь стало мускулистым. Глаза тоже изменили свой цвет, из бледно-голубых они вновь стали ярко-синими. Чёрные круги под глазами исчезли, мой Эмиль стал прежним. Но два года страданий, не прошли даром, он стал выглядеть лет на пять старше, о чём я однажды ему сказала.

— Это плохо? — спросил он.

— Нет, скорее хорошо, мы дольше сможем быть вместе, ведь ты больше не будешь стареть в отличие от меня.

— Об этом ещё рано говорить, у нас впереди достаточно времени, чтобы обсудить это, — этот разговор приносил ему боль, Эмиль не хотел мириться с мыслью, что меня когда-то не станет.

— Нет, Эмиль, давай поговорим об этом сейчас, — настояла я.

— Я слушаю тебя, — он сел в кресло, закинув ногу на ногу, не понимая ещё, что я хочу ему сказать.

— У меня есть одно условие по этому поводу, — осторожно начала я, помня, как Эмиль категорически был против, чтобы я принимала амброзию. — Мы будем вместе Эмиль столько, сколько позволит мне мой возраст. Это будет не скоро, пройдёт несколько лет, — он слушал меня внимательно, кивая. — Так вот, — продолжила, — когда я буду выглядеть, как ты, а может даже немного старше, ну ты понимаешь меня... - волновалась, не зная, как предложить ему свою идею. — В общем, тогда я хочу принять амброзию, и если она меня убьёт, так тому и быть, но я надеюсь, что нет. Я не хочу выглядеть старухой рядом с любимым лелем, — на одном дыхание закончила я.

Эмиль долго на меня смотрел, размышляя над чем-то.

— Когда наступит это время, и ты мне скажешь то же самое, я не буду тебе препятствовать, пусть будет так, как захочешь ты. Но если передумаешь, я не вправе буду тебя осуждать. Я всё-таки надеюсь, что за это время у нас появятся другие варианты.

— Спасибо, Эмиль, — я с благодарностью на него посмотрела. — Ты понимаешь, я не могу без тебя жить, так что смерть меня не очень пугает.

Он молча обнял меня и стал гладить по волосам.

— Девочка моя, я хочу, чтобы ты никогда не умирала, — затем отстранился и посмотрел в глаза: — Давай больше не будем это обсуждать, до тех пор, пока не придёт время, а пока будем просто счастливы. Завтра мы едем в город за покупками, ты готова? — и, подхватив меня на руки, закружил по комнате.

Вместо разбитого когда-то Порше, Эмиль купил другой автомобиль, и когда он выехал на нём из гаража, я ахнула! Серебристого цвета машина, выглядела шикарно.

— Ого! Что за машина? — обходя вокруг неё, спросила я.

— Это спорткар, детка, BMW I8, я его специально купил, когда поехал сюда. Он быстрый как ветер, так что до города доберёмся быстро. Нравится?

— Впечатляет! — провела я пальцем по блестящей поверхности автомобиля.

— Тогда садись. Только аккуратно, здесь высокий порог, не споткнись, — он поднял дверцу машины вверх и пропустил меня в салон.

Я проскользнула внутрь машины, оглядывая роскошный салон, где пахло ещё новыми кожаными креслами.

— Эмиль, только не гони, я понимаю, почему ты купил спорткар, но...

— Не беспокойся, детка, мы поедем не быстро, — садясь за руль, сказал он, и тут же машина сорвалась с места.

* * *

— И это, по-твоему, не быстро?! — возмущалась я, когда мы приехали в Сортавала.

— Детка, на этой машине не быстро. Мы ехали всего сто пятьдесят километров в час, она может развивать скорость до двухсот пятидесяти, — оправдывался он.

— В следующий раз поедем на лошади дяди Васи, так будет безопасней, — приходила я в себя.

— Хорошо, на лошади так на лошади, — легко согласился Эмиль.

Мы зашли в тот самый бутик, под названием: «Бутик мадам Анжелы. Модная одежда мировых брендов для женщин», в котором два года назад, Эмиль купил мне платье и туфли. Продавщица была та же самая и, увидев нас, она надела улыбку и подошла к нам. Но увидев меня в рваных джинсах и зашитой футболке, усмехнулась и перевела взгляд на Эмиля:

— Господин хочет что-нибудь купить в нашем магазине?

— Наташа, иди, выбирай всё, что тебе понравится, я через час подъеду за тобой, надо кое-куда съездить, — сказал Эмиль.

Я пожала плечами и направилась к прилавку с нижним бельём. По дороге я оглянулась, Эмиль что-то говорил продавщице, а та, улыбаясь, кивала.

«Опять!» — подумала я, но тут же отогнала дурные мысли, ревновать не было смысла, я знала, лели не способны на измены.

Продавец — Светлана, так было написано на её бейджике, начала суетиться возле меня, предлагая разные платья, костюмы и юбки.

— Примерьте, — просила она, — вам это платье будет к лицу. Её отношение ко мне изменилось, и я поняла, что Эмиль ей кое-что объяснил, и теперь Светлана была само обаяние. Меня она не запомнила, а вот Эмиля сразу узнала.

Выбрать пару джинсов и футболок было недолго, и чтобы как-то убить время, я согласилась. Светлана принесла мне ворох одежды, как я поняла, очень дорогой, и предложила всё это примерить. Я надевала на себя всё, что попадалось под руку, и если мне нравилось, как вещь сидит на мне, я выходила из примерочной, демонстрируя ей свой наряд. Светлана улыбалась, подняв палец вверх, и одобрительно кивала. Потом она куда-то ушла, и вернулась с несколькими комплектами нижнего белья.

— Я думаю, вам это тоже понадобится, — положила всё на столик.

— Нет, это лишнее, — отрицательно покачала я головой.

— Возьмите, возьмите, вашему молодому человеку очень понравится, — лукаво улыбнулась продавщица, а я густо покраснела. Бельё действительно было великолепным, у меня такого никогда не было, и я не совладала с соблазном.

— Хорошо, оставьте, я примерю.

Бесшовный бюстгальтер и ажурные трусики, были сшиты из нежнейшего материала и приятно сидели на теле. Ах, это красивое нижнее бельё, какая девушка не мечтала носить такую красоту! Повертевшись перед зеркалом, и оценив, как оно сидит на мне, решила, что сидит оно на мне просто отлично! Примерив ещё один комплект, который был, не менее хорош, я сняла его с тяжёлым вздохом, и надела красивый брючный костюм. Сильно увлёкшись, примеркой одежды, я не заметила, как пролетело время, и приехал Эмиль, в новом костюме и аккуратно подстриженный. Он заглянул в примерочную.

— Класс, детка! — я ойкнула и оглянулась, Эмиль выглядел потрясающе! Я на миг потеряла дар речи.

— Я тут увлеклась немного, сейчас я это сниму и мы поедем, — начала снимать пиджак.

— Нет-нет, прошу, не снимай, этот костюм очень идёт тебе. Давай купим его?

— Но... — начала было, я.

— Без «но», детка, давай просто купим.

— Ну, хорошо, — согласилась. — Только вот джинсы себе так и не выбрала, — растерялась я.

Эмиль подозвал продавщицу.

— Принесите барышне пару джинсов и футболок, самых хороших, — и вышел из примерочной, направляясь к кассе.

Светлана принесла мне джинсы, и я без примерки поняла, что они мне подойдут.

— Упакуйте джинсы с футболками, пожалуйста, а в этом костюме я останусь, мы его покупаем.

Она улыбнулась и вышла. Я нерешительно вышла из примерочной, оглядываясь по сторонам. В дорогом брючном костюме я чувствовала себя немного скованно, мне не часто приходилось носить такие вещи. Мимо меня прошли двое мужчин, работники бутика, неся в руках многочисленные пакеты, они направились к выходу. Эмиль расплатился и подошёл ко мне.

— Теперь поедем и накупим побольше еды, чтобы лишний раз не ездить.

Какое же было моё удивление, когда я увидела, как двое мужчин из магазина, укладывали пакеты в багажник машины Эмиля.

— Эмиль, что это? — указала на них рукой.

— Это одежда, Наташа, которая тебе понравилась. Я попросил продавщицу упаковать всё, что тебе подошло, — он чмокнул меня в щёку. — Садись.

— Эмиль, но у меня куча вещей, которые подарила мне Аврора, я многие даже не надевала!

— Детка, я хочу, чтобы ты носила одежду, которую купил тебе я, а не ту, которую тебе подарила Аврора. Пожалуйста, дай мне сделать тебе приятно, — он скорчил умоляющую рожицу.

— Ну, а ту одежду, куда мне прикажешь девать? Она дорогая, выбрасывать жалко.

— Раздай подругам, они будут рады, — предложил он.

Спорить было бесполезно, тем более не хотелось его обижать, и я смирилась. Я не была законодательницей моды, мне нравилась простая, удобная одежда, но мне было приятно, что Эмиль заботится обо мне, и если честно, мне действительно нравилось всё, что я мерила у «Мадам Анжелы».

По дороге мы накупили побольше еды, и поехали обратно домой. На кухне я раскладывала продукты по полкам, а Эмиль разбирал пакеты с вещами. Когда я вошла в комнату, он держал в руках ажурные трусики и, наклонив голову набок, рассматривал их:

— Как мило! — произнёс он, и я смутилась.

— Продавщица посоветовала примерить их, не знала, что она и их упакует.

— Правильно и сделала, — сказал он, и вытащил из сумки бюстгальтер. — И это тоже мило.

— Эмиль, ну хватит, — я подошла и забрала у него сумку с нижним бельём.

— Детка, извини, я не знал что в этой сумке.

— Теперь знаешь, посмотрел и хватит, — быстро убрала бельё в комод.

Он подошёл сзади и обнял меня.

— Милая, я хочу видеть это бельё на тебе, а не в комоде.

— Ещё насмотришься, ты сам сказал «у нас ещё всё впереди»? — уколола его.

— Ну да, — почесал он затылок.

Я уже собиралась снять свой костюм, боясь его испачкать, как Эмиль воскликнул:

— Не снимай, он тебе очень идёт. У меня есть предложение: давай устроим праздник, — взял меня за руки Эмиль.

— А что будем праздновать? — поинтересовалась.

— А это, мы определим по ходу действия, — подмигнул он мне.

Мы накрыли стол в гостиной и поставили свечи. Эмиль принёс бутылку вина.

— О, да мы действительно сегодня будем что-то праздновать! — воскликнула я.

— Надеюсь, — ответил он, а я не поняла, что он имел в виду, сказав «надеюсь».

Налив вино в бокалы, он протянул один мне.

— Осторожно, детка, не напейся.

Я хихикнула и сделала глоток, вино оказалось приятным, и я, сделав ещё один, поставила бокал на стол.

— Не пила такого вина никогда, очень вкусно.

Мы пили вино и закусывали, оно подняло нам настроение и мы от души смеялись, вспоминая что-нибудь смешное. Эмиль иногда странно на меня посматривал, как будто хотел мне что-то сказать и не решался. Я заметила это и спросила:

— Эмиль, ты хочешь мне что-то сказать?

— Да, — вздохнув, кивнул он головой.

Я с тревогой на него посмотрела.

— Это хорошая новость или плохая?

— Это будет зависеть от тебя, Наташа, — серьёзно сказал лель. Затем он встал и подошёл ко мне, опустившись на одно колено, вынул из внутреннего кармана пиджака маленькую коробочку и открыв, протянув её мне:

— Девочка моя, ты выйдешь за меня замуж?