Пять утра. Свинцовый предрассветный сумрак только начал светлеть, окрашиваясь грязно-синими тонами. Нева открыла глаза, уставившись в потолок. Мозг, заточенный годами на выживание, уже был активен, но тело, изможденное за неделю в лазарете и вчерашней поездкой, отчаянно сопротивлялось. Она повернула голову к окну, за которым царила неподвижная, серая тишина.

«Еще десять минуток», — прошептала она хриплым от сна голосом и снова закрыла глаза, уткнувшись лицом в подушку.

Спустя пару минут, ее сознание пронзил резкий, шипящий звук из рации на тумбочке. Голос был сдавленным, взволнованным, прерывался от быстрого дыхания.

— Нева, прием, срочно! Нева, прием, срочно!

Она с силой выдохнула, не открывая глаз, и еле протянула руку, нащупывая рацию. Схватив ее, она нажала кнопку, ее голос прозвучал глухо, пропитанный сном и раздражением.

— Рон, прием. Ты что, будильником заделался? Пять утра.

— Нева, срочно! — голос Рона не успокоился. — Вижу группу! Движутся к нам с севера, по старому шоссе!

Слова, наконец, долетели до сознания. Нева резко открыла глаза. Несколько секунд она лежала неподвижно, мозг отказывался переключаться с режима «десять минуток» на режим «угроза». Потом, будто ее ударило током, она соскочила с кровати, сердце заколотилось где-то в горле.

— Рон, живые или мертвецы? Вооружены? Ты на въезде? — ее голос стал резким, металлическим, без тени сна.

— Да, на вышке! — доложил Рон. — Живые! Но за ними… за ними шлейф тянется. Мертвых, наверное, пару сотен. Не меньше!

— Черт! — ее рука сжала рацию. — Я сейчас. Держи в обзоре. Любое движение — сразу в эфир.

Она бросила рацию на кровать. Одежда летела на нее с лихорадочной скоростью. Штаны, свитер, плащ, ремень с кобурой. Ни секунды на раздумья, только мышечная память. Через минуту она уже выскакивала из дома, влетая в холодный утренний воздух.

Бегом к своему джипу, на ходу крикнула в сторону главных ворот, где темнела вышка:

— На вышке! Срочно ворота! Открывай!

С вышки спрыгнул человек и бросился к тяжелому механизму. Скрежет цепи и лязг железа нарушили утреннюю тишину. Нева даже не дождалась, пока ворота отъедут полностью, втиснула джип в образовавшуюся щель и вылетела за периметр, нажав газ в пол.

Через несколько минут она уже заскакивала по лестнице на вышку, где дежурил Рон, бледный, но собранный. Он молча сунул ей в руки бинокль.

— Вон. С севера.

Пока она ехала, в голове проносились картинки: хорошо вооруженный отряд мародеров, целенаправленно ведущий за собой орду, чтобы штурмовать Пальмонт. Тактика выжженной земли. Она прильнула к окулярам. В предрассветных сумерках детали различались с трудом. Движущиеся точки. Десятка полтора, не больше. Они шли, но походка была не уверенной, а уставшей, почти шаркающей. Никакого строя. И за ними, на расстоянии, действительно, темнела масса — медленно ползущая, но неотрывная, как хвост кометы.

Она смотрела несколько минут, стараясь уловить детали. Потом поднесла рацию к губам.

— Сет, прием.

Через несколько секунд в эфире раздался сонный, голос:— Нева? Уже выезжаем, что ли? Я только глаза продрал…

— Быстро Джину в охапку и в Вантаун, — отрезала Нева, не отрывая взгляда от бинокля. — Вам минут двадцать. У нас гости с севера. Если то, что за ними идет, перекроет трассу, вы не проедете.

— Нева, что за гости? — голос Сета мгновенно протрезвел.

Она продолжала смотреть в бинокль, ведя с ним диалог на автомате.

— Пока неясно. Группа живых. Непохожи на бандитов. Но за ними хвост — сотни две, три мертвых. Очень большой хвост.

Она на мгновение отвела бинокль, глядя прямо перед собой, потом снова прильнула к нему.

— Ваша задача — проскочить, пока путь свободен. Задание прежнее. В Вантаун.

— Понял, — голос Сета стал жестким. — Выезжаем.

— Сет, как приедете в Вантаун, сразу выйди на связь с Эдом, — резко добавила Нева. — Передай: сегодняшний визит отменяется. Пусть сидят у себя, пока я не выйду на связь. Понятно?

— Понятно. Отменяем.

Связь прервалась. Нева снова прильнула к окулярам. В этот момент первые лучи солнца, пробившиеся из-за горизонта, осветили группу. Теперь видно было четче. Оборванные, грязные фигуры. Мужчины, женщины. Двое детей, которых несли на руках. Они шли, спотыкаясь, их плечи были сгорблены от усталости и отчаяния. Никакого оружия, кроме, возможно, ножей за поясом. Не банда. Толпа беженцев. Изможденных, загнанных в угол.

Расстояние стремительно сокращалось. Она сунула бинокль обратно Рону.

— Минут через двадцать они будут тут. И, конечно же, не пройдут мимо. Притащат эту волну гнили прямо к нашим воротам. Что думаешь?

— Вроде не похожи на банду, — неуверенно произнес Рон, всматриваясь. — Смотри, того парня, впереди, чуть ли не волочит ногу. Беженцы.

Нева с силой ударила кулаком по деревянному столбу вышки.

— Черт! Как разобрать — враг или друг? Если друг — то самый дорогой в мире. Орда в придачу.

— Надо что-то делать, Нева, — тихо, но настойчиво сказал Рон. — Или их там догонят и сожрут, пока мы решаем. Или они сюда прибегут, и нам придется потратить кучу патронов, отбиваясь и от мертвых, и, возможно, от них. Третьего не дано.

Нева схватилась за свои короткие волосы, сжала их в кулаки. В висках стучало. Глаза горели от бессильной ярости перед этим выбором.

— Черт! Черт! — ее крик был негромким, но полным отчаяния.

Прошла минута. Всего одна. Но за эту минуту в ее голове пронеслись все варианты, все «за» и «против». И все они были плохими. Но один был чуть менее плохим, чем бездействие.

Она резко развернулась.

— Рон, всех свободных сюда! — крикнула она, уже спускаясь по лестнице с неестественной скоростью. — Я за ними!

В несколько прыжков она оказалась внизу, вскочила в свой джип, резко завела его и, не дожидаясь никого, рванула с места, выжав газ в пол. Одной рукой она схватила рацию.

— Том, прием!

—Том на связи, — послышался уже бодрый, собранный голос. На фоне были слышны крики и быстрые шаги — тревога сработала, люди спешили к постам.

— Срочно! — почти кричала Нева в рацию, вписываясь в поворот на старую трассу. — Как только я вернусь и Сет выедет на трассу. Грузовик! Перегородить им трассу перед поворотом на Пальмонт! Не дать им свернуть к нам! Попробуем отправить их дальше по трассе, мимо. Если повезет, орда пройдет за Сетом.

— Понял! — коротко ответил Том. — Грузовик на трассу. А ты куда?!

— Я за людьми! — ее голос заглушал рев мотора. — Без моей команды огонь не открывать! Повторяю, ни в кого не стрелять!

Она бросила рацию на пассажирское сиденье. Перед ней расстилалась прямая дорога. Впереди, на расстоянии пары километров, она уже могла разглядеть без бинокля кучку людей и темную, колышущуюся массу позади них. Сердце колотилось где-то в горле. Она схватила рацию снова, переключив канал.

— Сет, прием!

Через пару секунд в эфире послышался ровный гул мотора и голос Сета:

— Я на связи. Уже выезжаем на трассу.

— Отлично. Слушай внимательно, — голос Невы был резким, как удар стеклореза. — Выезжаешь на трассу и ждешь. Как только я сверну...

Сет перебил ее, его голос стал напряженным:

— Нева, что за люди? — спросил Сет, и в его голосе сквозь напряжение прорвалась тревога. — Ты уверена?

— Нет! — почти выкрикнула она, и в этом крике было все ее отчаяние и ярость от безысходности. — Нет, черт возьми, не уверена! Но этот... этот долбаный врач внутри меня кричит, что надо спасать! Понимаешь?!

Она сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, и продолжила уже более собранно:

— Так вот. Как только я сверну, Том перегораживает дорогу в Пальмонт. Ты ждешь. Ждешь, пока эта толпа мертвых не подойдет к развилке. Как только они будут рядом, заводишь и ведешь их за собой по трассе. Прочь отсюда. Понял?

Сет выдохнул в рацию. Было слышно, как он перекладывает ее из руки в руку.

— Понял, — его голос снова стал твердым и деловым. — Отвлекающий маневр. Будь осторожна.

— И ты, — бросила Нева и бросила рацию на сиденье.

Больше отвлекаться было нельзя. Она прибавила газу, и джип рванул вперед, навстречу беженцам и плетущейся за ними смерти. Теперь все было решено. Оставалось только действовать.

Люди, увидев несущийся на них джип, отреагировали не криком радости, а животным ужасом. Они сбились в кучу, замахали руками, пытаясь то ли остановить ее, то ли отогнать. Кто-то из мужчин инстинктивно выставил вперед палку, жалкое подобие оружия. Они были слишком измотаны, чтобы думать о спасении; их реакция была реакцией загнанного зверя на новый, непонятный шум.

Нева резко ударила по тормозам, бросив джип в занос. Грязь и щебень полетели из-под колес. Она распахнула дверь, не заглушая мотор, и, высунувшись по пояс, крикнула им, перекрывая рев двигателя:

— Быстро! В кузов! Все! Сейчас же!

В ее голосе не было ни жалости, ни ободрения. Только стальная команда, не терпящая возражений. Эта интонация сработала лучше любых уговоров. Замершие на мгновение люди словно получили электрический разряд. Первым пришел в себя мужчина, тащивший на спине ребенка. Он рванулся вперед, увлекая за собой женщину. Остальные, как стая испуганных овец, бросились за ним.

Нева, не отрывая глаз от зеркала заднего вида, видела, как темная масса мертвецов приближается. Расстояние сокращалось с пугающей скоростью. Она слышала их протяжное, хриплое завывание, которое уже не было просто фоном, а становилось осязаемой угрозой. Передние ряды орды, почуяв близкую добычу, ускорились, их руки уже тянулись к джипу.

— Быстрее! — закричала она снова, ее пальцы барабанили по рулю.

Люди карабкались в кузов, падали, поднимались, толкали друг друга. Последняя женщина, споткнувшись, чуть не упала под колеса. Мужчина схватил ее за куртку и втащил внутрь. В кузове было тесно, люди давили друг на друга, но все, казалось, поместились.

— Все? — рявкнула Нева, не оборачиваясь.

— Все! — кто-то крикнул в ответ истощенным голосом.

В тот же миг она вдавила газ в пол. Джип рванул с места так резко, что люди в кузове повалились друг на друга. Нева смотрела вперед, на дорогу. В зеркале она видела, как первые мертвецы, не успев затормозить, налетели на то место, где только что стояла машина, и начали падать, давя друг друга. Но это была лишь небольшая часть. Основная масса, как темная река, разлилась по дороге и, не останавливаясь, продолжила движение. Теперь их целью был джип.

Нева мчалась по трассе, стараясь держать скорость, но не трясти пассажиров насмерть. Люди в кузове молчали, пригнувшись от ветра и страха. Только слышался прерывистый детский плач.

Впереди показался поворот на Пальмонт. И прямо перед ним стояла фура. Рядом с кабиной, прислонившись к колесу, курил Сет. Он был спокоен, как скала.

Нева резко свернула на боковую дорогу, ведущую в Пальмонт. В зеркале она увидела, как Сет, не торопясь, швырнул окурок, забрался в кабину и завел двигатель. Фура медленно, с натужным ревом, тронулась с места. Сет начал сигналить — длинные, настойчивые гудки, призванные привлечь внимание орды.

Тем временем, на самой развилке, грузовик развернулся поперек дороги, наглухо блокируя въезд в город. В его кузове стояли несколько вооруженных людей. Их лица были напряжены, стволы смотрели в сторону подступающей орды. Их задача была ясна: если кто-то или что-то из этой толпы попытается свернуть к Пальмонту — уничтожить на подступах. Это был жесткий, но необходимый заслон.

План сработал. Мертвецы, уже почти достигшие поворота, замедлились на секунду, привлеченные новым, более громким звуком и крупной целью. Их безмозглое внимание переключилось с маленького джипа на огромную, шумящую фуру. Как стая рыб, они развернулись и потянулись за Сетом, который медленно уводил их по главной трассе прочь от Пальмонта.

Нева подъехала к главной вышке у ворот и резко заглушила мотор. Тишина, наступившая после рева двигателя, была оглушительной. Из кузова начали медленно, неуверенно вылезать изможденные люди. Они осматривались по сторонам с животным страхом и зарождающейся надеждой.

К машине уже бежали Рон с парой бойцов, держа оружие наготове, но стволы были опущены. Двери джипа распахнулись и Нева вышла из кабины.

— Рон, обыщи их, — ее голос был хриплым, но твердым. — Аккуратно. Забери все, что похоже на оружие. Все, что вызывает подозрения. Без грубостей.

Рон кивнул и с двумя бойцами начал мягко, но настойчиво проверять карманы и немногочисленные вещи новичков.

Нева повернулась к группе спасенных. Они стояли, пошатываясь от слабости, вцепившись друг в друга. Их глаза, огромные на исхудавших лицах, смотрели на нее.— Вы в безопасности, — сказала она, и ее голос на мгновение потерял стальную твердость, став просто уставшим. — Можете выдохнуть.

Люди молча кивали, некоторые плакали, не в силах сдержать облегчения.

— Откуда вы? И куда, черт возьми, держали путь? — спросила Нева, скрестив руки на груди. Ей нужно было понять масштаб беды.

Вперед вышел самый старший из мужчин, с поседевшей щетиной и впалыми щеками.

— Мы... мы давно в дороге, — его голос был слабым и прерывистым. — Искали еду, припасы. Но все уже разграблено, все пусто... Решили свернуть в один город, на карте он был обозначен... и нарвались там на них. Сотни. Прямо в центре. Бежали, сколько сил было, но оторваться не смогли. Они шли по пятам... силы уже покидали. Многих потеряли... — он опустил голову.

Потом он посмотрел на Неву с странным блеском в глазах.

— Но недавно... мы увидели вертолет. В небе. Высоко. И обрадовались, поняли — где-то жизнь есть. Как раньше. И мы пошли на этот звук, на эту надежду... А они... они шли за нами. Спасибо, что спасли. Мы уже думали... нам конец.

Нева слушала, не перебивая. Ее лицо не выражало эмоций, но внутри все сжалось. Вертолет. Их вертолет. Их сделка с Эдом и Балтом. Косвенно, но это они привели этих людей и орду к своему порогу. Цепочка случайностей в этом аду была жестокой.

Она кивнула, коротко и деловито.

— Понятно. Сначала обогрейтесь, поешьте. Потом поговорим подробнее.

Она отошла в сторону, дав возможность другим сделать свою работу. И снова чувствовала на себе этот груз. Груз надежды, которую они сами, того не желая, подарили этим людям. Теперь им придется эту надежду оправдывать. Ценой своих скудных ресурсов, своего спокойствия, своей крови.

«Вертолет», — мысленно повторила она. Еще одна проблема, которую нужно было решать. Но сначала нужно было накормить этих людей. Все остальное — потом.