На улице лил проливной дождь, и я осталась ночевать в замке. Ведь это отличная возможность собрать еще немного сведений и даже повести ритуал.

Тем более что мне никто не помешает. После плотного обеда хозяйка замка ушла к себе и заперлась. Ледиция тяжело переносила наши разговоры о гибели Эстейна. Винсент уехал по каким-то делам и задержался по пути домой. Старшую служанку я отправила отдыхать, подлила ей в эль немного снотворного.

Замок был в моем распоряжении. В полночь я вышла из покоев.

— Приведи меня к комнате Эстейна, — приказала я путеводителю и бросила клубок на пол.

Тот покатился к боковой двери в конце прохода. Я быстро поймала его и положила обратно в сумку. К моему удивлению, дверь была не заперта. Хотя это могло значить, что хозяевам нечего скрывать.

Я тихо вошла и вытащила из сумки зачарованный камень-солнечник, чтобы осветить комнату, положила его на стол. В покои Эстейна давно никто не заглядывал. Все покрылось толстым слоем пыли и заросло паутиной. На первый взгляд, в комнате не было ничего особенного. Низкая кровать, застеленная сшитыми шкурами, старый стол, сундуки...

На стенах были развешаны всякие трофеи, побывавшее в бою оружие и даже листы, вырванные из бестиария. Я сняла их и положила в сумку. Неудивительно, что Эстейн собирал перед боем сведения о морских эльфах. Но почему-то он не подготовился к битве с ними. 

Может, потому что Ледиция обещала ему защитные артефакты и элексиры?

Эстейн нашел правильное оружие против них — лук с зачарованными стрелами, с наконечниками из солнечника. И это я тоже не могла понять. Но зачем Эстейн сам отдал рецепт моей матери, чтобы она создала оружие для Винсента?

Бред какой-то... 

Моя мать могла запросто перепутать братьев.

А чем Эстейн защищался? Какое оружие использовал в бою?

Пожалуй, на эти вопросы мог бы точнее всего ответить сам Винсент или, может, тот, кто выжил из отряда воинов Эстейна. Тут явно что-то пошло не так уже перед самим боем. Есть что-то, что в этом пазле не сходится. 

Я начала рассматривать сундуки. Но мало что в них было такого, что принадлежало Эстейну. Однако в одном я нашла тот самый волшебный лук с одной стрелой, древний бестиарий, справочник горных трав. И шкатулку с браслетами для брачного ритуала. Я забрала себе стрелу, браслеты и книги. Эти вещи мне еще пригодятся.

Затем обвела кровать и на простыне начертила пентаграмму, чтобы повторить ритуал, устанавливающий связь. 

Сама села в центр пентаграммы и произнесла:

— Звезда души, установи связь с Эстейном!

Дальше все прошло как в прошлый раз. Все сработало. Теперь я должна была сконцентрироваться и запомнить, какие глаза у мужского образа. Но вместо лица передо мной возник целый полупрозрачный силуэт.

Я прищурилась, чтобы рассмотреть его. 

Передо мной в тумане стоял молодой мужчина. Высоко роста и худощавый, в белой тунике, испачканной кровью. Светлые волосы словно светились. В руке у него был длинный меч. Но цвет глаз я никак не могла разглядеть, так как силуэт был не только прозрачным, но и серым.

Меня бросило в дрожь. Сердечко забилось быстрее. Я даже не мгновение дышать перестала.

О боги, это призрак Эстейна! У меня получилась увидеть его!

Я осторожно протянула к нему руку. Призрак висел в воздухе и смотрел на меня. Я мало знала о духах и даже не понимала, имеет ли смысл пытаться с ним заговорить. 

Но все же собралась духом и представилась:

— Я Эйдис, твоя невеста, ты помнишь... меня?..

Призрак продолжал смотреть на меня, потом приоткрыл рот, чтобы что-то сказать. Но, увы, не успел. Пентаграмма начала угасать. Я не приняла эликсир, усиливающий магические силы, и мне попросту не хватило энергии, чтобы сдержать ритуал.

Призрак мгновенно исчез, после того как пентаграмма потухла. Я почти разрыдалась от отчаяния. У меня кончились эликсиры, повышающие магические и физические силы. Нужно было как можно быстрее приготовить их и повторить ритуал.

Я покинула комнату, зачаровала замок так, словно он сломался. В комнату давно никто не заглядывал, не думаю, что кому-то понадобится там что-то. Я легла спать не совсем довольной.

Утром на завтраке появился Винсент. Без настроения. Должно быть, добирался всю ночь домой, еще и в проливной дождь. Я бы тоже ходила смурная. Ненавижу дождь и езду верхом на дальник расстояния.

Правда, сил уделить мне внимание у него хватило.

— Здравствуй, Эйдис!

Хозяин щелкнул пальцем, и на стол подали завтрак. 

— Доброе утро, как дела?

В это раз я обратила внимание, насколько братья друг на друга похожи. Разумеется, Винсент три года спустя изменился, стал старше. А еще он заплетал в косички, а у призрака были длинные распущенные волосы чуть ниже плеч.

— Устал. Дел много.

— Понимаю!

— Где моя мать? — обратился он к подошедшей с подносом служанке.

— Госпожа Ледиция сегодня неважно себя чувствует.

Служанка дрожащими руками опустила поднос на стол и быстро отошла. Словно Винсент ее сейчас укусит.

— Опять мигрень?!

— Да, господин, — ответила служанка, склонив голову.

— Я могу помочь. Сделать зелье от этого недуга. Если ты позволишь.

Это была моя работа, как чародейки, помогать нуждающимся. Плюс к моей карме перед богами. Да и вообще, если я не буду использовать светлую магию в добрых целях, она меня сожжет.

— С чего мне быть против? — фыркнул он и принялся завтракать.

— Хорошо, тогда я задержусь и приготовлю зелье на кухне.

— Как пожелаешь, — кивнул он и подал мне плоскую тарелку с нарезанным ломтиками сыра.

— Есть ли новости от моего отца?

— Нет, — холодно ответил он. — Но гонец моей матери вернулся из Вайерланда. Он передал твоим родственникам и хевдингу Тьерну наше послание. Что ты находишься у нас и будешь тут под моей защитой, пока не состоится тинг. Если из них кто-то хочет, может приехать.

— И что ответил хевдинг Тьерн?

— То, что я и предполагал. Написал, что не приедет на тинг. 

Молча позавтракав, я пошла навестить Ледицию. Не выносила я этих молчаний за столом. Винсент то расспрашивал меня, то словно не хотел со мной общаться. У меня скручивало живот от одной только мысли что, если не получится вернуть жениха и я должна буду выйти замуж за него. Потому что к нему не так уж и просто найти подход.

— Добрый день, — поздоровалась я с хозяйкой. — Как ты?

Ледиция лежала в постели пластом, бледная и заплаканная.

— Госпожа со вчерашнего вечера в постели, — ответила мне старшая служанка.

— Оставь нас, пожалуйста!

Без возражений служанка вышла из комнаты и встала возле дверей. Я намочила компресс в ледяной воде с листьями мятой и положила его на лоб Ледиции.

После чего взяла ее за руку.

— Я могу сделать тебе зелье против мигрени. Скажи, какие травы взять?

По щекам женщины покатились крупные слезы. Она покачала головой и закрыла глаза.

— У меня не мигрень…

— Что случилось?

Ледиция приподнялась, достала из-под подушки письмо и протянула его мне дрожащей рукой. Затем снова легла на место и тихо расплакалась.

— Нас стало еще меньше…

Лихорадочно я раскрыла письмо и быстро прочитала. Его написала ей моя тетя Маргрет.

«Здравствуй, Ледиция. Я очень рада, что Эйдис в надежных руках. Надеюсь, ей нравится в Яртдале. Хочу сообщить тебе, что позавчера Амелинду сожгли на костре. К сожалению, я не смогла ей помочь. Хевдинг Тьерн подкупил местный народ, чтобы они обвинили ее в темном колдовстве. Мне очень жаль. Знаю, она была тебе как сестра. Прошу тебя, только не рассказывай об этом Эйдис. Я боюсь, что она наделает глупостей. Позаботься о нашей девочке. Дай боги, когда-нибудь свидимся, Ледиция.

Маргрет».

Я прочитала письмо два раза, потому что не могла поверить своим глазам. Боль сжала грудь, перебивая дыхание. Слезы хлынули градом. Я едва сдерживала себя, чтобы не разревется навзрыд.

— Мамочка…

Я молча покинула комнату и направилась прямиком на выход. Мне нужно было подышать свежим воздухом.

Амелинда была мне больше, чем наставницей. Она была лучшей подругой моей матери. Я считала ее своей крестной ведьмой. К тому же, если кто-то и мог мне помочь вернуть Эстейна, то только она. Теперь ее не стало. Еще одной ведьмы из гильдии хранителей.

Что же люди наделали…

Несмотря на то, что моросил дождь мы с Райсом и Бьярном отправились домой. Мы скакали вдоль долины, и я решила сделать перевал. Оставив коня, сказала парням, что мне нужно собрать трав. Но это была лишь отговорка, чтобы наревется вдоволь и освободиться от тяжелой боли в груди.