1. Личность Александра. У истоков эпохи эллинизма, в отличие от других эпох в античной истории, стоит личность и деятельность одного человека — македонского царя Александра III (356–323 гг. до н. э.; правил в 336–323 гг. до н. э.). Короткая, но насыщенная бурными событиями жизнь Александра, без сомнения, уникальна. Далеко не каждому даже из великих исторических деятелей довелось стать не просто основателем нового государства, но воистину творцом нового мира, новой социокультурной «вселенной». На долю Александра выпала именно такая судьба.
Сын Филиппа II и его первой жены — эпирской царевны Олимпиады — наследник македонского престола получил превосходное образование; его наставником несколько лет был великий Аристотель. Любимым чтением Александра — человека элитарной греческой культуры — была «Илиада» Гомера, папирусный свиток которой неизменно сопровождал его во всех походах вплоть до самой смерти. Однако в характере будущего царя было немало грубого и даже варварского: наряду с непоколебимой отвагой, великодушием, щедростью, ему не были чужды вспышки необузданного гнева, подозрительность, нетерпимость к возражениям.
Уже в ранней юности Александр проявлял выдающиеся полководческие и административные способности. Унаследовав престол после гибели отца, он вынужден был потратить полтора года на подавление мятежей в Македонии и Греции. Неслыханная кара постигла восставшие против македонского владычества Фивы: город был стерт с лица земли, а все его население обращено в рабство. Остальные греческие полисы, напуганные расправой, покорились Александру, как в свое время — Филиппу. Весной 334 г. до н. э. молодой царь приступил к осуществлению замыслов отца. В качестве гегемона общегреческого союза он переправился с войском в Малую Азию, на персидскую территорию.
2. Великий восточный поход. Греко-македонское войско Александра насчитывало 30 тыс. пехоты и 5 тыс. конницы. По греческим масштабам это была крупная армия, при этом прекрасно вооруженная и обученная. Но она, разумеется, не могла идти ни в какое сравнение с теми сотнями тысяч солдат, которые в случае необходимости была способна выставить держава Ахеменидов.
Персия, которой правил в то время Дарий III, по-прежнему оставалась огромным и богатейшим государством. Но чем дальше, тем в большей степени обнаруживались ее внутренняя непрочность и отсталость, проявлявшиеся в хозяйственном застое, сепаратистских устремлениях сатрапов отдельных областей, равнодушии населения к государственным нуждам и, как следствие, в слабости военной организации. В поисках выхода из положения последние персидские цари активно привлекали на воинскую службу греческих наемников, один из которых — талантливый полководец Мемнон с Родоса — был даже фактическим командующим вооруженными силами Ахеменидов в Малой Азии.
Планы Александра в начале войны вряд ли были далеко идущими. Вероятно, он рассчитывал, как максимум, на завоевание малоазийских владений персов. Но противник сам облегчил ему задачу. Персидские сатрапы вопреки мнению Мемнона, настаивавшего на отступлении вглубь материка и применении тактики «выжженной земли», решили немедленно дать генеральное сражение. Оно состоялось на берегах речки Граник, неподалеку от места высадки Александра; силы сторон были примерно равны. Битва закончилась полным поражением персидского войска: Александр молниеносной кавалерийской атакой форсировал Граник и обратил неприятеля в бегство. После этого македонскому царю сдались подчиненные персам греческие города Малой Азии (некоторое сопротивление оказали лишь Милет и расположенный чуть южнее Галикарнас); он объявил об их освобождении и установил в них демократическое правление. Затем Александр без спешки, планомерно подчинил своей власти почти весь полуостров, желая обезопасить свой тыл. Однако персидский флот, в два с лишним раза превосходивший греко-македонский, продолжал господствовать в Эгейском море. Правда, командовавший им Мемнон вскоре внезапно умер, но угроза быть отрезанными от родины оставалась.
В 333 г. до н. э. войско Александра вступило в Северную Сирию. Навстречу ему уже двигалась огромная (200–250 тыс. человек) персидская армия во главе с Дарием, лично принявшим на себя командование. После ряда обходных маневров противники сошлись в сражении в узкой долине у города Исс. Не имея достаточного пространства, персы не смогли использовать свое численное преимущество. Решающую роль в битве, как и при Гранике, сыграла конная атака Александра на правом фланге. В разгар сражения, исход которого еще был далеко не решен, Дарий, придя в полное замешательство и страшась за свою жизнь, покинул поле боя. Вслед за своим военачальником в бегство обратилось все его войско[53]. После этой победы планы македонского царя, ставшего бесспорным господином положения, радикально переменились. Теперь его целью было покорение всего Персидского царства. Мирные предложения Дария, готового идти на большие уступки, он отверг в оскорбительной форме.
Однако Александр не двинулся преследовать Дария, желая первоначально отрезать государство Ахеменидов от моря, чтобы обезвредить персидский флот. Он без боя занял торговые города Финикии; отказался сдаться лишь древний Тир, находившийся на острове и считавшийся неприступным. Но и этот город после изнурительной семимесячной осады был взят. В результате флот персидских царей, состоявший в основном из финикийских кораблей, почти полностью перешел на сторону победителя. Богатым Египтом македоняне также овладели без всякого сопротивления. В Египте, на берегу Средиземного моря был основан город Александрия, который ожидало великое будущее.
В 331 г. до н. э. Александр наконец направился во внутренние области Персии. К этому времени Дарий собрал новое войско численностью, по оценке античных авторов, до миллиона человек. В этой цифре нет ничего невероятного: Дарий прекрасно понимал, что ему дан последний шанс, и, естественно, постарался мобилизовать все оставшиеся силы. Мощной ударной силой персов были колесницы с длинными вращающимися серпами, укрепленными по обеим сторонам. Ожесточенное сражение на обширной равнине у местечка Гавгамелы (в Северной Месопотамии) продолжалось почти целый день. Долгое время ни одна из сторон не имела решающего перевеса, но после кавалерийского удара Александра по центру персидского войска Дарий вновь бежал и скрылся в одной из своих столиц — Экбатанах (центре области Мидии). Это принесло победу грекам.
Александр и теперь не стал преследовать персидского владыку. Он двинулся прямо в сердце державы Ахеменидов и легко занял ее главные центры — Вавилон, Сузы, наконец, Персеполь — священный город персидских царей. В его руках оказались колоссальные сокровища царской казны, веками лежавшие под спудом (не менее, чем на 170 тыс. талантов серебром). Дав войску отдых, Александр пошел на север, в Экбатаны. При его приближении Дарий бежал в восточные сатрапии — обширные, богатые и еще не тронутые войной.
Он намеревался продолжать борьбу, но вскоре был убит собственными приближенными. К этому времени было покончено и с последней опасностью для македонян в Греции: Спарта начала войну против Македонии, но была разбита наместником Александра Антипатром и вынуждена вступить в общегреческий союз.
3. Походы в Среднюю Азию и Индию. После смерти Дария Александр объявил грекам, что цель войны выполнена, «священная месть» персам свершена. Теперь он выступал в совершенно новом статусе — преемника Ахеменидов, законного владыки Персидского царства, борющегося с самозванцами (сатрап Бесс, принимавший участие в убийстве Дария, провозгласил себя царем). Преследуя Бесса, в 329 г. до н. э. Александр пришел в Среднюю Азию. Бесс был вскоре схвачен и казнен, но македонянам неожиданно пришлось столкнуться с упорным сопротивлением местного населения. Развернулась настоящая партизанская война, которой руководил талантливый полководец — вождь восставших Спитамен. Два года потребовалось Александру на то, чтобы, сочетая жесточайшую расправу с мятежниками и милостивое отношение к добровольно подчинившимся, окончательно утвердиться в этих областях. К тому времени численность его войска возросла до 120 тыс. человек, в основном за счет включенных в него персидских отрядов, особенно конных; роль собственно македонской фаланги снизилась.
В 327 г. до н. э. Александр начал поход в Индию, не входившую в состав державы Ахеменидов. На завоевание этой страны греков толкали рассказы о ее сказочных богатствах; однако о реальных размерах Индии, а тем более о землях, лежавших за ней, Александр не имел практически никаких сведений. Вначале продвижение по долине Инда проходило относительно спокойно, но затем против македонян выступил Пор — раджа одного из индийских княжеств. Сражение с Пором при реке Гидасп (326 г. до н. э.) принесло победу Александру. В этой битве греки впервые столкнулись с крупномасштабным применением боевых слонов — этих «танков» Древнего мира.
Желая дойти «до края земли», Александр намеревался двинуться далее на восток, в долину Ганга, где находились самые могучие индийские царства. Но измученное войско отказалось продолжать поход. После нескольких дней тщетных уговоров полководец приказал собираться в обратный путь. Спустившись по Инду к Аравийскому морю, армия разделилась на две части. Одна из них под руководством друга Александра Неарха отправилась на запад морем, на специально построенных кораблях; другую сам царь повел пешим путем через безводные прибрежные пустыни. Этот многомесячный переход стал одной из самых трагичных страниц великого похода и стоил жизни тысячам воинов. В 324 г. до н. э. войско воссоединилось в Сузах, откуда Александр прибыл в Вавилон, ставший столицей его державы.
4. Внутренняя политика Александра. Если бы македонский царь был только завоевателем, он пополнил бы своим именем список «отрицательных героев» истории вроде Батыя или Тамерлана. Но уже во время походов Александр всячески заботился об организации управления в доставшейся ему державе. Наученный горьким опытом Ахеменидов, он стремился укрепить единство государства и для этого прежде всего сгладить противоречия между победителями и побежденными. Александр выказывал демонстративное уважение к старинным обычаям покоренных народов: в Египте он принял титул фараона, в Вавилоне поклонился местному богу Мардуку, в Персии восстановил оскверненную мародерами гробницу основателя державы Кира. Правда, в Персеполе он приказал сжечь дворец Ахеменидов, и это, казалось бы, противоречит вышесказанному. Но здесь перед нами — исключение, единичный факт, который, в сущности, представлял собой демонстративную «месть» персам за сожжение Афин, которая была официальной целью войны. Всюду, где мог, Александр оставлял у власти старых ахеменидских сатрапов, избегая крутых перемен; правда, в их руках сохранялись лишь гражданские полномочия, а военные и финансовые, как правило, передавались македонянам и грекам.
Многие представители персидской знати были приближены ко двору Александра. Царь охотно набирал персов в войско, обучая их по греческому образцу и даже заменяя ими испытанных македонских ветеранов. Это вызывало сильное недовольство последних, но Александр был непреклонен. Ярким проявлением политики «слияния народов» стали 10 тысяч свадеб между македонскими воинами и персидскими девушками, сыгранные в один день в Сузах. Сам Александр был женат на трех знатных персиянках.
Резко изменился и весь образ жизни царя. Он окружил себя восточной роскошью, стал носить персидское платье, принял сложный дворцовый церемониал Ахеменидов, вплоть до обязательного для всех ритуала падения ниц перед монархом. Македонская аристократия чувствовала себя крайне униженной. В результате против Александра был составлен целый ряд заговоров, но все они были раскрыты, а заговорщики жестоко наказаны. При этом царь не останавливался даже перед собственноручной расправой над лучшими друзьями и соратниками.
И в отношениях с греческими полисами Александр стал вести себя не как гегемон, а как самодержавный монàpx. По своему произволу вмешиваясь в их внутренние дела, он фактически нарушал решения Коринфского конгресса. Греки, македоняне, персы и другие восточные народы — все были теперь уравнены в новой державе, все стали подданными одного царя. Той же цели укрепления власти Александра служило его обожествление: в Египте он был объявлен сыном бога Амона, которого греки отождествляли с Зевсом. На Востоке обожествление царя было явлением вполне обычным, но вольнолюбивые эллины восприняли его как нечто неслыханное. Однако и они должны были скрепя сердце признать Александра богом.
Укреплению единства державы служило также основание Александром нескольких десятков новых городов, главным образом на ее восточных рубежах (почти все они носили имя своего основателя). В основном это были военные опорные пункты, где стояли гарнизоны. Но очень скоро в эти города хлынул поток греков с Балканского полуострова. Греки оседали на новых, богатых землях, неся с собой свой образ жизни и свою культуру. Наконец, Александр ввел на всей территории огромного государства единую чеканку монет, взяв за основу афинский серебряный стандарт. Он пустил в оборот запасы драгоценных металлов, хранившиеся в сокровищницах Ахеменидов.
Кипучая деятельность Александра оборвалась совершенно неожиданно. В самый разгар новых военных приготовлений, 10 июня 323 г. до н. э., он внезапно заболел и скоропостижно скончался в Вавилоне. Государство, созданное им и державшееся, в сущности, только на его личности, после его смерти не могло не распасться: слишком неоднородны были его составляющие. Многие детали возводимого здания были еще не закончены; к новой стабильности предстояло прийти лишь путем долгих войн и смут.
5. Войны диадохов. Преемниками Александра были провозглашены его новорожденный сын (Александр IV) и слабоумный брат (Филипп III). Ввиду их неспособности управлять государством один из военачальников покойного царя Пердикка был назначен регентом. Однако он не пользовался популярностью в войске и в 321 г. до н. э. был убит собственными солдатами. После этого регентом стал Антипатр — старейший из военачальников Александра, наместник Македонии и Греции.
Практически сразу после кончины «покорителя мира» началась ожесточенная борьба за власть между его полководцами, которых обычно называют диадохами (преемниками). Все диадохи были опытными, закаленными в битвах воинами, одаренными, сильными и жестокими людьми. Они поделили между собой сатрапии огромного царства, но это не повело к миру и порядку. После смерти Антипатра в 319 г. до н. э. борьба разгорелась с особой силой, вылившись в сорокалетнюю почти непрерывную серию кровопролитных войн.
Наиболее дальновидные из диадохов проявляли нескрываемую тягу к сепаратизму, стремясь стать независимыми государями в своих областях. Такими были, прежде всего, Селевк, ставший наместником Вавилонии, и Птолемей, получивший Египет. Некоторые другие участники борьбы стояли за единство державы. В их числе был бывший личный секретарь Александра, грек Эвмен, вплоть до своей гибели в 316 г. до н. э. отстаивавший интересы «царей»-наследников. Со временем в среде диадохов особенно усилился Антигон Одноглазый, завладевший «срединной» частью царства — Малой Азией, Сирией и Финикией — и ставший регентом.
Военные действия охватили всю территорию огромного государства, истощая его силы. Положение осложнялось периодически вспыхивавшими в Греции восстаниями против македонского владычества. В ходе подавления одного из таких восстаний еще в 322 г. до н. э. погиб один из вождей антимакедонской партии Демосфен[54]. Недееспособные «цари» стали заложниками в руках борющихся сторон; в 317 г. до н. э. был убит Филипп III, а в 307 г. до н. э. — Александр IV. Воспользовавшись прекращением законной династии, в 306 г. до н. э. Антигон провозгласил себя царем. Но в ответ на это царский титул приняли и другие диадохи.
В 301 г. до н. э. в сражении при городе Ипс (в Малой Азии) Антигон потерпел поражение от коалиции своих противников и погиб. Принцип сепаратизма восторжествовал, восстановить рушащуюся державу уже не было возможности. Сын Антигона Деметрий безуспешно пытался продолжить дело отца; в конце концов он был побежден Селевком. Сам Селевк сумел ненадолго объединить под своей властью почти всю державу Александра (кроме Египта), но в 280 г. до н. э. был убит подвизавшимся при его дворе авантюристом. Год спустя пришедшие с северо-запада полчища галлов совершили ряд опустошительных набегов на Македонию, Грецию и Малую Азию, как бы поставив точку в войнах диадохов.
После отражения галлов ситуация окончательно определилась. На месте распавшейся державы Александра сложилось несколько новых мощных государственных образований, так называемых эллинистических монархий, в которых утвердились потомки диадохов: в Египте — Птолемея, в Азии — Селевка, Македонию сумели удержать за собой потомки Антигона.
6. Содержание и основные черты эпохи эллинизма. Главным феноменом новой эпохи было объединение двух ранее развивавшихся порознь миров — античного древнегреческого и древневосточного — в единую систему эллинистических государств. Объединение произошло насильственным путем, но это не означает, что оно не имело внутренних предпосылок. Такие предпосылки были, причем с обеих сторон. В греческом обществе предшествующих десятилетий мы наблюдали кризис полисной системы: это общество перерастало рамки города-государства, тяготея к более широким формам объединения, но на греческой почве выйти за эти рамки не могло. С другой стороны на Востоке были накоплены огромные материальные ресурсы, остававшиеся невостребованными из-за слабого уровня экономического развития (вспомним сокровищницы персидских царей). Держава Ахеменидов нуждалась в некой динамичной структуре, которая оживила бы ее дремлющие силы. Сталкивались два противоположных, направленных навстречу друг другу стимула — «активная бедность» греков и «пассивное богатство» Востока. В результате в эпоху эллинизма возникло своеобразное общество, не похожее ни на классическое античное, ни на традиционное восточное, но в значительной мере являвшееся их синтезом.
Греко-восточный синтез отнюдь не ограничивался сферами религии и культуры, как иногда считают; он охватил практически все области жизни. В экономике эллинистических государств над натуральным сельским хозяйством традиционного типа возникла важная торгово-ремесленная надстройка. В сфере социальных отношений рабов античного типа было немного, но их наличие оказывало влияние на характерную для Востока эксплуатацию зависимых крестьян, которая зачастую ужесточалась под влиянием «рабских» образцов. Что касается политических структур, новые государства были монархиями, весьма напоминавшими восточные деспотии, но при этом, как правило, с сильной опорой на полисы античного типа. Большинство эллинистических правителей основывало новые полисы, давало полисный статус старым восточным городам; полисы были одним из основных устоев их власти. В полисах эпохи эллинизма сложилась, хотя и не была до конца осознана, весьма своеобразная категория «гражданина-подданного».
Разумеется, полномасштабный, окончательный синтез греческого и восточного начал был недостижим. Наложение новых, античных структур на традиционные восточные в чем-то привело к органичному взаимопроникновению, а в чем-то — только к механическому совмещению. Поэтому эллинистические государства были весьма нестабильны и переполнены самыми разнообразными противоречиями. Это — общества очень сложно структурированные, многослойные — порой до хаотичности. К тому же степень синтеза, его масштабы и глубина, роль греческих и восточных элементов в нем были, естественно, разными в различных регионах эллинистического мира. В ряде областей (прежде всего в Македонии и собственно Греции) восточный компонент как таковой отсутствовал. Однако и их нельзя рассматривать в отрыве от всей системы эллинистических государств: они составляли ее неотъемлемую часть, оказывая значительное влияние на ее общее развитие.
Велики достижения эллинизма. В ту эпоху резко раздвинулись географические рамки греческого мира; взаимодействие отдельных стран и народов стало более тесным и плодотворным, чем раньше. Появились многочисленные новые торговые маршруты: морской путь из Египта в Индию, Великий шелковый путь, связывавший эллинистический мир с Китаем. Именно в то время греки узнали о существовании Китая (они называли его Серика). Эллинистические монархи оказывали государственную поддержку торговым операциям; они осуществляли массовую чеканку монет из запасов персидских царей. Процветало градостроительство: в эпоху эллинизма было основано около 170 городов. О достижениях эллинистического мира в области культуры будет подробно сказано ниже.