Вскоре Каин закончил терзать демонов, объявив о своей победе над Ксандром, и, усмирив тварей, отпустил на волю в угоду балансу. Эриас, Сетх и создания света не нашли сил возмутиться его решением, просто промолчали и разошлись зализывать полученные раны. По велению Люциана заклинатели не вернулись в клан Луны, а поселились в доме Хаски в Асдэме, чтобы подлечиться под его присмотром.

Иногда Люциан навещал их, перебегая из божественного дома в демонический. В промежутках между этим он либо вел переписку с владыками кланов, которых встревожил невиданный всплеск темной энергии в Бэй Сюэ, либо медитировал в замке Сладострастия, пытаясь восстановить баланс.

Каин тем временем доносил новости до богов и контролировал побежденных демонов, чтобы их освобождение не вышло боком.

Весь бессмертный мир переполошился из-за прошедшей битвы. Боги, не участвовавшие в ней, были возмущены поведением демонов и жаждали изловить их, демоны в ответ скрежетали зубами и точили клинки, заклинательский мир стоял на ушах, а жители Асдэма денно и нощно праздновали победу своего градоправителя, никому не давая продыху.

Еще больший шум подняла новость о желании Каина воздвигнуть Бессмертный город. Стоило ему озвучить эту мысль, как их с Люцианом засыпали вопросами, но тот отвечал лишь: «Идея не моя, спросите у него» – и указывал на Каина.

Длилось это уже несколько дней и ужасно выматывало…

Люциан вышел из медитации ровно в тот момент, когда в покои вернулся Каин и развалился поперек кровати рядом с ним. Всегда зачесанные назад черные волосы растрепались, а широкие алые рукава одежд перекрыли половину темно-синего покрывала.

– Я устал, – выдохнул он, пальцами поправляя черную стрелу в ухе. – Снова обсуждали с богами Бессмертный город. На сей раз они хотят участвовать в постройке. Ха! Пришлось объяснять, что кроме нас его никто не воздвигнет, но они начали выдумывать способы. – Каин поморщился, видимо, вспомнив что-то неприятное из недавнего разговора, а потом перевел тему: – Ты завершил восстановление баланса? – Он покосился на Люциана.

– Почти. – Люциан аккуратно убрал с его лба выбившиеся угольно-черные пряди, мягкие и сверкающие в лучах полуденного солнца, проникающих через открытое окно в комнату. – Осталось немного, позже закончу.

Каин перехватил его руку и сжал горячие пальцы в прохладной ладони. Его черные глаза опасно блеснули, и он обжег Люциана взглядом, в котором вспыхнули эмоции – яркие, сильные и подавляющие, прямо как у тигра при виде лани. Люциан поспешно отстранился, чтобы избежать беды, и прижался к изголовью кровати, выдыхая. По спине у него пробежали мурашки, вызывая легкое покалывание в пояснице. Глядя в глаза демона, он никак не мог понять, как тому удается сдерживать столь сильный поток чувств и желаний. Каин даже не изменился в лице, хотя в душе у него все сгорело от одного лишь касания.

Люциан поспешил отгородиться от его внутреннего мира, не в силах принять это без безумных последствий, а потом опустил взгляд на поясной мешочек и достал письмо от Эриаса.

– Что там такое? – спросил Каин, переворачиваясь на бок и подпирая щеку ладонью. Он кивнул на письмо. – Ведешь тайную переписку?

– Читаю чужую, – с хриплым смешком ответил Люциан. – Эриас общается с кланом от моего имени.

– И что обсуждают?

– Винят тебя в том, что случилось в Бэй Сюэ. И за мое внезапное исчезновение. – Нахмурившись, Люциан пробежался взглядом по строкам, а потом сложил письмо пополам так, словно захлопнул книгу, и убрал в поясной мешочек. – Мне пора возвращаться. Эриасу удалось созвать совет, а мне – Тайный круг. Скоро все соберутся, мне нужно объясниться с людьми и объявить о своем уходе.

– О-о, возьмешь меня с собой в клан? – Каин приободрился, словно пес, услышавший команду «играть». – Хочу посмотреть в лицо тем, кто сейчас правит вместо моих дядей.

– Боюсь, твое появление поднимет еще больше шума.

– Куда уж больше? – усмехнулся Каин. – Тем более я не хочу оставлять тебя одного, ты теперь не человек, мало ли что взбредет в голову этим охотникам? – серьезно закончил он, слегка помрачнев.

Хотя Люциан отгородился от эмоций демона, но все равно почувствовал, как в душу просачивается его тревога.

– Ты прав, вероятность атаки есть, – сказал он, не желая вынуждать Каина беспокоиться. – Пойдем вместе, только, пожалуйста, без конфликтов.

– Постараюсь. Если оплошаю – накажешь меня. – Каин лукаво улыбнулся.

– Боюсь, ты будешь только рад получить наказание, – со вздохом ответил Люциан и отмахнулся от чужих эмоций. – Я могу поведать о наших сущностях?

– Только Тайному кругу. – Каин перевернулся на спину и подложил руки под голову. – Остальным скажешь, что отрекаешься от престола и отправляешься странствовать. Смертным и заклинателям не стоит знать о балансе и началах. Особенно клану Луны не нужно знать, что их владыка стал высшей сущностью. Глупо, если они начнут молиться тебе как богу, а ты не сможешь помочь.

Люциан опустил голову и скользнул взглядом по звездной вышивке на покрывале, погрузившись в мимолетные переживания. «Как иронично, всесильная сущность без права вмешательства в чужую жизнь. Я – создание из чистой светлой энергии, но по сути темная тварь».

– Беспокоишься? – спросил Каин, прерывая поток его мыслей. – Ты сохранил свою человечность, и клан наверняка остался дорог сердцу?

Люциан кивнул.

– Но я справлюсь, не переживай, – ответил он, глядя на демона, а потом поспешил перевести тему, чтобы не думать о своих чувствах. – Как думаешь, Эриас и Сетх уже поправились?

– Хочешь вернуться с ними?

– Да. Им не стоит оставаться здесь еще дольше. Пойдем, поговорим с ними.

Люциан поднялся с кровати и посмотрел сверху вниз на Каина. Частично подавив свои силы, он поменял облик на привычный для друзей: золотистые одежды обратились в серебряные, рост стал меньше, аура значительно ослабла, чтобы больше походить на заклинательскую, а со лба исчезла печать.

Каин усмехнулся, но в его эмоциях Люциан уловил лишь искреннее восхищение каждым его обликом.

Они покинули замок Сладострастия и решили отправиться к Хаски пешком, хотя по воздуху добрались бы всего за несколько секунд, а не часов. Алая лента вынырнула из-под рукава Каина и обвилась вокруг серебристого наруча, вынуждая Люциана недоуменно взглянуть на него.

– Ты до сих пор думаешь, что мне грозит здесь опасность? В нынешнем-то положении?

– Это скорее привычка, чем страх, – ответил Каин, небрежно пожав плечами. – И мне нравится видеть алую ленту на запястьях. Есть в этом что-то символичное.

– Например? – Люциан посмотрел на широкую улицу, по которой они шли, огибая плывущих навстречу демонов и людей в праздничных нарядах.

– Например, судьбоносность. В Безымянных землях есть распространенное поверье, согласно которому у двух людей на щиколотках появляется невидимая красная нить, связывающая их вместе.

Люциан выдохнул протяжное «о». Он ни разу не слышал о подобных поверьях, потому что культура Безымянных земель была не до конца им изучена. Она сильно отличалась от быта и обычаев в Лунных, Солнечных, Ветряных землях и Темных глубинах, и на ее познание требовались годы свободного времени.

– Ты где-то вычитал об этом? – спросил Люциан, сворачивая за угол вслед за Каином.

– Да, во многих книгах упоминается.

Они вышли на соседнюю улицу, чуть менее оживленную, но более шумную из-за расположенных здесь игровых домов, питейных заведений и трапезных.

– Кстати о чтении… – Люциан кое-что вспомнил. – В той деревне, пока я восстанавливался после утраты родных, мы с тобой читали каждый день, да и по пути в Асдэм я постоянно видел тебя с книгой. Огромная библиотека в замке подсказывает мне, что она здесь не только из-за того, что Ксандр решил ее сохранить. – Люциан посмотрел на Каина. – Откуда у тебя эта страсть?

Стоило вопросу слететь с его губ, как он ощутил укол боли в сердце.

Но боль принадлежала не ему.

– Я был несведущ, – невзирая на бушевавшие эмоции, спокойно ответил Каин и заложил руки за спину, глядя перед собой. – Я родился в клетке, был всю жизнь заперт в ней, и мне не хватало знаний о мире, о людях и их взаимоотношениях. Я не понимал их, поэтому начал искать ответы в книгах.

Люциан вскинул брови, ожидая услышать все что угодно, но только не признание в бессилии и недостатке ума. Ему почему-то казалось, что Каин был рожден способным, а не стал таковым. Даже в воспоминаниях Ксандра он не вел себя столь наивно, чтобы заподозрить его в невежестве.

– Но я все еще многого не знаю, – продолжил Каин, взглянув на Люциана. – Например, как общаться с тобой.

Люций недоуменно указал пальцем на себя, будто спрашивая: «Со мной?»

Каин кивнул.

– Ты видел, как я общаюсь с окружающими, – язвительность и ехидство даются мне легко, но с тобой я не хочу говорить на этом языке.

– Боишься, что я обижусь? – усмехнулся Люциан. – Я не настолько нежный.

– Ошибаешься, – произнес Каин так быстро и уверенно, что Люциан невольно задумался: «Да ну… Неужели я правда не выдержал бы его извечные издевки?»

Ответа на свой вопрос он не нашел, но чувствовал, что спорить не стоит.

– Возможно… – наконец протянул он. – Но совсем без твоего ехидства мне не обойтись. Приятно слышать, что ты способен подстраиваться, но не пытайся изменить самого себя ради меня. Я хочу принимать тебя таким, какой ты есть на самом деле, а не каким пытаешься казаться, Каин. – Люциан мягко улыбнулся и ощутил, как эмоции демона разбушевались, готовые обрушиться на них обоих сокрушительной волной. Если бы он вовремя не отрешился и не отступил назад, то его, наверное, поглотили бы. – Знаешь, не будь мы с тобой связаны, я бы никогда не подумал, что внутри тебя скрывается столько желаний, вспыхивающих лишь по щелчку. И все они такие яркие, что, кажется, вот-вот сожгут изнутри.

– Ой. – Каин тоже отстранился, так что между ними сейчас могли легко вклиниться два человека, если бы натянутая алая лента не преграждала путь. – Извини. Не хотел причинять тебя неудобства.

– Я в порядке, – отмахнулся Люциан. – Просто никак не могу привыкнуть и не успеваю вовремя отгораживаться. Ты всегда казался мне таким невозмутимым, холодным, безразличным ко всему, и я только сейчас понял, как много всего тебя волнует и беспокоит. Откуда в тебе столько человеческих чувств?

– Они не человеческие, – пробурчал Каин, глядя в землю, и Люциан почувствовал его смущение. – Они похожи из-за влияния темного начала, но основа у них демоническая.

– Поэтому они такие яркие и всепоглощающие?

Люциан не выдержал и шагнул ближе, ослабив натяжение алой ленты между ними, и с любопытством присмотрелся к могущественному владыке тьмы, который теперь стеснялся на него взглянуть.

– Да. Демоны – существа крайностей: либо все, либо ничего.

– И не сложно тебе прятать их внутри себя? – Люциан сделал еще один шаг ближе Каину, только чтобы пропустить группу прелестных демониц в откровенных легких нарядах и с горящими бумажными фонариками в руках.

– Несложно. – Каин подтянул алую ленту, чтобы не касалась земли. – Я не знаю, как выражать эмоции, поэтому они просто копятся внутри меня.

– И ты никак их не выплескиваешь?

Каин едва заметно вздрогнул.

– Было один раз.

– И что случилось?

– Сон, – сказал он, глядя на Люциана. – Я пришел в твой сон.

Люциан задумался, приложив к подбородку указательный палец.

– В тот сон про Бессмертный город?

– Не совсем.

– А! В который явился Ксандр?

– Нет.

Люциан нахмурился. «А разве есть еще один?» Других снов, помимо этих, он не помнил. Казалось, даже переворошив всю свою память, он не нашел, за что уцепиться.

– Ты уверен, что ничего не перепутал?

– Уверен, – со смешком ответил Каин, отбросив смущение. – И хорошо, что ты не помнишь. Если я решу повторить, для тебя все будет в новинку. – Его эмоции были по-детски восторженными.

У Люциана волоски на руках встали дыбом. «Что ты там повторять собрался?» – беспокойно подумал он, предчувствуя подвох пятой точкой, но задать вопрос вслух не успел.

– Градоправитель! – внезапно раздался крик, вынудивший всех прохожих обернуться в сторону юноши не старше двадцати пяти человеческих лет. – Градоправитель, избивают! Пришлые напали на наших! – вопил он, размахивая широкими рукавами своих салатовых одежд.

На лице Каина не дрогнул ни один мускул, но внутри его вспыхнула, как порох от мелкой искры, волна пожирающей ярости. Люциан похолодел с головы до пят и, напрягшись, протянул руку, чтобы удержать демона от необдуманных действий, но тот даже не сдвинулся с места.

Каин скрестил руки на груди и хмыкнул.

– И кто побеждает? – равнодушно спросил он.

– Пока ничья, – ответил юноша с серебристой кожей и темно-зелеными волосами, остановившись напротив и стараясь отдышаться.

– Я надеюсь, это потому, что противников в три раза больше?

– Нет, дерутся трое на трое.

Каин презрительно фыркнул.

– И при таком раскладе ничья? – Он обернулся на Люциана. – Не против проведать их? – спросил он так, словно сделал это со скуки, а не от необходимости. – Мне любопытно, что за силачи подавляют демонов.

Не в силах соотнести клокочущую ярость в чужой душе со спокойствием на лице, Люциан лишь молча кивнул и последовал за демоном.

«Боги, он и впрямь понятия не имеет, как выражать истинные эмоции, – подумал он, глядя в широкую спину Каина. – Хотя, возможно, в этом нет ничего плохого. Покажи он сейчас свою ярость, то мы все умерли бы на месте».

Быстрым шагом они пересекли улицу, огибая идущих навстречу местных жителей, завернули за угол, прошли через переулок и попали на рыночную аллею, откуда доносились крики. Они сразу заметили дерущихся – девушку, двух мужчин и трех демонов. Первая была одета в золотисто-коричневое и явно принадлежала к клану Солнца, а мужчины в голубом – к клану Неба. Против них стояли три рогача, чьи лица напоминали бычьи. За потасовкой из разных уголков, окон, с веранд и крыш наблюдали местные жители, то выкрикивая подбадривающие слова, то ругательства.

Люциан нахмурился, глядя на заклинателей. «Как они сюда забрели? Особенно клан Солнца, это же другой материк».

Они с Каином только приблизились, когда один из адептов клана Неба бросился с мечом на рогатого демона с темными волосами и красными глазами. Демон увильнул от удара, но тот оказался лишь отвлекающим маневром. В этот момент девушка скользнула ему за спину и замахнулась саблей, чтобы нанести сокрушающий удар.

Ярость в душе Каина разгорелась с такой силой, что Люциан почувствовал себя так, словно оказался в эпицентре пожарища.

– Нет! – выкрикнул он, в последний момент схватив за руку своего демона, почти растворившегося во тьме.

Последовавший взрыв их духовной силы повалил всех с ног. Люциана и Каина оттолкнуло друг от друга, и они влетели в стоящие напротив дома, сломав стены и чуть не обрушив крыши.

– Владыка! – испуганно закричали демоны.

– Свяжите пришлых! Свяжите! – подхватили другие.

– Помогите владыке!

У Люциана звенело в ушах. Перед столкновением он не успел высвободить все свои силы и именно поэтому чувствовал себя так паршиво, лежа среди пыльной груды камней и досок. Будь он обычным человеком, то все кости в его теле сейчас оказались бы сломаны.

«Почему нас оттолкнуло? Из-за враждебного настроя одного из начал?» – подумал он и зашипел, пытаясь подняться. Волосы упали ему на лицо, перекрывая обзор, которому и так мешало облако пыли и сломанные доски.

– Люциан! – Голос Каина поразил пространство подобно грому, а эмоции указывали о неудержимой тревоге.

– Я жив, – хрипло ответил Люциан и с трудом вытащил руку из-под обломков, указывая, где находится.

Каин ступил на полуразрушенную веранду, и пол под ним скрипнул. Столики, которые стояли здесь раньше, разлетелись из-за ударной волны вместе с демонами, поэтому путь был свободен. Пройдя через дыру в стене, Каин снял перчатку и поочередно коснулся досок. Те быстро исчезли, позволяя Люциану сделать глубокий вздох.

– Я убью их, – прошипел Каин, убирая с его лица упавшие золотистые пряди. – Убью всех.

Но Люциан не находил среди его эмоций ненависти к окружающим. Только к самому себе.

– Тише… Ты не виноват, – прохрипел он. – Я знал, что, лишаясь гармонии, наши силы начинают противостоять друг другу, и успел защититься.

Словно в подтверждение своих слов, он начал подниматься, но стоило ему выпрямиться, как колени подогнулись. Каин подхватил его, нырнув под плечо, и поддержал за талию.

Люциан натянуто улыбнулся, молясь, чтобы не стало еще хуже.

– Дай мне минуту.

В ответ Каин стиснул зубы и нахмурился.

– Градоправитель, мы их поймали! – выкрикнула демоница в розовом платье с длинным разрезом на подоле, молочной кожей, змеиными глазами и заостренными ушами.

– Ай, – выдохнул Люциан, когда Каин от нервов сильнее сжал его талию. Он тут же ослабил хватку.

– Прости.

Люциан покачал головой, показывая, что извинения ни к чему.

«Как много тревоги… – подумал он, чувствуя чужие эмоции. – Ты без раздумий готов был броситься на тех заклинателей и убить только потому, что они напали на твой народ? Поэтому ты тогда чуть не убил Эриаса?»

Он поднял взгляд и увидел, что Каин внимательно смотрит на него черными глазами.

– Идем, – сказал Люциан, кивая на выход.

Они неспешно выбрались наружу, спустились с веранды и направились к пойманным и поставленным на колени заклинателям, чтобы выиграть Люциану время на восстановление. Троица демонов, напоминающих быков, застыла позади пленников, заведя руки каждого за спину, и выжидающе смотрела на идущего к ним Каина.

«Видимо, веревок не нашлось, раз демоны их держат», – подумал Люциан и тут же встрепенулся.

– Лента, – ахнул он, взглянув на свое запястье.

– А, точно, – пробормотал Каин.

Алая лента выскользнула из-под его рукава, но, приблизившись к Люциану, вдруг застыла и даже задрожала.

– Не бойся, – шепнул Каин. – Он тебе не навредит.

Лента тряхнула алым кончиком, словно головой, и нерешительно обвилась вокруг чужого запястья. Люциан почувствовал укол вины. Если бы не Каин, то во время взрыва он, скорее всего, сжег бы Ло своей силой…

– В-владыка! – в один голос поприветствовали рогатые демоны, когда начала подошли к ним.

– Что за шум вы тут подняли? – прорычал Каин, и жажда убийства застлала все остальные чувства в его душе. Он метнул взгляд на пленников. – Кто позволил вам нападать на мой народ?

– Они нас спровоцировали, – выкрикнул один из адептов Неба.

– И? – презрительно усмехнулся Каин, прожигая заклинателей взглядом. – Это не дает вам разрешения нападать.

Люциан боялся даже представить, как в глазах адептов сейчас выглядел владыка тьмы. Он наверняка походил на великана, собирающегося вот-вот тебя растоптать. Или на громадную гору, закрывающую собой даже солнце.

Второй адепт Неба выругался себе под нос и с вызовом вскинул голову, чтобы посмотреть в полнящиеся чернотой глаза.

– Мы не игрушки, над которыми можно издеваться.

– Ой, да как над вами издевались? – спросила одна из демониц. Она стояла неподалеку и вместе с толпой других горожан наблюдала за происходящим.

– В вас всего пару раз ножичком ткнули, а вы сразу за мечи! Звери! – выкрикнула другая.

– Это мы с вами знакомились так, а вы испугались, – хохотнул мужчина из толпы.

– Заклинатели нынче нервные, – поддержал его другой.

Люциан тихо вздохнул, осознавая, что у демонов найдется тысяча оправданий для нападения, и слушать их сейчас не имело смысла.

– Думаю, их можно понять, – шепотом сказал он Каину, кивнув на заклинателей, которые наверняка не специально угодили в драку.

– Как понять? – Каин недоуменно посмотрел на него в ответ. – С ними пытались познакомиться, а они в ответ обнажили мечи. Считаешь это нормальным?

Люциан вздернул бровь. Сперва он подумал, что ослышался, но Каин звучал так, словно и впрямь верил в это.

– Ты серьезно?

– Да. Я не понимаю тех, кто отвечает агрессией на гостеприимство.

Люциан приподнял и вторую бровь.

– Гостеприимство? – зашептались пленники. – Нападение с ножом он называет гостеприимством?

– Эм… – Люциан сделал небольшую паузу, пытаясь собраться с мыслями. – Но среди людей такое поведение не считается гостеприимным. Скорее походит на агрессию и провокацию.

Теперь настала очередь Каина поднимать брови. Он выглядел так, словно ему впервые открыли глаза на мир. Он всмотрелся в лицо Люциана, прислушался к его эмоциям и неуверенно покосился на пленников, кое-что осознав.

– Возможно, ты прав, – немного помолчав, неуверенно прошептал он, а потом громко обратился к демонам: – А ну выпроводите их из города! По пути не разговаривайте с ними, не провоцируйте, не пытайтесь дотронуться, укусить или что-либо еще. Единственное, удерживайте их руки и не дайте на вас напасть. Проследите, чтобы через час этих отбросов здесь не было. – Каин кивнул своим подчиненным и развернулся. – Пойдем, – нетерпеливо бросил он Люциану, явно не желая находиться здесь еще дольше, – твои друзья наверняка заждались.

Взгляд Люциана метался между Каином и пленниками, которые начали осторожно подниматься с колен, пребывая в растерянности. Он немного помедлил и прошептал им:

– Будьте осторожны и не провоцируйте демонов, у них другая культура общения, и нам ее не понять.

– Вы здесь тоже пленник? – спешно спросила адептка Солнца.

– Если хотите сбежать, мы готовы вам помочь, – прошептал мужчина рядом с ней.

Люциан не сдержал неловкой улыбки.

– Нет, я не пленник. Я – владыка клана Луны и скоро планирую покинуть Асдэм.

– Владыка Луны? – ахнула девушка. – Мы вас искали!

– Весь мир вас ищет, – едва слышно добавил ее товарищ, стоящий под пристальным взглядом зеленоглазого демона с длинными, загнутыми назад рогами.

– Мы как раз пересекали Темные глубины после совместной охоты в Безымянных землях, когда разлетелась весть о вашей пропаже и о том, что вы, предположительно, заперты в Асдэме. Нас это очень обеспокоило, – сказал второй адепт клана Неба.

– Потом мы не поняли, как и сами оказались здесь, – добавил первый.

– Мне известно о том, что творится снаружи и какие волнения поднялись из-за меня, – произнес Люциан успокаивающим голосом. – Не переживайте, я уже сообщил обо всем клану. Можете покинуть Асдэм, вскоре все разрешится.

– Вы уверены? – торопливо шептала адептка Солнца. – Владыка Луны, вас здесь точно не одурманили?

– Эй, ты за кого нашего градоправителя принимаешь? – прорычал демон с закрученными черными рогами, стоящий за ее спиной. – Он, и дурманил кого-то? Ха! Да к нему очередь в постель такая, что никакой дурман не нужен! А что касается этого господина, – он посмотрел на Люциана, – так он для всех нас уже давно неприкосновенный.

«О?» – чуть не протянул Люциан вслух.

– Как давно? – не сдержавшись, поинтересовался он.

– Да с первого вашего появления здесь.

Сердце его дрогнуло, а в груди разлилось тепло.

– А что за энергетический взрыв случился между вами и этим демоном? – поспешила спросить адептка Солнца, но ее тут же дернули за заведенные за спину руки.

– Хватит отвлекать молодого мужа, – перебил демон и сделал шаг вперед. – Градоправитель ждет, когда вы уберетесь отсюда. Шевелись.

Люциан невольно коснулся пальцами подаренной заколки на затылке и почувствовал себя странно. Он обернулся и увидел, что Каин стоит на середине улицы и в ожидании смотрит на него. В душе демона царил покой с примесью легкой тревоги, наверное, за алую ленту, которая до предела натянулась между ними.

– Будьте осторожны, – быстро сказал Люциан заклинателям и поклонился в знак прощания, прежде чем развернуться и поспешить к Каину.

– О чем беседовали? – спросил тот, стоило ему подойти.

Они направились дальше по улице, игнорируя смотрящую им вслед толпу и дом с огромной дырой в стене, возле которой уже собралась кучка рабочих.

– Я посоветовал им вести себя сдержанно и мирно покинуть Асдэм, а еще узнал, что они здесь из-за меня.

Каин посмотрел на Люциана с вопросом во взгляде.

– Они услышали новости о моем заточении в Асдэме и оказались здесь, – пояснил Люций.

– А учитывая, что они пробыли в Асдэме недолго и ушли сразу после вашей встречи, их прибытие и правда связано с тобой, – рассудил Каин. – Но это не значит, что нужно себя винить. – Голос его звучал успокаивающе.

– Я их не виню.

– Я чувствую, как ты не винишь, – усмехнулся Каин.

Люциан вздохнул.

– Я успокоюсь, когда они благополучно покинут город.

– Хорошо, я прослежу, чтобы все прошло гладко.

Тьма под ногами начала расползаться с невероятной скоростью, укрывая все вокруг. Люциан вдруг задумался о том, может ли так же управлять своим светом.

«Сложновато будет… из-за своего полноценного обращения в начало он явно воспринимает получаемый объем информации лучше, чем смог бы воспринять мой человеческий разум. Уверен, его тьма может оповещать даже о направлении движения пыли на полу, мне придется долго тренироваться, чтобы не сойти с ума от объема деталей».

Оставшийся путь до дома Хаски прошел без происшествий. Высокие деревянные ворота, за которыми скрывалось двухэтажное красное здание с золотистой черепицей, были не заперты: духовный барьер все равно не пропустил бы тех, кого божество не желало видеть. Возможно, именно поэтому он затрещал по швам, когда Каин проходил под аркой.

Попав во внутренний дворик, где даже дышалось свежо и свободно, Люциан обернулся назад, чтобы убедиться, что барьер все еще стоит, а созданная Каином брешь медленно затягивается.

– Может, лучше постучать? – спросил Люциан, остановившись на крыльце.

– Зачем? Не чужие люди.

Каин бесцеремонно открыл дверь и вошел в светлый коридор, где витал нежный, тонкий аромат цветов в вазах, стоящих вдоль стен. В доме царила тишина, казалось, здесь не было ни то что слуг, даже гостей. Люциан вопросительно посмотрел на Каина, чья тьма уже забралась в каждую щель.

Внезапно стены дома содрогнулись от рева:

– Ки-и-ай!

Люциан с Каином тут же направились на крик. Эриас, Сетх и Хаски расположились в комнате отдыха для гостей. Там были зеленая софа, чайный стол, а через открытые бамбуковые двери проникал приятный ветерок.

Стоило им переступить порог, как Хаски подлетел к ним и пригрозил Каину пальцем с золотым перстнем.

– Эй! Ты зачем явился? Я просил тебя не приходить в мой дом!

– Твой дом на моей земле, а значит, он мой по праву, – невозмутимо ответил Каин.

Хаски клацнул зубами.

– Мне все равно! Ты оскверняешь чистое место. В прошлый раз я несколько дней изгонял твою тьму – настолько эта гадость прилипчивая!

– О, не думаю, что есть что-то прилипчивее тебя.

– Ах ты… – Хаски зарычал. – Ты-ы…

– Предлагаю поговорить в другой комнате, – прошептал Эриас, оказавшись возле Люциана. Они с Сетхом незаметно выскользнули в коридор, чтобы не мешать двум лучшим друзьям выяснять свои удивительные отношения.

«Видимо, после битвы Хаски не виделся с Каином», – подумал Люциан, слушая, как Хаски ругается не только за несогласованное вторжение, но и за то, что Каин бросил его на войне, заставив разбираться с четырьмя могущественными демонами в одиночку.

– Ты хоть знаешь, как я устал? Знаешь, как тяжело бесчинствовать и никого не убить? Ты совсем бесчувственный! – жаловался Хаски так громко, что было слышно даже в коридоре.

Люциан закрыл двери в столовую, куда они втроем пришли, чтобы оказаться подальше от гостевой комнаты.

– Хаски правда никого не убил? Я почему-то думал, что из-за него были потери среди мелких сошек, – с сомнением спросил он.

– Из могущественных никого, – ответил Эриас, стоя посреди комнаты. – Но он и впрямь сожрал нескольких мелких сошек, потом плевался всю неделю.

– В буквальном смысле, – буркнул Сетх. – Все полы были в черной жиже, пока слуги не прибрали. Если честно, я удивлен, что во время битвы он никого из наших случайно не убил. Это просто невероятно – то, в какую громадину способен обращаться Хаски.

Эриас фыркнул.

– Так он почти убил. Благо Бог Ветров спасал нас каждый раз, воздвигая барьеры от его лап.

– И то верно. – Сетх внимательно посмотрел на Люциана. – Ну а ты? Тоже теперь в дракона превращаешься?

– Вроде нет, – неуверенно ответил Люциан. – В целом я остаюсь человеком.

– В целом? – переспросил Сетх, приподняв бровь.

Эриас закатил глаза и недружелюбно покосился на него.

– Тебя что, так волнует чужой облик?

– Как минимум настораживает.

– Из-за Абрама? – осторожно спросил Люциан, понимая чужие чувства.

За прошедшее после войны время им так и не удалось все обсудить. Пусть он и захаживал проведать товарищей, но те сначала не могли общаться с ним из-за ран, а потом они обсуждали дальнейшие действия и то, как будут объясняться с остальными заклинателями. Времени на что-то другое не находилось совсем.

Сетх кивнул.

– Не только. Из-за Амели тоже. – Он тяжело вздохнул, потупив взгляд. – Как мы этого не заметили? Если с владыкой демонов все понятно, то с Абрамом – нет. Настоящий сын рода Акира тоже все это время был мертв?

Люциан покачал головой.

– Как я понял, с Акирой все сложнее. – Он шагнул к низкому столу, устроился на напольной подушке и посмотрел на друзей, севших напротив. – Хамелеонов гриб не занимал чужое тело, он находился подле нас в своем истинном облике. Вам известно, что он обращается в споры, способные проникать в людские тела и порабощать разумы. И я только после перерождения понял, почему никто в клане не заметил странностей: мы все были заражены.

– Что? – в унисон выкрикнули Эриас и Сетх.

– Хочешь сказать, что с помощью своей силы он исказил наше восприятие? – уточнил первый.

– Все наши люди теперь могут стать его марионетками? – спросил второй.

– Да и нет, – поочередно ответил Люциан на вопросы друзей, а потом продолжил: – Для создания марионетки спор должно быть больше, но тогда мы бы его обнаружили. Полагаю, Акира не имел цели поработить клан Луны, он просто желал мягко внушить всем, что не опасен. Воздействие было слабым, нацеленным скрыть от наших глаз истинную сущность. Его след, который мы все носили, могли заметить только очень сильные существа.

– То есть градоправитель Асдэма все знал? – догадался Эриас, меняя позу. Он согнул ногу в колене и положил на него локоть.

– А ты, как начало, не знал? – уточнил Сетх.

– Тогда я еще не был началом, – ответил Люциан, поерзав на подушках. На мгновение он тоже захотел сменить позу, но не решил на какую и в итоге остался сидеть, поджав под себя ноги и держа ладони на коленях. – И да, Каин знал, но тоже все понял далеко не сразу. Впервые след Хамелеона он заметил, когда мы встретились на озере Ши; осознав, кому принадлежит отпечаток сил, он подумал, что я связан с владыкой демонов. Он затащил меня в озеро, чтобы убить, но я не умер, вместо этого получил божественное оружие. – С его губ невольно сорвался смешок.

– В тот раз Каин оставил меня, видимо, решил, что я случайно подхватил след, а то, что я выжил в озере, его не особо заботило. Но позже… когда мы встретились вновь, след все еще был на мне. Мы пустились в совместное странствие, он несколько недель пробыл подле нас, довел до Асдэма, но споры так и не исчезли. Тогда он понял, что демон среди нас. Это стало одной из причин его интереса ко мне… к нам. Он подозревал, что кто-то в клане Луны связан с Ксандром.

– Хочешь сказать, Хамелеонов гриб настолько хорошо маскируется, что даже владыка тьмы не смог его уличить, пока не добрался до Асдэма? – с сомнением спросил Сетх и скрестил руки на груди. – Почему он все понял только здесь?

– Блокировка сил, – сказал Эриас. – Хаски говорил, что Асдэм он покидает без сил. Как и Люциан, он ничего не видел, пока не высвободил свою ауру.

– Но после перерождения вам все было известно! – внезапно вспыхнул Сетх. Он сверкнул глазами, посмотрев на Люциана. – Почему перед битвой нас никто не предупредил о предателе?

– Мы не могли, – ответил Люциан, опустив взгляд в стол на котором не было ничего, кроме холодной курильницы. – Если бы вы все узнали и выдали себя, Хамелеон мог бы взбунтоваться.

– И что? Прибили бы его!

Люциан покачал головой, нахмурив брови.

– Никто в этом городе не смог бы убить могущественного демона, он бы просто сбежал, навредив кому-нибудь напоследок.

– Почему ты так говоришь? А как же вы с владыкой тьмы? Вам все нипочем.

– Мы не решаем, кому жить, а кому умереть. Любая смерть влияет на баланс, и она должна происходить по замыслу вселенной, так чтобы на замену успела прийти новая жизнь и положение чаши весов не изменилось.

– Но владыка демонов умер от вашей руки.

– Это было исключение, за которое мы до сих пор не расплатились, – сказал Люциан, серьезно посмотрев на друзей. – Как думаете, почему меня не было с вами, пока вы восстанавливали силы?

– Потому что один небезызвестный демон живет в другом месте? – предположил Эриас, закатив глаза.

Люциан покачал головой.

– Я медитировал, восстанавливая баланс сил. Если бы я этого не сделал, то одна из сторон начала бы слабеть.

– Но сейчас все хорошо? – приосанившись, спросил Эриас с нотками беспокойства в голосе. – Или ты еще не закончил?

– Почти закончил. Все хорошо.

– И что дальше? – спросил Сетх, вздыхая и кладя ладони на скрещенные бабочкой ноги. – Мы ведь не останемся в Асдэме до конца своих дней?

– Нет. Я ждал, когда вы оправитесь, чтобы предложить вернуться в клан.

– Ты вернешься с нами?

Люциан выдал протяжное «эм».

– Не совсем. Я объяснюсь со всеми, назначу нового владыку, а потом покину клан.

– Покинешь? – взорвался Эриас, даже чуть подпрыгнув на подушке.

Люциан вздрогнул и изумленно уставился на него – настолько неожиданно вырвался вопрос. Он прозвучал так громко, что, казалось, даже содрогнулись стены. Сердце его болезненно сжалось, когда он увидел, что с возмущенного лица Эриаса начали медленно исчезать краски.

– В-вы увидите меня еще много раз, – ответил Люциан, нервно махнув рукой. – Но другие – нет. Для остальных адептов я должен исчезнуть, это нужно ради безопасности и сохранения баланса.

– Баланс, – выплюнул Эриас и отвернулся. – К бларгу этот баланс, если я… мы лишимся тебя.

Сетх положил ладонь ему на плечо и ободряюще сжал.

– Он ведь сказал, что мы еще увидим его, – прошептал он, строго глядя на Люциана. – Ты ведь не врешь?

– Не вру. Я не хочу разлучаться с вами.

– Ха-а, – шумно выдохнул Эриас, и плечи его опустились неестественно низко. – Кошмар! Если бы не этот владыка демонов… этот Каин… – Эриас резко замолчал и поднял взгляд на Люциана. – Разве он не Кай? Или Киай? Сколько у него вообще имен?

– И почему все на «К»? – со смешком добавил Сетх.

– Теперь я зову его Каин. Вы можете называть Киай, – коротко ответил Люциан, не желая рассказывать о чужой судьбе и путанице с именами.

– Я бы предпочел его никак не называть и не видеть. – Эриас скривил губы и проворчал: – Как же это все отвратительно…

Проникший в комнату через открытые бамбуковые двери ветерок унес его голос в сад, создав растворяющееся в шелесте листвы далекое эхо.

Люциан тоскливо вздохнул.

– Все ли? – и с надеждой спросил, вспомнив о Хаски, который появился в жизни друга только благодаря владыке тьмы.

– Ну… может, не все, – сухо исправился Эриас, – но большее точно.

– Согласен, – кивнул Сетх. – Все это ужасно… Я был ближе всех к Абраму, до сих пор не могу поверить, что он – могущественный демон, как и Амели… А боги? Их существование просто не укладывается у меня в голове! Думаю, мы все пережили настоящий ужас, и нам потребуется…

– Выпить! Нам всем нужно выпить! – Хаски весело ворвался в столовую, успешно прервав чужой разговор. – Этот ком тьмы истрепал все мои нервы, и если никто не желает, чтобы я вновь впал в буйство, то сопроводите меня в город!

– Мы тебе что, эскорт? – спросил Эриас.

– Если тебе приятно так себя воспринимать, то я не возражаю, – усмехнулся Хаски, а Эриас закатил глаза.

Каин обошел Бога Обмана и встал позади Люциана.

– Думаю, нам всем и правда не помешает напиться, – тихо шепнул он, наклонившись к нему и явно чувствуя скопившееся в воздухе напряжение.

У Люциана между лопаток пробежали мурашки. Он знал, что эта идея не сулит ничего хорошего.