— Что значит «натянуто»?! — Маттиссен явно оживилась. — Далеко не первый случай, когда преступник черпает идеи из книг. Может, хотя бы автора вспомните?

— Нет. К сожалению, тоже нет.

Шторман подался вперёд.

— А подрамник в том романе тоже фигурировал?

Дидрих на секунду задумался.

— Да, почти уверен… Но, повторяю: я довольно быстро бросил читать. Всё казалось чересчур вычурным.

— Как видим — не слишком, — негромко произнёс Эрдманн.

В нём затеплилась слабая, почти неосторожная надежда: через эту книгу можно выйти на след. Он взглянул на часы, потом на Маттиссен, затем на Штормана.

— Сейчас чуть больше четырёх. Предложение: позвонить в книжный магазин и попробовать установить название и автора. Если коллега Дидрих расскажет продавцу всё, что помнит, тот вполне может опознать книгу.

— Хорошо. Займитесь этим немедленно, — кивнул Шторман и обвёл взглядом остальных. — Коллега Маттиссен тем временем доложит о беседе со студенткой. Кто-то сразу после этого садится за компьютер и просматривает базу на предмет похожих дел. И ещё: двое из вас едут к семье Кленкамп, осматривают комнату или квартиру Хайке — дневники, записи, компьютер. Возможно, там найдётся зацепка.

Эрдманн встал и вышел из зала. Дидрих шёл за ним почти по пятам.

Несколько минут спустя они уже сидели перед компьютером в кабинете Эрдманна. С первого же звонка дело сдвинулось. Выбрали филиал крупной книжной сети — он стоял первым в онлайн-справочнике. Дидрих в двух словах изложил суть и перечислил всё, что удержала память. Через минуту он просиял.

— Да… да, точно… теперь вспомнил. Верно. — Он схватил ручку и вывел на бумажной подложке, в одном из немногих свободных промежутков между чужими пометками: Das Skript / Christoph Jahn. (Сценарий / Кристоф Ян)

— А у вас эта книга есть в наличии?.. Понятно, жаль… Когда можно получить, если заказать?.. В понедельник после обеда… Хм… Да? Конечно… И как они называются?

Он снова взялся за ручку. Эрдманн наблюдал, как под названием книги появляется новая строчка: Die kleine Bücherecke — и адрес. Дидрих поблагодарил и повесил трубку.

— Книга называется «Das Skript». У них её нет, но продавщица подсказала: есть маленький книжный магазин неподалёку — «Die kleine Bücherecke». Она хорошо знает хозяйку; та, похоже, большая поклонница этого автора, и вполне вероятно, что нужный экземпляр у них найдётся. Кстати, автор живёт в Гамбурге.

— Любопытно. — Эрдманн перенёс все данные в блокнот и поднялся. — Позвони туда, узнай, есть ли книга в наличии. И сразу спускайся в оперативный зал.

III.

Ранее.

Боль была повсюду. Она заполнила всё — не оставила ни единого уголка, куда можно было бы отступить. Но в какой-то момент разум всё же пробился сквозь волны паники и позволил ей снова думать.

Это чудовище сделало с ней что-то ужасное. С её спиной.

Она не хотела умирать. Лихорадочно, отчаянно перебирала в уме, что можно предложить в обмен на жизнь. Всё. Абсолютно всё — лишь бы не умирать. Раньше она никогда по-настоящему не думала о смерти. О том, что однажды её просто не станет. Что она исчезнет. Навсегда.

Почему мама не может прийти сейчас и обнять её?

Пожалуйста. Пожалуйста, мама. Приди и помоги мне.

Может ли боль в смерти быть сильнее, чем сейчас? Может ли она вообще быть ещё сильнее?

Она начала скулить — и осознала это, лишь услышав собственный голос. Нет. Мама не придёт. Она не знает, где её дочь. Никто не знает. Никто.

А вдруг всё-таки найдут? Вдруг рядом есть люди?

Не раздумывая, она закричала. Вложила в крик весь воздух, что нашёлся в лёгких, — ощущая, как боль мгновенно вспыхивает, становится нестерпимой, — и всё равно продолжала кричать.

— Я здееесь! Помогиииите!

И тут же — другая мысль, острая, как удар: а если чудовище услышит? Если вспомнит, что с ней ещё не всё закончено?

Крик оборвался. Перешёл в жалобный стон и угас.

Она слышала собственное дыхание — короткие, громкие, частые толчки, каждый из которых вонзался в спину раскалённой стрелой изнутри. Только бы оно не услышало. Только бы нет.

Она вздрогнула.

Какой-то звук…

ГЛАВА 07.

Книжный магазин «Die kleine Bücherecke» притаился в районе Хоэлюфт-Вест, на первом этаже углового дома — из тех старых гамбургских построек, что умеют хранить чужие тайны. Торговый зал занимал около ста квадратных метров: почти квадратное пространство, со всех сторон стиснутое стеллажами. В дальнем углу стояли три бистро-столика с деревянными стульями, а рядом на тумбе — кофемашина полного цикла и пёстрый ряд разноцветных чашек.

Когда Эрдманн вошёл следом за Маттиссен, из глубины зала к ним обернулась молодая женщина. Она стояла перед одним из стеллажей; у ног её примостилась корзинка с книгами. Медно-рыжие волосы до подбородка были подстрижены в аккуратный боб, и эта стрижка лишь подчёркивала сердцевидный овал лица. Эрдманн прикинул: около тридцати, рост метр семьдесят, пожалуй, чуть полновата. Женщина шагнула навстречу с улыбкой — почти робкой, словно извиняющейся.

— Добрый день, могу я вам помочь?

— Добрый день. Я старший комиссар Маттиссен, это мой коллега, старший комиссар Эрдманн. Фрау Мириам Хансен?

Улыбка погасла.

— Да. — Она перевела взгляд на Эрдманна, и тот невольно отметил, насколько ярко-зелёными были её глаза — почти неправдоподобного оттенка. — Это вы… я только что с вами разговаривала?

— Нет, с моим коллегой. — Эрдманн потянулся во внутренний карман куртки за записями. — Речь идёт об одной книге.

— О той, о которой спрашивал ваш коллега? «Das Skript» Кристофа Яна? Да, у меня есть. Это для вас лично или…

— Не могли бы вы принести её? — перебила Маттиссен, не дав Эрдманну ответить.

Неужели она ему не доверяет — даже в том, чтобы что-то сказать гражданскому лицу по текущему делу?

— Да, конечно, одну минуту. — Мириам Хансен повернулась и направилась к стеллажу у столиков. — Может, хотите кофе?

— Нет, спасибо, — сказала Маттиссен.

— Да, с удовольствием, — одновременно ответил Эрдманн.

Молодая женщина на секунду обернулась.

— Значит, кофе?

Эрдманн кивнул.

— Но сначала, пожалуйста, найдите книгу. — Взгляд, которым Маттиссен одарила коллегу, был красноречивее любых слов. Эрдманн с трудом удержался, чтобы не высказать ей прямо здесь всё, что думает.

— Вот она. — Мириам Хансен вернулась с томиком в руках, и Эрдманн шагнул вперёд, забирая книгу. Обложка — чёрная как смоль, с названием, набранным во всю ширину крупными зелёными хромированными буквами. На слове «Skript» распласталась женская фигура, повернувшись к зрителю обнажённой спиной.

— Спасибо. И… кофе я выпью как-нибудь в другой раз. — Он покосился на Маттиссен, ожидая колкости, но та уже переключилась на продавщицу.

— Правда, что вы поклонница этого автора?

Светлые щёки молодой женщины тронул румянец.

— О да. Я прочитала все его книги, а с тех пор как он живёт в Гамбурге — видела его уже несколько раз.

— На авторских вечерах?

— Нет, к сожалению. Кристоф больше не проводит публичных чтений. После того как закончил «Das Skript», он так и не выпустил ни одной новой книги. Та история тогда…

— Кристоф? — Эрдманн вскинул бровь. — Какая история?

— Ах, вы не знаете? Я думала, раз вы из полиции…

— Какую именно историю вы имеете в виду? — ровно повторила Маттиссен.

— Ну… четыре года назад один сумасшедший воспроизвёл преступление из романа Кристофа. В мельчайших деталях. Убийство.

Эрдманн почувствовал, как внутри всё вспыхнуло — острое, почти болезненное предчувствие. Он поднял книгу и коротко качнул ею в воздухе.

— Что? Из этого романа? Из «Das Skript»?

Мириам Хансен покачала головой.

— Нет-нет. Он тогда ещё не вышел. Из «Der Nachtmaler» (Ночной художник) — криминального романа, который предшествовал «Das Skript».

Эрдманн быстро переглянулся с Маттиссен и прочитал в её взгляде то же самое, что ощущал сам. Наконец-то. Зацепка.

— Вы помните тот случай? — обратился он к коллеге.

Маттиссен медленно покачала головой.

— Нет. Странно — обычно я должна была бы помнить такое…

— Это было не здесь, — тихо перебила продавщица. — В Кёльне. До того как Кристоф переехал в Гамбург. Я думаю, именно это и стало главной причиной его отъезда.

— Подождите. — Эрдманн шагнул чуть ближе. — Он жил в Кёльне — и там же было совершено преступление по сюжету его романа?

— Да, насколько я знаю. Об этом писали все газеты. И здесь, в Гамбурге, тоже — Кристоф довольно известен.

Маттиссен чуть пожала плечами.

— Я, признаться, его не знаю. Преступника поймали?

— По-моему, нет.

— А действие романа происходит тоже в Кёльне?

— Нет. Все романы Кристофа разворачиваются в Кирстхайме. Это вымышленный город — где-то в глубине Германии, которого нет ни на одной карте. Кристоф придумал его специально для своих книг.

— Понятно. А «Der Nachtmaler» у вас есть в наличии?

— У меня есть все его книги. — В голосе Мириам Хансен промелькнула нотка гордости. — И расходятся они неплохо.

— Сколько романов он написал?

— Четыре.

— Будьте добры, дайте нам и «Der Nachtmaler».

— Конечно.

— И ещё, — добавила Маттиссен, — сколько экземпляров «Das Skript» у вас осталось?

— Кажется, три.

— Берём все.

Когда Мириам Хансен вернулась с книгами, Маттиссен снова взяла слово:

— Как вы познакомились с автором?

Щёки молодой женщины залились румянцем — на этот раз куда заметнее.

— Ох, это уже довольно давно было. — Она опустила глаза, теребя корешок книги. — Когда я узнала, что Кристоф переехал в Гамбург, написала ему на сайт. Через несколько дней он очень мило ответил. Мы какое-то время переписывались, а потом он предложил встретиться за кофе. С тех пор иногда видимся.

— Сколько ему лет?

— Чуть больше пятидесяти.

— Семья есть?

— Нет. Он разведён. Живёт в Фольксдорфе — с домработницей. Замечательный дом на краю леса, с большим садом.

— Вы бывали у него? — спросил Эрдманн.

— Да, несколько раз. На кофе и даже на ужин.

— Большое спасибо за помощь, фрау Хансен, — сказала Маттиссен. — Похоже, вы довольно близко знаете автора. Мы можем связаться с вами повторно, если возникнут вопросы?

— Разумеется, с удовольствием. Если захотите поговорить с самим Кристофом — я могу ему позвонить.

— Спасибо, пока не нужно. Не могли бы вы написать ваш личный адрес и номер телефона?

Через несколько минут они вышли из «Die kleine Bücherecke» с пакетом, в котором лежало пять книг Кристофа Яна: четыре экземпляра «Das Skript» и один «Der Nachtmaler». Мириам Хансен хотела отдать их бесплатно, но Маттиссен настояла на оплате и аккуратно убрала чек.

— Что скажете? — спросила она, когда они шагали мимо череды маленьких палисадников к «Гольфу», припаркованному метрах в ста у обочины. — Я чертовски хочу добраться до этих книг. — Она кивнула на пакет. — И до того дела в Кёльне.

Когда Эрдманн вырулил на дорогу, Маттиссен вытащила из пакета «Das Skript» — он успел заметить это краем глаза — и принялась листать первые страницы. Сам он всё ещё думал о разговоре с продавщицей. То, как она говорила о Яне — это уже давно вышло за рамки читательского восхищения. И то, что она уже несколько раз бывала у него дома…

— О Господи!

Он посмотрел на Маттиссен. Та застыла, не отрывая взгляда от раскрытой страницы — в глазах плескался неподдельный ужас.

— Что? Что там?

— Посмотрите сами. — Она повернула книгу к нему.

С первого взгляда он не успел ничего прочесть, но сразу увидел: на правой странице ровный поток набранного текста рассекали несколько слов, вписанных от руки.

Неужели это то, о чём он подумал?

Эрдманн прижался к обочине и остановил машину. Вгляделся в страницу — и холод пробежал между лопаток. Напечатанный текст оказался словом в слово тем же, что и на куске кожи, натянутом на подрамник.

А слова, вписанные от руки, складывались в три строки:

ЧИТАТЕЛЬ.

Криминальный роман.

Анонимус.

ГЛАВА 08.

— Чёрт возьми, — буркнул Георг Шторман.

Он захлопнул книгу и швырнул её на письменный стол — прямо перед Маттиссен и Эрдманом, стоявшими по другую сторону.

— Вы уже знаете что-то подробнее о содержании? Это действительно так, как говорил Дидрих? Насколько точно совпадают факты с тем, что в книге? И нужно ли нам исходить из того, что преступник и впредь будет строго следовать тексту?

Он смотрел Маттиссен прямо в глаза. Она выдержала его взгляд — ни единого движения, ни тени растерянности.

— Как вы знаете, книги мы получили буквально только что.

— Да, разумеется. — Шторман откинулся на спинку кресла. — Но ведь могло быть и так, что вы читали их по дороге сюда — время-то поджимает. Похоже, я слишком многого от вас ожидал.

Очередной укол. Эрдман не был самым большим поклонником Маттиссен — это было бы преувеличением, — но то, как Шторман с ней разговаривал, выходило за всякие рамки. Что бы между ними ни произошло в прошлом, это не должно было выплёскиваться сюда, на работу. Надо будет поговорить с ней об этом позже. Они работают вместе всего несколько дней — но они всё-таки команда.

— Я уже поставила двух коллег на кёльнское дело, — ровным голосом сказала Маттиссен. — Они запрашивают материалы и прямо сейчас входят в курс дела по открытым источникам. Тогда преступника не поймали — так что вполне возможно, что он последовал за Яном в Гамбург и теперь здесь инсценирует преступления из следующего романа.

Короткая пауза.

— Надеюсь только, что автор не слишком разошёлся с количеством жертв.

— По крайней мере, одно преимущество у нас есть.

И Шторман, и Маттиссен вопросительно посмотрели на Эрдмана. Тот указал на книгу.