Утром следующего дня Люциан с Каем отправились в город, чтобы разобраться с тайной бутылки бесконечного вина.

Люциан не стал расспрашивать, что это за бутылка и чем являлась, – догадался по названию. Нет, он, конечно, допускал, что оно может не соответствовать действительности, однако счел это лишь глупыми мыслями: демоны хоть и были проказниками, но вряд ли назовут «бутылкой бесконечного вина» какую-нибудь тыкву.

Когда они вышли на улицы шумного, вечно не спящего города, кончик алой ленты выскользнул из-под рукава черного одеяния Кая и обвился вокруг запястья Люциана, на что тот уже не обращал внимания.

Облаченный в серебряное заклинатель и демон во всем черном шагали рядом друг с другом, точно как луна в сопровождении ночи. Хотя в их случае, скорее, ночь сопровождала луну. Раньше Люциан не видел на Кае этого одеяния – длинного халата угольного цвета с золотым узором на плечах, широким поясом и с рукавами, что прятались под черными наручами. Из-под треугольного выреза выглядывали нижние одежды с высоким горлом, вероятно, безрукавка.

– Хочешь куда-нибудь заглянуть, пока идем к Салеону? Он живет неблизко, мы пройдем мимо большого количества заведений, таверн, торговых палаток и других интересных мест.

– Я плотно позавтракал, – спокойно ответил Люциан, – и не настроен на покупки. Если речь заходит о помощи кому бы то ни было, я предпочту сначала оказать ее, а уже потом позаботиться о себе.

Кай хмыкнул, как будто ему не понравилось напоминание о том, что владыка Луны закостенелый добряк и благодетель.

Люциан не обратил внимания на реакцию демона.

– Расскажи мне что-нибудь, – через полчаса ходьбы попросил Кай. Путь к дому Салеона и правда оказался неблизким.

– Что рассказать?

– Хм-м… например, почему после нашей встречи в Валар ты в поход взял троих слабаков, а не кого-то посильнее да покрасивее?

– Если владыка тьмы будет отзываться о моих товарищах в дурном тоне, я не стану отвечать на вопросы, – невозмутимо отозвался Люций, устремив взгляд на мощеную улицу.

– Приношу свои извинения. – Кай виновато улыбнулся, однако ни в его голосе, ни в улыбке не ощущалось раскаяния. – Почему в поход владыка Луны взял именно этих трех милашек?

Люциан, не удержавшись, фыркнул:

– Владыка тьмы, признайтесь, вы завели этот разговор, чтобы подразнить меня?

– Вовсе нет. Чтобы подразнить тебя, мне не требуется разговор.

Люциан закатил глаза и ускорил шаг, обгоняя демона. Уйти далеко он не смог: алая лента резко натянулась и дернула его назад.

– Модао, ты направляешься не туда, – послышался веселый голос Кая, который уже успел свернуть в переулок.

Люциан сжал зубы и направился за ним следом, попутно пытаясь обрести душевный покой. Право же, чем дольше он общался с этим несносным демоном, тем больше эмоций проявлял и чаще терял лицо. Это было донельзя унизительно. Казалось, никто, кроме Кая, не знал, как пробудить в нем все эти чувства.

– И все-таки почему именно они остались подле тебя? – продолжил демон, хотя его собеседник потерял желание болтать.

Люциан не хотел отвечать. Скорее, желал пнуть темного принца, хоть и понимал, что такое недопустимо. Он с трудом взял себя в руки и произнес:

– Не я выбирал, кого брать в поход. Я попросил Эриаса найти нам двух помощников, и он взял Абрама и Сетха. Я одинаково доверяю всем своим адептам. Для меня не имеет значения, даже если бы сейчас за стенами города ждали другие люди.

– Но Эриасу ты доверяешь больше всего.

– Так вышло. Не то чтобы я специально выделял его на фоне остальных, просто он – мой давний друг и страж, само собой, он ближе всех.

– Почему именно его назначили твоим стражем?

– А почему именно Ксандра назначили твоим?

Кай усмехнулся, искоса глядя на Люциана.

Вопрос был риторическим. Люциан задал его, просто чтобы напомнить: Кай был принцем и хорошо знал, по каким причинам выбирали стража: во‑первых, через назначение сверху; а во‑вторых, по личному выбору престолонаследника. Назначение стража не являлось обязательной процедурой и зависело лишь от того, как сильно владыка клана хотел защитить своего преемника.

– Выбирал ты или родители?

– Я. Мне не очень-то хотелось иметь защитника, но пришлось. Когда мою семью убили, советники приказали срочно избрать стража. – Люциан обернулся на демона. – А как Ксандр стал твоим стражем?

С губ Кая сорвался смешок.

– Ксандр стал моим стражем примерно по той же причине – по воли совета. Старики требовали, а родителям было невмоготу спорить, поэтому отец пошел и выбрал мальчишку из толпы. Я не удивлен, что Ксандр привлек его внимание: он выглядел на десять, но по факту ему было не менее чем три сотни лет. Когда отец привел его, то сразу сказал, что ребенок способный. – Кай рассмеялся. – Да-да, ужасно способный.

– Если не ошибаюсь, вы были назваными братьями?

– Мы ими остаемся.

Люциан вскинул брови.

– Но… почему?

– Нас это забавляет. – Кай оскалился. – Охота на брата – разве это не весело?

«Это жутко». Но Люциан не решился озвучить свою мысль вслух.

– Но не будем об этом. – Кай махнул рукой. – Лучше расскажи о своей невесте.

– Если владыка тьмы пообещает не отпускать шуток в ее сторону.

Кай цокнул языком.

– Это будет сложно, но я постараюсь.

– Нет, обещайте не делать этого. – Голос Люциана звучал строго. Он приходился Амели женихом, тем, кто был обязан защищать и ее, и ее честь, поэтому не мог позволить кому-либо говорить о ней гадости.

Темный принц обернулся и, прищурив взгляд, спросил:

– Ты настолько ее любишь?

– Дело не в этом.

– Хорошо, что не в этом, – хмыкнул Кай и уступил ему: – Так уж и быть, я придержу язык.

Люциан немного растерялся от того, что спора не последовало, но решил на этом не зацикливаться.

– Что конкретно владыка тьмы хочет узнать? Как мы познакомились?

– М-м… нет. Это предсказуемо. Вы наверняка познакомились в клане Луны. Лучше ответь, когда решили обручиться?

– Около года назад.

Кай вопросительно изогнул бровь.

– Ты сделал ей предложение год назад, но официальная церемония еще не состоялась?

– Амели еще нет восемнадцати, она на два года младше меня.

– А-а. Точно-точно, несовершеннолетним нельзя вступать в брак. И когда ей исполнится восемнадцать?

– Чуть меньше, чем через год.

– Владыка Луны пригласит меня на свадьбу?

Люциан смерил демона подозрительным взглядом.

– Не бойся, я не стану красть невесту из-под венца, – съехидничал Кай, на что Люций фыркнул:

– Я подумаю.

Не то чтобы он был против этого, но, положа руку на сердце, он признавал – пригласить этого демона все равно что заложить взрывной талисман.

– А почему ты, собственно, решил выбрать ее своей невестой? И почему сделал это в восемнадцать, а не в двадцать? Тебе ведь тогда было восемнадцать? Весенние сны не смог пережить?

– Весенние… что? – удивился Люциан.

Брови Кая медленно поползли вверх. Он прыснул, пробурчал что-то про невинность и пирожок, а затем отмахнулся и ответил:

– Забудь. Просто ответь на вопрос.

Люциан пожал плечами.

– Амели – та, кого я хочу видеть своей женой. А почему я решил сделать ей предложение именно в этом возрасте? Я и сам не знаю.

На самом деле Люциан все знал. Причиной была сжиравшая его пустота. Он точно не помнил, из-за чего и когда она появилась, – скорее всего, это было связано со смертью родителей, случившейся в тот же год. Амели удалось заполнить образовавшуюся в его сердце дыру, и он решил, что она та, кто должен пройти эту жизнь вместе с ним.

Услышав ответ, Кай не стал вытягивать подробности, что казалось удивительным, учитывая его характер. Люциан не раз замечал, что темный принц, который обычно цеплялся за слова, иногда мог пропустить какую-то фразу, оставив недосказанность витать в воздухе. То ли в Кае догорали остатки тактичности, то ли такова была воля его настроения.

В любом случае Люциан только обрадовался тому, что этот демон не стал тянуть из него ответы клещами. Он никогда никому не рассказывал, насколько опустошенным чувствовал себя после смерти родителей. Все, кто его знал, думали, что он пережил гибель семьи с присущей заклинателю стойкостью. Только лишь Эриас замечал его непроходящий отрешенный взгляд да Амели, которой приходилось общаться с куском льдины. Казалось, Люциан тогда потерял нечто очень важное, часть своей души.

Других вопросов от Кая не последовало. Время в пути за беседой пролетело почти незаметно, и вот они уже стояли на пороге своей цели. Люциан окинул взглядом непримечательный двухэтажный дом «без окон и дверей». Желтая крыша подпиралась деревянными стропила и опорами, а вместо несущих стен находились скользящие перегородки, обклеенные белой рисовой бумагой. Их можно было убрать в любой момент, беспрепятственно объединить одну комнату с другой или поменять место входа и выхода.

– Да начнется скукота. – Кай поднял глаза к небу и переступил через порог. Ему даже не пришлось стучать, чтобы уведомить хозяев о своем прибытии, – тьма уже забралась в каждую щель и всех оповестила.

Как только Люциан и Кай вошли в дом, им навстречу выскочил лохматый, темноволосый демон с острыми ушами и змеиными глазами. Он был стройным, высоким и одетым в зеленый халат с широкими рукавами. Его светлая кожа на скулах непривычно блестела, переливаясь всеми цветами радуги, что походило на свойства некоторых видов чешуи.

– Градоправитель! – Салеон поклонился, отчего длинные гладкие пряди упали ему на лицо. – Я так счастлив, что вы откликнулись на мой зов. – Он выпрямился, спешно заправляя волосы за уши, и в недоумении посмотрел на Люциана: – А вы?..

– Тот, на кого тебе лучше не смотреть, – холодно ответил Кай. – Ближе к делу. Не хочу простоять тут целый день, так что признайся сразу: бутылка бесконечного вина у тебя?

– Что? – Салеон всполошился. – Нет у меня бутылки, я честно не знаю, куда она исчезла! Уверен, ее выкрали!

– Кто?

– Ланфей! Кто еще? Он давно пускал слюни на моего человека, наверняка поджидал удобного случая, чтобы подставить меня и поживиться!

Кай немного наклонился влево и спросил Люциана на ухо:

– Ланфей – это тот, кто одолжил ему бутылку?

Люциан кивнул.

– Хорошо, – хмыкнул Кай и снова посмотрел на Салеона. – Где живет Ланфей?

– На соседней улице, в доме с оранжевой крышей.

– Жди.

С этими словами он развернулся и направился к выходу.

Люциан растерялся оттого, что допрос так скоро закончился. Обычно заклинатели узнавали больше деталей, но Кай не был заклинателем, да и допрашивал вовсе не людей. Может быть, в Асдэме так принято и иные способы бесполезны? Люциан не знал ответа на это, поэтому поспешил за демоном, чтобы понаблюдать.

Оказавшись у дома Ланфея, Кай прошел внутрь и завернул в просторную гостевую комнату. Помещение в сливочных оттенках пустовало, на свету блестела порхающая в воздухе пыль.

Люциан молча следовал за ним по пятам и осмелился подать голос, только когда темный принц самовольно достал из чужого ящика бутылку, две пиалы и уселся за низкий черный стол:

– Что мы делаем? – недоуменно спросил он.

– Пьем. – Кай сделал приглашающий жест. – Ланфея нет, не ждать же нам у порога?

– И поэтому ты решил напиться, никого не спросив?

– Каждый участок Асдэма принадлежит мне, кого я должен спрашивать?

Люциан выдохнул и устало потер переносицу.

«Невежественность принца не знает границ, как и его всевластие».

– Может быть, раз уже мы вторглись в чужой дом, хотя бы осмотримся и поищем бутылку бесконечного вина? – осведомился он, отнимая руку от лица.

– Ее здесь нет, я все обыскал.

Люциан приподнял брови. Он предположил, что растекавшаяся по полу тьма была не просто энергией, а руками, ушами и глазами демона.

– Что насчет Салеона? Его дом твоя тьма тоже обыскала, зачем ты тогда спрашивал про бутылку, если знал, что ее у него нет?

– А почему нет? – Кай наполнил пиалу и сразу осушил ее. – Если ее нет в его доме, это не значит, что у него ее нет совсем. Думаешь, демоны в Асдэме прячут вещи под боком? Тут полно укромных мест, где можно оставить клад. Воришка мог запросто закопать бутылку в каком-нибудь придомовом садике, коих в Асдэме сотни.

Люциан задумался над словами темного принца, которые звучали вполне логично.

– Не стой, присядь, – сказал Кай, наполняя вторую пиалу.

Люциан нахмурился. Он неуверенной поступью подошел к столу и спросил:

– Может, вместо распития алкоголя нам стоит узнать, где сейчас Ланфей? Неизвестно, сколько придется ждать.

– Он скоро вернется, – уверенно ответил Кай и пододвинул чашу ближе к Люциану.

Покосившись на нее, владыка Луны подумал: «Учитывая мощь и власть владыки тьмы, можно допустить, что он знает все на свете, а не гадает на чайных листьях… Наверное, нет смысла с ним спорить».

Он присел на светло-коричневые подушки и, скептично взглянув на пиалу, выпил ее содержимое, которое вкусом напомнило вино.

– М-м… кажется, я тебя порчу, – прозвучал демонический голос где-то на задворках сознания.

Люциан моргнул и увидел чужой подбородок над своим лицом. Как и когда он успел лечь на подушки, примостив голову на колени Кая, он не помнил. Казалось, он только сделал первый глоток…

– Что это было за вино? – спросил Люций, потирая лоб. Голова не кружилась и не болела, он, напротив, чувствовал легкость в теле и какую-то беззаботность. Ему было так хорошо, что он даже не подумал подниматься с чужих колен или менять позу на более подобающую.

– Это был «Покой» – вид магического вина, что избавляет от тревог и снимает душевные оковы. Есть в доме каждого демона, чтобы спаивать пришлых людей.

Люциан сморщил нос.

– Ты отравил меня? – Голос его звучал хрипло, словно он пребывал в дреме.

Кай опустил голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Я не травил тебя.

– Если не травил, зачем дал это вино?

– Тебе тяжело воспринимать мой мир, я хотел помочь успокоиться.

– Мог бы заварить чай с мятой и мелиссой.

– Чай – это слишком примитивно. Вино работает лучше, не так ли?

– И правда, – лениво отозвался Люций, потому что спорить было бессмысленно: вино и впрямь облегчило ему жизнь лучше любого сорта чая. Он даже забыл, где находился. Ему казалось, что он дома, в своем клане, в родной постели; за окном кричат молодые ученики, спешащие на занятия, пока он отлеживается после ночи без сна из-за большого количества работы.

Единственное, что рушило его иллюзию, – демон, нависавший над ним.

Люциан снова прикрыл глаза.

– Ланфей еще не пришел, верно?

– Нет, но уже идет. Можешь полежать немного, я разбужу.

Люциан согласно промычал, ни о чем больше не переживая. Ему было комфортно на подушках, покрывавших теплый пол, и на чужих вытянутых ногах. От Кая исходил дурманящий аромат власти и силы, который обдавал кончик носа легкой прохладой и не позволял полностью окунуться в забвение. Вокруг витала демоническая тьма, оберегая и укрывая его невидимым одеялом. В доме стояла тишина, позволяя непрошеным гостям отдохнуть.

Впервые Люциан ощутил, что они с Каем достигли гармонии. Атмосфера между ними сложилась такая умиротворенная и не обремененная проблемами, что захотелось даже всплакнуть от счастья. Поэтому он очень огорчился, когда его вынудили вернуться в реальность:

– Можешь просыпаться, – услышал Люциан шепот и почувствовал, как кто-то провел ладонью по волосам. Он открыл глаза, быстро осознав, почему его будят. Он зашевелился и неуверенно сел, не в силах расстаться с дремой.

Демон Ланфей вошел в гостевую комнату. Его хлопковая, песочного оттенка рубашка прямого кроя со свободными рукавами и такого же цвета штаны напоминали одежды простого купца и контрастировали с вычурным зеленым халатом Салеона. Маленький нос, крошечные глаза, короткие русые волосы делали его похожим на мышь. Ланфей недоуменно воззрился на посторонних, а затем, осознав, кто перед ним, взвыл:

– Градоправитель! – Он рухнул на колени и прижался к полу в поклоне. – Чем обязан вашему вниманию?

Кай посмотрел на него, не выказав никаких эмоций. Он подобрал ноги и скрестил их бабочкой.

– Бутылка бесконечного вина у тебя? – Его голос звучал так лениво, словно это расследование, от которого он отдыхал не меньше часа, неимоверно ему наскучило.

Ланфей оторвал лоб от пола и вскинул взгляд на владыку тьмы.

– Салеон! – выругался он. – Этот змей решил обвинить меня в том, что я его подставил, выкрав свою же вещь?

– Догадливый, – ухмыльнулся Кай. – А теперь отвечай, – строго добавил он.

Ланфей поперхнулся и промямлил:

– Н-нет… в‑владыка. Бутылку я у Салеона не крал.

– И он не крал ее у тебя. – Кай выпил новую порцию вина.

– Невозможно! Никто, кроме этой гадюки, не мог взять бутылку бесконечного вина! Он просит ее каждый раз, как устраивает торжество. У него был мотив!

– Забавно… – Кай покрутил в руке пиалу. – Если Салеон выкрал бутылку, зачем привлек к этому делу меня? Чтобы умереть после того, как добился желаемого?

Сидящий рядом Люциан не смог спокойно наблюдать за столь непродуктивным диалогом, который больше походил на беседу тюремщика и заключенного, и осторожно вмешался:

– Прошу прощения, вы не знаете, для какого торжества Салеон просил у вас бутылку бесконечного вина?

Ланфей покосился на Люциана:

– Он сказал, что у его человека день рождения и им нужна бутылка, чтобы постоянно за вином не бегать.

– Вы были приглашены?

– Нет. Салеон считает, что я хочу забрать его человека. Как завел его, так перестал меня в гости звать.

Люциан учтиво поинтересовался:

– Вы правда хотите забрать его человека?

– Пф… – Демон осмелился принять сидячее положение. – Сдалась мне эта смертная дохлячка.

– Отвечай. – Кай клацнул зубами.

Ланфей вздрогнул и тут же торопливо исправил себя:

– Да, я хочу забрать себе эту девушку…

Люциан поразился тому, как быстро допрашиваемый поменял показания. «Видимо, Каю достаточно спросить в лоб, чтобы узнать правду. Вот почему он задает такие вопросы?»

– Вы знаете, кто присутствовал на торжестве господина Салеона в тот день?

– Лилу точно была, других гостей не назову, меня ж там не было. – Ланфей скривился, словно был глубоко оскорблен тем, что его не пригласили.

– В таком случае нам нужно вернуться к Салеону и уточнить список гостей. – Люциан встал на ноги и поправил одежды. – Если господина Ланфея не затруднит, я бы попросил вас сегодня остаться дома. Мы можем вернуться, чтобы узнать что-то еще.

Демон вопросительно покосился на своего владыку. Кай выказал полное равнодушие, но этого хватило, чтобы Ланфей понял, кому подчиняться.

– Конечно, я останусь и буду покорно вас ждать.

Люциан поблагодарил его за отзывчивость, а потом позвал:

– Владыка тьмы, нам пора.

Градоправитель огромного демонического города, внушающий ужас всем местным жителям, послушно поднялся с подушек.

Лицо Ланфея от увиденного перекосило так, что впору запечатлеть это в камне и выставить на продажу, как самую уродливую скульптуру.

– Решил взяться за дело самостоятельно? – весело спросил Кай, когда они покинули чужой дом.

– Мне не понравилось, что ты упустил из виду множество деталей. – Люциан зевнул, все еще не отойдя от «Покоя».

– Множество деталей? Каких, например?

– Не поговорил с человеком, который живет с Салеоном. Не узнал, кто еще видел бутылку и был в ней заинтересован. Не уточнил, как проходило торжество. Возможно, если бы мы узнали все эти детали сразу, нам бы не пришлось возвращаться или тратить на ожидание Ланфея время, которое мы могли использовать, чтобы опросить других подозреваемых.

– М-м, Модао такой умный, а этот демон совершенно забыл, как грамотно вести расследования, – пролепетал Кай, но Люциан услышал лишь: «Я сделал все сикось-накось, потому что хотел полениться, поглощая вино в чужом доме».

Люциан ничего не ответил. Сохранив бесстрастное выражение на лице, он прошествовал к дому Салеона и постучался.

Демон тут же отворил дверь и отступил в сторону, приглашая гостей и повторно приветствуя их.

– Приведи девчонку, – бросил Кай, входя первым.

На лице Салеона отразилось беспокойство, но он послушно юркнул в коридор.

Люциан последовал за Каем, который свернул в первую попавшуюся комнату, а затем развалился на зеленой софе с таким видом, словно зашел в собственный дом.

Салеон за руку привел юную темноволосую деву, опрятную и явно не голодавшую, без намека на мученическое существование. Она была одета в длинное светло-зеленое платье без рукавов, поверх которого была накинута свободная, полупрозрачная накидка, украшенная цветочным узором. Девушка держалась подле демона и не выглядела перепуганной – явно доверяла ему.

Люциан прислонился спиной к стене.

Кай обратился к смертной:

– Ты знаешь о пропаже бутылки бесконечного вина?

Девушка поклонилась в знак почтения и ответила:

– Да.

– Ты взяла ее?

– Нет.

– Знаешь, кто взял?

– Нет.

– Подозреваешь?

– Нет.

– А ты? – Кай перевел внимание на Салеона. – Только не называй Ланфея.

– Значит, остаются те, кто был на торжестве, – спокойно ответил демон-змей, без зазрения совести обвиняя товарищей.

– Имена.

– Лилу и ее человек, Шиву и Альмей.

– Кто из них больше всех заинтересован в краже бутылки?

Салеон пожал плечами.

– Есть еще кто-то, помимо них, кто заинтересован в краже?

– Из моего окружения нет.

– Кто-то еще заходил на торжество? Допустим, забегал на пару секунд?

– Нет. Мы собрались этой компанией и ни на кого не отвлекались.

Прищурившись, Кай посмотрел на Салеона. Он смотрел на него так, словно пытался разглядеть сквозь кожу его кости. Его взгляд заставил змееподобного демона поежиться и занервничать, вжать голову в плечи и как будто разом уменьшиться в размерах. Когда Салеон уже готов был пасть на колени и начать кланяться, извиняясь невесть за что, Кай хмыкнул, поднялся с места и с усмешкой обратился к Люциану:

– Ну, я спросил почти все, что ты хотел узнать. Думаю, теперь стоит поговорить с Лилу, раз уж Ланфей ее тоже называл.

Люциан вскинул брови. Все снова произошло настолько сумбурно, отчего казалось, что было задано мало вопросов, но, обдумав услышанное, он пришел к выводу, что Кай и впрямь выяснил почти все, к чему ранее придрался Люций.

– Хорошо. – Он лениво отпрянул от стены. Пребывая под действием «Покоя», Люциан решил еще немного поплавать по бурному течению демонической реки и особо не сопротивляться.

– Градоправитель… – неуверенно позвал Салеон. – П-простите, я не думал, что дело заставит вас бегать. Мне казалось, виновен Ланфей и все решится быстро.

– Я не злюсь, – бросил через плечо Кай, проходя в коридор. – Благодаря твоим проблемам мы с Модао весело проводим время. – Он покосился на Люциана.

Владыка Луны чувствовал такое умиротворение в душе, что даже не фыркнул в ответ.

– Ты знаешь, где живет Лилу? – поинтересовался он, выходя из дома.

– Да, следуй за мной.

Кай направился вверх по улице.