Тем временем Алкивиад вступает в спор с афинским сенатом. Некоего воина приговорили к смерти за убийство, и Алкивиад просит отменить приговор на том основании, что смертельно оскорбленный воин вызвал своего противника и тот погиб в честном поединке.

О личности воина, а также о причинах дуэли, жестокости решения сената и настойчивости Алкивиада в пьесе нет ни слова. Шекспир вставил эту сцену (возможно, лучшую в пьесе), но не удосужился связать ее с предыдущими. Впрочем, ясно, что таким образом Шекспир хотел привести еще один пример «неблагодарности». Алкивиад говорит о воине:

А между тем все сделанное им

В войне Афин со Спартой,

Византией Могло б легко ходатаем служить

За жизнь его.

[В оригинале: «В войне Афин с Лакедемоном…» – Е. К.]

Это намек на Пелопоннесскую войну, которая велась во времена Тимона и Алкивиада. Афины сражались с союзом греческих государств, во главе которого стояла Спарта; Лакедемон – ее второе (более официальное) название.

В речи Алкивиада все выглядит так, словно бои велись на территории Лакедемона, однако это не так. Спарта, армия которой не имела себе равных, в VI–V вв. до н. э. была надежно защищена. Город стал уязвим для противника лишь после того, как потерпел чувствительное поражение от Фив, но это случилось через тридцать лет после Пелопоннесской войны.

Византий (позже Константинополь, а ныне Стамбул) в то время не был ареной военных действий, несмотря на то что этот город имел важное стратегическое значение, контролируя проливы между Черным и Эгейским морями; недалеко от него находилась Троя.