— Тихий, ты видел? — басит Кисляков толкая Леху в плечо. — Будете вдвоём от Золотого получать по шеям, — в открытую потешается над нами.

По тому, как Тихомиров обнимает Лерку, у них все на мази. Девушка влюблена в Тихого по уши и готова вещать о своих чувствах на весь мир.

Зря она так. Счастье тишину любит.

Заслоняю Машу собой, скрывая от любопытных взглядов товарищей и пресекаю любые попытки развить тему наших с ней отношений.

— За собой следи, — выдаю недружелюбно. — И за своим языком, а то прежде, чем мы встретимся с Золотым, сам отхватишь.

Кислый не дурак. Он моментально считывает мой настрой и сразу же замолкает.

— Смотрю, ты зря времени не терял, — как всегда жестко говорит Малышев. — Здоров, — подходит ближе и мы обмениваемся рукопожатиями. — Рад, что вас не засыпало снегом.

— Рад, что вам удалось вернуться, — бросаю в ответ.

— Вы, наверное, проголодались, — отмирает Маша и, не дожидаясь реакции на свои слова, принимается шуршать ко кухне.

Бросив свои вещи, Золотарева отправляется к кухонному островку и присоединяется к Маше.

— Тебя Золотой прибьет, — говорит Малышев бросая недобрые взгляды в сторону суетящихся на кухне девушек.

Беззлобно ухмыляюсь и спокойно выдерживаю его взгляд. Я прекрасно осознавал последствия, когда начинал крутить с Машей.

— Не меня одного, — ловко парируя перевожу внимание на направляющегося к нам Тихомирова.

— Лопату купил? — первое, что спрашивает у меня.

— Нафига? — хмурюсь не сразу вникая в вопрос.

— Рыть могилу себе, — с умным видом выдает Кисляков. — Или ты думаешь, что Золотой сам станет это делать?

Тихомиров смотрит на Санька как на полнейшего идиота и осуждающе качает головой.

— Завидуйте молча, — бросаю ему. — Просрал свою семью, так не лезь к другим с советами. Со своей личной жизнью для начала разберись.

Кисляков одаривает меня злобным взглядом, но язык прикусывает.

— Да пошел ты! — отрезает проходя мимо и толкая меня в плечо.

Молча сдерживаю посыл развернуться и надавать ему по щам. Задолбал! Вечно сует свой длинный нос куда не следует.

— Зря ты так с ним, — тихо произносит Рязань. — Санек переживает из-за разлада с женой.

— Так пусть переживает и дальше. Ко мне какого хрена докапывается? — задаю резонный вопрос, на который ни у кого из нас нет ответа.

Мы бы и дальше продолжили бычить друг на друга, если бы не Маша и Лера. Они накрыли на стол и зовут нас обедать.

— После договорим, — кидает Рязанцев и уходит к себе в комнату.

Рассаживаемся за большим овальным столом. Я совершенно ровно смотрю на открытую демонстрацию отношений Лерки с Тихомировым, а вот Маше, чувствую, неприятно.

— Что такое? Хочешь уйти? — интересуюсь обращаясь к ней. Мне не нравится появившаяся в девушке отстраненность.

— Все в порядке, — произносит задумчиво.

— Я не слепой, — говорю продолжая сверлить ее взглядом. — Говори, — давлю.

Пусть только попробует закрыться. Я с ноги двери открою.

Маша смотрит на меня с тихой грустью, затем делает глубокий вдох и качает головой.

— Давай позже, — тихонечко просит.

— Хорошо, — нехотя соглашаюсь и принимаюсь за еду. Пока ем, краем глаза наблюдаю за Леркой и Тихим.

За те пару дней, что мы не виделись, в Лехе произошли неожиданные для меня изменения. Если раньше я был уверен в легкомысленности его отношений с Золотаревой, то теперь, когда он коршуном вьется над ней, я увидел в боевом товарище новые качества.

Тихомиров влюблен. Он любого порвет за Леру и ее брата в том числе. Ваньке придется тщательно подбирать слова при общении с Тихим на эту тему.

— Всем приятного аппетита, — говорит Маша поднимаясь из-за стола. — Я пойду.

— Ты куда? — тут же напрягаюсь. Вот отойдет от меня и опять во что-нибудь вляпается. Я уверен.

— Не переживай, — ласково улыбается и кладет руку на мое плечо. — Я прогуляюсь вокруг дома и вернусь. Хочу немного развеяться.

— Подожди меня. Я доем и вместе пойдем, — прошу не желая отпускать ее одну.

— Антош, со мной все будет в порядке, — искренне заверяет.

Мне дико не хочется отпускать ее одну, ведь я прекрасно знаю в какие проблемы может вляпаться Маша на ровном месте, но держать ее при себе двадцать четыре не семь тоже не вариант. Поэтому мне приходится сделать над собой усилие и отступить.

— Если что, кричи, — говорю без тени юмора. Прожигаю девушку взглядом.

— Обязательно, — кивает заверяя меня и выходит из-за стола.

Провожаю Машу внимательным взглядом.

— Антоха, хватит коршуном виться над девушкой. Здесь никто ее у тебя не угонит, — хохмит Рязань.

— Отвали, — рычу в его адрес недобро.

— Отставить, — резко прерывает начавшуюся перепалку Димон. — Так вот. Едва мы вышли из кинотеатра, так на Кислого полетела глыба льда. Если бы не отменная реакция Рязани, Санек сейчас лежал в госпитале, — на эмоциях делится приключениями Малышев.

— Реактивный ты наш, — хмыкаю стреляя в Витька глазами. Он лыбится.

— Работа такая, — подмечает шутливо.

Димка продолжает рассказывать о проведенных в городе днях, Тихий и Кислый периодически добавляют забавные мелочи. Общение снова становится таким, каким было всегда: дружелюбным и не напряженным.

— Отличный выбор комбеза, — Рязанцев подмигивает Маше, которая только-только спустилась со второго этажа.

Она уже переоделась в свой яркий комбинезон, в тот самый, благодаря которому я нашел ее в сугробе.

— Не могу с тобой поспорить, — отвечает ему, а сама смотрит исключительно на меня.

Видимо, наши мысли сходятся. Она вспоминает тот самый день, когда едва не распрощалась с жизнью.

— Знай, если вдруг тебя обидит Попов, всегда можешь на меня положиться, — не замечая нашего коннекта, влезает Витек.

Комкаю салфетку и швыряю в обнаглевшего старлея, он ловко уворачивается и бумажный комок падает на пол. Маша подбирает ее и бросает в Витька, попадает ему в спину и победоносно улыбается.

— Знай наших! — задорно хихикает и поспешно скрывается за дверью.

— Коза, — кидает ей вслед Рязанцев.

— Я бы выбирал выражения более аккуратно, — суровым тоном предупреждаю его. В груди начинает подгорать, я не намерен выслушивать в адрес Маши нелицеприятные высказывания.

— Кто-то превратился в курицу-наседку, — ржет Витек не вкуривая бросаемых в его адрес предупреждающих знаков.

— Ты как вообще разговариваешь со старшим по званию? — давя на старлея взглядом и тоном, рычу. Начинаю закипать.

Неуважения не потерплю ни к себе, ни к своей женщине. А Маша ей стала.

— Товарищ майор, прошу извинить! Был не прав! — выдает с абсолютно серьезным выражением на лице. Звонко, громко и четко, как учили. — Подобного больше не повторится!

Прыскаем со смеху.

— Вольно, — по праву старшего по званию, командует Малышев. — Ты когда собираешься Крапивину возвращать снегоход? Он им был нужен, ты ведь в курсе, — переводит внимание на меня. — Сейчас не самое лучшее время, чтобы устраивать покатушки. Парни делом заняты, а ты им мешаешь.

— Я брал его с другой целью, — стойко выдерживаю суровый взгляд подполковника.

— И с какой же? — ехидно усмехается. — Произвести впечатление на девушку?

— Скорее вытащить ее из сугроба, в котором она провела несколько часов без связи с внешним миром и возможности самостоятельно выбраться, — заявляю.

— Что? — ахают все.

Лерка смотрит на меня огромными от шока глазами.