Когда на улице восстанавливается порядок, синьора Монтекки вздыхает с облегчением: ее сына Ромео здесь не было. Выясняется, что, по тогдашней моде, Ромео впал в меланхолию, которая для публики Елизаветинской эпохи была непременным атрибутом безответной любви. На ловца и зверь бежит: вскоре появляется сам Ромео, играющий роль романтического влюбленного.

Отец и мать Монтекки сбиты с толку поведением Ромео; Бенволио охотно объясняет им причину. Задача проста, ибо Ромео тут же признается в безответной любви. Он говорит о девушке, в которую влюблен:

Неуязвима для любовных стрел,

Она Дианы предпочла удел,

Закована в невинность, словно в латы,

И ей не страшен Купидон крылатый.

Имени ее Ромео не называет, и эта девушка в пьесе не участвует.

Ромео страдает из-за того, что его возлюбленная хочет сохранить невинность. Она «Дианы предпочла удел»; Диана – римская богиня охоты, отождествляемая с греческой богиней-девственницей Артемидой, поклявшейся сохранять целомудрие.

Бенволио дает Ромео вполне разумный совет найти себе другую, но Ромео с презрением отвергает предложение. (Печально, но факт: если Бенволио всегда разумен, то Ромео всегда романтичен, и это только приближает катастрофу.)