Сквозь гул в ушах я едва могу различить голос Ахмедова:

— Диана, очнись. Диана!

Кажется, проходит вечность, пока мне удается сфокусироваться на его лице.

— Что случилось? — спрашиваю.

— Нам нужно выбираться, как можно скорее, — говорит Дима, подхватывая меня на руки. Я чувствую на своем теле его руки. И жар, исходящий от него. Он куда-то меня несет. Не знаю, куда и зачем, но в его руках так надежно. Вот бы остаться в этом состоянии и не думать ни о чем. Пусть несет себе, куда считает нужным.

В голове медленно проясняется. Я помню, как мы вышли из гостиницы, и как подошли к машине. А потом громкий взрыв и меня откинуло в сторону. Кажется, я ударилась головой, когда падала. В висках пульсирует боль. Нужно собрать волю в кулак и выбраться из спасительного кокона его рук.

— Отпусти меня, — говорю Диме.

— Уверена, что сможешь идти?

— Да.

Он останавливается и аккуратно ставит меня на ноги. Чувствую легкую слабость, но в целом довольно терпимо. Если не считать головной боли.

Оглядываюсь по сторонам. Вокруг нас деревья, клумбы и пешеходные дорожки. Это похоже на парк. Да, точно, там же был недалеко от отеля. Я ведь смотрела карту перед тем, как ехать в гостиницу. Вот только зачем мы здесь? И от кого убегаем? Наоборот, нужно дать знать родным, чтобы не волновались. Конечно! Это ведь самое простое решение!

Достаю из сумочки мобильный. Надо позвонить отцу. Но не успеваю даже экран разблокировать. Дима выхватывает у меня телефон и, не спрашивая разрешения, отключает его и бросает в кусты.

— Эй! Ты что делаешь?! — возмущаюсь я. — Я хочу позвонить отцу, он поможет.

— Даже не думай!

Он заявляет это категоричным тоном. Идет дальше, а я упрямо стою на месте.

— Ты идешь? — спрашивает он, развернувшись ко мне, когда понимает, что я за ним бежать не собираюсь.

— Нет, нужно найти телефон, — я делаю шаг в сторону кустов. Туда не попадает свет фонаря, и мне практически ничего не видно.

Сильные руки буквально выволакивают меня снова на свет.

— Диана, не глупи, — шипит Ахмедов в ярости. — Нам нужно убираться отсюда. И домой нам тоже не желательно возвращаться сегодня.

— И куда же мы пойдем? Или прямо здесь заночуем?

Ну, что за упрямый человек! Ведь все так просто — папа решит все проблемы, стоит мне набрать его номер. Но Диме обязательно нужно сделать все по-своему.

И как мне теперь найти свой телефон?

— Есть одно безопасное место. Там и заночуем. — Говорит Ахмедов.

Он снова поворачивается ко мне спиной и идет дальше. А мне ничего не остается, кроме как нагонять его, быстро перебирая ногами на высоченных каблуках.

Мы выходим из парка, и Диме удается поймать такси. Он сделал это так ловко изящно, что я мысленно им восхитилась. Но тут же осадила себя, привычно убеждая себя: «много чести».

Мы садимся в машину, Дима называет водителю адрес. Я не знаю, где это, поэтому всю поездку внимательно слежу за дорогой. Но это не спасает. Видимо, я слишком привыкла к поездкам с водителем, чтобы теперь понять, куда мы заехали. Поняла только, что это отдаленный от центра, спальный район.

Ахмедов помогает мне выйти из машины. Он ведет меня к многоэтажному дому, мы поднимаемся на лифте на одиннадцатый этаж. Останавливаемся возле двери в квартиру, которая находится в конце коридора. И как мы попадем внутрь?

Будто отвечая на мой вопрос, Дима протягивает руку к карнизу над дверью. Нащупывает там ключ и открывает двери. Он заходит внутрь первым, включает свет. А я, открыв рот, думаю о том, сколько женщин он сюда приводил раньше. От этой мысли меня передергивает. И, наверное, ход моих рассуждений слишком очевидно написан на моем лице. Или Ахмедов, в самом деле, умеет читать мысли?

— Это квартира моего друга, а не то, что ты подумала, — поясняет он. — Тут сейчас ремонт. Он оставляет ключи на карнизе для прораба и дизайнера. Чтобы не приезжать сюда всякий раз, когда нужно впустить их внутрь.

Что же, допустим, я поверила. Почему тогда не видно следов ремонта?

Но, когда захожу в комнату, оказывается, что в ней нет кровати. Как и мебели вообще. Свежеокрашенные стены и новый ламинат на полу — вот и вся обстановка. Да, еще красивый потолок с выступами и лепниной. Только как она нам поможет выспаться?

— И где мы будем спать? — спрашиваю.

Ахмедов проходит вперед, оценивает обстановку. Он выходит из комнаты, заглядывает в каждую дверь. В одной из комнат, оказавшейся кладовкой, находит коробку с надувным матрацем и, не самое новое, покрывало.

— Сгодится, — резюмирует он.

Чем он собирается его надувать? Или в кладовке и насос есть?

Нет, насоса там не нашлось. Зато покрывало оказалось большим двуспальным.

— В ванной есть полотенце, вроде, чистое, ты можешь принять душ, — говорит мне Ахмедов, пока я пытаюсь сложить назад покрывало.

— А ты?

— Я после тебя.

Иду в ванную. Похоже, Дима не врал. Тут, действительно, ремонт. Плитка лежит только на одной стене. Зато уже установлена новая душевая кабина. Это выглядит странно, но выбирать не приходится. Снимаю платье. Найденному в душевой кабине куску мыла радуюсь, как ребенок. Моюсь и стираю белье прямо под душем. Вытираюсь единственным полотенцем и снова надеваю платье, поскольку выбирать не приходится — собираясь сегодня вечером на свидание, я как-то не догадалась взять с собой пижаму.

Когда выхожу из ванной, в комнате на полу лежит надутый матрац и трофейное покрывало сверху.

— А ты где будешь спать? — спрашиваю.

Ахмедов показывает пальцем в сторону матраца.

— Я не лягу с тобой, — возмущаюсь.

Дима даже бровью не повел.

— Прекрасно, можешь лечь на полу в кухне, — бросает он по пути в ванную.

Ну и ладно! И пожалуйста! Иду в кухню, гордая и уверенная в том, что все равно будет по-моему.

Как бы не так! Вздох мой тоскливый и печальный. Стоило зайти в кухню, масштаб проблемы стал очевиден.

Новый ремонт. В комнате еще пахнет свежим деревом. Барная стойка и пара высоких стульев. И никакого дивана. Зато на полу полно места. Вот только ложиться на холодную плитку никакого желания нет.

Возвращаюсь в комнату, забираюсь под покрывало. Странно, но на этом матраце мягко и приятно лежать. А ведь я с детства привыкла к комфорту и самым лучшим кроватям. Наверное, это от того, что я очень устала, и теперь любое ложе кажется сверхкомфортным.

Уже сквозь сон я слышу, как Дима выходит из ванной и ложится рядом со мной. Наверное, следовало отгородиться от него. Но на это уже просто нет сил.

Я стою под золотым дождем. Ярко светит солнце, и падающие золотые капли освещаются и сияют в его лучах. Это невероятно красиво. Любуюсь лучиками и солнечными зайчиками, которые, отскакивая от золотой поверхности, падают мне на лицо.

Опустив глаза, замираю от изумления. Тонкое золотое кружево ювелирной работы облегает тело, спадая пышными складками в районе груди и на бедрах. Рассматриваю каждый виток невероятной вязи, которая переливается в лучах солнца, затмевая золотые капли невероятного дождя.

Это похоже на сказку. Как и трон, на котором я сижу. Он обит красным бархатом, настолько мягким, что пальцы, кажется, немного утопают.

Оглядываюсь по сторонам. Огромный зал, в центре которого стоит мой трон. Помещение похоже на те, которые можно увидеть в фильмах про королей. Огромные окна сверкают чистотой. А по бокам от них развешаны золотые канделябры. На потолке искусная роспись — сочетание красного и золотого формирует причудливый узор ветвей и цветов, которые кажутся огромными, несмотря на гигантскую высоту потолков. Стены зала покрыты золотом и сияют, переливаясь солнечными зайчиками.

Подставляю руку, пытаясь поймать золотые капли. Но внезапно понимаю, что дождь уже прекратился. На ладошку упала одинокая капелька. Я пытаюсь рассмотреть ее, ведь внутри маленькая снежинка из золота. Наклоняю ладошку, и капелька сползает с руки, чтобы утонуть в складках моего фантазийного наряда.

Ощущение волшебства царит вокруг. И я кручу головой, стараясь рассмотреть каждую деталь комнаты.

Вдруг взгляд цепляется за мужскую фигуру. Мужчина находится далеко, я едва могу различить силуэт в открытом дверном проеме. Но мне не нужно всматриваться, чтобы узнать его. Кажется, я ощущаю его присутствие кожей. Мой незнакомец из чата, от которого закипает кровь. Сердце гулко бьется, хочется кричать, позвать его, чтобы подошел поскорее. Но фигура все отдаляется. А мне так и не удалось произнести и звука.

Как же так? Разве я не могу сделать такую простую вещь? Не могу вернуть его? Ведь я — королева этого замка. Машу рукой, чтобы как-то дать ему знать, где я. Набираю в легкие побольше воздуха, чтобы прокричать громко его имя. Тут же вспоминаю, что не знаю, как его зовут и… просыпаюсь.

Открыв глаза, я сразу вспоминаю вчерашний день и вечер. Неудачное свидание вслепую и тот страшный взрыв… Кажется, прошла вечность с того момента, как я вчера вышла из дома.

Мягкий матрац подо мной и пустая комната, без мебели, вокруг. Из кухни доносится мужской голос, я слышу отдельные фразы разговора.

— Найди мне эту гниду, — говорит Ахмедов.

О ком это он? И кого разыскивает?

— Мне на это плевать, блть, — по интонации я понимаю, что Дима на взводе. — Ты получишь все, что нужно. Цена не имеет значения. Найди мне эту тварь!

Стараясь не шуметь, я поднимаюсь и на цыпочках подхожу к приоткрытой двери. Дима стоит ко мне спиной. На нем только брюки, рубашку он не надел. А вот я залипаю взглядом, разглядывая красивый торс.

«Почему я раньше не замечала, как он красив?» — проносится в голове за пару секунд до того, как он поворачивается ко мне лицом.