В День святого Валентина я проснулась с осознанием того, как сильно мне не хватает Энди. Вообще-то, с подобным чувством я просыпалась каждый день, но сегодня его отсутствие ощущалось особенно. Я никогда не отмечала день святого Валентина, и, похоже, этот год не станет исключением.
Джесс и Саша улетели, в доме остались только я, дядя и тетя. По будням они работали, а я отправлялась в конюшню к Джози и помогала ей всем, чем могла.
Этим утром, проснувшись слишком рано, мне захотелось немного полениться, поэтому я решила поваляться в постели и почитать, после того как тетя с дядей отправятся на работу. Еще не было восьми, так что в первую очередь я позвонила Энди.
Он ответил сразу же после второго гудка.
— С днем святого Валентина, — произнес он радостно.
Я улыбнулась от мысли, что он вспомнил про праздник.
— С днем святого Валентина. У тебя на сегодняшний вечер уже назначено горячее свидание?
Он сделал выдох.
— На самом деле, я собирался поговорить с тобой об этом.
— Хм?
— Мне бы хотелось пригласить на свидание свою прекрасную девушку, но она сейчас находится за границей. Я надеялся, что она будет не против свидания по «скайпу» около семи часов вечера. Как полагаешь, она согласится?
— Конечно. Ничего не доставит ей большего удовольствия.
Так мы назначили наше свидание на семь вечера.
Он откашлялся.
— Я только что осознал, что тебя нет уже полмесяца. Когда ты возвращаешься? Я хочу тебя встретить в аэропорту.
Я с точностью до секунды знала время своего возвращения к нему и не могла дождаться того момента, когда снова увижу его прекрасное лицо.
— Мой рейс в Сакраменто двадцать шестого в три часа. Жду не дождусь, когда тебя увижу.
— Я тоже, Зоуи. Пришли мне номер рейса. Сейчас мне пора собираться на работу. Встретимся на нашем свидании в семь. Люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, — я закончила разговор, с нетерпением ожидая нашего вечернего свидания.
До конца книги оставалось пятьдесят страниц, и я решила остаться дома, чтобы закончить ее. Сегодня день святого Валентина и вряд ли в конюшне будет много работы, навещу Джози немного позже.
Прочитав книгу, я почувствовала себя голодной и отправилась на кухню приготовить завтрак. К приготовленным полоскам бекона, блинчикам и яйцам я добавила тарелку с фруктами, чтобы поесть чего-нибудь сладкого. И с жадностью поглотила каждый кусочек пищи.
Ежедневная работа с лошадьми требовала тяжелой работы руками, но мне она доставляла удовольствие. Я надела старые джинсы и футболку, стянула волосы в конский хвост, почистила зубы, собрала пляжную сумку, положив бикини, полотенце, солнцезащитный крем, новую книгу и поехала в конюшню. Раз уж день выдался таким размеренным, проведу время на пляже и начну читать новую книгу и расслабляться.
Прибыв в конюшню, я обнаружила творящийся там повсюду хаос. Один из гидов сослался на болезнь и не вышел на работу, и Джози отчаянно нуждалась в моей помощи, ну а я была счастлива оказать ее. Мне и в голову не приходила мысль дать ей номер мобильного телефона, но сегодня, прежде чем уехать, оставила его на случай, если вдруг ей снова понадобится моя помощь, пока я не улетела в Калифорнию.
Помимо того, что работа в конюшне физически тяжела, она была еще и грязной. К концу дня от меня пахло лошадьми, потом и нечистотами. Тело ломило, но я мчалась домой, чтобы скорее оказаться в душе.
Несмотря на то, что меня мучил голод, тратить время на готовку перед свиданием с Энди я не собиралась. По-быстрому одевшись, я попыталась высушить волосы, но звук урчащего желудка заставил меня передумать и спуститься вниз, чтобы что-нибудь перекусить. Я закрутила длинные светлые волосы в беспорядочный узел и трусцой побежала на кухню, где в это время заканчивали ужин дядя и тетя.
— Зоуи, пока ты была в душе, я приготовила тебе поесть. Тарелка в микроволновой печи, — сказала тетя, когда я рылась в холодильнике в поисках полуфабрикатов.
— Tиa, ты — святая, — тяжело дыша после бега, произнесла я. — У меня через пару минут свидание по «скайпу» с моим мужчиной, — объявила я, глядя на часы на микроволновой печи и доставая тарелку.
Ужин я не разогрела, решив съесть его холодным. У меня было дело поважнее. Смеясь и качая головой, тетя вручила мне вилку и салфетку, и я побежала в спальню включить ноутбук.
Ну и, разумеется, он загружался вечность. Каждый раз, когда мне срочно необходимо было подключиться, он тормозил.
— Не заставляй меня тебя заново переустанавливать, ты кусок… — Именно в этот момент ноутбук проявил признаки к жизни. Черт. Я уже опаздывала. Когда я вошла в систему, увидела пропущенный вызов.
Я тут же перезвонила. Буквально через минуту его лицо высветилось на экране, и при виде него мое сердце сильнее забилось в груди.
— Прости, я опоздала. Сумасшедший день.
— Все в порядке, Зоуи. Я знаю, что ты меня бы не продинамила.
— Я только что вышла из душа. Не возражаешь, если я поем, пока мы говорим?
Он усмехнулся.
— Конечно, нет. Это же свидание, не забыла? А на свиданиях полагается есть.
Я была слишком взбудораженной из-за постоянной спешки и, чтобы прийти в себя, сделала глубокий вдох, меня моментально окутал запах цветов. Я осмотрела комнату и обнаружила на туалетном столике самый изысканный букет, который когда-либо видела.
— Ты прислал мне цветы? — спросила я, спрыгивая с кровати, чтобы лучше их разглядеть.
На карточке было написано:
«С днем святого Валентина, Зоуи. Я люблю тебя и надеюсь, тебе понравится подарок».
— Да. Они тебе нравятся? К сожалению, ты не сможешь их посадить, да и вряд ли тебе позволили бы пронести на борт растение.
— Они прекрасны. Спасибо. Я люблю их... как и тебя, — счастливым голосом ответила я.
— Пожалуйста, поешь. А я буду тебя развлекать во время еды.
Развлекать?
Я лукаво усмехнулась.
— Ты собираешься раздеться или что-нибудь этакое? — Да, ну, пожалуйста. Он также хитро посмотрел на меня. В следующую секунду он стянул с себя футболку и закинул ее за диван.
— Ммм, спасибо, Секси, — подразнивая, проговорила я, поигрывая при этом бровями.
— Так лучше? — спросил он.
— Ага. Определенно. — На его шее красовалась цепочка с каким-то предметом, свисающим на конце.
— Что это у тебя на шее? Не видела этого раньше.
Он опустил голову, ухватился за предмет и поднял, чтобы показать мне.
— Обручальные кольца моих родителей. Нашел их в старой коробке, которую не распаковывал с момента переезда из Новой Зеландии.
Он не выглядел расстроенным от одного лишь упоминания о них. И, кажется, мой вопрос не встревожил его. Должно быть, он пытался справиться со своими проблемами. Случись такое месяц назад, он бы по-тихому ушел от ответа и начал бы потирать подбородок. Но не сегодня. Я была счастлива за него.
— Знаешь ли ты, как красиво смотришься с этой цепочкой и со всеми своими татуировками?
Он усмехнулся.
— «Красивый» — не совсем подходящий эпитет для мужчины. Они должны быть мужественными и привлекательными.
— Давай не будем забывать, что они также должны быть сексуальными, — добавила я. — И в тебе сочетаются как эти качества, так и другие. Но надев цепочку, ты приравнял себя к понятию красивый. Прости, ничего не могу с собой поделать. Ты слишком...
Он поднял руку, чтобы прервать меня.
— Зоуи, я понял. Я слишком сексуален, забыла какой у тебя рингтон на меня? — и рассмеялся своей идиотской шутке.
— На самом деле, сейчас это «Sex on Fire». Я уже давно изменила его на более подходящий.
Он выгнул брови.
— Полагаю, мне следует позже это проверить. Кстати, о музыке, мне бы хотелось, чтобы ты села вон там и поела. У меня для тебя еще один подарок. Посиди спокойно секундочку.
Он перенес свой ноутбук чуть подальше, встал и потянулся за спинку дивана, чтобы взять гитару, установленную на подставке. Мне повезло, открылся отличный вид на его великолепную задницу, на которую я смотрела, пока она была на экране. Когда он снова сел, я быстро стерла улыбку со своего лица, чтобы он не заметил.
— Пока ты в отъезде, я разучиваю новые песни, — произнес он и откинулся назад, расположив гитару на бедре.
Благодаря тому, что он передвинул свой ноутбук подальше, мне открылся вид на его полуобнаженное тело. Он был одет в мои любимые джинсы, в которых выглядел великолепно. Мне было без разницы, что он сказал.
— Пожалуйста, не смейся, если вдруг во время пения облажаюсь, имей в виду, я невероятно нервничаю.
Он собирается петь? Я думала, что он только сыграет для меня на гитаре.
— Я бы никогда не засмеялась над тобой. Ты будешь идеален.
Он покачал головой и улыбнулся мне.
— Красивый. Идеальный. Зоуи, мое эго возрадуется, если ты будешь продолжать в том же духе, — рассмеялся он.
Мы сидели в тишине, пока он настраивал гитару. Определенно мне захочется запомнить этот день, я протянула руку к ноутбуку и нажала кнопку записи, чтобы у меня появилась возможность позже просмотреть запись.
Нервничая, Эндиая потер лоб тыльной стороной ладони.
— Ладно, поехали. Уверен, что ты раньше слышала эту песню. Она называется «Fade Away».
Он сделал глубокий нервный вдох и заиграл на гитаре. Пока он не запел, я не сразу узнала песню.
Его выступление абсолютно свело меня с ума. Этот мужчина умел петь. И сама песня была идеальной. Тембр его голоса напоминал тембр певца, исполнявшего эту песню, такой же глубокий и сексуальный.
В то время, пока он исполнял композицию, мои глаза наполнились слезами. Мне нестерпимо захотелось оказаться рядом с ним на том диване, во время его исполнения серенады. Прислушавшись к тексту песни, я поняла причину, по которой он ее выбрал.
Эта песня в исполнении группы «Seether» звучала потрясающе, но только с Энди, который сидел там на диване и исполнял ее на гитаре, и мной, наблюдающей за выступлением; никогда в жизни не чувствовала себя невероятно особенной и любимой.
Он закончил песню и настороженно посмотрел на меня, желая увидеть мое одобрение или неприятие. К этому времени все слезы, которые хлынули из глаз, текли по моему лицу и капали на стоявшую на моих коленях тарелку.
У меня не было слов. Он был изумителен.
— Что не так? Все настолько плохо, что ты расплакалась? — пошутил он, прекрасно понимая, что мне понравилось.
— Ха-ха, очень смешно. Пожалуйста, скажи, что ты еще разучил песни.
Он улыбнулся.
— Всего лишь одну, но мне нужно поменять гитары. Дай мне еще минуту. А ты пока ешь! — потребовал он с улыбкой на лице, указывая на мою тарелку.
На этот раз, когда он встал, он полностью исчез с экрана, и мне оставалось лишь смотреть на пустой диван.
Я услышала на заднем плане шорох, и в этот момент Джеймс запрыгнул на диван, появляясь перед веб-камерой.
— Джеймс, — выкрикнула я, пытаясь привлечь его внимание. — Эй, Джеймс, что ты делаешь?
Да, я разговаривала с моим котом, как если бы он был человеком. Он, услышав меня, подошел к краю дивана, пытаясь сообразить, стоит ли ему прыгнуть на стол, чтобы оказаться ближе к ноутбуку. Он балансировал на краю дивана, не решаясь запрыгнуть, когда Энди прошел за диван с усилителем и гитарой.
— Джеймс, нельзя, — произнес он решительно.
— Эй, будь нежней с моим малышом, ты огромный злодей. — Джеймс отвлекся на что-то, лежащее на полу и спрыгнул. Да, у нашего котенка плохая концентрация внимания.
Энди хихикнул на заднем плане. Мне до сих пор не было видно его на экране.
— Прошлой ночью он вскочил на кухонный стол с одного из стульев и опрокинул стакан с холодной водой, — он рассмеялся. — Стакан упал в моем направлении, и вода пролилась мне на колени. Это было немного, хм…
Мне не удалось сдержать свою реакцию.
— Бьюсь об заклад, что тебе стало холодно и пришлось снять брюки, а?
Он присел на диван, ухмыляясь.
— Для этой песни я не сниму брюки, Зоуи.
Черт.
— Плохо. А мне бы очень хотелось на тебя посмотреть без них, — пошутила я.
Он покачал головой, пока устраивал гитару на своем бедре, затем наклонился вперед и посмотрел прямо в веб-камеру.
— Зоуи, когда ты вернешься домой, ни на одном из нас не будет и клочка от одежды, кровать мы не покинем как минимум дня два. Мне осточертело принимать холодный душ с тех пор, как ты уехала.
— Звучит неплохо, — произнесла я, ведь ожидание и меня убивало. — Нам необходимо перестать говорить об этом, или мне придется взять дело в свои руки.
Я рассмеялась и поиграла бровями, давая ему понять, что именно имелось в виду. Сейчас и я была не против позаботиться о своих нуждах, раз уж нам приходилось находиться вдалеке друг от друга.
Глаза Энди взметнулись и уставились на мои, бровь выгнулась в изумлении от моих слов. Господи, как же я люблю, когда от так делает.
— Зоуи, мне не послышались твои слова? Твою мать, один лишь подобный образ обеспечит меня занятием на вечер.
Моя челюсть отвисла, и я захихикала, от понимания какой грязный разговор мы ведем по «скайпу». Энди просунул медиатор между зубами, передвинул гитару у себя на коленях, и я могла лишь предположить, что ему пришлось поправить себе кое-что в штанах. Когда я рассмеялась, вызванной гримасе на его лице, он бросил на меня игривый взгляд.
— Готова послушать нашу песню? — спросил он, зажимая медиатор между передними зубами.
Наша песня? Я кивнула и снова нажала на кнопку записи.
Только он начал играть, сердце бешено застучало в моей груди.
Он разучил песню «An Olive Grove Facing the Sea».
— Боже мой. Я не ожидала подобного. Было невероятно замечательно наблюдать за его игрой на гитаре, как же он был хорош в этом. Его длинные пальцы плавно и аккуратно двигались по струнам гитары.
А вокал был безупречен. Он даже высокие ноты брал идеально. Мое сердце наполнилось любовью, слушая песню в его исполнении, под которую мы танцевали на мой день рождения. Определенно, однажды мне удастся заставить его спеть со мной дуэтом.
Он закончил песню и отставил гитару в сторону.
— Итак? На этой я не опростоволосился? — спросил он.
— Э-э, нет. Не то чтобы я хотела повысить значимость твоего эго, но... ты был великолепен. Энди, можешь петь для меня в любой день.
— Ты же знаешь, я на все готов ради тебя, да?
Я кивнула.
— Конечно, как и я, — я скучала по нему так сильно, что это причиняло боль. Мне хотелось прикоснуться к нему. Протяженный вздох вырвался из глубины моих легких.
— Как бы мне хотелось, чтобы ты был здесь, хотя бы на один день. Мы могли бы поваляться на пляже.
Его глаза загорелись, и он улыбнулся.
— Было бы хорошо, не так ли? Здесь холодно, особенно сейчас, когда тебя нет рядом. От Джеймса нет никакой помощи. Клянусь, он занимает больше места в кровати, чем ты.
Даже если это был камень в мой огород, я любила его за то, что он знал, как удержать меня, когда мне начинало становиться грустно.
И я не занимаю всю кровать.
— Возможно, когда-нибудь я отвезу тебя домой, в Новую Зеландию, — добавил он.
— Звучит потрясающе, Энди. Можешь на меня рассчитывать. По возвращении начну копить деньги.
Он покачал головой.
— Нет, не будешь. Я же сказал, что отвезу тебя, значит я и плачу.
Я улыбнулась и покачала головой. Обязательно начну экономить на нашу поездку.
Заметив полную тарелку еды, все еще находящуюся у меня на коленях, я подняла ее и отложила в сторону. Я так к ней и не притронулась. Да и голод прошел.
— Зоуи, пожалуйста, поешь. Поговорим завтра.
— Хорошо, командир. Спасибо за цветы и песни. Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, красавица. С Днем святого Валентина.
После того как мы отключились, я отправила ему сообщение:
«Песня «New York» группы S.P.».
Эта композиция из их последнего альбома с, конечно же, потрясающей лирикой.
Слова заставили меня задуматься, через что каждому из нас пришлось пройти прежде, чем мы встретились — боль, испытанную нами обоими, слова любви, которые мы произносили, прежде чем по-настоящему узнали друг друга.
Из-за всего этого я начала еще больше скучать по нему, по запаху его одеколона, по ощущению его кожи на моей.
Я вполне серьезно задумалась над тем, чтобы упаковать свою сумку сегодня же и ближайшим рейсом вернуться домой.
В течение последующих нескольких дней я постоянно нагружала себя различными делами. Я наслаждалась работой в конюшне, работая бок о бок с Джози, но чувствовала себя готовой к возвращению домой. Я скучала по Энди, по своей семье, по друзьям.
Энди загадочно пропал и не объявлялся до сегодняшнего вечера. На мои вопросы, чем он был так занят, он всегда отвечал «работой». Я оставила его в покое, не собираясь становиться одной из тех женщин, контролирующих и ежесекундно требующих от своих бойфрендов отчетов, что они делали и где бывали. У него были и другие интересы помимо меня.
При разговоре со мной, он был очень внимательным и любящим, но что-то было не так. Я абсолютно была уверена, что он расскажет мне, как только посчитает нужным.
Мы же решили продвигаться медленно, день за днем, ведь так? Я все еще чувствовала, что мне надо поработать над своими проблемами, прежде чем я вернусь домой. Мне удалось справиться со многими страхами.
Пока я помогала Джози с лошадьми, она помогала мне обрести себя. Но она настолько профессионально это делала, что для меня это не было незаметно. Она, безусловно, разбиралась в таких делах и не давила на меня. Должно быть, она действительно была отличным терапевтом. Как только мы оказывались рядом друг с другом, мы постоянно разговаривали, и только ей я смогла рассказать о тех вещах, о которых никому не рассказывала, даже доктору Дженсен.
Утром в четверг, перед моим возвращением домой, Джози пригласила меня на верховую прогулку. Только мы вдвоем. Во время наших разговоров я лишь однажды спросила ее, как она стала сиротой. Она ответила, что расскажет мне перед моим отъездом и то только после того, как убедится, что я поняла, кем являюсь и каково мое предназначение. Мы заключили сделку, если мне не удастся разобраться в себе, то она напоследок заставит меня снова заняться подводным плаваньем вместе с «пираньями».
Ни за что в жизни я не собиралась снова этим заниматься, так что мне пришлось приложить огромные усилия, работая над собой.
В конце концов долгие беседы с Джози, помогли мне осознать саму себя. Я — Зоуи Линн Джеймс. Дочь Дага и Луизы Джеймс, сестра Джейсона, Ноя, Джереми и Адама Джеймсов. Девушка Энди Тэйта, лучшая подруга Джесс, Саши, Уилла и Джастина. Я не являюсь жертвой своей биологической матери, отца или Роба. Я самостоятельная личность, со своим умом и идеями, и не считаю себя хуже остальных.
Когда в четверг ранним утром я подъехала к конюшне, Джози подготовила для нашей поездки Дымка и свою лошадь по кличке Магнум, привязав их к ограде. Обратив внимание на то, что они еще не оседланы, я направилась в конюшню, посмотреть необходима ли Джози моя помощь. В тот момент, когда я заходила внутрь, появилась она сама с рюкзаком за спиной.
— Готова к поездке? — спросила она.
— Разве нам не нужны седла?
Джози покачала головой.
— Нет. Там, куда мы направляемся, они нам не понадобятся, — произнесла она с лукавой улыбкой. Через плечо она крикнула одному из своих конюхов:
— Карлос, пожалуйста, помоги Зоуи?
— Да, сеньора, — ответил Карлос с усмешкой, посмотрев на Джози. Было нечто в его глазах, что подсказывало мне, что ему очень нравилась Джози, и совсем не в дружеском смысле. А гораздо глубже. Похоже, Карлос немного влюбился.
С улыбкой на лице, я развязала Дымка и вместе с ним стала дожидаться Карлоса. В следующую секунду сильная рука схватила меня за голень ноги и подняла в воздух, и я перекинула ногу через круп Дымка. Я всегда каталась на нем, используя седло, поэтому сейчас испытывала волнение, боясь рухнуть на землю.
— Gracias, Карлос, — поблагодарила я, подмигивая ему.
— Просто старайся удерживать равновесие, и все будет в порядке, — успокоила меня Джози. В быстром движении она схватила густую гриву Магнума и грациозно вскочила на его спину. Взяла поводья в руки, повернула свою лошадь по направлению к берегу, и я последовала за ними.
Мы ехали по песку, не произнося друг другу ни слова, удаляясь от конюшни и от людей, отдыхающих на пляже.
— Ты хотела узнать мою историю, Зоуи, и ты достаточно сил приложила, чтобы обрести внутренний покой, поэтому я тебе расскажу.
По какой-то причине, я нервничала в ожидании услышать историю Джози. Я понимала, что она скверная и гораздо хуже, чем я могла представить. Но если она готова поделиться с ней со мной, пусть так и будет. Она выслушивала меня на протяжении последних трех недель. Я обязана отплатить ей тем же.
— Знаешь ли ты что-нибудь о «койотах» и о наркокурьерах? — спросила Джози.
О, боже.
— Да. Моя мама из Сантьяго, Мексика, и я наслышана об этих ужасающих историях. — Мне тут же расхотелось знать ее историю, не имея никакого желания, чтобы она вновь пережила те события. — Джози, тебе не обязательно рассказывать мне.
— Все в порядке, аmiga, я смирилась с этим, — сказала она, а затем начала свой рассказ. — Когда мне было девять лет, мои родители попытались перевести семью через границу, из Мексики в Аризону. Они желали нам лучшей жизни, поэтому нашли человека... «койота». Отдав ему все свои сбережения и взяв мою старшую сестру, они вместе со мной намеревались пересечь границу. «Койот» погрузил всю мою семью, а также еще свыше тридцати человек в небольшой фургон, и повез нас по направлению к пустыне Аризоны. Где-то посреди ночи водитель остановился, чтобы выпустить нас всех из трейлера. Мы полагали, что уже подъехали к границе, но как же мы ошибались. Нас ожидали вооруженные люди. Всех девушек, включая меня, отделили от родителей и остальных людей, находящихся в фургоне. Нас заставили наблюдать, как их выстроили в ряд вдоль неглубокого кювета и расстреляли. В том числе и моих родителей.
Слезы капали из глаз, пока я слушала рассказ Джози, она продолжала говорить, словно тысячу раз до этого рассказывала про эту ночь.
— Мужчины затолкали нас в трейлер и отвезли обратно в Мексику. Там нам сказали, что если мы не согласимся перевозить наркотики через границу в Штаты, то они либо убьют нас, либо отдадут в качестве шлюх людям из картеля. Я была слишком маленькой, и сестра попыталась убедить их отпустить меня, но они отказались. Однажды ночью, когда я спала, моя сестра разбудила меня, и мы совершили побег. У нее были люди внутри организации, которым она доверяла. Они оставили меня в безопасном месте в одном из приютов и уехали. Больше я никогда не видела сестру.
— О, Джози, мне так жаль, — плакала я. Она была всего на год старше меня, когда служба по защите детей забрала меня от моей матери.
— Gracias, Зоуи. Сейчас не время для слез, — произнесла она, казалось история, которую она мне поведала, совсем ее не затронула. — Давай веселиться и наслаждаться оставшейся частью нашего утра.
Преодолев первоначальное потрясение от рассказа Джози, мы с ней великолепно провели время. В дорогу она собрала нам еды, которой мы наслаждались, сидя на пляже. После ланча мы поскакали на лошадях к небольшой лагуне. Это была самая захватывающая, полная свободы и лучшая часть моего отпуска.
Когда мы вернулись в конюшню, я пригласила Джози на ужин. Она приняла приглашение и этим же вечером мы разделили замечательный ужин вместе с моей семьей, беседуя до поздней ночи, пока Джози не уехала.
— Зоуи, наслаждайся оставшейся частью твоего времени здесь и отдыхай. У меня нет слов благодарности за твою помощь в конюшне. Если когда-либо ты снова решишь приехать, знай, работа у тебя есть.
Мы рассмеялись, но я поняла, что она имела в виду.
— Увидимся завтра. Хочу еще один день побыть там, прежде чем исчезну с твоих глаз, обещаю, — я крепко обняла ее. — Спасибо, Джози. Ты помогла мне найти себя... Я никогда не забуду тебя.
Утром в пятницу я проснулась с ощущением, что я новый человек. До сих пор меня сковывало неприятное чувство, но в глубине души я понимала этому причины, я скучала по дому. Я принялась за утомительное занятие по сбору вещей в чемодан, поздравив себя с тем, что привезла с собой два, и теперь смогу уместить все сувениры, которые я купила.
После завтрака я уехала в конюшню, чтобы напоследок прокатиться на лошадях. Сегодня людей было немного, поэтому Джози разрешила мне взять Дымка.
Не утруждая себя, чтобы оседлать коня, поскольку и так чувствовала себя комфортно, я продела уздечку и повела его вниз к пляжу. Я скинула сандалии, схватила вожжи вместе с горсткой гривы Дымка и перекинула ногу через его спину. Приняв правильное положение, я повернула его по направлению к пляжу. И как в первую свою поездку на нем я позволила ему гарцевать в волнах.
Я ощущала невероятную свободу и не смогла удержаться от улыбки, вскоре поймав себя за пением. Хорошо, что в этой части пляжа никого не было, поскольку наверняка бы все решили, что я сумасшедшая.
Но это не так. Я была по-настоящему счастливой... обновленной и улучшенной Зоуи.
Спустя какое-то время я спрыгнула с лошади в воду, немного охладившись, а после медленно повела Дымка обратно в конюшню. Никуда не торопясь, я расчесывала его и кормила кусочками сахара, которые прихватила с собой.
В последний раз поцеловав и почесав его за ухом, я направилась попрощаться с Джози и с остальными своими новыми друзьями, с которыми познакомилась здесь. После отправилась к дяде и тете, но приехав домой, обнаружила, что никого нет. Я прошла на кухню и нашла записку, лежащую на столешнице.
«Зоуи, у твоего дяди что-то случилось на работе, и нам пришлось уехать. До воскресенья мы не приедем. Прости за ужин. Увидимся. Люблю тетя».