Закрываю глаза, позволяя теплому тропическому бризу обдувать лицо. Пахнет океаном, солью и свободой.
Накрываю ладонью свой еще плоский животик. Там, под сердцем, бьется наше будущее. Маленький огонек, зажженный в самом аду, через который мы прошли, чтобы оказаться здесь.
Сегодня день, в который я почти перестала верить. Но они вернули мне эту веру. Мои мужчины. Мурад и Клим.
В спальне пахнет жасмином и свежестью после дождя.
Стою перед зеркалом, и собственное отражение кажется мне нереальным. Белое платье из струящегося шифона обвивает фигуру, словно легкое облако. Ткань струится по коже, прозрачные рукава скрывают старые шрамы.
Волосы убраны в небрежную, но изящную прическу с вплетенными живыми орхидеями. Я почти не узнаю себя в этой сияющей безмятежной девушке. Мои мужчины изменили меня.
Их любовь, терпение, бесконечная забота.
Подготовка к свадьбе — это не суета, а слаженный ритуал, в котором участвуем только мы трое.
Я сама вплела в волосы орхидеи, а мои сильные грозные мужчины вместе устанавливали под открытым небом ажурную белую арку, увитую тропическими цветами.
Видеть, как Мурад и Клим так тщательно и сосредоточенно создают для нас красоту, заставляет сердце сжиматься от нежности. Это и есть наша победа. Над прошлым, болью и смертью.
Я выхожу в сад. Дорога к океану усыпана лепестками белых фрезий. И в конце аллеи, у самой кромки воды стоят они. Мурад и Клим.
Оба в белых льняных костюмах, под которыми виднеются загорелые мощные торсы. Олицетворение силы, которая теперь служит мне защитой и опорой.
Закат окрашивает небо в невероятные оттенки: от нежно-розового до пурпурного и золотого. Кажется, сама природа празднует вместе с нами.
Мурад замечает меня первым. Он смотрит с таким обожанием, что у меня перехватывает дыхание.
Клим разворачивается следом. Его волчий взгляд, острый и цепкий, медленно скользит по мне, и на губах появляется улыбка, которую он дарит только мне. Каждый мой шаг наполнен осознанием: я иду к своему счастью.
К нашему общему будущему.
— Ну что, Кирюха, — не могу удержаться от легкой улыбки, останавливаясь перед ними, — готов к легальной спокойной жизни? Нравится твое новое имя?
Клим рычит себе под нос, но в глазах я вижу озорной огонек.
— Я готов к жизни с тобой, принцесса, — поправляет меня, низкий голос звучит ласково. — А насчет Кирюхи… — Клим делает вид, что задумался, — пожалуй, оставим это для особых случаев. Чтобы не смущать нашу малышку, — его взгляд теплеет.
— С чего ты взял, что будет девочка? — выгибаю бровь.
— Чувствую, — Уолс нежно кладет ладонь на мой живот.
Мурад протягивает мне руку, нежно сплетая наши пальцы.
— Ты прекрасна, моя девочка, — говорит тихо, так, чтобы слышала только я. — Пора.
Мы подходим к арке. Океанский прибой отбивает ритм, под который бьется мое сердце. Мы одни, но в этом наша сила.
Мурад берет слово первым. Он смотрит на меня так, словно я его единственное сокровище.
— Янка, — начинает, и бархатный голос сливается с шепотом волн. — Всю свою жизнь я искал точку опоры. Власть, деньги, влияние… И лишь в твоих глазах нашел то, что искал. Ты всё для меня. Мой свет. Я обещаю быть твоей скалой, защитником и верным мужем. До последней секунды моей жизни.
Он берет изящное платиновое кольцо с безупречным бриллиантом и надевает его на безымянный палец моей правой руки. Слезы радости катятся по моим щекам.
Затем наступает очередь Клима. Его пронзительные серые глаза сияют абсолютной чистой любовью.
— Принцесса, — хрипло произносит. — Я прошел через ад, чтобы добраться до этого момента. И ты была тем светом, что вел меня сквозь пламя. Ты научила меня не просто выживать, а жить. Дышать. Любить. Ты — мой дом. Единственный, который у меня когда-либо был. Я отдаю тебе всего себя. Навеки.
Он надевает мне на левый безымянный палец второе кольцо: массивное, из белого золота, стилизованное под сплетенные когти. Оно идеально дополняет первое. Два разных, но таких родных символа. Две половины моего сердца.
— Я ваша, — выдыхаю, и в этих двух словах вся моя надежда и безграничная любовь. — Навсегда. Я люблю вас. Обоих.
И тогда они целуют меня. Сначала Мурад — долго, нежно, с почтительной бережностью. Затем Клим — страстно, жадно, с дикой нежностью, что заставляет кровь кипеть в жилах.
А потом они оба склоняются ко мне, и их губы одновременно касаются моих щек. Мир сужается до нас троих.
До алого заката и шепота океана.
До всепоглощающего чувства, что мы, наконец, обрели свое место во Вселенной. Мы единое целое.
И эта любовь будет нашей путеводной звездой.
Спустя месяц мы с Мурадом возвращаемся в Москву, тихо расписываемся и возвращаемся в наш дом.
А через семь месяцев, в той же спальне с видом на океан на свет появляется наша Аглая. У нее пронзительные серые глаза ее отца, моего волка, и его упрямый взгляд. Тест ДНК показывает, что девочка от Уолса.
Клим, всегда такой сдержанный, впервые в жизни плачет, прижимая малышку к своей могучей груди.
А спустя два года у нас с Мурадом рождается девочка Маргарита. У нее строгий взгляд, мои светлые волосы и бездонные карие глаза отца.
Мы так и живем здесь, в нашем доме у океана, где каждый закат напоминает о том дне, когда мы поклялись быть вместе.
Наша жизнь — это сказка. Настоящая, выстраданная и бесконечно прекрасная.
И я знаю теперь точно: за свое счастье, каким бы сложным, нестандартным и труднодостижимым оно ни казалось, нужно бороться до самого конца.
Даже когда небо затянуто тучами и не видно солнца. Когда силы на исходе. Надежда есть. Всегда.
Она живет в любви, которая сильнее страха, боли и смерти. Нужно лишь найти в себе смелость сделать шаг навстречу ей.
Как однажды сделали мы.