Первое время ехали молча. Шины машины с шорохом катились по растрескавшемуся асфальту, ухабы заставляли кузов вздрагивать, а стены дребезжать. За окнами проплывали серые пустоши — мёртвые поля, обломки когда-то живых деревень, заросшие дороги.

Эд держал руль крепко, сжав пальцы. Он сосредоточенно смотрел вперёд, ловя каждое движение дороги, каждый порыв ветра. На переднем сидении рядом с ним сидела Ливия, держа на коленях папку с документами. Она аккуратно пролистывала страницы, скользя взглядом по своим собственным заметкам: мутации вируса, предположения о природе "оживления", гипотезы о возможной вакцине. Эти бумаги были для неё якорем в этом новом, разрушенном мире. Тем, что напоминало о цели, о долге. Позади сидели остальные. София положила голову Питеру на плечо и что-то шептала ему, а он, морщась от мыслей, машинально поглаживал её волосы. Джулия и Мия сидели за столиком и смотрели в окно. Оскар, развалившись в дальнем углу, таращился тоже в окно, ритмично постукивая пальцами по сиденью, будто отбивая неслышный марш.

За окнами медленно тянулись деревья и обугленные строения. Небо было тяжёлым, мутным, цвета грязного молока, и ветер гнал по обочинам клочья пыли.

Прошло несколько часов. Тишина стала почти физической, обволакивающей.

— Как думаете, мы кого-нибудь встретим? — вдруг спросила Мия, нарушая молчание.

Её голос был негромким, почти испуганным. Все слегка вздрогнули от неожиданности.

Ливия подняла глаза от бумаг.

— Возможно, — ответила она. — Людей ещё много. Не все погибли. Некоторые прячутся. Выживают.

— Или хуже, — буркнул Оскар, не оборачиваясь.

София подняла голову:

— Мы должны быть готовы ко всему. Но и к хорошему тоже.

Питер кивнул:

— Главное — помнить, зачем мы едем.

Слова висели в воздухе, будто становясь молитвой.

Эд повернул голову к Ливии на мгновение:

— Ты уверена, что дорога через старую трассу безопасна?

Ливия посмотрела на карту, разложенную на коленях, потом снова на свои записи.

— Безопасной её не назовёшь, — призналась она. — Но, Питер говорит, это наш единственный шанс.

Машина подпрыгнула на кочке. Из динамика в панели раздался тихий скрежет — будто призрак радиоэфира ещё жил где-то в проводах. Ливия на секунду задержала взгляд на приборной панели. "Только бы техника выдержала," — подумала она. "Только бы мы выдержали."

После обеда группа решила сделать привал. Они выбрались из машины и разожгли костёр на небольшой поляне. Дым от сыроватых веток тянулся в пасмурное небо. Ливия и София возились с котелком, в котором разогревалась тушёнка, а рядом на плоском камне тихо кипел чайник.

Все расселись вокруг огня — кто на рюкзаках, кто прямо на земле, постелив куртки. Лёгкий ветер шевелил волосы, огонь приятно грел лица и руки. Измученные дорогой, они расслабились: кто-то шутил, кто-то лениво подтрунивал друг над другом. На мгновение казалось, что весь ужас мира остался где-то очень далеко.

Ливия незаметно наблюдала за Питером и Джулией. Они выглядели бодро, но ей нужно было знать точно: переболели ли они? Есть ли у них антитела? В лаборатории на острове это заняло бы считанные минуты. Сейчас же оставались только слова и догадки. Выбрав момент, когда разговор стих, Ливия наклонилась ближе к Питеру:

— Питер… — тихо начала она. — Как ты встретил начало эпидемии?

Питер поставил кружку с чаем на землю, задумался. Пламя костра плясало в его усталых глазах.

— Помните Вэла? Второго охотника? — спросил он.

— Конечно, — кивнула Ливия.

— Это мой старый друг. Мы с ним и ещё пятеро наших приятелей собрались на охоту. Сняли домик в горах. Отдых был отличный — костры, охота, вечера с байками и песнями.

— Прям как в старых фильмах, — улыбнулся Оскар, перебивая его.

Питер усмехнулся, но улыбка была горькой.

— Тогда всё ещё казалось простым. Однажды мы встретили незнакомца — тоже охотника. Он сказал, что в городе вспышка гриппа. Мы отмахнулись. Думали, это просто слухи.

— Классика, — пробормотал Эд, потирая руки у костра.

— Через пару дней начались симптомы, — продолжил Питер. — Слабость, температура. Некоторые даже не могли встать с кроватей. Мы с Вэлом свалились, пролежали дня два… Потом вроде бы стало лучше. Мы пошли на охоту — хотели приготовить ужин на всех… А когда вернулись… — голос Питера дрогнул, — все наши друзья были мертвы.

На мгновение наступила тяжёлая тишина. Даже костёр словно приглушил своё потрескивание.

— И что вы сделали? — тихо спросила София.

— Запаниковали. Хотели вызвать скорую, полицию, связи не было… — он мотнул головой. — Вскоре один из них… вернулся. Но это был уже не человек.

Оскар тихо выругался.

— Мы убежали, отправились в город за помощью. Но там уже был ад: горящие дома, драки за еду, мертвецы на улицах. Кто-то оживал прямо на глазах… Мы прятались, скитались. Несколько месяцев пытались выжить. Потом наткнулись на церковь. Там мы и остались.

Как только Питер замолк, напряжённую тишину прорвали странные звуки, доносящиеся от их фургона — глухое шарканье, приглушённое рычание. Мужчины мгновенно насторожились.

Оскар и Эд выхватили ножи из-за поясов. Питер выхватил из кобуры пистолет.

— Сидите здесь! — бросил Эд, кивнув девушкам. — Мы сами разберёмся.

Они тихо скользнули в сторону фургона. Ливия, Мия, София и Джулия остались у костра, затаив дыхание. Напряжение висело в воздухе тяжёлой, липкой волной. Каждая секунда растягивалась в вечность.

И вдруг — прямо за спиной Мии — раздалось злобное шипение. Мия успела только взвизгнуть, отшатнулась вперёд и, споткнувшись, упала на колени, поползла к костру. София закричала вслед за ней, инстинктивно закрывая голову руками. Ливия в одно мгновение сорвалась с места, бросаясь к оружию, которое лежало на расстеленной куртке неподалёку. Из тени выполз оживший — высокий, изломанный, с грязными когтистыми руками. Он потянулся к Мии, его обесцвеченные глаза горели голодом. Но прежде чем он успел схватить её, Джулия, действуя с неожиданной решимостью, выхватила нож из-за пояса. Одним быстрым движением она вонзила его прямо в голову ожившего. Тот издал глухой хрип и рухнул вперёд, всей тяжестью навалившись на Джулию.

— Чёрт! — выдохнула Ливия, подбегая. Она вцепилась в мертвое тело, пытаясь его стянуть. — София! Помоги!

София сначала стояла в ступоре, побелев, как полотно, а потом, споткнувшись о собственные ноги, бросилась на помощь. Вместе они с усилием стащили труп с Джулии. Та лежала на земле, дрожа, но целая. На их крик быстро вернулись мужчины. Оскар кинулся к Мии, поднял её с земли:

— Ты не ранена?! Он не укусил тебя?!

Мия, плача, замотала головой:

— Нет... я цела... цела...

Эд подбежал к Ливии и Джулии, быстро осматривая их:

— Вы в порядке?!

— Да, мы целы, — тяжело дыша, ответила Ливия. — Но нам надо срочно уезжать. На наши крики могут прийти ещё.

Не теряя времени, они сбили остатки лагеря: потушили костёр, собрали вещи как попало. Вокруг уже слышались далёкие стоны и бряцание камней — к ним двигались другие ожившие. Они прыгнули в фургон, хлопнув дверями, и сорвались с места. Фургон тряхнуло на ухабах, и они понеслись прочь от проклятого места. За окнами мелькали деревья — искорёженные, зловещие, словно искривлённые в беззвучном крике. Внутри фургона стояла напряжённая тишина. Только тяжёлое дыхание и судорожные всхлипы Мии нарушали гнетущую атмосферу. Оскар не выпускал её из объятий, прижимая к себе, будто мог заслонить от всего кошмара этого мира. Ливия сидела рядом с Джулией, обняв её за плечи. Эд вёл машину, крепко сжимая руль, мрачный, сосредоточенный. Питер сидел на переднем сидении, его лицо было каменным. Внутри каждого из них медленно нарастало холодное понимание: их уязвимость стала очевидной. Больше нельзя расслабляться даже на миг.

— Как ты? — тихо спросила Ливия у Джулии, стараясь, чтобы её голос звучал спокойно.

— Я… в порядке, — прошептала та, не поднимая глаз. — Спасибо тебе…

— Это ты спасла нас, — сказала Ливия серьёзно. — Ты молодец.

Фургон подпрыгнул на очередной выбоине. Где-то вдалеке, за лесами, слышались глухие стоны. Ливия, всё ещё держа руку на плече Джулии, вдруг с удивлением спросила:

— Джулия… как ты так быстро среагировала? Без колебаний… Это было… — она замялась, подбирая слова, — невероятно.

Джулия опустила взгляд на свои руки, всё ещё испачканные засохшей кровью, и едва заметно улыбнулась — устало, горько.

— Я долго была одна, — тихо сказала она. — После того как всё началось… Я скиталась, пряталась, сражалась. И… училась. Училась выживать. Иначе бы меня здесь не было.

Ливия слушала молча, чувствуя, как где-то внутри сжимается сердце.

Эд мельком глянул в зеркало заднего вида, посмотрел на девушек и сказал хриплым голосом:

— София и Мия… — он на мгновение замолчал, подбирая слова. — Они никогда не были за воротами лагеря. Всё время — за стенами. Под защитой.

Фургон на секунду подпрыгнул на яме, но никто даже не шелохнулся.

— Им нужно учиться, — продолжил Эд. — Учиться стоять за себя. Иначе… — он сжал руль сильнее, побелевшими пальцами. — Иначе то, что случилось сегодня, может повториться. Здесь нельзя застывать от страха. Нужно действовать. Мгновенно.

Никто не ответил. Все понимали, что Эд прав.

Прошло ещё около часа. Фары выхватывали только пустую дорогу да дикие кусты по обочинам. С каждой минутой лица в фургоне становились всё напряжённее — усталость наваливалась тяжёлым грузом.

— Там впереди что-то есть, — тихо сказал Питер, кивнув на поворот.

Эд сбавил скорость. За деревьями виднелась старая каменная сторожка — полуразвалившаяся, покрытая мхом, с выбитыми окнами. Похоже, когда-то это был дом лесника или охотничья застава.

Фургон остановился на обочине, фары выхватили стены и покосившуюся дверь.

— Похоже, пусто, — сказал Оскар, щурясь в темноту.

— Нужно проверить, — отрывисто бросил Эд.

Мужчины снова вытащили ножи. Ливия схватила пистолет. На этот раз никто не оставался безоружным. Проверка прошла быстро: сторожка действительно была пуста. Лишь потрескавшийся пол и старые разбитые стулья напоминали, что здесь когда-то жили люди.

— Лучше, чем ночевать в лесу, — сказал Эд, оглядываясь.

Он загнал фургон за дом, чтобы спрятать его с дороги, и они начали устраиваться на ночь. Внутри сторожки развели маленький огонь в старом камине, плотно завесив окна подручными тряпками, чтобы свет не пробивался наружу.

— Организуем дежурства, — сказал Эд, когда все собрались внутри. — Спать по очереди. Два человека на посту, остальные отдыхают.

— Я могу первая, — быстро вызвалась Ливия. — Со мной… Эд?

— Без проблем, — кивнул он.

— Тогда я и София — после вас, — добавил Питер.

— А я с Джулией последними, — сказал Оскар, глядя на неё внимательно. — Но, если кто-то устанет, меняйте сразу.

Все согласно закивали. Они быстро разложили спальники и куртки на полу, стараясь разместиться компактно. Мия прижалась к Софии, шепча что-то о доме. София обняла её, утешая.

Пока остальные укладывались, Ливия с Эдом заняли позиции у окон, выглядывая в ночь. Темнота снаружи была густой, как чернила, и казалось, что в ней прячутся тысячи глаз. Ливия крепче сжала пистолет. Она знала: эта ночь будет долгой.

Но они держались вместе.

Ночь прошла на удивление спокойно.

Смены менялись каждые три часа: Ливия и Эд, затем Питер с Софией, и под утро Оскар с Джулией. Уставшие, но живые, они вновь ощутили, как ценно просто встретить рассвет. Когда первые серые лучи проникли через щели в окнах, Джулия разбудила остальных лёгким прикосновением к плечу.

Они быстро перекусили — жесткое, холодное мясо из консервов и тёплая вода из термоса. Разговоров почти не было. Все были погружены в собственные мысли, но общее настроение оставалось бодрым: они пережили ещё одну ночь.

— Ладно, — сказал Эд, смахивая крошки с колен. — В путь.

За руль сел Питер, ловко управляя фургоном, словно всю жизнь водил такие тяжёлые машины. София забралась на переднее сидение рядом с ним, осторожно, словно боялась что-то задеть. Эд развернул карту на коленях. На ней уже красовались аккуратные пометки — маленькие крестики и короткие надписи.

— Будем помечать всё, что видим, — сказал он. — Города, оживших, пригодные для стоянки места.

Ливия сидела рядом с Мией и Джулией, иногда поглядывая в окно. За ландшафтом внимательно следил Оскар, вооружённый винтовкой — на случай, если кто-то выбежит из леса. Фургон катился по разбитой дороге. Иногда мимо проносились заброшенные фермы, пустые дома с выбитыми окнами, заросшие бензоколонки. Мир мёртвых молчаливо смотрел на них. Иногда ожившие всё же попадались.

— Слева, в поле! — воскликнула София.

Все повернули головы. Там, среди пожелтевшей травы, одиноко шатались двое оживших — одна женщина в рваном платье и высокий мужчина с выломанным плечом. Питер резко притормозил. Фургон тихо заскрипел тормозами.

— Это шанс, — сказал Эд, оборачиваясь к остальным. Его голос был твёрдым. — Мия. София. Пора учиться.

Девочки переглянулись. Мия нервно сглотнула, София крепче сжала нож, который висел на поясе.

— Мы не оставим вас одних, — быстро добавила Ливия, видя их испуганные лица. — Мы рядом. Просто... вы должны попробовать сами.

— Цель — голова, — коротко напомнил Оскар, вскидывая винтовку, но не нацеливаясь. — Только так их можно остановить.

Они вышли из фургона. Хруст травы под ногами звучал как выстрелы в тишине. Ожившие, почуяв движение, повернулись. Их движения были вялыми, как у пьяных. Но угроза была реальной. Мия держала нож обеими руками, её пальцы дрожали. София прикусила губу, но сделала шаг вперёд.

— Вдвоём, — шепнула Ливия, подталкивая их. — Работайте вместе. Одна отвлекает, другая наносит удар.

Женщина-мертвец зашипела, рванулась к ним, залипая в высокой траве. Мужчина побрёл медленнее, но угрожающе.

— София! — крикнула Мия, неуверенно отступая.

София метнулась вперёд, привлекая внимание ожившей. Женщина захрипела и потянулась к ней грязными руками. В этот момент Мия, сжав нож покрепче, в отчаянном порыве бросилась сбоку и всадила лезвие в шею. Но рана была не глубокой — ожившая только зашипела и замахнулась на неё.

— Выше! Висок или темя! — выкрикнул Эд, не вмешиваясь.

— Давай! — крикнула София, отскочив в сторону.

Мия всхлипнула, перехватила нож и со всей силы вонзила его в висок женщины. Та затряслась и повалилась в траву.

Мужчина-мертвец всё ещё приближался. На этот раз София. Мия обежала его, отвлекая, а София, набравшись немного уверенности, пошла в атаку. Они действовали неловко, хаотично, но слаженно.

— Режь! — задыхаясь, выкрикнула Мия.

И София всадила нож ему в висок, опрокидывая тушу в траву. На поле повисла тишина. Девочки стояли, тяжело дыша, с залитыми потом лбами. Их ножи были испачканы грязной, вонючей кровью.

— Молодцы, — спокойно сказал Эд, подходя к ним. — Неплохо для первого раза.

Оскар одобрительно хмыкнул. Ливия поспешила обнять Мию, дрожащую как осиновый лист.

— Ты справилась, малышка. Ты смогла.

София вытерла лицо рукавом и попыталась улыбнуться.

— Я... думала, что обмочусь от страха, — прошептала она, и даже Питер невольно усмехнулся.

— Это нормально, — сказал он. — Главное — не застывать. Двигаться. Бороться.

Они вернулись к фургону. Девочки загрузились внутрь первыми, всё ещё оглядываясь по сторонам.

Когда фургон вновь тронулся, Джулия тихо сказала:

— Дальше будет сложнее.

— Почему? — спросила Ливия, чувствуя, как внутри у неё сжимается тревога.

Джулия провела пальцем по карте, показывая густые пятна населённых мест.

— Чем ближе к крупным городам, тем больше было людей... а значит, теперь там больше оживших. Тысячи. Толпы.

— Мы можем объехать? — спросил Оскар.

— Может, и сможем, — сказала Джулия. — Но полностью избежать встречи — нет.

Все на мгновение замолчали, вглядываясь в горизонт, где смутно вырисовывались горы и силуэты разрушенных зданий вдали.

— Тогда надо быть готовыми, — твёрдо сказала Ливия. – Джулия я очень рада, что ты поехала с нами. Ты тут уже была и твои советы бесценны.

В ответ Джулия кивнула и улыбнулась.

Ночью они остановились в заброшенной деревне, где полуразвалившийся амбар предоставил хоть какое-то укрытие от ветра. Заткнув проёмы старым мусором и досками, чтобы свет не пробивался наружу. Огонь развели в железной бочке, накрыв её сверху решёткой. Тусклое, неровное пламя освещало уставшие лица. Ливия сидела, обняв колени, прислонившись к стене. София и Мия тоже молчали, грея руки над огнём. Джулия чистила свой нож, движение её было медленным и автоматическим.

— Завтра будем осторожнее, — заговорил Питер, разворачивая карту на коленях. — Есть две дороги: через мост или в обход лесом. Мост короче, но там могут быть завалы.

— Или засады, — добавил Эд, потирая подбородок. — На мостах всегда скапливаются ожившие. Либо тупик, либо ловушка.

— Тогда лес, — сказала Ливия. — Медленнее, но безопаснее.

— Не факт, — встряла Джулия. — В лесах часто прячутся те, кто хуже оживших.

Она бросила короткий взгляд на девушек.

Все замолчали. Ветер выл в трещинах стен. Огонь потрескивал.

— Я... — вдруг тихо сказала Мия. — Я хочу научиться стрелять.

— И я, — поддержала её София.

Эд кивнул с одобрением:

— Хорошо. Завтра потренируемся. Питер покажет, как обращаться с карабином.

Питер кивнул, отвлекаясь от карты:

— Главное — научиться не паниковать. Остальное — дело привычки.

Мия прикусила губу, опустив глаза. София сжала её ладонь. Оскар, всё это время молча ковырявший сапог ножом, вдруг поднял голову:

— Вы всё правильно делаете. Мир не вернётся обратно. Теперь вы должны быть сильными.