РЭН

Я очнулась от стука капель воды по лбу. Я застонала и заморгала в тусклом свете. Мысли путались, когда я попыталась собрать их в связный сюжет. Было похоже на худшее похмелье в моей жизни — или как будто меня растерзал лось.

Окружающая обстановка осознавалась обрывками. Утрамбованная земля подо мной. Стены из неотесанный досок, сколоченных так беспорядочно, что сквозь них пробивался свет. Старая техника в углу, заржавевшая от непогоды и простаивания. Какого черта?

Я начала садиться, но мои руки что-то удерживало. Я моргнула, уставившись на запястья… запястья, связанные веревкой.

Что-то в этом зрелище заставило меня мгновенно вспомнить обо всем: как Эмбер появилась у моего порога. Достала оружие.

Дверь распахнулась, и внутрь ворвался свет.

— О, хорошо, ты очнулась, — поприветствовала Эмбер таким тоном, будто я вернула ей одолженный карандаш. — Было бы действительно хреново, если бы я отправила тебя в кому.

Я смотрела на нее, не говоря ни слова. Мой мозг все еще пытался определить, что происходит.

Она ухмыльнулась.

— Расплата — сука, не так ли?

— Расплата? — прохрипела я. Что я ей сделала?

Улыбка сползла с лица Эмбер.

— Вы все просто продолжали жить, словно ничего не произошло. Никто из вас не ценил, как вам повезло. Никто из вас не знает, каково это — потерять всё.

Ледяные когти ужаса впились мне в грудь.

— Стрелок — ты.

Теперь ее улыбка вернулась.

— Нет-нет-нет. Стрелок — Джо. Винтовку нашли в его багажнике.

— Ты его подставила.

Она изучала пистолет в своей руке, разглядывая его, словно только что накрашенные ногти.

— Это справедливо.

— Справедливо? — охнула я.

В глазах Эмбер вспыхнул гнев.

— Они не заплатили. Недостаточно.

Мое сердцебиение участилось.

— Кто не заплатил?

Заставь ее говорить. Это было все, о чем я могла думать. Мне нужно заставить ее говорить, пока не подоспеет помощь. Потому что кто-нибудь узнает, что я пропала. Грэй позвонит Холту, когда я не появлюсь на обеде, и он проверит записи с камер. Он узнает, что я у Эмбер.

От моего вопроса выражение ее лица стало только еще более яростным.

— Все вы! Выжившие. Рэнди и Пол. Кто еще, черт возьми?

— Я заплатила, Эмбер. И не один раз. Мучительной болью. Месяцами изнурительной реабилитации. Бесконечными кошмарами.

Ее хватка на пистолете усилилась.

— Мой брат умер. Я должна была защищать его, а эти мрази украли его у меня!

— И они в тюрьме до конца жизни. Они больше никогда не вдохнут воздух свободы. Они расплачиваются.

— Этого не достаточно! — закричала Эмбер. — Они должны страдать, как и я. Это единственный способ.

На ее губах играла дикая улыбка.

— Родителей Пола было слишком легко подстрелить. В Сиэтле постоянно случаются ограбления. Им не следовало с позором бежать в большой город.

Тошнота пронзила меня. Родители Пола были уничтожены действиями сына, и я видела, что они уже никогда не будут прежними. Но для Эмбер этого было недостаточно.

— С Рэнди было сложнее. Ему плевать на родителей. Пустое место наносит больше вреда живым, чем мертвым. Пришлось проявить творческий подход. Рэнди всегда заботился о Джо, поэтому мальчишке предстояло заплатить за преступление.

У двери я заметила проблеск движения, за массивной фигурой светило солнце, и я не могла разобрать, кто это. Меня охватило облегчение. Помощь пришла.

Но затем фигура заговорила.

— Но ты чуть все не испортила, когда играла в Рэмбо возле полицейского участка.

Голос был знакомым. Слишком знакомым.

Человек шагнул внутрь заброшенного амбара, свет вокруг него сместился, и я разглядела лицо, которое видела почти каждый день на протяжении всей своей жизни.

— Джуд? — прохрипела я.

— Привет, Кроха Уильямс.

Эмбер хмуро посмотрела в его сторону.

— Я не собиралась упускать шанс немного отомстить этой суке. Она чуть не стоила мне работы.

Мускул на челюсти Джуда дергался в стаккато.

— И ты чуть не сорвала весь наш план.

Краска гнева покрыла шею Эмбер.

— Без меня у тебя не было бы доступа в полицейский участок. Ты бы не знал, где они ищут. Кто подозреваемые.

— Вот только, теперь у меня нет этого доступа, потому что тебя отстранили. Твой нрав только вредит тебе, Эмбер.

Она покраснела еще сильнее.

— Меня отстранили из-за нее …

Джуд двигался так быстро, что его рука превратилась в размытое пятно. В одну секунду Эмбер стояла. В следующую раздался тихий хлопок, и она рухнула на землю, как марионетка с перерезанными нитями.

Мое дыхание стало учащаться и учащаться, по мере того как шок охватывал меня, скользя по телу и вызывая онемение всего на своем пути.

— Ты… ты…

Джуд усмехнулся.

— Я сделал тебе одолжение. У нее был настоящий стояк на тебя. Не знаю почему. Наверное, втрескалась в Холта, как и весь наш класс.

Он произнес имя Холта как худшее оскорбление, которое можно было бы кому-то бросить. Но я не могла оторвать глаз от Эмбер. Тусклый свет амбара был для меня благословением. Я видела лишь тень ее неподвижной фигуры.

Джуд щелкнул пальцами.

— Сосредоточься, Рэн. Никакого веселья не будет, если ты впадешь в кататоническое состояние.

— Веселья? — Слово прозвучало чуть громче шепота.

На лице Джуда расплылась улыбка.

— Я ждал этого годами. — Его улыбка сменилась хмурым взглядом. — У этих идиотов просто не хватило терпения. Все произошло бы еще десять лет назад, если бы Рэнди и Пол были достаточно умны, чтобы следовать указаниям.

Мои мысли закружились, прошлое и настоящее смешались в уродливом калейдоскопе цветов.

— Ты. Это ты был там.

В голове прокручивались слова, которые не переставали преследовать меня годами. Только на этот раз они звучали голосом Джуда. Правильным голосом. «Где, черт возьми, Холт? Они нужны нам оба».

Теперь его улыбка вернулась, только на этот раз более широкая и очень гордая.

— Людьми легко манипулировать. Просто нужно найти правильные ниточки, за которые можно дернуть. Возьмем, к примеру, нашу подружку.

Он указал на лежащую на земле Эмбер.

— Ее переполнял гнев. Ей требовалась цель, куда его можно было направить. Я помог ей в этом. И она обеспечила мне то же самое, что Рэнди и Пол. Прикрытие. Копы ни разу не подумали, что я могу иметь к этому хоть какое-то отношение. Ни к чему из этого. Ну и что, если для этого пришлось убить чуть больше людей?

Теперь онемение исчезало, сменяясь дурнотой, неуклонно прокатывавшейся по моему телу. Я впустила этого человека в свой дом. В свою жизнь. Он обнимал меня, пока я разваливалась, рыдая из-за потери Холта, из-за моего истерзанного тела. Всего этого. А спусковым крючком всего, что случилось, оказался он.

— Почему?

Только это мне и удалось спросить. Потому что меня терзала глубокая потребность узнать, почему он так стремился разорвать мою жизнь на части, кусочек за кусочком.

Мускул на челюсти Джуда снова запульсировал, а рука сжала пистолет.

— Он должен был это почувствовать.

Я моргнула, глядя на Джуда, пытаясь понять смысл слов, сорвавшихся с его губ.

— Кто? — Но у меня имелось нехорошее ощущение того, что я знаю ответ.

— Не притворяйся дурой. Ты знаешь, о ком речь. Я почти уверен, что ты будешь мне благодарна. Он оставил нас обоих в грязи. Но нет, ты взяла и раздвинула перед ним ноги, как только он вернулся.

Волна тошноты усилилась.

— Холт любит тебя. Он всегда…

— Он предатель! Он знал, как мне плохо дома. Знал, но все равно кинул меня. В ту секунду, когда он решил, что ты — гребаная любовь всей его жизни, у него не осталось времени на меня и Криса.

— Это не правда. Он…

Джуд замахнулся и отвесил мне пощечину.

— Заткнись! Ты ничего не знаешь! У него было всё. А у меня ничего. Но какое-то время у меня были Хартли. Пока не появилась ты и не украла и их.

У меня звенело в голове, в глазах двоилось. Металлический привкус крови наполнил рот. Я попыталась снова сесть, но после удара Эмбер и пощечины Джуда вокруг все плыло.

— Тем вечером ты хотел убить нас обоих. Потому что мы причинили тебе боль. — А теперь мы все пострадаем. Жизни снова разорвутся на части. Почему для некоторых ответом на боль была лишь еще большая боль? Перекладывание бремени, попытка притвориться, что это их не ранит? Так не бывает. Итогом было лишь вдвое больше разрушений.

Взгляд Джуда стал ледяным.

— Я хотел, чтобы вы оба страдали. Но Холт больше всех. Я хотел, чтобы он увидел, как жизнь утекает из твоего тела, прежде чем я убью и его. Медленно. Чтобы он почувствовал всё.

Желчь подступила к горлу, и я с трудом проглотила ее.

— Джуд… не надо.

Его ухмылка вернулась.

— Прости, Кроха Уильямс.

Он вытащил телефон из заднего кармана.

— Возможно, я опоздал на десять лет, но сейчас мы увидим, как он страдает.