Арабелла

Как только я слышу в кармане жужжание телефона, я снимаю повязку. Стон растерянности вырывается из моего горла. Мои ноги так трясутся, что я падаю на пол, прежде чем успеваю упасть в обморок. Я все еще чувствую покалывающее тепло, разлившееся по моей киске, но без его прикосновений оно уже не такое сильное. Я сжимаю бедра вместе, пытаясь облегчить мучительную пульсацию внутри. Мои трусики мокрые, а его пальцы как будто все еще внутри меня.

Я кладу руку в карман и достаю телефон.

Неизвестный номер: Держи себя на грани двадцать четыре часа. Если ты хорошая девочка и не кончишь, я заставлю тебя чувствовать себя хорошо завтра вечером. Но только если ты вспомнишь, о чем я тебя сегодня спросил. Зеленый или красный, котенок?

Свободное рука подергивается от необходимости закончить начатое; мне нужна вся моя сила воли, чтобы не коснуться себя.

Если я буду хорошей девочкой, то он заставит меня чувствовать себя хорошо.

Внутри все сжимается от потребности, которую я едва понимаю. Руки все еще трясутся, когда я пишу ему ответ.

Я: Да, зеленый. Я хочу кончить.

Так сильно, что это причиняет боль.

Подняв голову, я оглядываюсь вокруг. Это место выглядит мрачно, стены каменные. Я его не узнаю, но оно не может быть далеко от кладбища. Я кладу руку на камень позади себя и использую его как опору, когда собираюсь встать. Встав на ноги, я наконец понимаю, что это такое.

Гроб.

Я отступаю назад и разворачиваюсь, отчаянно ища выход. Мне требуется секунда, чтобы заметить свет, просачивающийся сквозь щель. Я бросаюсь туда, надеясь, что это дверь. Она распахивается под моим прикосновением, и я вылетаю на прохладный свежий воздух. Надгробия окружают меня, и когда я оборачиваюсь, я обнаруживаю, что была внутри гробницы… Чёрчилля Брэдли!

Я думала, это место заперто. Как он получил ключ, чтобы открыть его?

Я до сих пор потрясена тем, как прикосновение его пальцев заставило мою кожу вспыхнуть огнем. Вместо того, чтобы улучшить ситуацию, это только ухудшило ее. В бюстгальтере моя грудь кажется тяжелой и слишком чувствительной. Боль между ног уменьшилась до тупой пульсации. Я хочу унять ее, но не могу.

Он наблюдает за мной. Он точно узнает, если я кончу, и тогда завтра вечером он не тронет меня, как обещал. Всего двадцать четыре часа. Я могу сделать это.

К тому времени, когда я добираюсь до комнаты Майлза, мне уже жарко и я обеспокоена.

— Ты в порядке? — он открывает дверь на мой стук. — Ты выглядишь немного покрасневшей.

— Я была на быстрой пробежке, пока дождь прекратился.

— Я принес напиток к сэндвичу и пирожное на потом.

— Спасибо.

Я возвращаюсь на свое место на кровати, и он протягивает мне пачку сэндвичей. Я даже не смотрю с чем они, когда распечатываю пакет.

— Тебе удобно? Готова посмотреть остальную часть фильма?

Я киваю, пока жую.

Он нажимает кнопку «Старт», и фильм продолжается, но я почти не смотрю на экран, поскольку думаю совершенно о другом. Мой незнакомец хотел, чтобы я ответила на его вопрос, но он задавал мне так много вопросов, и я не уверена, что ответила на все из них. Мне нужно вспомнить их все. Меня охватывает паника.

Что, если я забыла один? Что, если я не вспомню?

Он хотел знать, что Майлз делал пять раз.

Что я ему скажу? Думала бы я о нем, если бы это действительно произошло, а не было выдумкой? Хочу ли я, чтобы он лизнул меня пять раз между ног? Или подарил мне пять оргазмов?

Я дрожу, вспоминая, как наши стоны смешались, когда он прикоснулся ко мне. То, как он заставил меня чувствовать.

Да, помоги мне Бог, я захочу этого.

Я хочу его рот между моих ног. Я хочу почувствовать, что значит испытывать такой оргазм.

Мне нужна его рука там, где она была раньше.

Он должен закончить начатое.

Отвлеченно откусывая сэндвич, я формулирую несколько ответов, которые, надеюсь, ему понравятся.

Он хочет, чтобы я сказала «зеленый», а сейчас в моем мире даже не существует красного.

Илай

Мы проводим субботний вечер в нашей комнате. Не то чтобы у меня был какой-то выбор, поскольку мне нельзя покидать комнату до понедельника. Келлан приносит еду и кучу закусок, а также карри со всеми добавками в контейнерах «Таппервэир» и строгие инструкции вернуть все это персоналу кафетерия.

Я не рассказываю ему, что случилось с Арабеллой. Я не уверен, почему. Не то чтобы у нас раньше не было общих девушек. Многие девочки стояли перед нами на коленях или лежали на спине. Не то чтобы кто-то из них признался бы в этом. Они предпочитают хранить нас как свою маленькую грязную тайну. Вкус темной стороны, который, как они уверены, приведет к тому, что они станут изгоями, если кто-нибудь узнает. Однако это не мешает им приходить за добавкой, когда нужно избавиться от зуда, и обычно мы более чем рады предоставить услугу, которую не могут предоставить их бойфренды-спортсмены.

Я растягиваюсь на кровати и делаю наброски, когда в дверь стучат. Я смотрю на Келлана, который хмурится.

— Ждешь кого-нибудь?

Он качает головой. Раздается второй стук, за которым следует женский голос.

— Я знаю, что ты там, Илай. Открой дверь.

Я стону и опускаю голову на подушку.

— Чего, черт возьми, она хочет?

Келлан скидывает ноги с кровати.

— Есть только один способ выяснить, — он пересекает комнату и распахивает дверь. — Что нужно?

— Я не хочу с тобой разговаривать.

Лейси проталкивается мимо Келлана, который отступает и впускает ее внутрь. Она его не боится, и это большая ошибка. Я откровенно неприятен, но Келлан может зарезать тебя, обмениваясь любезностями с улыбкой на лице. Это заставляет людей недооценивать его.

— Илай!

Я перекатываюсь на спину.

— Что?

— Ты единственный, кто ничего не делает для вечеринки на Хэллоуин.

— И?

Она садится на край кровати, возле моих ног.

— Я хочу, чтобы ты нарисовал сцену с домом с привидениями. Мистер Макинтайр говорит, что если он будет состоять из трех частей на больших листах, мы можем прикрепить его к стене в бальном зале, а затем убрать, как только закончим.

На какой чертовой планете она живет, думая, что я собираюсь выполнить ее требования?

Я закрываю лицо рукой, прикрывая глаза.

— Соси мой член.

Матрас подпрыгивает, и я улыбаюсь за своей рукой. Спасибо, черт возьми, за это. Она уходит. Вот только чьи-то пальцы скользят под пояс моих спортивных штанов. Я отшатываюсь, мои глаза распахиваются, и я убираю руку с лица.

— Что ты, бл*ть, по-твоему, делаешь? — я хватаю ее за запястье и отталкиваю от себя.

— Сосу твой член.

Меня мало что удивляет, но от ее ответа у меня отвисла челюсть. Я смотрю на нее целых десять секунд.

— Убирайся из моей комнаты.

— Но ты сказ…

— Черт возьми, это была не просьба.

Келлан смеется где-то в другом конце комнаты.

— Если хочешь, можешь пососать мой член, Лейси. Я не стану рисовать тебе фреску, но... знаешь... если ты предлагаешь...

Под нашими удивленными взглядами она становится розовой, затем красной, а затем фиолетовой.

— Я думала...

— Отсасывание было платой за картину. Да, это я понял. Отвали, Лейси, — я переворачиваюсь на бок, к ней спиной.

— Чего же ты хочешь тогда? Должно же быть что-то, что я могу тебе дать, чтобы заставить тебя это сделать?

— У тебя нет ничего, что мне нужно, — говорю я правду.

— А как насчет одной из девушек из группы поддержки? Выбери одну.

— Ты серьезно сидишь здесь и занимаешься сутенерством своих друзей? Знают ли они, что ты готова продать их за то, что хочешь? — я поворачиваюсь к ней лицом. — И это они называют меня засранцем.

Она пожимает плечами.

— Я хочу фреску, а ты лучший художник в школе.

Я сажусь.

— Вот что я скажу тебе. Я подумаю об этом. Если окажется, что ты можешь предоставить мне то, что мне нужно, я тебе сообщу.

Она хлопает в ладоши.

— Фантастика. Я знала, что ты это сделаешь.

— Я не говорил, что сделаю это.

Ее улыбка беззаботна.

— Семантика, — она вскакивает на ноги и поворачивается лицом к двери. — Увидимся позже, мальчики! — она радостно машет рукой и выскакивает за дверь.

Я плюхаюсь обратно на кровать.

— Что, черт возьми, только что произошло?

— Упущенная возможность?

— Почему?

— Лейси замешана во многих делах. А еще она соседка Арабеллы по комнате.

— Хм, — я забыл об этом.

В конце концов, возможно, она могла бы дать мне то, что я хочу. Есть о чем подумать, конечно.

И вот мои мысли обращаются к Арабелле, и образ ее скачущей на моих пальцах делает то, чего не смогла сделать попытка Лейси. Мой член просыпается, и, игнорируя тот факт, что Келлан здесь, я засовываю руку в штаны и обхватываю его пальцами.

— О, привет. Меня ждет шоу?

Я поворачиваю голову и вижу Келлана, лежащего на боку, подперев голову одной рукой, и наблюдающего за мной со своей кровати.

— Вчера мои пальцы были в ее киске. Она была чертовски мокрой. Чертовски тугой, — я глажу член от основания до кончика и прикусываю губу, чтобы не простонать. — Я сказал ей держать себя на грани в течение следующих двадцати четырех часов.

Мой большой палец скользит по головке члена, размазывая вокруг него предэякулят.

— Она скакала на моей руке, будто была в отчаянии, — мои глаза закрываются, и я теряюсь в нарастающих ощущениях, пока накачиваю член вверх и вниз. — Лейси следовало послать Арабеллу ко мне и убедить меня сделать фреску. Ее рот вокруг моего члена мог бы помочь.

И образ того, как она делает именно это, эти сладкие пухлые губы, влажные, желающие и сомкнутые вокруг моего члена, доводит меня до крайности. Я откидываю голову назад, стиснув зубы от удовольствия, разливающегося пламенем по моим венам.

Мое дыхание становится резким, когда меня захлестывает оргазм.

— Еб*ть. Если одна только мысль о ней заставляет тебя так быстро кончить, ты кончишь за две секунды когда наконец введешь в нее свой член, — сухие слова Келлана разрушают чары, и мой смех наполняет комнату.

Я поднимаюсь с кровати, хватаю чистую одежду и второй телефон, направляясь в ванную, чтобы принять душ. По дороге я отправляю сообщение.

Я: Где ты?

Добыча: С Майлзом.

Я скриплю зубами.

Я: Иди к нему в ванную, сними трусики, доведи себя до края. НЕ КОНЧАЙ. Раскрой себя и сфотографируй. Я хочу посмотреть, как будет выглядеть мой завтрашний десерт.