1. Общие характерные черты эллинистической культуры. После походов Александра Македонского произошло резкое расширение античного культурного ареала. Поток переселенцев-греков, хлынувший на завоеванные земли, вызвал к жизни феномен эллинизации — приобщения местного населения к греческому образу жизни, греческим культурным ценностям. Регионом наиболее интенсивной эллинизации стало Восточное Средиземноморье (Малая Азия, Сирия, Египет). Эллинизация, как правило, не шла дальше городов, бывших основным местом обитания греков (сельское население сохраняло традиционный образ жизни), и затронуло лишь верхушку восточного общества, которая могла и желала приобщиться к античной культуре. В богатых ближневосточных семьях стало правилом хорошего тона давать детям образование в эллинском духе. Результаты не заставили себя долго ждать: среди эллинистических философов, писателей, ученых мы встречаем немало выходцев из стран Востока. Пожалуй, единственной областью, упорно и сознательно сопротивлявшейся эллинизации, была Иудея.
В ходе процесса эллинизации все Восточное Средиземноморье на многие века стало регионом греческой культуры и греческого языка. Кстати, именно в этот период на основе отдельных диалектов сложился единый греческий язык (койне). Отныне греческая цивилизация — цивилизация не только собственно Греции, как в предыдущие эпохи, но всего обширного эллинистического мира.
Конечно, местная культура Ближнего Востока, имевшая древние традиции, не могла не вступить во взаимодействие и даже в синтез с греческой. Но в этом синтезе восточная сторона была пассивной, воспринимающей; роль активного, деятельного начала (особенно это коснулось внешней, материальной стороны культуры) играли греки. Образ жизни, градостроительство, стандарты литературы и искусства — все это на землях бывшей Персидской державы воссоздавалось теперь по греческим образцам. Влияние восточной культуры на античную менее заметно, хотя и немаловажно; оно лежало глубже, на уровне сознания, и более всего проявилось в сфере религии.
Важным фактором развития эллинистической культуры была радикальная смена политической ситуации. Вместо множества враждующих полисов жизнь новой эпохи определяли несколько относительно стабильных крупных держав. Эти государства отличались друг от друга, в сущности, лишь правящими династиями, а в культурном смысле были единообразны. Такие условия способствовали легкому перетеканию «культурных кадров» с одного края эллинистического мира на другой. Эпоха эллинизма вообще отличалась большой мобильностью населения, но в особенной степени это было характерно именно для интеллигенции.
Ломались узкие полисные рамки, и без того уже расшатанные. Если греческая культура прежних эпох была полисной, то теперь впервые можно говорить о формировании мировой культуры. На смену полисному коллективизму в образованных слоях общества окончательно пришел космополитизм — ощущение себя гражданами не «малой родины», а всего мира[60]. Тесно связан с космополитизмом был резкий рост индивидуального сознания. Во всех сферах культуры (религия, философия, литература, искусство) во главу угла отныне ставился не коллектив граждан, а отдельный индивид «как он есть», со своими чаяниями и эмоциями.
Важнейшим фактором культурной жизни новой эпохи была активная государственная поддержка культуры эллинистическими монархами. Эти богатейшие правители не жалели средств на культурные цели. Желая прослыть просвещенными людьми, снискать славу в греческом мире, они Приглашали к своим дворам и щедро финансировали крупных мыслителей, поэтов, художников, ученых, ораторов. Это, безусловно, придавало культуре «придворный» характер. Вообще в эпоху эллинизма шли очевидные сдвиги в менталитете людей, наметился переход «от гражданина к подданному».
Особенно преуспели в поддержке культуры египетские Птолемеи. В начале III в. др н. э. Птолемей I основал в Александрии Мусейон[61] (или Музей) — грандиозный центр всех видов культурной деятельности, особенно литературы и науки. Мусейон представлял собой комплекс помещений для жизни и работы ученых и писателей, приглашавшихся в Александрию со всех концов греческого мира. Помимо спален, столовой, садов и галерей для отдыха и прогулок, в нем были «аудитории» для чтения лекций, «лаборатории» для научных занятий, зоологический и ботанический сады, обсерватория и, конечно же, библиотека.
Александрийская библиотека — гордость Птолемеев, постоянно пополнявшаяся ими, — была крупнейшим книгохранилищем античного мира, далеко превосходившим все остальные. В конце эпохи эллинизма в ней насчитывалось около 700 тыс. единиц хранения (папирусных свитков). Главой библиотеки обычно назначался крупнейший ученый. Вторая по размерам библиотека эпохи эллинизма (около 200 тыс. свитков) находилась в Пергаме.
Александрия была, бесспорно, главным центром эллинистической культуры, где развивались буквально все ее отрасли, но прежде всего наука и поэзия. Крупными очагами культурной жизни были Пергам (родина замечательной школы скульпторов), и Родос, где процветало ораторское искусство. Из старых культурных центров сохраняли свое значение Афины — по-прежнему город философов и драматургов.
2. Эллинистическая религия. В эпоху эллинизма заметно возросла роль религии в жизни общества по сравнению с классической эпохой. В широких массах населения благодатную почву находят настроения мистицизма, попытки обретения бога, более близкого к человеку, к отдельной личности. Возрастает значение разного рода мистерий, тайных культов, дававших, по мнению их приверженцев, некое сокровенное знание и обеспечивавших благой удел после смерти. В целом для эллинистической религии в значительно большей степени, чем для традиционной греческой, характерен интерес к вопросам загробного бытия. На той же волне мистицизма пышно расцвело увлечение магией, оккультизмом, пришедшей из Вавилона астрологией.
В обстановке нестабильности, постоянных войн, утраты веры в мировую справедливость возникло характерное эллинистическое явление — культ слепого случая, который олицетворяла богиня Тиха. В то же время в отдельных противоречиво развивавшихся религиозных воззрениях проявлялись и больший упор на этические ценности, и несомненная тяга к монотеизму.
Классическое представление греков о богах претерпело серьезный кризис. Древние олимпийские божества во многом отодвинулись на второй план, за исключением Зевса, который в некоторых религиозных концепциях приобрел роль универсального бога-мироправителя. Поиск новых объектов поклонения шел в основном на Востоке. В греческую религию эллинистического периода буквально хлынули потоком восточные боги. Огромной популярностью пользовались культы египетской богини Исиды, малоазийской Кибелы, иранского бога Митры… Появлялись и «смешанные» греко-восточные боги. Важнейшим из них был Серапис, культ которого ввел в Александрии Птолемей I. Серапис сочетал в себе черты египетского Осириса, греческих Зевса и Аида.
Александр Македонский первым в греческом мире воспринял древневосточную традицию обожествления царей. Эллинистические монархи по его примеру провозглашались богами (одни после смерти, другие еще при жизни); они учреждали собственные культы, строили храмы в свою честь, назначали жрецов. Из подобной практики вытекало важное следствие: грань между богами и людьми постепенно стиралась, получала распространение идея богочеловека.
Эта идея приходила в соприкосновение с представлением о Мессии — грядущем спасителе и освободителе. Сильнее всего мессианизм был распространен в Иудее, где он принял наиболее яркие формы у секты ессеев. Документы ессеев, найденные археологами в пещерах на берегах Мертвого моря, рисуют впечатляющую картину близкого конца света и прихода божественного Мессии (Мессия — по-гречески Христос). Таким образом, эллинистический мир уже стоял на пороге христианства.
3. Философская мысль. В эпоху эллинизма продолжали существовать классические философские течения, представленные последователями Платона («академиками») и Аристотеля (перипатетиками). Но их учения, возникшие еще в условиях полисного мира, в изменившейся общей обстановке отодвинулись на второй план. В то же время в самом начале эллинистической эпохи сложились две новые важные философские школы, определившие собой весь интеллектуальный климат поздней античности.
Основатель одной из этих школ — афинский философ Эпикур (341–270 гг. до н. э.). Будучи последователем Демокрита, Эпикур считал мир состоящим из атомов, то есть был материалистом. Философ не отрицал существования богов, но видел в них некие блаженные существа, не вмешивающиеся в жизнь людей. Есть в системе Эпикура и понятие о душе, но она состоит также из атомов и распадается со смертью человека. В центре этических взглядов эпикурейцев находилось понятие наслаждения. Но под «наслаждением» они понимали прежде всего отсутствие страданий, спокойствие души, безмятежность. Отсюда — их отказ от участия в общественной жизни, полный уход в частную. «Проживи незаметно» — таков был лозунг Эпикура.
Другой философской школой был стоицизм, основанный в Афинах мыслителем Зеноном (336–264 гг. до н. э.), выходцем с острова Кипр и, кстати говоря, финикийцем по Происхождению, но получившим греческое образование. Стоики также признавали материальность мира, но считали материю пассивной, мертвой субстанцией, которая одушевляется творческой силой — мировым огнем. Огонь пронизывает материю, дает ей жизнь, создает упорядоченный мир, а через долгие периоды времени вновь уничтожает его глобальным пожаром, с тем чтобы впоследствии воссоздать Вселенную в прежних формах. Согласно учению стоиков, все абсолютно предопределено, все подчинено неумолимым законам судьбы. Свобода человека заключается только в том, чтобы осознанно подчиниться этим законам. В области этики последователи Зенона учили свободе от страстей, невозмутимости, но, в отличие от эпикурейцев, они призывали к активному выполнению каждым его общественных обязанностей, в чем, по их мнению, выражалось следование мировому закону.
Примерно в то же время философом Пирроном (360–270 гг. до н. э.) была основана третья, менее влиятельная школа — скептическая. По мнению скептиков, мир непознаваем, о чем говорит уже тот факт, что все философы толкуют его по-разному. Поэтому следует отказаться от всяких положительных утверждений и жить по законам житейского здравого смысла.
Нетрудно заметить, что во всех эллинистических философских течениях, несмотря на их отличия друг от друга, присутствуют и общие черты, отразившие выход греческой цивилизации за полисные рамки. Достаточно обратить внимание на то, что высшим этическим идеалом признается теперь не поиск блага и истины, как у Сократа, Платона и Аристотеля, а безмятежность, невозмутимость. Для полисной эпохи с ее гражданственностью такой подход был бы невозможен. Новые школы обращались не к члену общины, составляющему ее неотъемлемую часть, а к сосредоточенному на себе индивиду — «гражданину мира», заброшенному волей судьбы на необъятные просторы колоссальных монархий и неспособному влиять на ход общественно-политических событий.
4. Развитие научных знаний. Эпоха эллинизма стала периодом высшего взлета античной науки. Именно в это время наука как часть культуры окончательно отделилась от философии. Универсалов-энциклопедистов, подобных Аристотелю, теперь уже почти не было, но в каждой отдельной научной дисциплине появились очень крупные имена. Немалую роль в прогрессе науки сыграла ее всемерная государственная поддержка эллинистическими правителями: не случайно главным научным центром тогдашнего мира являлся александрийский Мусейон.
Следует отметить, что античная наука даже в период своего наибольшего развития имела ряд особенностей, принципиально отличающих ее от науки Нового времени. В работе греческих ученых крайне малое место занимал эксперимент; главными методами научного исследования были наблюдение и логическое умозаключение. Еще важнее то, что наука в античности была почти совершенно оторбана от практики. В ней видели самоцель, не снисходящую до «низменных» практических потребностей.
Исключением из этого правила не был даже величайший древнегреческий ученый — математик, физик и механик Архимед из Сиракуз (287–212 гг. до н. э.). С именем Архимеда связаны не только теоретические достижения (открытие знаменитого закона, положившего начало гидростатике, весьма точное вычисление числа «пи»), но и ряд важных технических изобретений («архимедов винт», планетарий с движущимися небесными телами, оборонительные машины). И тем не менее даже он в своих трудах неоднократно выступает в защиту «чистой» науки, развивающейся по собственным законам, а не под влиянием запросов жизни.
Физико-математические науки эллинистического мира прославлены и другими известными фигурами. Ученый из Александрии Евклид (365–300 гг. до н. э.) подытожил достижения греческой геометрии и арифметики в труде «Начала», остававшемся «последним словом» в этих дисциплинах вплоть до XVIII–XIX вв.[62] Другой александриец — Героя (I в. до н. э.) изобрел первый прообраз паровой машины, а также кукольный театр, состоявший из автоматов-«роботов». Но в античных условиях эти изобретения не получили и не могли получить практического применения.
В области астрономии ученый с Самоса Аристарх (320–250 гг. до н. э.) почти за 2000 лет до Коперника выдвинул гелиоцентрическую гипотезу, согласно которой Земля и планеты вращаются вокруг Солнца. Однако он не сумел доказать ее, допустил серьезные ошибки в вычислениях и тем скомпрометировал идею. Господствующей осталась геоцентрическая система, помещавшая Землю в центр мироздания. Ее сторонником был и крупнейший эллинистический астроном Гиппарх (190–125 гг. до н. э.). Гиппарх составил каталог видимых звезд, разбив их на классы в зависимости от звездной величины, весьма точно определил расстояние от Земли до Луны, уточнил продолжительность солнечного года и лунного месяца.
Эпоху бурного развития со времени походов Александра переживала география. Грекам стали известны бескрайние новые земли, причем не только на востоке,
но и на западе: примерно в то же время путешественник Пифей совершил плавание в северную часть Атлантического океана, обогнув Британские острова и, возможно, достигнув Скандинавии. Накопление новых данных повело и к прогрессу в их теоретическом осмыслении. Один из немногих эллинистических энциклопедистов — александриец Эратосфен (282–202 гг. до н. э.) с потрясающей для того времени точностью (39 700 км) вычислил окружность Земли, первым измерив дугу меридиана, выдвинул идею Мирового океана. Географические достижения эпохи эллинизма нашли отражение в обобщающем труде Страбона (64 г. до н. э. — 20 г. н. э.), в котором дано описание всего известного тогда мира — от Британии до Индии.
Развивались и биологические науки. Ученик Аристотеля Феофраст (372–288 гг. до н. э.) стал основоположником ботаники[63]. Несколько позже, в III в. до н. э., александрийские врачи положили начало анатомии. Этому способствовали местные египетские условия: вскрытие трупов здесь не только не было запрещено, как в Греции, но и регулярно практиковалось при мумифицировании. В эпоху эллинизма были открыты нервы, система кровообращения, установлена роль мозга в мышлении.
Гуманитарные науки также не стояли на месте. Крупнейшим из многочисленных эллинистических историков был Полибий (200–120 гг. до н. э.), написавший огромный труд «Всемирная история», в котором дается не только изложение событий, но и их историософская интерпретация. В Александрийской библиотеке зародилась и достигла высокого уровня филология. При дворах правителей процветала риторика. Правда, ораторское искусство с упадком полисной государственности утратило политическое значение, приобретя декоративный характер. Форма в риторике стала преобладать над содержанием.
5. Греческая литература эпохи эллинизма. В эллинистическом мире было создано огромное количество литературных произведений всех родов и жанров. Но пальма первенства принадлежала поэзии, главным центром которой была Александрия. Поэзия этого времени носила всецело элитарный характер. Она была очень глубокомысленной и утонченной, проникающей во внутренний мир отдельного человека. Но ей недоставало художественной силы, присущей могучим творениям классической эпохи; она несколько холодна, порой даже безжизненна.
В александрийской поэзии царил культ малых форм, основоположником которого был крупнейший эллинистический лирик Каллимах (300–240 гг. до н. э.). Считая, что время крупных, монументальных произведений прошло, он писал маленькие поэмы, элегии, гимны. Его основным противником был Аполлоний Родосский (III в. до н. э.), стремившийся возродить эпос в гомеровском духе. Его большая поэма «Аргонавтика» (на мифологический сюжет о походе греческих героев за Золотым руном) стала значительным событием в греческой литературе. Третий крупный поэт эпохи эллинизма — Феокрит (315–260 гг. до н. э.) стал основателем буколической («пастушеской») лирики. Он оставил ряд стихотворений-идиллий, описывавших мирную, безмятежную жизнь пастухов и пастушек на лоне природы. Среди жителей огромных городов эллинистического мира такая идеализация сельской жизни была особенно популярна.
В области драматургии в эпоху эллинизма наблюдается несомненный упадок. Со временем не только трагедия, но и комедия стала казаться слишком возвышенной. Всеобщую любовь снискали мимы — незамысловатые сценки из повседневной жизни, обычно юмористические, часто грубоватые до непристойности.
В самом конце эллинистической эпохи появился новый, но имевший великое будущее прозаический жанр — роман (правда, само это название возникло намного позже, в Средние века). Эти первые романы еще довольно безыскусны. Они написаны на любовные, приключенческие, авантюрные сюжеты, с обязательным «хэппи-эндом».
6. Искусство. Эпоха эллинизма — время основания множества крупных городов. Уровень городской жизни неизмеримо возрос; в новой Европе он был превзойден лишь к XIX в. Города создавались по регулярному плану, с учетом последних научных достижений. Их прямые, широкие улицы застраивались величественными зданиями.
Для архитектуры этого периода характерна монументальность, доходящая до гигантомании. Эллинистические цари увековечивали свои имена помпезными постройками. Не случайно именно тогда возникли перечни «семи чудес света», в которые вошли прославленные сооружения как других эпох и народов, так и собственно эллинизма. Самым знаменитым из «чудес света» был Александрийский маяк, возведенный в начале III в. до н. э. — грандиозная башня высотой 120 метров. Что же касается остальных «чудес света», то два из них — негреческие (египетские пирамиды и «висячие сады» в Вавилоне). В числеостальных — статуя Зевса в Олимпии работы Фидия (V в. до н. э.), Мавзолей (гробница правителя Мавсола) в Галикарнасе (IV в. до н. э.), храм Артемиды в Эфесе (рубеж IV–III вв. до н. э.), Колосс Родосский (статуя солнечного бога Гелиоса на Родосе, начало III в. до н. э.).
Эллинистическая скульптура являет отход от традиций классики: в ней значительно больше динамизма, бурных проявлений эмоций и страстей. В нагнетании «ужасов» скульпторам порой отказывает чувство меры. Полны неудержимого движения лучшие работы эллинистических мастеров — «Ника Самофракийская» (III в. до н. э.), «Лаокоон» (I в. до н. э.), произведения пергамской школы, среди которых особенно выделяются скульптурное убранство алтаря Зевса в этом городе (II в. до н. э.). Впрочем, сохранялись и ваятели, ориентировавшиеся на классические образцы, о чем свидетельствует «Афродита Мелосская» (II в до н. э.).
В эпоху эллинизма наряду с шедеврами скульптуры появилось особенно много массовой продукции невысокого качества, в частности, мелких глиняных статуэток. Важным центром производства этих изделий был беотийский город Танагра.
Подводя итог сказанному о культуре эпохи эллинизма, следует отметить, что она представляла собой, бесспорно, новый этап в истории античной культуры по сравнению с архаикой и классикой. Хотя «новый» вовсе не обязательно должно означать более высокий. Во всех сферах культуры дали о себе знать ранее не известные черты и явления, но в то же время многие достижения предшествующих эпох оказались безвозвратно утрачены. Основные особенности культурной жизни были тесно связаны с появлением иных, неведомых старому полисному греческому миру социальнополитических и социально-экономических реалий. Изменились духовные интересы и запросы людей, и культура не могла не реагировать на эти изменения.