Фиаско с пустившей трещину поллитровой банкой из-под повидла, любезно предоставленной администрацией общежития взамен стаканов, было единственным за тот вечер. В остальном всё прошло как планировалось. То есть дождались приглашения на смычку видных представительниц города с посланцами другого города. Хотя Мишка поначалу сомневался.

- Ты дал незнакомой девке пять рублей за устное обещание пригласить нас в гости? Да тебе динамо крутят!

- Миш, мы с тобой и сами динамовцы, не бзди. Чай девушки не из колхоза «Напрасный труд», из-за пятёрки кидать двух таких гарных парубков не станут.

- Так они нас не видели еще.

- Меня они видели, ну не все, одна из них. А за тебя я поручился. Мол, такой же, только еще лучше.

- Вот это ты верно сказал. Ладно, будем надеяться, что тебя не прокатят.

Их не прокатили, как стемнело, в дверь робко постучали, так робко, что даже спортсменам стало ясно – в фанеру долбится девичий кулачок. А потом их позвали на маленький ужин, переходящий в безудержную пьянку, если таковая может проистечь из двух бутылок столового вина, «сухаря», если выражаться терминами Михаила. С его точки зрения такое вино было уже почти кидалово, хотя он этого слова еще не знал. С другой стороны, у человека даже возможности не появилось нарушить спортивный режим. Стакан сухого вина за нарушение никто не сочтёт.

Зато девушкам этих несерьёзных градусиков хватило, чтоб почувствовать атмосферу вседозволенности, ощутить себя порочными и доступными. Юницы оказались неизбалованными портвейном, а все их знания про водку были теоретическими. Зато по части…

Впрочем, тебе, дорогой читатель, никто не обещал фривольны подробностей и описаний эротического угара, творящегося в здании общежития пединститута. Фантазируй-ка ты сам, как хлопок халата полз по нежной коже, обнажая плечико комсомолки, как прерывисто дышали подруги, провожая Веру в триста одиннадцатую комнату вместе с Тимуром, как потом они набрасывались на Михаила и требовали от него лишь одного – имени той, которая останется в их комнате, потому как две другие студентки прямо сейчас вспомнят про очень важные дела и уйдут с ночёвкой к подругам. У нас с вами не «Декамерон» небось, у нас бытовое фэнтези про попаданца.

Ну вот, вы уже сами всё представили, можно переходить к следующему. А что дальше? Дальше у нас соревнования, квалификационные стрельбы и начальник команды, довольный тем фактом, что никакого нарушения дисциплины в команде, все спортсмены смотрят честными глазками и выдыхают исключительно углекислый газ, неосквернённый парами спирта.

Квалификация состояла из серий по три выстрела на всех четырёх дистанциях. Почему по три и почему на выстрелы даётся именно две минуты? Тимур этого не знал, ему было всё равно. Дистанции в тридцать, пятьдесят, семьдесят и девяносто метров ждали не только его, они ждали всех. Читатель, ты можешь себе представить девяносто метров? Чтоб тебе было легче это сделать, скажем, что соревнования проводились на футбольном поле, стандартная длина которого равняется ста шести метрам. То есть на крайней самой длинной дистанции приходится лупить в квадрат со стороной сто двадцать два сантиметра чуть не через всё поле.

Мало в квадрат попасть, желательно поближе к центру, а еще неплохо попасть в свой, а не вообще. Если случится такой косяк, то перестрелять не дадут. А если стрелы у стрелков одинаковые, если нельзя с уверенностью сказать, какая стрела в мишени твоего соперника зафигачена тобой от щедроты душевной, то ему засчитают четыре лучших попадания, а тебе дырку от бублика плюсом к тем стрелам, что будут торчать в твоей мишеньке.

А на тридцатник стрелять вообще легко! Но есть нюанс: там мишень всего тридцать сантиметров, без сноровки не попадёшь. Одна радость, что на короткой дистанции ветер не так влияет на полёт стрелы. Зато очень хорошо видно рещультаты стрельб соперников.

С ветром в день квалификации Тимуру повезло, вернее с его отсутствием. Если верить Игорю Гавриловичу, то на соревнованиях такого уровня допускается только один мешающий фактор из трёх: ветер, дождь или солнце в глаза. Солнце убрали путём правильной ориентировки направления стрельб, дождь запретили решением местных партийных органов, а с ветром тупо повезло.

Квалификация есть сепарация агнцев от козлищ, проводимая для того, чтоб сократить количество участников основной «длинной» части соревнований. И судя по лицам стоящих справа и слева от Тимура соперников, в финал пройдут как раз не агнцы. Хотя один-то ангел там окажется, решил он и настроился на результат. Да, более прочих под ангела косил именно он. Буряты, ребята классные, но уж очень своеобразная у них внешность. Тут тебе и абсолютная бренетистость, и перманентный загар во всё лицо, и неистребимая уверенность на том самом лице, что лучшие стрелки это они сами и никто иной. С учётом ГДРовских фильмов про индейцев, массово шедших в это время в прокате, складывался образ эдакого Чингачгука советского разлива. А уж лучше индейцев с луком не управляется никто.

Историки-эллинисты могли бы с нами поспорить. Погодите, сказали бы они, кто лучший стрелок и лука, если не Купидон, посланец любви? Этот стрелок-проказник выбил дуплет еще вчера, за день до начала соревнований, сказали бы они. И были бы правы. Тимур со своими серо-голубыми глазами, лёгкой блондоватостью и нежными щёчками херувима в строй индейцев не вписывался категорически. Еще и рост не давал затеряться. Он явный аватар Купидона. Почему он? Сероглазых блондинов, если уж говорить честно, на этих соревнованиях хватало, но за них мы болеть не будем, герой книги известен. Тем более, что среди гостей он самый юный и румянощекий.

Ну что, начали. Кто видел одни массовые соревнования лукарей, тот по доброй воле на вторые не пойдёт, чего он там не видел? Встали в одну шеренгу все в белом как секта последователей Остапа Бендера, покрасовались перед немногочисленными свидетелями. Подошли по команде, помацали стрелы, покрутили головами, определяя состояние атмосферы. Для антуражности бы еще неплохо взять в щепоть толику сухих листьев и травинок, подбросить в воздух, заклинание прошептать, но регламент такое не предусматривает.

А потом по следующему сигналу все дружно начали посылать стрелы в сторону мишеней. Три выстрела за две минуты можно не успеть сделать только в одном случае, если отходить к позорной трубе на штативе и высматривать свой результат. Чего его смотреть, пуляй дальше! Тимур не смотрел, пусть этим судьи занимаются. Он просто накладывал, натягивал и отпускал. А уже дальше всё происходило почти само. Его стрелы втыкались не то в жёлтое, не то в красное. На первый двух дистанциях это было достаточно хорошо видно.

А потом были дальние дистанции, где он просто стрелял в сторону своей мишени с нужным возвышением, чтоб стрелы имели возможность долететь до цели. Искать глазами серединку – это извините, это пускай индейцы делают, вон они как старательно щурятся. Или у них такой разрез глаз? У Тимура глаза большие, и то он ими хрен что с такого расстояния видит.

Короче говоря, некогда целиться, стрелять надо! Истинность этого посыла стала понятна всем, когда начало дуть. Не сильный ровный ветер, не шквал, а вполне умеренный слабыми порывами. Ага, а Тимур уже отстрелялся, уже покуривает бамбук, стоя на рубеже и наблюдая, как сносит ветром оперённые алюминиевые трубочки его соперников. А он тут не причём, что характерно, просто им не повезло. Просто не все прошли квалификацию. Так все и не должны были, её для того затеяли, чтоб не затягивать мероприятие.

- Ну что, парни, я считаю, что результат нормальный! – Начальник команды стоял перед своими подопечными и мягонько их распекал. – А что, двое из пятерых прошли в финал, хорошо же! Хотя бы у двоих руки растут из плеч. А то тяжело небось, когда и руки из задницы, и думаешь этим же органом, и сидишь на нём. Да?

- Иван Иванович, не сгущай краски. Парни старались. – Старший тренер не мог остаться в стороне, его честь тоже была задета словами начальника. – Шквалистый ветер, всем было тяжело.

- Но не все пуделяли в белый свет как в копеечку! Что мы скажем руководству клуба? Мне звонить сегодня, отчитываться, между прочим! – Иван Иваныч вел диалог с Эльдаром Мухамедзянычем, потому как прочим слова не давали.

- Скажем, что двое наших молодцов пробились в финал, что у нас есть все шансы на… э-э-э достойно себя показать на Кубке.

- Да?

- А есть другие варианты? Ну скажи, что мы жидко обосрались, заплакали и едем домой.

- Идиот что ли?! Зачем ехать в Москву, когда у нас двое в финале?

- А я тебе про что толкую? Хорошо же всё! Михаил и Тимур ответственно отнеслись к соревнованиям, наверняка вечером не балду пинали, а настраивались на результат. Да, парни?

- Так точно! Тренировали аморально-волевые качества!

- Надо говорить «морально-волевые», умник ты наш волевой. Вот и сегодня готовьтесь. Как сказал политрук Клочков, широка Россия, а отступать некуда, позади Москва. А у нас с вами она и впереди. С чем вернёмся, так и встретят.

- Миша, вы с Чирковым молодцы, что оба не тянули с прицеливанием на дальней дистанции. За счёт этого и выехали.

Михаил не стал отнекиваться, он в самом деле молодец, Чирков тоже не подвёл. Если и завтра так удачно будет лететь, сделает Мастера. А сегодня вечером ПРИДЁТСЯ снова к студенткам идти, раз такое указание получили. А что делать, начальству виднее.

Что характерно, вечер обещал быть томным, потому как на лестнице общежития они встретили одну из новых знакомых. Девушка повела себя как опытный конспиратор и просто кивнула пятерым рослым чужакам, не вступая в переговоры, зато через полчаса в дверь их комнаты ввалилась Вера.

- Мальчики, привет! Как посоревновались?

- Великолепно! Прошли в финал.

- А могли не пройти?

- Мы? Категорически не могли! – Павлиний хвост Михаила переливался всеми цветами радуги, создавая вокруг него ореол настоящего мужчины.

- Девчонки говорят, ваши остальные печальные ходят, вечером собрались пьянку устраивать. Вы с ними?

- Мы спортсмены, нам нельзя. Это для них соревнования окончены, а нам готовиться надо.

- То есть в гости сегодня не заглянете? – Вера плавно подошла к тому, за чем приходила.

- Не заглянем. У нас указание от начальника команды отложить все посторонние дела и аморально настраиваться на завтрашний финал. Так что не имеем права не исполнить установку руководства команды. Заглядывать не будем, придём к вам всерьёз и надолго. – Тимур был серьёзен как на заседании райкома комсомола.

Напрягшийся Миша, насупленная почти отвергнутая Вера, оба шумно выдохнули, словно с их плеч упала гора. Так бывает, когда партизанский отряд слышит от своего командира, что они не пойдут взрывать мост этой ночью. Уже прикидывают, связать гада или поставить к стенке, когда выясняется, что мост будут взрывать прямо сейчас.

- Так чего, я тогда побежала ужин организовывать?

- Давай вскладчину, - пробасил Миша, - с меня…

- С тебя пятёрка, товарищ! – С пафосом комсомольского вожака закончил фразу Тимур.

Да уж, опыт не пропьёшь. И опыт общения, и навыки построения коллектива в одну колонну. Не как в армии, когда в затылок друг другу и в ногу, а как в слаженной бизнес-команде, когда усилия многих направлены на достижение целей одного.

- А чего, я один…

- Дружище, ты не Один, вчера я спонсировал наш вечер.

- Что делал?

- За бухло платил. Так что сегодня твоя очередь. Мне так-то не жалко, я тоде мог бы скинуться. Но тогда у нас будет перевыполнение плана по алкоголю на душу населения, а у нас завтра финал.

- У меня тоже завтра экзамен. – Пискнула Вера.

- И как ты сдавать будешь?

- Как-нибудь!

Тимур вспомнил, что так и не спросил, на каком курсе учится его пассия, но теперь видел, что как минимум на третьем. Второкурсницы редко бывают такими пофигистками. Меняло ли это хоть что-то в ситуации? Да, совращать третьекурсниц Васе было не так стыдно, даже в теле Тимура. Всё-таки они взрослые повидавшие всякое девушки, а не юные соплячки, только приехавшие в большой город из своих Заудинсков. Хм, тогда и название Заудинска никак не связано с… с этим самым. Заудинск значит городок за речкой Удой. Откуда всплыло название? Что-то Василий туда поставлял или наоборот, закупал там, да это не важно, просто была у него любимая забава: рыться в топонимике тех мест в России, куда его забрасывала судьба. Если судьба не выдумка поэтов.

Что характерно, в этот вечер как бы отвергнутые подружки Веры и той второй участницы сексуальных приключений тоже участвовали в вечеринке. Не в плане оргии, а как массовка. Опять же не массовка документального кино про жизнь Лысого из «Бразерс», а просто подружки «невесты», которые сидят с «молодыми» до поры до времени, а получив намёк, сматываются по делам. «На сколько? На три часа?! Ирка, ты не охренела часом? Придём через два, а там как хотите, хоть при нас доигрывайте свои шашни!»

Вот такая вот природная скромность пополам с неприступностью. С другой стороны, если бы все люди строили исключительно коммунизм, а не отношения, то все бы уже вымерли. Тимур, будучи носителем свободных взглядов человека двадцать первого века, не видел в этих разговорах ничего предосудительного. Так что он бодренько взял за руку Веру и увёл её в свою комнату, оставив краснеющего Мишку разбираться с троицей подруг. Ему даже было неинтересно, что у них в итоге выйдет.

Кажется, пока они с Верой общались, кто-то стучался в дверь, но это был не условленный с Мишкой стук, так что Тимур не прервал общения, уверенный, что дверь выносить не станут. Он оказался прав, встреча прошла на высшем уровне к обоюдному удовольствию обеих договаривающихся сторон. Прощаясь, девушка не просила проводить её до околицы, не просила писать почаще, и замуж тоже не просилась. Просто сказала, что он молодец, и Тимур аж засветился от гордости – он молодец!

А утром оказалось, что вечером к ним в комнату рвался начальник команды:

- Когда, Иван Иванович, мы вроде дома сидели? – Кинул отмазку Миша. – Может, комнатой ошиблись?

- Стой, Миха! Я понял! Это, небось в двадцать один час было, когда мы с тобой на пробежку убегали.

- А вы бегали что ли? Вокруг общежития?

- Ну да, вы сами сказали готовиться к финалу как к отборочным. А мы и прошлый раз бегали. – Тимур не стал уточнять маршрут. Бегали же, хоть и по девкам.

- Ну ладно, посмотрим. Я как раз хотел посмотреть, как у вас с режимом. Вся команда смотрит на вас, вот и тоже того. Готовы?

- Как пионеры! – Гаркнул Михаил, чем успокоил руководство. Чирков, он мутный, он может какую-нибудь ерунду учудить, а Михаил старше, умнее, наверняка его идея бегать перед соревнованиями.

- Понятно всё с вами, пионеры. Поели-попили, штаны надели, тогда едем на стадион давать результат. Напоминаю, если покажете себя достойно, сможете рассчитывать на более серьёзный статус в «Динамо».

- Полный соцпакет? – Тимур сказал и понял, что с этим понятием тут никто не знаком. – Ну там, питание, форма, инвентарь, денежка, все дела…

- Ты еще про грамоту от профкома забыл. – Подколол Тимура Игорь Гаврилович.

- Точно, за грамоту мы горы свернём!

- Отставить шуточки, поехали сворачивать горы. Только потом чтоб все на место вернули.

И команда в полном составе поехала на соревнования. Причём, по лицам парней было отчётливо видно, кто будет участвовать в них, а кто сегодня просто зритель. Оба финалиста сияли как коты, наевшиеся чужой сметаны, а отсеявшиеся имели вид бледный, страдающий. Впрочем, а как еще могут выглядеть спортсмены, переживающие свой вылет с квалификации? Явно казнили себя весь вечер, оставленные без отеческого слова и утешения старших товарищей. Стыд глодал их души сильнее выпитой водки. Начальник команды уверял себя, что всё именно так и обстоит. И ведь убедил, чёрт языкастый!