Что я только что увидела? Уолс умеет заботиться?
Поначалу мне кажется, что он туда что-то подсыпал. Но сомнение быстро растворяется. Под кожей растекается доверие к этому мужчине.
А еще желание его расколоть. Глянуть, что там, под стальной броней. Вижу, как моя уязвимость влияет на Клима. Может, мне не стоило убегать и кусаться?
Я девушка и у меня свои козыри в рукаве. Зачем соревноваться в силе с мужчиной, если можно его приручить? Его сила станет играть мне на руку.
Это как в фильмах, где принцессу защищает тигр. Стоит ей пальчиком указать на врага, и он бросается в атаку.
Может ли Уолс стать моим тигром?
— Ну так почему ты решил вдруг приготовить мне еду? — сбрасываю одеяло, остаюсь лишь в ночнушке, в которую меня переодели.
— Яна, — Клим опускает взгляд на мои голые бедра, — тебе отдыхать нужно. Придешь в себя, мы поговорим.
Хватает поднос и широким шагом направляется к двери. Всхлипываю, обнимаю себя руками. Я не играю сейчас. И правда хочу, чтобы он остался.
— Мне одиноко, Клим. Не уходи, пожалуйста, — поднимаю на него взгляд.
— Да блядь! — рычит, возвращается.
Его ломает. Уолс явно хочет казаться свирепым зверем, не способным на чувства. Но что там внутри, под грубой толстой шкурой?
— Я просто захотел и все. Обязательно должна быть причина? — ставит поднос обратно, плюхается в кресло на расстоянии от меня.
Так, значит?
Я слезаю с постели и топаю к нему. Клим и зарычать не успевает, как я оказываюсь на его коленях. Ох, кажется, я понимаю, почему он такой нервный. Слегка ерзаю попкой.
— Прекрати, — хрипит Клим, обхватывает мою попу ладонями, — Яна, ты доиграешься… трахну…
— Знаешь, Клим, — обвиваю его широкие плечи, получаю огромный кайф от близости своего бандита, — я ведь могу куда больше… со мной можно поговорить.
— Я не привык трепаться попусту, — смотрит на меня своими черными глазами.
А у меня внутри все трепещет. От этой его дикости. Неприступности. Я люблю Мурада, но он уже мой.
Я люблю Клима, но он… он пока закрыт. А мне нужна его любовь, какую бы форму она ни приняла. Пусть дикую и даже больную. Все вытерплю!
— Я могу, — облизываю губы медленно, веду языком, увлажняя их и сводя с ума своего бандита.
Взгляд не отвожу.
— Принцесса… — выдыхает.
Вижу, как трещит по швам его броня. Он плотнее прижимает меня к себе. Дышит тяжело, хрипло. Мне нравится…
— Поцелуй меня… ведь можно и не трахаться, — выдыхаю ему в губы, — хочу целоваться с тобой… долго и страстно…
— Блядь, это слишком, Яна… зачем ты это делаешь? Чего хочешь добиться этим?
Прямолинейный…
— Хочу почувствовать тебя. Секс — это круто, но поцелуи… это магия, понимаешь? — рассматриваю красивое уставшее лицо, глажу его жесткую щетину. — Хочу, чтобы ты подпустил меня ближе. Перестань все контролировать.
Он молчит. Я робко прижимаюсь губами к его рту. От крепкого мужского аромата схожу с ума…
Запах острого мускуса смешан с терпкими нотками кедрового дерева. Легкая дымка табака кружит голову, оставляя после себя сладковатый шлейф сигарного дыма, что манит вдыхать еще и еще.
Душистые оттенки ветивера будто предупреждают о силе и власти мужчины. И завершающие, едва уловимые, цитрусовые ноты делают этот запах острым и интригующим, возбуждая меня до дрожи…
— Клим, — аккуратно толкаюсь языком, пробуя на вкус своего горячего бандита.
Он все еще сжимает мои ягодицы руками. Но его тело уже не так напряжено, как до этого.
— Ммм, — тихо постанываю, открывая для себя новую сторону Клима Уолса.
Он может быть ласковым котиком. Только вот мое тело уже на грани. Даже несмотря на усталость и интоксикацию, я вся мокрая. Этот поцелуй доводит меня до самой грани…
— Клииим, — стону, понимая, что сама проиграла в игре, которую начала.
Рука Уолса оказывается между моих ног. Пальцы ловко проникают под трусики.
— Ты очень мокрая, принцесса… тебя так заводят поцелуи? — не мигая, смотрит на меня.
Мы так близко, что я чувствую его сердцебиение. Оно ускоряется. Колотится в унисон с моим.
— МММ! — кусаю губы, когда пальцы мужчины начинают поглаживать мою распаленную плоть. — Ах…
Я же хотела целоваться! А в итоге сама проиграла и теперь насаживаюсь на его пальцы. Боже…
— Ну что мне с тобой делать? — хрипит Уолс. — Играешь на моих нервах, как на скрипке… ловко так…
Толчок, мужчина раскрывает пальцы, стимулируя все мои эрогенные точки. Вскрикиваю.
— Я сейчас… сейчас… — тихо попискиваю, удовольствие наполняет до краев.
И вот-вот вырвется наружу.
Клим ухмыляется. Затем проводит языком по моим губам. И целует… нежно, сладко. Едва касаясь…
От контраста его жестких пальцев и ласки губ, я сразу кончаю.
— Ты открываешься с новой стороны, принцесса, — шепчет, — и это мне очень нравится.
— И мне, — хихикаю, устраиваясь удобнее, — ты, когда не ругаешься, такой лапочка!
— Я лапочка? — его брови взлетают вверх.
— Да… — мурчу, — мне кажется, ты очень милый.
Ну а что? Подергать тигра за усищи — святое! И побесить любимого мужика! Клим не двигается. Задумчиво смотрит на меня.
— Что такое? — спрашиваю. — У меня что-то на лице?
— Ты красивая очень, — произносит тихо, с придыханием.
Я теряюсь. Неужели у меня получилось? И я хотя бы немного приоткрыла темную завесу души Клима Волкова?