Вики действительно пилотировала аккуратно — даже слишком аккуратно, на мой взгляд. Вероятнее всего, она делала скидку на техническое состояние корабля, которое даже несмотря на небольшой ремонт всё равно оставалось далёким от совершенства. Ну и на необычность среды, в которой мы оказались — тоже. И правильно делала, ведь вполне могло быть так, что здесь, в хардспейсе, расстояние, как и время — штука относительная, причём совершенно непонятно относительно чего именно она относительная. Пять километров до «Небулы» мы могли лететь две секунды, а могли — месяц, и спустя этот месяц дальномер показал бы, что осталось лететь ещё четыре.

И их бы мы пролетели за две секунды.

Короче, именно поэтому я не попросил Кирсану сесть в пилотское кресло вместо Кори, хотя это казалось логичным выбором. Не потому, что не хотел расстраивать и так находящуюся в растрёпанных после реактивного приступа «звёздочки» чувствах девушку — сейчас ситуация явно из тех, когда о чужих чувствах думаешь в самую последнюю очередь, тут бы в живых остаться и желательно в трезвом уме.

Просто искусственный интеллект в наших необычных условиях выглядел более разумным выбором. Во-первых, он, вернее, она, способна реагировать на изменения намного быстрее, чем даже самый опытный и тренированный пилот в силу того, что обрабатывает поступающую информацию намного быстрее и не зависит от несовершенных органов чувств, что позволяет ей принимать более взвешенные решения.

Во-вторых, исполнение этих самых решений у искусственного интеллекта происходит самым непосредственно прямым образом, без использования крайне несовершенных посредников в виде человеческих конечностей. Как только какое-то решение было принято — корабль в тот же момент начинает соответствующий манёвр.

Да, искусственный интеллект никогда не сможет импровизировать в ситуации, когда человеку для принятия решения не хватит входных данных… Но сейчас у нас вроде как подобные ситуации не должны были приключиться.

Если, конечно, не считать того факта, что хардспейс это в целом одна большая «подобная ситуация».

Пока Вики неторопливо подводила наш корабль к «Небуле», Кори уже окончательно пришла в себя. Даже села обратно в своё кресло, которое как раз удобно располагалось на «нулевом» уровне временного лага, но за рычаги управления не бралась — понимала, что это плохая идея. И в её нынешнем состоянии, и в нашем нынешнем положении в общем.

К счастью, хотя бы расстояние в этом месте не пыталось корчить из себя задачу с двумя звёздочками, и хотя бы визуально сокращалось с приемлемой скоростью.

«Хотя бы визуально» — потому что дальномер всё же начал сходить с ума, как только мы двинулись с места, и его показания принялись скакать от нуля до тысячи без единицы — максимума, сколько он мог показывать.

Но Вики вполне могла пилотировать по камерам, не полагаясь на показания приборов, поэтому «Небула» медленно, но верно приближалась, и через десять минут мы уже стыковались к легендарному флагману.

К этому моменту все уже пообвыклись с новыми ощущениями от временного лага и научились двигаться более или менее осмысленно — так, чтобы не сносить стены и друг друга.

Правду говорят, что человек ко всему привыкает. Думаю, если бы нам пришлось жить в хардспейсе, то через время мы бы привыкли ко всем его странностям — и к смешению сигналов от органов чувств, и к капризам времени, и ко всему остальному тоже.

— Интересно, интересно… — пробормотал Кайто, разглядывая шлюзовые двери «Небулы», когда они предстали перед нами. — Я почему-то был уверен, что со стыковкой у нас возникнут проблемы.

— Почему? — тут же, будто только и ждала этого вопроса, спросила Кирсана.

— Ну… — Кайто неопределённо пожал плечами. — «Небуле» уже лет типа… дохрена. Это сейчас все шлюзовые узлы типовые и подходят друг к другу, а тогда-то наверняка всё было иначе. Я был практически уверен, что наше железо не подойдёт сюда.

— Но, как видишь, подошло, — Кирсана пожала плечами. — Типовые узлы они же не зря типовые — наверное, это уже издавна тянется.

— Угу, — протянул Кайто таким голосом, что сразу стало понятно, что его это ни капельки не убедило. — И работает-то всё как хорошо после стольких лет, да?.. Ни единого сбоя, ни замыкания, ничего…

— Ты на что-то намекаешь? — капитан посмотрел на него с интересом и даже ноткой сомнения.

— Да нет… — Кайто снова пожал плечами. — Кто я такой, собственно, чтобы на что-то намекать…

И всё же голос его мне не понравился. Он явно что-то недоговаривал — то ли потому, что был не особенно уверен, то ли потому, что боялся, что его поднимут на смех из-за очередной нелепой теории заговора.

Вот только как-то так получается, что все его нелепые теории заговора по итогу оказались правдой. И, чем нелепее теория — тем страшнее и невероятнее она оказывалась в реальности.

Поэтому, как бы глупо это ни выглядело, я настоял, чтобы все взяли оружие, хотя, казалось бы — какие опасности могут быть в хардспейсе?

Вот именно. Мы даже представления не имеем какие опасности могут быть в хардспейсе. Люди — маловероятно. Хотя ничего исключать нельзя, это же неизвестное место, которое неизвестно как работает — вдруг кого-то тут засосало в какую-то временную ловушку, в которой он или она дожили до наших дней, и, не исключено, сошли с ума в процессе. Вроде Семецкого, образ которого неминуемо возникает в голове, когда начинаешь задумываться о пустых, брошенных много лет назад, кораблях.

Но гораздо более вероятными противниками могли стать системы безопасности кораблей. Ведь если тут всё устроено так, что до сих пор работают шлюзовые узлы, то почему бы не работать и всему остальному тоже? И вероятность того, что свихнувшийся от одиночества, голода, жажды и прочих неприятных ощущений экипаж какого-то из кораблей включил перед смертью защитную систему по принципу «Не доставайся же ты никому» — весьма далека от нуля.

Как следствие, мы взяли с собой даже гранаты и, конечно же, Вики тоже, без неё вообще никуда. Жи тоже хотели взять с собой на всякий случай, но он наотрез отказался, сославшись на то, что там могут быть люди, которых он по-прежнему избегал, хоть и не так упорно, как поначалу.

— Пусть остаётся. К тому же, он всё равно будет мысленно с нами, — пообещала Вики перед выходом. — Я немного переделала наши общие протоколы комлинка, так что теперь он может получать не только звук, но и видеопоток с моей камеры. То есть, он будет видеть всё то же, что и я.

— А с человеком так можно? — негромко пробормотал Магнус, но Вики его услышала:

— Можно. С Кайто же я так делала. Но для этого понадобится специальный имплант или хотя бы видео-очки, которые смогут принимать мой сигнал. Без них никак, сам понимаешь.

Так мы и пошли в компании только одного робота вместо двух. Не то чтобы это было плохо, просто когда сам не знаешь какой пакости ждать от окружения, наличие тонны разумного металла за спиной как-то добавляет боевого духа и уверенности в себе.

Мы ожидали, что коридоры «Небулы» будут погружены во тьму, но реальность оказалась куда как интереснее, ведь тут горел свет. Слабый, даже не аварийный, а буквально дежурный, но всё же — горел!

— Нет, ну это уже точно ненормально! — опередив меня буквально на четверть секунды, возмутился Кайто. — Ладно шлюз, он мог прицепиться к нашей энергосистеме, чтобы сработать, но освещение!..

— А что не так с освещением? — быстро спросила Кирсана, которая, кажется, до сих пор не вышла из роля «успокоителя Кайто». — Думаешь, реактор не мог столько лет работать?

— В теории мог! — Кайто важно кивнул. — Если у него есть запас топлива, и он переведён на минимальную мощность, как сейчас.

— Тогда что тебя удивляет?

— Всё остальное, вот что! — Кайто ткнул пальцем в едва светящиеся лампы дневного света, тянущиеся по стенам. — Вот эти лампы давным-давно должны уже перегореть! А они работают! Механизмы шлюза давно должны были заклинить, даже если предположить, что он действительно не новый, а стоит тут ещё со времён Джонни Нейтроника, который — ой, как удобно! — где-то нашёл и поставил узел вполне себе современной конструкции!

— Почему шлюз должен был заклинить? — лицо Кирсаны слегка вытянулось — она явно вышла из режима «успокоителя Кайто» и перешла в режим настоящего удивления.

— Да потому что! — Кайто аж стукнул кулаком по ладони. — Вакуум космоса — это не консервант, как все привыкли думать, это такая же агрессивная среда, как и все остальные! Притёртые детали в вакууме диффундируют друг в друга намного быстрее, чем в атмосфере, и свариваются просто намертво! Сервоприводы, рельсы, по которым ездят двери, даже сами створки — всё это давным-давно должно было встать колом, так что ни сдвинуть, ни выбить! А оно — работает! Узлы — работают! Энергия — имеется! Что тут вообще происходит⁈

На последних словах в голосе Кайто явно проскочили нотки тоски и одновременно с этим — паники, но в этом и есть весь Кайто. Парадокс — он изо всех сил пытается раздвинуть по максимуму границы привычного, заставить мир быть не таким, каким все его привыкли видеть… Но, как только это происходит, как только мир начинает быть непонятным и непредсказуемым, он начинает пугать азиата, и Кайто перестаёт понимать, как с ним взаимодействовать.

Вот и сейчас он оказался в точно такой же ситуации — механизмы, находящиеся перед ним, работают не так, как должны работать, и он не знает, как это объяснить. И от этого — бесится.

— Ладно, у тебя есть объяснения, как всё это может быть? — спокойно спросил капитан, не торопясь идти дальше, пока Кайто не успокоится.

— Хардспейс — моё объяснение! — Кайто всплеснул руками, чуть не упав от этого неловкого движения, которое он явно планировал сделать раньше, чем получилось. — Тут и объяснять ничего не надо, мы по собственной воле влезли неизвестно куда и теперь с нами будет неизвестно что, если мы вовремя отсюда не уберёмся!

— А «вовремя» это когда именно? — меланхолично уточнила Пиявка.

— Это раньше, чем умрём! — огрызнулся Кайто. — Или раньше, чем окажется, что выбраться отсюда мы уже не в состоянии!

— Так, отставить пораженческие настроения! — велел я, не желая дальше слушать эту перепалку, итоги которой легко могли испортить и без того непростую ситуацию ещё больше. — Подумаешь, новая тайна — тут всё вокруг одна сплошная тайна, начиная с самого по себе существования этого места и «Небулы» в нём! В конце концов, мы сюда именно затем и прибыли, если вы вдруг забыли — разгадывать тайны затерянных звёзд! Так что собрались, заткнулись и потопали на мостик — может быть, хотя бы там мы сможем узнать, что происходит с кораблём, и главное — почему это происходит! И про свет, и про реактор, и про шлюз!

Знать бы ещё как именно пройти на этот самый мостик… «Небула» это же настоящий конструктор, собранный из частей разных кораблей, причём неизвестно в какой конфигурации и вообще — какие именно части кораблей брали. А даже если бы и было известно — это же корабли многовековой давности, таких по космосу давным-давно уже не летает, они все пущены на металл раньше, чем родился отец отца моего отца. И даже я, врекер со стажем, не смог бы ориентироваться ни в одном из этих кораблей по отдельности, а уж в собранных вместе в неизвестной пропорции и конфигурации — тем более! Я даже чертежей их никогда в жизни не видел, не то что изучать их изнутри!

А Джонни Нейтроник при этом, похоже, вообще никак не беспокоился о том, что на его корабле могут оказаться гости — тем более, незваные. Никаких цветных полосок на стенах, никаких светящихся плиток на полу, которые бы показывали, куда идти, вообще никакой индикации. Только низкие давящие коридоры, в которых Жи пришлось бы идти чуть ли не на четвереньках, едва-едва светящиеся лампочки под ним, и гулкий железный пол под ногами.

По пути попадались двери, все открытые, но ни за одной из них не обнаружилось ничего интересного. Какие-то склады, всё ещё заполненные всяким пиратским добром, парочка кают-компаний на десяток человек каждая, санитарный блок с душевыми и туалетами — «Небула» представляла из себя практически летающий город. С пушками. Интересно, кстати, с какими именно. Понятно, что кинетическими, тогда других и не было, но всё же интересно посмотреть на то, чем Нейтроник громил флоты Администрации много веков назад.

Постепенно мы продвигались от «хвоста» корабля, где располагались двигатели, к его носу — предположительно, именно там должен был располагаться мостик.

И наши предположения были верны, только узнали мы это уже постфактум, когда прошли через одну, тоже открытую, мощную переборку, и оказались там, куда и шли.

Мостик «Небулы» был большим круглым залом, неуловимо напоминающим таковой на базе роботов. Только тут, в отличие от базы, никто не выносил последние остатки мебели и в принципе ценного, что только нашлось — тут всё было на месте. Древние, просто древнейшие компьютеры на боевых постах, дряхлые, но ещё держащиеся кресла перед ними, а посередине зала, на небольшом постаменте — большой голопроектор, который до сих пор проецировал в воздух карту звёздных систем — такую же старую, как и сам корабль, размером в шестнадцатую часть современного обжитого космоса.

Карта не просто была старой, она ещё и выглядела старой — спроецированное на мелкий водяной туман изображение было таким блёклым, словно проектору не хватало энергии для полноценной работы…

Но на самом деле причина крылась в другом.

Причина крылась в том, что линзы проектора где частично, а где полностью, перекрывались костями. Белоснежными, практически светящимися в темноте костями, сложенными на постаменты аккуратными кучками, каждую из которых венчал череп.

Костяков (а насколько я мог судить, в каждой куче действительно присутствовал полный скелет целого человека) тут было десятка три, и они все были аккуратно разложены по периметру окружности проектора, как почётный караул.

А в центре, точно под картой космоса, покоился ещё один костяк, и его череп отличался от остальных — на нём красовалась косо повязанная, истлевшая до прозрачности, но всё ещё ярко-красная полоса ткани.

— Вот так… — задумчиво проговорил капитан, глядя на это безобразие. — Вот и Джонни Нейтроник нашёлся.

— И его экипаж, — поддакнул Магнус, тоже не отрывая взгляда от костей. — Думаю, что весь.

Кайто позеленел и отвёл взгляд от костей — опять. Ему ещё повезло, что эти кости очень, очень давние, и с них просто отгнило всё то, что должно было отгнить, поэтому они такие белые и блестящие. Даже почти не страшные.

— Интересно, что с ними случилось? — задумчиво спросила Кирсана, глядя на костяки, словно ожидала, что они ей ответят.

— Не интересно, — возразил я. — Интересно другое — кто их сюда сложил?

— Сложил? — Кирсана удивлённо повернулась ко мне.

— А ты думаешь, они сами вот так вот улеглись рядком, да ещё в таких хитрых позах, что бедренные кости оказались выше лучевых? — я кивнул на ближайший скелет.

— Может, их кто-то так хоронил, — неуверенно предположила Кирсана, почти как Кайто. — А потом сам умер… Где-то… Не здесь.

— Возможно, — согласился я. — А возможно и невозможно. Гадать можно вечно, но у меня есть предложение получше. Вики!

— Да, Кар? — прозвучало из кармана Кайто.

— Подключись к компьютерам, взломай всё что надо и выясни всё, что можно выяснить! — я махнул рукой. — Короче, всё то, что ты умеешь делать лучше всего!

— Конечно, Кар! — с готовностью отозвалась Вики и выпорхнула из кармана, таща за собой связку проводов — уже новую, которую Кайто собрал вместо той, что сгорела в битве с роботом.

Вики шмыгнула к ближайшему компьютеру, сама к нему подключилась и застыла. Прошла секунда, две, три, пять.

Десять.

А Вики все молчала.

Пятнадцать.

Двадцать.

— Вики, — не выдержал я такой длинной паузы. — Почему молчишь? Всё в порядке?

— Нет, Кар, не в порядке, — ответила Вики, и в голосе у неё прозвучало замешательство. — Максимально не в порядке! Я не могу взломать это шифрование!