Больно смотреть на Яну, но это необходимо. Ее взгляд неверящий, губы вытягиваются в тонкую полоску. Вижу проблеск слез в в уголках глаз.
Естественно. Василий Чикин был непростым человеком. Он владел крупной компанией по перепродаже микрочипов, которые вез из Тайваня.
Но из-за особенностей… кхм… легального бизнеса в нашей стране, почти весь доход уходил на налоги и прочие поборы.
Он никогда не гордился тем, что решился приобрести свой первый ресторан. Естественно, для богатых персон. Там можно было снять шлюху, побаловаться чем-нибудь порошкообразным или того хлеще.
Но семья была для него самым святым на свете. Насколько мне известно, своей первой жене он никогда не изменял. А дочь любил и баловал. Ради них и их благополучия во все это дерьмо и влез.
Когда его дочь поступила в университет, Чикин попросил меня следить за Янкой.
И четыре гребаных года я лишь смотрел. Как она расцветает. Встречается с парнями. Тлел вместе со своим неправильным желанием. Дочь друга… это было очень порочно.
Но в один прекрасный день решил проявить инициативу. А она, как известно, наказуема…
— Кто это? — бесцветным голосом спрашивает девушка, глядя на желтую спортивную тачку, из которой вываливается молодой мужик.
Уже пьяный или под чем-то. Вместе с ним из машины выходят три девицы не самого тяжелого поведения.
— Левин Макар, — чеканит Уолс, закуривая, — сынок депутата Левина, которого Мурад взорвал пару месяцев назад. В его доме организовывали подпольные торги. Как видишь, скорбит и плачет о потере папаши.
— Что-то не похоже, — фыркает Яна, — почему вы его ждали? И почему он не на том свете вместе со своим папашей?!
Уолс усмехается. Я напрягаюсь. Мы с Климом как два полюса. Я не хочу втягивать Янку во все это подпольное дерьмо, а он, наоборот, жаждет видеть в ней криминальную принцессу.
— Увидишь, — ухмыляется Клим, — пошли. Представим тебя нашим врагам.
Берет ее за руку. Она густо краснеет и топает следом. Пару раз оглядывается на меня. Я отпускаю ее с ним. Символично.
Мы разделяемся. Знаю, что с Климом Янка в безопасности. У него поистине ужасающая репутация.
Если кто-то хотя бы подумает о том, чтобы ему навредить, то на следующий день уже будет мертв.
Я останавливаюсь у машины. Багир вопросительно смотрит на меня.
— Сегодня Яна переезжает к Уолсу. Так что временно твои услуги не потребуются, — достаю сигарету из кармана.
— Вы же этого не хотите, босс. И ей это вряд ли пойдет на пользу. Он жестокий человек. У него душа темная. А девочка светлая, хоть и очень капризная.
— Пойдет, — отрезаю.
Она моя слабость. Я никогда не смогу быть с ней объективен и непредвзят. Она будет ездить на мне, как всю жизнь ездила на отце. И только когда она вылила мне на голову суп, я понял, что хватит.
Теперь она будет жить с Климом.
И он будет ее трахать…
Знаю, что будет. И ей этого очень хочется.
— Ее нельзя отдавать ему, — заключает Багир, — он ее сломает.
— Не помню, чтобы спрашивал твоего мнения, — рычу, — следи за тем, кто входит и выходит. Если запахнет жареным, дай знать…
Ухожу, чтобы вдруг слова охранника не отозвались в душе. Это мое решение, и оно не обсуждается. Совесть тут плохой советчик. Люди, которые собрались здесь, давно ее потеряли.
Ими управляет алчность и похоть.
— Мурад, — у стены стоит мой хороший знакомый Артем Степанов, — не думал, что ты так быстро покажешь миру Чикину.
— Здаров, — пожимаю ему руку, — пора бы. А то уже кусочки от его бизнеса начали отщипывать. Я не успеваю за всем следить. Как сам?
— Да вот сына привел с местным контингентом познакомить. Он недавно вернулся из Англии, все никак привыкнуть не может.
— Зря ты это, — усмехаюсь, внимательно наблюдая за Яной и Уолсом, — испортят тебе наследника.
— Больше, чем деньги, его ничто не испортит. Так что пусть. Наиграется, потом успокоится. Молодой же. В сентябре пойдет у меня учиться на факультет управления. С трудом его туда пихнул. Ты сам-то когда уже обзаведешься наследниками?
— Мне сорок, Тем, — усмехаюсь, — помирать рано.
— В нашем деле это солидный возраст, сам знаешь. Нужен сын, чтобы дело жизни передать. Иначе будет, как у Чикина. Если хочешь мое мнение…
— Не хочу.
— Но я все же скажу. Эта девочка — лакомый кусочек для каждого здесь. Ты сам понимаешь, что после сегодняшней тусовки тебе начнут поступать предложения ото всех тех, у кого есть сыновья или нет жен…
Знаю.
— И лучше сразу застолби ее, чтобы под ногами не путались.
— А ты своего сына не будешь моей Янке сватать? — улыбаюсь.
— Зачем? Я вижу, как ты на нее смотришь. Девочка Чикина твоя. Хотя сейчас я в этом сомневаюсь.
Знаю, о чем он говорит. Но объяснить этого не могу ни ему, ни себе. Сейчас Клим крепко обнимает Янку, поглаживает незаметно для всех. Но я вижу…
И меня это не бесит. Пока Тема что-то еще вещает, я копаюсь внутри себя, пытаясь найти ревность или злость. Но близость Янки и Клима меня… заводит.
— О! Артем! — Тема подзывает сына.
Гляжу на высоченного широкоплечего парня лет двадцати, покрытого татуировками. Глаза скучающие, в руках шампанское. Он закрывает мне обзор.
— Я хотел вас познакомить, Мурад. Сейчас лето, моему сыну нужны деньги на личные расходы. Может, у тебя найдется работенка? — скалится друг, его сынуля закатывает глаза.
Ясно, мажор, работать не приучен.
— Пусть приезжает ко мне в офис завтра. Что-нибудь придумаю, — делаю шаг в сторону… и не нахожу Клима и Яну.