— … тридцать миллионов восемьсот сорок тысяч золотых. — Он помедлил. — Отдельно: если вы когда-либо пожелаете сдать ещё… предметы аристократического обихода… лавка Гибо готова рассматривать любые объёмы.

— Учту.

Гибо поднял руку, и воздух над расчищенным углом пола дрогнул. Из его системного инвентаря хлынул поток золота: монеты ссыпались тяжёлым каскадом, один вызов сменял другой, и у ног хозяина вырастал холм, поблёскивающий в свете ламп.

Монеты легли аккуратным холмом в половину человеческого роста. Когда последняя монета звякнула на вершине, я одним движением убрал всю кучу к себе. Гибо выдохнул, будто только что лично перетаскал эту гору на своём горбу, и проводил нас до порога, кланяясь с таким усердием, что я всерьёз ожидал предложения выбить моё имя золотыми буквами над входом в лавку.

Надо было ещё и портки Кракуса прихватить. По такому курсу за княжеские подштанники мне бы точно отдали долю в бизнесе.

Следующие несколько часов мы потратили на закупки.

Мы зашли в лавку кухонной утвари, где Сиси выбрала магическую четырёхконфорочную плиту с духовкой, медные сковороды разной глубины, набор ножей, две ступки и какое-то количество предметов, которые я даже не смог классифицировать.

Плотник в соседней лавке принял заказ на кухонный гарнитур со стеллажами для круп, широкую кровать взамен моей короткой тахты и пару добротных табуретов. Второй плотник получил заказ на садовую мебель для двора мастерской: два кресла из тёмного дерева и низкий столик. В мясной лавке я выгреб половину витрины, в зеленной вторую половину. Бакалейщик, заметив объёмы, вытащил из-под прилавка коллекцию специй, и Сиси зависла над лотками минут на двадцать, нюхая каждый по очереди.

В её глазах появился особый блеск, который у женщин бывает только когда ты разрешил им обустраивать дом и не лезешь под руку.

И я не лез.

А потом мы зашли в лавку тканей.

Сиси сняла с полки отрез плотной ткани цвета молодой зелени, с растительным узором по краю.

— Геральт, я хочу такие шторы!

— Зачем?

— На кухню.

— Сиси, у нас на кухне нет окон!

Она обернулась. Взгляд у неё стал такой, каким смотрят на человека, спрашивающего, почему вода мокрая.

— Ты ничего не понимаешь в уюте и дизайне интерьера. Нам нужны эти шторы.

Спорить с женщиной о кухне? Угробить на это кучу нервов, времени и всё-равно не достучаться до здравого смысла? Хм…

— Ладно. Уважаемый, положите нам отрез этой ткани.

Гном за прилавком расплылся в улыбке, быстро завернул ткань в плотную бумагу и перевязал шпагатом, рассыпаясь в благодарностях и приглашая заходить ещё.

Между делом я расспрашивал продавцов о магической почве. Бакалейщик пожал плечами и сказал, что он в таком не силён. Плотник порекомендовал зайти к алхимикам.

Алхимик в аптечной лавке задумчиво покрутил ус и ответил, что настоящая магическая земля встречается только на верхних этажах, а здесь, на шестом, разве что в Гильдию шпионов ткнуться, дескать у них всегда есть ценная информация. На мой уточняющий вопрос «где у вас тут Гильдия шпионов» он виновато развёл руками: это же гильдия шпионов, никто не знает, где они находятся.

Гм, гм, гм, ясно, поставил себе зарубку на память «выяснить, где находится гильдия шпионов», и перешёл к следующему пункту программы.

Желудок напомнил о себе в районе шестой лавки, и к тому моменту, когда Сиси закончила обсуждать с гончаром глазурь на суповых мисках, напоминание перешло в ультиматум.

— Предлагаю заморить червяка.

— Подожди ещё одну лавку.

— Сиси.

— Одну.

— Сиси, такое чувство, что последний раз я ел после убийства циклопа, и после этого в меня помещались только кордий и чувство долга. Пойдем.

Она вздохнула и с видом мученицы, после оплаты гончара и позволила увести себя на центральную площадь.

«Каменная чаша» стояла слева, как и обещала карта Каррика. Над входом покачивалась вывеска: глиняная кружка на цепях.

Внутри меня накрыло волной запахов: жареное мясо, пиво и пот тридцати искателей сразу. На вертеле у дальней стены лениво поворачивался огромная аппетитная туша, зверя, отдалённо напоминающего кабанчика. Мой желудок тут же проголосовал за то, чтобы сесть к нему поближе.

Слева лестница на второй этаж, справа стойка, за стойкой широкая женщина лет пятидесяти, с волосами, собранными в узел, и руками, которые явно умели не только разливать пиво.

Она зацепила меня взглядом и уже открыла рот, чтобы отправить в конец очереди, но я опередил:

— Первый лейтенант Каррик рекомендовал зайти к вам.

Рот женщины закрылся. Взгляд скользнул на Сиси, и в нём появилось ровно столько уважения, сколько положено для гостя с рекомендацией от начальника стражи.

— Марго, хозяйка. Стол у окна подойдёт?

— Подойдёт.

Стол оказался угловой, с видом на большую часть зала. Отличная позиция для сбора слухов. Сиси села напротив меня и с любопытством осматривала интерьер.

Марго приняла заказ: жареная свинина, тушёные овощи, хлеб, кордий для меня, травяной чай для Сиси. И исчезла.

Я откинулся и прислушался.

Таверна гудела ровным густым гулом, в котором растворялись отдельные голоса, и если вычленить звяканье посуды и хохот у дальнего стола, прослеживалась одна сквозная тема.

— … строем шли, понимаешь? Строем. Я таких зомби в жизни не видел. У меня брат у Северных ворот стоит, говорит, они сами по команде разворачиваются…

— … не зомби там главная проблема. Там вампиры. В зелёной броне, с оружием высокого качества с числом заточек не меньше сотни на каждом, представляешь? У нас даже у элитных гвардейцев нет такого оружия…

За соседним столом искатель лет тридцати с усталым лицом махал кружкой перед двумя слушателями.

— … значит, наша тройка выходит на них. Стандартная зачистка, ну. Видим строй, думаем: орда. Готовимся дать огня, а от строя отделяется один, в шлеме, и разворачивает перед нами свиток. С печатью, мужики. С золотой печатью.

— Да ладно.

— Вот тебе и ладно. Грамота Ордена Света подписсанная лично его преосвященством. Нежить, говорит, движется по официальному разрешению, любой препятствующий станет врагом ордена. Врагом ордена, Хек! Врагом!

Я отпил кордий, чтобы спрятать дёрнувшийся уголок рта. Сиси невозмутимо сидела вдыха аромат чая.

Слева послышались разговоры другой группы.

— … а я слыхал, этот некромант ростом под три метра. В чёрной броне, глаза горят красным, и голос такой, что у слабых искателей кровь из ушей идёт.

Я поднёс кружку к губам и медленно сделал глоток. Три метра. В чёрной броне. Серьёзно?

— Три метра? Ты чего, Торвин. Мне кум рассказывал, а ему брат свата, что этот некромант вообще без тела. Череп в капюшоне и две костяные руки, летает над землёй. А броню ему зомби на плечах таскают, для солидности.

— Да что вы мелете, мужики. Мне верный человек из соседнего оплота говорил: некромант этот молодой, лет восемнадцати, и у него на плече сидит демоница. Маленькая, в платье из света, шепчет ему заклинания на ухо.

Кордий чуть не пошёл носом. Я аккуратно поставил кружку и уставился в стол.

Восемнадцать лет, говорите. Демоница на плече, шепчет заклинания. Ребята, вы что, через замочную скважину за мной подглядывали?

Марго принесла местную свинину. Мясо лежало горой, с хрустящей корочкой и лужицей жира по краю тарелки, и я сразу принялся методично уничтожать тарелку.

Из общего гула выловил ещё несколько деталей: массовые панические закупки серебряных клинков и святой воды среди искателей. Подготовка на случай если все-таки произойдет война с нежитью.

Ну-ну. Посмотрим еще кто кого.

Доел свинину, подобрал корочкой последний сок, подозвал Марго.

— Замечательно. Сколько с меня?

— Шестьдесят золотых.

Положил на стол сотню.

— И один вопрос. Где бы на этом этаже можно было достать магическую почву?

Марго задумалась. Лоб её собрался в гармошку.

— Даже не знаю, господин. По алхимическим вопросам к мэтру Вэльсу, но у него обычно порошки и вытяжки. Землёй как таковой… — Она запнулась, потом кивнула в сторону дальней стены. — А вы на доску гляньте. Искатели иногда лучшие консультанты по диковинным вопросам. Заказчики тоже, бывает, редкости выкладывают.

— Благодарю.

Я оставил Сиси со скучающим видом наслаждаться цветочным ароматом чая и двинулся через зал.

Доска объявлений занимала целиком простенок между очагом и коридором на кухню. Плотный деревянный щит, утыканный десятками листов. Я прошёлся взглядом сверху вниз.

Требуется группа 30+ для сопровождения каравана, шесть дней пути, оплата сто двадцать тысяч на группу…

…награда за голову священника-людоеда, подозревается в убийстве торговца, сто двадцать пять тысяч…

Зачистка гнезда пещерных пауков, группа 35+, двое уже не вернулись, оплата повышена…

Собираем группу на рейд к Стеклянному Ущелью…

Объявления о найме в кланы, объявления о продаже снаряжения, листовки о пропавших артефактах и одинокий листок с потерянной охотничьей собакой, в который я вчитываться не стал.

И тут, почти внизу, взгляд привлёк свежий лист. Чернила ещё поблёскивали, кнопка воткнута криво, по-видимому в спешке.

Срочный рейд в Логово Древнего Крота.

Уровень участников: значения не имеет.

Оплата по завершении Эссенциями Жизни каждому участнику.

Обращаться к организатору лично: пятачок у западной стены поселения, напротив третьего бойничного проёма.

Оплата эссенциями меня мало трогала, две мои до сих пор пылились в инвентаре за ненадобностью. А вот в нижней части листа, тем же почерком, но мельче, шёл краткий блок описания логова. В основном виды монстров, ради охоты на которых и затевался рейд, но среди всего этого косвенно было упомянуто «на природно сформированных залежах Кристаллической Земли Вечного Корня».

Пробежал глазами строчку ещё раз. Потом третий.

Кристаллическая Земля Вечного Корня.

Название у неё было более чем говорящее. Я развернулся к своему столу, поймал взгляд Сиси через зал и позвал её кивком.

Она подошла, прочитала объявление, чуть наклонив голову. Задержалась на том же абзаце.

— Ну? — спросил я негромко.

— Думаю это именно то, что ты ищешь, — Сиси понизила тон. — Кристаллическая Земля Вечного Корня. Магический субстрат высокого порядка. Образуется в местах, где корневая система древних растений столетиями пьёт энергию из рудных жил. В алхимии идёт на подложки для выращивания живых артефактов. Семени Эволюции такая почва должна подойти.

— Уверена?

— Настолько, насколько могу быть уверена в том, что всплывает у меня в голове само собой, — она посмотрела на меня снизу вверх. — Но да. Вроде оно.

Я снял лист с доски, сложил вдвое и сунул во внутренний карман.

Мы вышли из таверны, я отправил Сиси в Мастерскую раскладывать покупки, а сам подрым шагом по нужному адресу.

Брусчатка под ногами быстро растеряла парадный вид. Через два квартала от центральной площади серый камень уступил место щербатому булыжнику, а ещё через три квартала булыжник и вовсе сменился утоптанной землёй.

Дома тоже мельчали. Двухэтажные фасады съёжились до одноэтажных хибар. Витрины исчезли, вывески съехали на кривые доски с написанными углём буквами. Из переулков тянуло кислым запахом помоев и жжёной кости. Мимо прошмыгнула женщина с мешком за плечами, скользнула по мне испуганным взглядом и ускорила шаг.

Чем дальше от центра, тем нагляднее работал закон иерархии. Золото стягивается к золоту, а нищету сливают на окраину. Всё как и везде…

Я свернул по карте в тупик у западной стены. Дома здесь заканчивались, и дальше шёл пятачок утоптанной глины, упёртый в серую громаду крепостного камня. Над стеной торчал третий бойничный проём, в точности как обещало объявление.

Вот только здесь я оказался не один. На пятачке стоял некто, сияющий ярче витрины ювелирной лавки в праздничный день.

Фиолетовые доспехи с чернением, миллионов на пятнадцать золотом. За спиной у него висел щит с грифоном, оплетённым шипами, на бедре — меч в ножнах из белёной кожи, с навершием в виде свёрнутого бутона. А в руках тот же листок, что и у меня, и крутил его незнакомец с задумчивым видом, словно ошибся дверью.

Лицо этого искателя мне кого-то напоминало, но понятие не имею кого.

Я шагнул на пятачок.

Он задержался на моём лице и сощурился, усмехнувшись углом рта.

— Юный искатель, ты заблудился?

— Похоже, что у меня топографический кретинизм? Сюда собирают отряд на рейд?

Моя фраза прозвучала настолько по-будничному, что ухмылка у него слегка подкисла.

— Ты серьёзно?

— Так и будем общаться вопросами? — я приподнял бровь.

— Нет, но парень, ты же в первой же пещере ляжешь. От одного пинка циклопа или чиха хищной овцы, если повезёт.

— Плевать. Я по крайней мере не наряжаюсь на рейд, как на выпускной бал.

Аристократ хмыкнул.

— Я, между прочим, пытаюсь сохранить тебе жизнь, но… раз словами не доходит, придётся по-другому.

Воздух вокруг него загустел.

По фиолетовой броне проступили золотые прожилки, и от фигуры пошло ровное свечение, которое за секунду уплотнилось в сияющий кокон.

Аура?

Похоже на то, ибо стоило свету сверху опуститься на меня плотным столбом, как на плечи мне легло что-то среднее между чугунной плитой и безмерным эго этого сияющего петуха.

Значит, у нас тут воспитание младших.

Я встроил кирпич в ладонь.

Золотые нити сорвались с аристократа тонкими копьями, метя мне в корпус и горло разом.

Отбил первое копьё ладонью. Свет пыхнул белым и погас. Эхо Удара довольно чавкнуло где-то в районе солнечного сплетения, плюсуя себе несколько сотен единиц.

Второе копьё пропустил мимо плеча, отклонив корпус и спокойно идя на противника. Третье срезал встречным движением предплечья.

Аристократ запоздало вздёрнул щит, но я уже был на дистанции удара. Ну-ка, какова эта консервная банка на прочность?

Кулак с зашитым в ладонь камнем встретил полированный металл точно по центру грифона.

ХРЯСЬ!

«Терновый Грифон» крякнул, аристократа оторвало от земли и унесло назад на два шага, его пятки пропахали в глине аккуратные борозды. Золотой кокон лопнул и осыпался гаснущими искрами.

Я опустил руку.

— Ну-с? Воспитательная часть окончена, теперь переходим к дискуссии или ещё кулаками помашем?

Аристократ выровнял дыхание, оглядел вмятину посреди герба и цокнул языком.

— Довольно неплохо для двадцать шестого уровня, — он потёр плечо, скорее для вида. — Кстати, а ты меня так и не узнал? Мы сегодня с тобой у ворот пересеклись.

В памяти всплыл мешочек с золотом, брошенный стражникам на лету.

— Теперь вспомнил.

— Лейв Дерибоскоу. Для друзей и для тех, кто пробивает мне щит с одного тычка, просто Лейв.

— Геральт.

Лейв хмыкнул и кивнул на вмятину.

— Ладно, твой твёрдый кулак я запомнил. Но в пещерах такие фокусы не помогут, там любому монстру ты будешь на один зубок, так что держись за моей спиной, целее будешь.

Я пожал плечами. Положу его заботу в ту же копилку, что и «услугу» потных стражников у моста.

Из переулка донеслись новые шаги.

Их было шестеро.

Впереди шёл здоровяк, похожий на Халка. Хрен его знает, кто такой Халк, но почему-то кажется, что похож. Его кольчуга скрипела в такт шагам, молот бил по бедру, борода качалась на вдохе и выдохе. Под два метра ростом, ручищи в старых шрамах, сорок пятый уровень.

За ним зевал тощий маг в длинном плаще, сорок третий. Следом плелись ещё четверо, от тридцать девятого до сорок восьмого: один на ходу жевал вяленое мясо, другой поправлял на поясе пузатый мешок-артефакт.

Здоровяк расплылся в улыбке и это было первое живое выражение, встреченное мной в посёлке.

— Я так понимаю, вы пришли объявлению. Я Дагор Стальной Кулак, командир «Железных Псов». А это Ворген, мой заместитель, — тычок пальцем на мага. — Остальных уже по ходу дела различите.

Лейв полностью представился. Я ограничился именем.

Дагор окинул Лейва взглядом оценщика. Дорогующий комплект, щит, меч, герб дома. В его зрачках я буквально услышал мягкое «дзинь».

— Синяя снаряга, это дело хорошее. Беру тебя бойцом, доля у тебя фиксированная, семь сфер жизни по завершении рейда.

Лейв кивнул.

Следом взгляд Дагора переехал на меня, задержался на уровне и на простой рубахе. Улыбка у командира стала шире, и в ней проскользнуло отечески-снисходительное тепло, которое сегодня мне уже выдавал Гибо.

— А вот у тебя двадцать пятый на шестом, и это, скажу я, УХ! — взметнул кулачищем. — Редкий зверь. И раз дошёл сюда живым, значит, чего-то да стоишь. Но бойцом я тебя не возьму, будешь только под ногами у людей путаться. Пойдёшь в помощники, на разделку туш. За работу получишь две сферы и одну шестнадцатую доли в трофеях.

— Меня не интересуют трофеи.

Лейв за плечом Дагора приподнял бровь. Сам Дагор склонил голову набок.

— А что тогда интересует, молодой человек?

— Кристаллическая Земля Вечного Корня. Та, что в логове. Свою долю заберу почвой.

Дагор почесал бороду, хмыкнул и махнул рукой.

— Земля хорошая, алхимикам бы точно понравилась, но мы не алхимики. Так что забирай, сколько унесёшь, столько и твоё.

— Договорились.

Дагор вытянул из поясной сумки стопку пергаментов и раздал по одному. Я развернул свой.

Внутри: обязательство следовать командам, запрет на мародёрство сверх доли и прочие подставы против членов рейда, иначе будет проведен самосуд. Я пробежал глазами до конца и вернулся наверх.

А вот пункта о лекаре в контракте не было, и был пункт об отказе от претензий в случае несчастного случая тоже. Второе меня волновало мало, а вот первое зацепило.

— Дагор, а целитель-то в отряде есть?

Командир устало махнул ручищей, словно ему этот вопрос задают в каждом десятом рейде.

— Обычные зелья лечения раздадим в системный инвентарь каждому, а мгновенного восстановления, если что будут храниться у меня и моего зама. На пещерных тварей этого хватает с запасом. Целители стоят денег, парень, а деньги у нас идут на снаряжение и на долю бойцов.

Лейв рядом скользнул взглядом по своему контракту и размашисто вывел подпись, не задав ни одного вопроса. Аристократ, что с него взять: сфер хочется, а читать скучно.

Я ещё раз глянул на пункт о подсудности, пожал плечами и вывел на строке «Геральт». В этом походе меня всё равно интересовала только почва, а остальное мелочи.