Алкивиад заступается за воина до тех пор, пока Первый сенатор (суровый и непреклонный, скорее напоминающий римлянина, чем афинянина) не говорит:

И смеешь ты так дерзко говорить?

Так знай: хотя наш гнев словами беден,

Но действием богат. Тебя

Отныне мы навеки изгоняем.

Из истории известно, что Алкивиад действительно был изгнан из Афин, но совсем не из-за такого пустяка и совсем не по личным мотивам. В 415 г. до н. э. он решил завершить долгую войну со Спартой, проведя очень рискованную операцию: вторгнуться на Сицилию и захватить ее столицу, Сиракузы, поддерживавшие спартанцев материально.

Победа на Сицилии позволила бы Афинам овладеть богатством и флотом Сиракуз, обеспечить им надежный плацдарм на западе и подорвать воинский дух Лакедемонского союза. Шаг был отчаянный, но, если бы экспедицией руководил Алкивиад, она могла бы оказаться успешной.

Однако афиняне проголосовали за назначение второго полководца, осторожного Никия, который служил бы противовесом пылкому Алкивиаду. Это ошибочное решение привело к катастрофе. Никий был «миротворцем» и боялся воевать со Спартой, так что особой помощи от него ждать не приходилось; тем более что полководцем он оказался никудышным.

В довершение беды перед отправкой экспедиции в городе было изуродовано несколько священных статуй; подозрение пало на Алкивиада, известного агностика.

Конечно, Алкивиад не был сумасшедшим и вряд ли решился бы на столь циничные действия в такой ответственный момент. Кто покалечил статуи, так и осталось тайной; большинство историков считает это делом рук врагов Алкивиада. Как бы там ни было, но против Алкивиада выдвинули обвинение.

Сначала расследование решили провести после завершения сицилийской экспедиции, но, когда флот вышел в море, афиняне передумали и отозвали Алкивиада. Алкивиад решил, что осуждения ему не избежать, и отправился в добровольное изгнание.

Без него сицилийская экспедиция завершилась полным крахом. Афины потеряли много людей и кораблей и уже не смогли оправиться от этого поражения. Поскольку экспедицию задумал Алкивиад, всю вину взвалили на него. Однако Алкивиад еще не нанес городу того урона, который якобы предвидел Тимон. Главное было впереди.