Январь 2012

Как только у меня возникало желание пошевелиться, голова начинала пульсировать от боли, а тело отказывалось подчиняться. Мне никак не удавалось открыть глаза; вокруг меня тихо перешептывались люди.

— Уже должна была очнуться... Боже милостивый, пожалуйста, пусть она проснется...

Запах парфюма Энди проникал сквозь тьму, окутывавшую мой разум. Я чувствовала его присутствие рядом с собой.

Где-то слева от меня раздавался голос моей мамы, молившейся на испанском. Я почти видела, как она перебирает в руках четки, с которыми не расставалась с самого детства. Среди присутствующих мне удалось распознать голоса членов моей семьи и друзей.

Что бы ни случилось, ничего хорошего это не сулило.

— Энди, тебе нужно идти домой и немного отдохнуть. — Голос Джастина был наполнен сочувствием и заботой.

— Я не могу ее оставить, друг. Я должен быть здесь, когда она очнется...

Почему она не просыпается?

Этот вопрос снова и снова звучал у меня в голове, всякий раз, когда его задавал кто-нибудь из присутствующих.

Даже сквозь сомкнутые веки я чувствовала яркий свет, заливающий палату. Запах моющего средства и монотонный писк кардиомонитора, раздающийся рядом с моей головой, говорили о том, что я находилась в больнице. Но как я сюда попала?

Энди взял меня за руку, поглаживая по ней большим пальцем. Его теплые губы прикоснулись к моим.

— Зоуи, пожалуйста... — прошептал он, умоляя меня хоть что-нибудь предпринять... — Пожалуйста, проснись, Красавица. Мне нужно, чтобы ты вернулась ко мне. Я не могу потерять и тебя.

Почему я не могу говорить? Он должен знать, что со мной все в порядке. Вот черт, а я в порядке?

Когда, наконец, мне удалось открыть глаза, в комнате почти стемнело. В ногах чувствовалось покалывание и жжение, словно они были онемевшими. Я попыталась пошевелить ими, но ничего не вышло. Боже, почему я не могу двигаться? Неужели я парализована? Чувство страха нахлынуло на меня, и я заставила себя опустить взгляд на ноги.

Света, падающего из коридора сквозь открытую дверь, было достаточно, чтобы я сумела разглядеть Энди. Он сидел в кресле, близко придвинутом к моей постели, верхняя часть его тела и руки неуклюже раскинулись на моих ногах. Он спал, повернувшись лицом ко мне и прислонившись щекой к моему колену. Успокоившись от мысли, что, вероятно, его вес и был причиной, по которой мне не удавалось пошевелить ногами, я медленно опустила голову обратно на подушку.

На всякий случай, чтобы убедиться, что с ногами все в порядке, я напрягла пальцы и попыталась ими пошевелить. Из-за Энди их не было видно, но зато я почувствовала, как они шевелятся. И тут же острая боль пронзила меня, отчего я издала непроизвольный стон. Я сильно зажмурила глаза, мечтая снова провалиться в небытие, только бы не чувствовать эту боль. Буквально через мгновение тяжесть, не дававшая моим ногам двигаться, исчезла, и я услышала самый сладкий звук на свете.

— Зоуи, ты очнулась. О, слава Богу. Я вызову медсестру. Только не двигайся, хорошо? — Энди вскочил с кресла и начал шарить в поисках чего-то рядом с моей кроватью. С длинным судорожным вздохом он взял мою руку в свою. Я не могла заставить себя закрыть глаза и продолжала смотреть на Энди. Через несколько мгновений в палату зашла медсестра и включила свет.

— Мисс Джеймс? Меня зовут Максин. Как Вы себя чувствуете?

— Не очень. Все болит. Что со мной произошло? — прошептала я, пока она проверяла мой пульс. Во рту все пересохло, а горло першило, отчего хотелось кашлять. Я попыталась проглотить слюну, но от этого стало только хуже. Максин, заметив мое состояние, налила в стакан воды из кувшина, стоящего на моем ночном столике.

— Милая, мы тебе все объясним через несколько минут. Я приведу врача, чтобы он дал тебе обезболивающее, но только после того, как ты попьешь водички, — произнесла она, опуская трубочку в чашку и поднося ее к моим губам. Я снова прикрыла глаза, пока прохладная вода убирала сухость во рту и горле. Это было божественно.

Максин, поставив стакан на стол, направилась за доктором. Я открыла глаза и увидела Энди, сидящего на стуле рядом с моей кроватью. Он потирал подбородок, его глаза покраснели от усталости. И для красивого мужчины, которым он и был, выглядел он ужасно: бледное лицо, темные круги под глазами.

— Что произошло? — Я смогла вспомнить только свой разговор с Джесс и Сашей после урока танцев. — Это из-за Роба я здесь? — спросила я, боясь услышать, что именно он сбил меня моей же гребаной машиной. Не знаю, почему именно это было моей первой мыслью, ведь он на такое не способен. Но с этими его преследованиями, я уже не была уверена, что это не его рук дело.

Энди встал рядом со мной и нежно убрал волосы с моего лица. Простое, легкое прикосновение его пальцев, ласково поглаживавших мою голову, давало мне утешение.

— Нет, это был всего лишь чертов несчастный случай. Все что нам известно — это то, что полиция преследовала какого-то парня неподалеку от танцевальной студии, он свернул за угол и врезался тебе в спину, толкнув тебя на твою машину и на впереди стоящую. Во время падения ты ударилась головой о бампер своей «ауди», и затем повторно ушибла ее, упав на землю.

— И это все? Так вот что стала причиной моих травм? Человек? Как же все это глупо!

Ну, на самом деле виноваты моя «ауди» и дорога, и тем не менее.

Боль молниеносно распространилась по всему телу, когда я предприняла дурацкую попытку привстать, поэтому я решила осталась лежать.

Кого еще могли сбить с ног, да так чтобы очутиться в больнице? Только меня...

Он медленно и глубоко вздохнул, затем выдохнул, мои слова вызвали на его лице небольшую усмешку. И прежде чем снова заговорить, он вздохнул с облегчением.

— Боже, Зоуи, когда Джесс позвонила и сообщила о происшедшем, я решил, что потерял тебя. Из-за слез, она едва ли могла произнести хоть слово. Все, что мне удалось разобрать — ты ранена и лежишь на дороге.

На его глаза навернулись слезы, как же мне не хотелось видеть его расстроенным. Я попыталась до него дотянуться, но вспышка боли снова пронзила меня, заставляя поморщиться. Он поежился, но не свел с меня взгляда.

— Пожалуйста, не двигайся, — попросил он.

В этот момент в палату вошел врач, а следом за ним шла Максин, неся в руках пакет для внутривенного вливания.

— Мисс Джеймс, я доктор Уэйтс. Как Вы себя чувствуете?

Дерьмово.

— Я чувствую сильную боль. У меня что-нибудь сломано?

Максин подвесила пакет с раствором на штатив, присоединила одну иглу от системы для капельниц к пакету с препаратом, а другую ввела мне в вену. Прозрачная жидкость начала поступать мне в кровь. Я решила, что это стандартный раствор для внутривенного вливания вместо обезболивающего, так как по-прежнему в каждой клеточке моего тела ощущалась сильная боль.

— Вам очень повезло, мисс Джеймс. Вы дважды ударились головой. Ваши бедра, плечи и ребра в синяках из-за удара, полученных при падении на асфальт. Боль и дискомфорт будут мучить Вас в течение следующих нескольких дней, но у Вас ничего не сломано. Вы понимаете, о чем я говорю?

Слава богу, доктор говорил короткими фразами, иначе с моей пульсирующей больной головой, вряд ли я что-либо смогла бы понять. Я пробормотала что-то, что могло прозвучать, как «да», а затем коротко кивнула головой. Плохая идея. От чертовски сильной боли у меня закружилась голова и затошнило.

— Мы продержим Вас здесь день или два, понаблюдаем за состоянием, а затем выпишем и пропишем лекарства, которые уменьшат головные боли. Недельку или две не перегружайте себя. Никакой активности и подъема тяжестей. Только покой, чтобы Ваше тело могло исцелиться.

Максин, наконец, что-то добавила в капельницу. В течение нескольких минут пульсирующая боль в голове начала утихать. Какая же классная вещь в этом пакете, — подумала я и попыталась усмехнуться. Опять плохая затея. Я вздрогнула от острой боли.

— Когда боль будет становиться невыносимой, нажмите на эту кнопку, с помощью которой Вы сможете получить необходимую дозу обезболивающего, — произнес врач, протягивая мне полукруглый прибор с кнопкой на конце. — Я вернусь позже и еще раз Вас осмотрю, мисс Джеймс. Завтра утром, мы сделаем несколько анализов, чтобы проверить, как проходит лечение, и уже исходя из полученных результатов, определим наши дальнейшие действия.

После того, как я поблагодарила его, он и Максин покинули палату, оставив нас наедине.

— Энди? — прошептала я.

— Я здесь, любимая. Тебе что-нибудь нужно?

— Моя сумка... Мне нужно зеркало, — ответила я, не совсем уверенная в том, что хотела бы сейчас себя увидеть. Голова чертовски сильно раскалывалась, так что не сложно было представить, как я сейчас выглядела.

— Зоуи, ты ударилась головой и повредила затылок, а не лицо.

Неужели?

— Но я чувствовала привкус крови.

Лекарства начали действовать, заставляя меня чувствовать себя немного рассеянной. Энди нашел пудреницу в моей сумке, открыл ее и передал мне. Мое лицо было бледным с большими багрово-черными мешками под глазами.

— Господи, я похожа на мертвеца.

Он нахмурился и отвернулся, а я почувствовала себя ужасно от произнесенных слов. Проведя языком по внутренней поверхности щеки, я обнаружила болезненные ранки. По-видимому, в какой-то момент я прикусила щеку, что и вызвало кровотечение.

Аккуратно я убрала волосы с той стороны головы, где чувствовалась боль и обнаружила огромный синяк. На затылке оказалась огромная шишка, которая нестерпимо болела.

Энди опустился на стул возле моей кровати, потирая руками подбородок. Точно такой же жест он использовал каждый раз, когда речь заходила о его семье.

— Эй, не делай так. Со мной все в порядке. — Я потянулась к его руке, не беспокоясь, что любое движение причиняет мне боль. Мне нужно было прикоснуться к нему, успокоить, чтобы он понял: я в порядке.

— Я просто рад, что ты очнулась. Когда Джесс позвонила, она лишь сказала, что ты ранена и без сознания... — Он замолчал, и на его лице появилось болезненное выражение. Проглотив комок в горле, он так и не договорил того, что собирался.

— Как долго я нахожусь здесь?

— С вечера четверга. — Взгляд Энди опустился на пол, он провел пальцами по волосам, взъерошивая их, хотя они у него коротко подстрижены.

— Какой сегодня день? — прошептала я, пребывая в полном замешательстве. Сколько, черт возьми, я здесь нахожусь?

— Суббота. — Он повернул свое запястье, чтобы посмотреть на часы. — Сейчас два часа ночи. Чуть более двадцати четырех часов.

— Я здесь так долго? — Его слова ошеломили меня, вызывая выброс адреналина в моем теле.

— Да. Джесс сказала, что человек, который сбил тебя, был размером с полузащитника национальной футбольной лиги. Прежде чем удариться о машину, ты пролетела несколько футов.

— Они поймали того парня?

Энди кивнул.

— Да. Сбив тебя, он потерял равновесие и упал. Полицейские были не слишком далеко, они успели его схватить и уложить на землю, когда он попытался встать. Он вдвое больше меня, и потребовалось пятеро полицейских, чтобы удержать его на земле. Его арестовали и отвезли в участок.

Твою мать, какой же большой этот ублюдок.

Рост Энди составлял 190,5 см — 100 кг сексуального, мускулистого мужчины; тот парень должен был быть невероятно огромным.

Мысли о моей семье пронеслись у меня в голове. О, Боже, мои родители. Наверняка они сильно обеспокоены.

— Моя семья... — Я замолчала, интересно, где они сейчас. — Где они? Они знают, что я в порядке?

— Они поехали домой, Красавица. Им не позволили остаться в не приемные часы, твоя палата и так была переполнена людьми. Врач убедил их, что тебе необходим отдых, они, согласившись, уехали. Каким-то образом твоя мама уговорила его разрешить мне остаться с тобой.

— Правда? — на глаза навернулись слезы из-за ее заботливости по отношению ко мне. Боже милостивый, благодарю тебя за то, что ты подарил мне такую замечательную маму. — Ты можешь ей позвонить? — он кивнул и встал, вытаскивая телефон из кармана. — Подожди, — остановила я его. — Как давно ты здесь находишься?

— С вечера четверга; я не мог оставить тебя, — ответил он с дрожью в голосе. Один лишь взгляд на него говорил о том, насколько он был измотан. Возможно, он и смог поспать, только когда уснул у меня на ногах.

— Иди сюда, — прошептала я. Стараясь не двигать рукой, я похлопала ладонью по кровати. Энди едва покачал головой, тем самым говоря мне «нет», но я была абсолютно уверена, что он и сам хотел забраться на нее и лечь рядом со мной. А мне хотелось, чтобы он полежал рядом со мной и немного поспал.

— Зоуи, это не очень хорошая идея. Я не хочу нечаянно толкнуть тебя и причинить боль.

Он продолжал стоять, не двигаясь с места. Я посмотрела ему в глаза, умоляя его. Прекрасно, тогда я применю его же тактику, чтобы он передумал.

— Просто скажи «да», — пропела тихо я своим хрипящим голосом. Когда он улыбнулся мне, я могла поклясться, что услышала исходящий от монитора тихий писк ускорения сердечного ритма.

— Да неужели, серьезно. Ты же не собираешься мне петь песню «Snow Patrol» прямо сейчас? — Он протянул руку и погладил меня по щеке, мягко прижимаясь к ней своими губами.

Вместо того, чтобы лечь в постель рядом со мной, он произнес:

— Позвони своим родителям. Я обещал сообщить им, когда ты очнешься.

Он нашел их номер телефона и нажал кнопку громкой связи. Прошел только один гудок прежде, чем мой отец ответил. Я заставила себя сконцентрироваться, пытаясь сохранить бодрое состояние, чтобы подольше поговорить с родителями.

— Папа, я очнулась.

— Малышка моя, мы так волновались за тебя. Как ты себя чувствуешь? — в его голосе слышалось облегчение, на заднем плане я услышала взволнованный голос мамы, просящей отца включить громкую связь, чтобы и она смогла со мной поговорить.

— Чувствую себя, словно попала под автобус, но, как оказалось, это был всего лишь полузащитник, — пошутила я. — Должно быть я пропустила соглашение с НФЛ о драфте. (Прим. ред.: Процедура выбора профессиональными командами игроков, не имеющих активного контракта ни с одной командой в лиге. Когда команда выбирает игрока, она получает эксклюзивные права на подписание контракта с этим игроком, и никакая другая команда в лиге не может его подписать.)

Мой отец тихо засмеялся моей шутке.

— Зоуи, как же приятно снова слышать твой голос, — произнесла мама. — Мы так переживали. — Пока она говорила, ее голос дрожал и, услышав ее всхлип, я поняла, что она плачет.

— Мама, пожалуйста, со мной все в порядке. Не плачь, если не хочешь услышать и моих слез.

— Прости, Mija, не хочу, чтобы тебе было еще больнее. Энди, милый, ты все еще там?

Он наклонил голову к телефону.

— Да, я здесь.

Наступила минутная пауза.

— Как наша девочка? — спросила она. — С ней действительно все в порядке?

Он взглянул на меня, и легкая улыбка озарила его лицо, когда он положил свою теплую руку на мою.

— Она прекрасна. Врач дал ей обезболивающе и от них ее клонит в сон, но с ней все хорошо.

— Спасибо, Энди. За все, — произнесла она, ее голос снова надломился. — Мы навестим тебя завтра утром, Mija. Энди, а ты езжай домой и отдохни, хорошо? Ты и так находишься в больнице с того момента, как туда поступила Зоуи.

Мне трудно было поверить, что он находится здесь так долго. Но, я знала, окажись он на больничной койке, я также не оставила бы его. Я слишком сильно его любила, чтобы позволить ему просыпаться одному.

— Конечно. Я постараюсь, попозже, — сказал он, в чем я не была уверена.

— Спокойной ночи, мама и папа. — Я зевнула. Ой!

— Доброй ночи. Мы так рады, что ты очнулась, — добавил отец, прежде чем мы отключили телефон.

— Энди, отправляйся домой, — упрашивала я его. Тебе следует поспать, принять горячий душ и, возможно, поесть.

Когда я, наконец, осознала, как долго он здесь находился, то спросила его о нашем котенке Джеймсе.

— Джастин и Уилл позаботились о нем. Твои друзья очень сильно мне помогли, учитывая, что я не знал, где находится больница. После звонка Джесс, они подвезли меня сюда. Честно говоря, даже не знаю, что бы я делал, если бы тем вечером их не оказалось дома.

Веки налились тяжестью, и я сонно улыбнулась моему голубоглазому мужчине.

— Напомни мне приготовить для них ужин, когда я выберусь отсюда.

— Сомневаюсь, что ты сможешь что-либо делать в первое время, — категорично заявил он с печальным выражением на лице.

Не знаю, какие лекарства поступали в мой организм, но я вдруг почувствовала легкость во всем теле. Передо мной все немного расплывалось, словно я была пьяной, и от лекарств мне слишком сильно хотелось спать. Я задремала буквально на долю секунды, а затем резко проснулась. Ой.

— Отправляйся домой, хорошо? Я все равно хочу немного поспать. — Я не могла противиться объятиям морфея, но прежде чем я усну, для меня жизненно важно, чтобы он знал, как сильно я люблю его.

— Я люблю тебя, — пробормотала невнятно я.

— И я тебя люблю, — ответил он и снова нежно меня поцеловал, прежде чем я провалилась в сон.

* * *

Когда я проснулась, солнце ярко светило через окно. Тишину больничной палаты нарушали звуки инфузионного насоса, раздающиеся рядом со мной. Я плохо помнила о событиях прошлой ночи, несколько раз я просыпалась от боли, от которой меня спасала волшебная кнопочка.

Словно в тумане я вспомнила, что Энди находился рядом со мной и про звонок родителям. Надеюсь, он все же поехал домой, чтобы отдохнуть, принять душ и поесть.

Моя сумка лежала на столике рядом с кроватью в пределах досягаемости моей здоровой руки. Покопавшись в ней, я достала свои противозачаточные таблетки, и проглотила те, которые пропустила, пока находилась в больнице. Вот дерьмо, к черту полетели мои планы с Энди перед отпуском.

Вся правая сторона моего тела по-прежнему болела, но боль была не такой сильной, как это было, когда я очнулась. Я чувствовала себя лучше, и чтобы посмотреть причины, которые могли вызвать эту боль, оттянула ворот моего больничного халата.

Блин. Неудивительно, что у меня все болит. Мое тело было одним сплошным синяком, начиная от верхней части ребер и до бедер. Часть груди также покрыта синяками! Я старалась оставаться в том же положении, пока у меня не заломило спину. Самой перевернуться мне было сложно, иначе я задевала раненое плечо. Я нажала на кнопку вызова медсестры, и в этот момент в палату вошел врач.

— Мисс Джеймс, вы проснулись, — звонко произнес он.

— Пожалуйста, зовите меня Зоуи. — Мне не нравится, когда люди называют меня мисс. Я просто Зоуи.

— Конечно, — вежливо ответил он. — Прямо сейчас я направлю вас на дополнительную компьютерную томографию головы, и, если все будет в порядке, то сегодня вечером мы отпустим вас домой.

О, слава Богу.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он, тщательно исследуя мои видимые повреждения.

— Лучше, — ответил я. — Вот только спина начала побаливать, поэтому я и пыталась вызвать медсестру, чтобы она помогла мне перевернуться. Печально, не правда ли?

Он усмехнулся, пролистывая мою карту и добавляя в нее заметки, а затем снова посмотрел на меня.

— Учитывая, что вам пришлось пережить, это совсем не печально. Вам пришлось пройти через тяжкое испытание.

— Доктор, не могли бы вы мне еще раз рассказать, что произошло? Я смутно помню некоторые детали. — Всю ночь мне снился футбол, и для меня было непонятны причины такого сна, учитывая, что я его ненавидела.

— Ну, Зоуи, — начал он, словно вспоминал нечто забавное. — Когда вас сбивает «Холодильник», существует маленькая вероятность, что вы останетесь целой и невредимой.

Кто еще такой, черт возьми этот «Холодильник»?

— Простите, док, но я не понимаю, — я улыбнулась, пребывая в полной растерянности. — Кто такой «Холодильник»?

Доктор Уэйтс быстро открыл мою карту, снова ее изучил, а потом посмотрел на меня.

— Хм, ты слишком молода, чтобы знать, кто он такой. Он играл в национальной футбольной лиге за «Chicago Bears» и «Philadelphia Eagles». И при росте всего лишь 188 см или около того он весит 136 кг.

Ничего себе, Энди был прав.

— Потрясающе. Пожалуйста, скажите мне, что я единственный человек в мире, покалеченный бегущей бытовой техникой, — я рассмеялась над своей же глупой шуткой, доктор Уэйтс засмеялся вслед за мной.

— Зоуи, у меня вы точно первая, — снова усмехнулся он. Казалось, мои травмы, которые причиняли мне нестерпимую боль, невозможно было получить от столкновения с человеком, но после его рассказа, как от удара меня подбросило вперед на мою машину, прежде чем я приземлилась и ударилась об асфальт затылком, мне стало все понятно.

Мы с врачом поговорили еще несколько минут, прежде чем в палату, толкая кресло через дверной проем, вошел медбрат гигантских размеров.

— Готовы к нескольким анализам, после которых мы вас отпустим?

— Давайте покончим с этим, — засмеялась я. Это будет больно. Медбрат, представившийся Алленом, помог мне встать с кровати и пересесть в кресло. Аллен покатил коляску к лифту, затем наверх в отделение радиологии, где мне собирались сделать еще одну КТ, чтобы убедиться в отсутствии каких-либо отклонений.

После обследования Аллен отвез меня обратно в палату, где меня уже ждал Энди. Его короткие волосы не торчали как прошлой ночью. Он переоделся в чистую одежду, выглядя, как всегда, великолепно. Как только я приблизилась к нему, меня окутал аромат мыла и парфюма. Тем не менее, уверенности в том, что он хотя бы немного поспал, у меня не было. Его голубые глаза были уставшими, и он по-прежнему выглядел изможденным.

— Привет, — поздоровалась я с ним, как только Аллен подкатил коляску к кровати.

— Доброе утро, Красавица. — Он широко улыбнулся, обрадовавшись, увидев меня не в кровати.

— Мисс Джеймс, вы готовы встать с коляски? — спросил Аллен. Я кивнула в ответ, в этот раз боль была не такой сильной как раньше.

Аллен помог мне встать на ноги, поддерживая меня, пока я разворачивалась и усаживалась на кровать. Поток воздуха коснулся моей обнаженной кожи, когда мой халат распахнулся, открывая вид на мое тело.

Энди резко вздохнул и отвернулся, Аллен завязал больничный халат и помог мне лечь в кровать, поправив одеяло на ней. После его ухода, я аккуратно, насколько это было возможно, подвинулась, похлопав пустое по месту рядом с собой.

— Ложись рядом со мной, пожалуйста, — попросила я Энди. Он нажал кнопку, регулируя кровать таким образом, чтобы мне было удобно.

Энди снял обувь и медленно опустился на кровать рядом, осторожно обнимая меня за плечи. Я удобно устроилась рядом с ним, теряясь в теплоте его тела, зная, что единственное место, где бы я хотела находиться — рядом с Энди.

— Ты хоть немного поспал? — спросила я.

Он тихонечко рассмеялся, стараясь лежать спокойно и не двигаться.

— Это я должен беспокоиться спала ты или нет, а не наоборот. И это одна из причин, по которой я тебя так сильно люблю. Ты лежишь в больнице с черепно-мозговой травмой и больше беспокоишься обо мне, а не о себе. Ты невероятно самоотверженный человек.

Он поцеловал меня в макушку, и я еще чуть ближе подвинулась в его сторону, глубже зарываясь в него, пока не почувствовала очередной приступ боли. Я нажала на волшебную кнопку с лекарствами и положила руку на живот Энди.

Прошло достаточно много времени, пока мы так вместе лежали; как же хорошо чувствовать себя в его объятиях. От него исходило тепло и приятный запах.

— Ты так хорошо пахнешь, — прошептала я тихонечко. Я почувствовала, как он положил голову на спинку кровати, и мы оба заснули.