Максим вышел из спальни и отправился в кабинет. Усевшись в кресло, он опустил голову на сложенные на столе руки.

Сердце гулко стучало, отбивая удары, словно оставшиеся секунды. Никогда раньше он не чувствовал такой душевной боли. Да, он давно решил, что у него нет души. Или она так глубоко спрятана, что до нее не добраться. А теперь оказалось, что все, что он думал о себе раньше, неправда. Лена одним своим взглядам будила в нем такие струны, о наличии которых он раньше не догадывался. И теперь, ощущая столько всего сразу, от страха до бешеной жажды, он не понимал, что делать.

Максим много раз участвовал в стычках и разборках, сотни раз получал кулаком в лицо и в живот, на нем были синяки, порезы от ножа, бывали и пулевые ранения. Но никогда раньше ему не было так больно. Словно кто-то живьем сорвал кожу и сжал сердце в кулак.

Раньше, если ему было плохо, он всегда знал к кому обратиться. Не будучи стесненным в деньгах, в его распоряжении были лучшие врачи города. Но сейчас он просто не знал, как унять эту боль. Просто потому, что не было врача, умевшего лечить душу. И от этой беспомощности внутри все сжималось.

"Ненавижу", — прозвучало эхом в голове. И снова сердце пропустило удар, а живот скрутило спазмом.

Лена не была глупой. И, конечно, она поняла, что совсем не соображения безопасности заставляют его держать ее в особняке. Поняла и возненавидела его за это. И мужчина впервые ощутил, что теряет ее. Возможно, навсегда. Несмотря на то, как ей было хорошо с ним, он ведь чувствовал, как она течет, как реагирует на его ласку. Но ему было мало получить только тело. Он хотел, чтобы она вся принадлежала ему. Без остатка. Так хотел этого, что наплевал на ее желания, на ее мнение. Разве это могло иметь для нее значение, когда он окружил ее таким вниманием и заботой? Разве ей всего этого не достаточно?

До этого дня он не понимал, насколько важна для нее свобода. Эгоистично лишая ее выбора, он был уверен, что делает как лучше. Для нее так лучше. Разве лучше? Теперь он не был в этом уверен. Как и не был уверен в ее чувствах к нему.

Еще один страх — что она никогда не сможет до конца его принять, ядовитой змеей заполз в душу и устроился рядом с боязнью потерять ее, не сумев защитить. Не знавший ранее страхов, сейчас он чувствовал себя беспомощным мальчишкой.

Отпустить ее — значит потерять. Потому что, какая женщина в здравом уме добровольно согласится на жизнь рядом с ним? Жизнь, в которой полно опасностей и нужно уметь постоять за себя. Не отпустить — значит получить только тело. А разум ее всегда будет сопротивляться, пока она ощущает себя в ловушке, пока у нее нет выбора.

Мужчине много раз приходилось принимать решения. Часто от его решений зависели человеческие судьбы и жизни. Но никогда еще этот выбор не давался ему так тяжело.

Он поднял голову и потянулся к пачке сигарет. Нащупал на столе зажигалку и прикурил. Затягиваясь и вдыхая дым, он все думал, снова и снова прокручивая в памяти сегодняшний день и эту ночь. За окном уже начинало светать, он видел яркую полосу восходящего солнца. И он все курил, не считая сигареты, одну за другой. Когда пачка опустела, он скомкал ее в кулаке и бросил в стену.

Мужчина вспомнил день, когда впервые увидел ее. Вспомнил свои мысли в тот момент и горько усмехнулся. Разве мог он тогда подумать, что все будет так?

Год назад

"Очередное скучное сборище", — думал Максим, сидя на заднем пассажирском сидении черного внедорожника. Машина плавно катила по городу в сторону гостиницы, в которой сегодня вечером должна была состояться выставка картин какого-то модного художника. Он не разбирался в живописи, но показаться там нужно было. И он заранее зевал, предвкушая нудное мероприятие.

Машина остановилась у центрального входа, и он вышел, мягко хлопнув за собою дверью. Поднялся по невысокой лестнице и зашел в холл. Там уже было полно народу. И его радовало, что можно незаметно затеряться в толпе, лишний раз, не пересекаясь с теми, с кем он не планировал общаться.

"Просто рассадник тупых толстосумов", — подумал он, глядя в толпу. Мужчины в костюмах с иголочки и, наверняка, сшитых на заказ, вальяжно прохаживались от одной картины к другой, лениво скользя взглядом по этим "шедеврам". И Максим знал, что у каждого из них за спиной столько грехов, что должно легко хватить на пожизненное. Но не ему их судить, по крайней мере, не сейчас. Князев тоже посмотрел несколько полотен и, ничего в этом не понимая, вернулся к разглядыванию толпы, старательно скрывая зевоту.

Он лениво поворачивал голову, сканируя зал, когда внимание его зацепила девушка в лиловом платье. Ее локоны были уложены в аккуратную прическу, обнажая гладкую линию шеи и плеч. Она стояла вполоборота, не глядя на него, держа за локоть мужчину в черном костюме. Максим узнал Антона Молотова, с которым ему приходилось ранее встречаться. И он знал обо всех его схемах работы и махинациях столько, что легко мог бы отправить его на нары. Но сейчас Молотов не волновал его.

Куда больше ему было интересно наблюдать за спутницей бизнесмена. Красивая, статная, она словно манила к себе. Ее округлые формы, красиво подчеркнутые платьем, возбуждали в нем фантазии, совсем не уместные на таком приеме. Валить и трахать — стучало у него в голове. На деле же он продолжал стоять на месте, сжимая руки в карманах в кулаки.

Скуку сняло, как рукой. Теперь он не мог думать ни о чем, кроме этой девушки. Парочка переходила от одной картины к другой, о чем-то беседуя. А Максим следил за каждым движением и эмоцией незнакомки, как маньяк. Он не мог оторвать от нее взгляд, а она даже не повернула головы в его сторону, смотрела только на своего спутника. И, казалось, она не замечает больше никого вокруг.

Максим нащупал в кармане брюк мобильный, достал его и сделал незаметно пару фотографий этой пары. Тут же отправил своему безопаснику с приказом узнать все возможное об этой девушке и срочно.

Парочка направилась к выходу, а Максим провожал взглядом ее открытую спину и покачивающиеся бедра и сглатывал слюну.

Через час в телефоне сигнал оповестил о входящем письме на электронную почту. Максим открыл его и стал читать отчет от службы безопасности. Скучная анкета обычного человека, ничем не замаравшего себя перед законом, кроме штрафов за парковку в неположенном месте. Когда дошел до графы "семейное положение" и увидел "замужем", разочарование накрыло со страшной силой. И за кем? За этим Антоном. А Максим не понаслышке знал, какой тот мудак. Снова вспомнил ее влюбленные взгляды в сторону мужа. Разочарованно вздохнул. Не в его правилах было отбивать чужих жен. Поэтому он закрыл анкету девушки и спрятал телефон в карман брюк.

Настоящее время

За окном уже рассвело. Мужчина слышал, как дом постепенно оживает. Вот и Костик на кухне гремит посудой.

Нужно было что-то решать. Затягивать нельзя. Мысль, что Лена потеряет интерес к жизни, приводила его в ужас. А свои опасения, что она уйдет, чтобы больше не возвращаться к нему, он постарался запихнуть подальше, в самую глубину сознания. Чтобы не передумать. Иначе он не сможет поступить так, как было правильнее всего.

Вышел из кабинета и пошел в свою спальню. Привычными движениями распахнул шкаф и сменил домашние штаны на брюки и рубашку черного цвета. Широкими шагами направился к выходу из спальни и двинулся в сторону комнаты для гостей.

Он шел сказать Лене, что она может уйти, когда посчитает нужным. И что никто не станет ее задерживать. Впервые в жизни счастье другого человека значило для него куда больше собственного.

Больше всего на свете он хотел видеть ее счастливой. Даже, если не с ним.