Саша задумчиво смотрела на волны, обхватив руками колени. Пляж был усыпан крупной галькой, лежать было неловко, да и солнце постоянно пряталось за облака. Ветер с моря неприятно пробирался под легкое платьице, поэтому Саше не пришлось даже раздеваться. Проплывающие мимо скал облака, бескрайнее море, необычайно бесконечное небо — все действовало на Сашу успокаивающе и способствовало философским размышлениям.

«Что есть наша жизнь по сравнению с вечностью? — думала девушка, глядя на величественный горный пейзаж на другом берегу бухты. — В сущности, одно мгновение. Но как оно богато разными страстями да переживаниями! От любви — до ненависти, от горя — до счастья. Мы верим, что наша жизнь стоит немалого, но она пройдет так незаметно и так быстро, а вот эти скалы будут стоять веками, солнце будет всходить и заходить и никому на свете не будет дела до того, жила ли когда-нибудь такая вот Саша, страдала ли, была ли счастлива. Так к чему эти терзания? Все настолько глупо и мелко».

И неожиданно для себя она решила: «Вот что я сделаю. Дождусь автобуса, вернусь в свой отель. Приду на встречу с Вадимом и скажу, что люблю его, несмотря ни на что, и хочу только одного — быть с ним вместе. Если он разделяет мои чувства, то пусть все будет как будет». С этими намерениями Саша поднялась с гальки, расправила платье, взяла сумку и уверенно зашагала через бульвар обратно к автовокзалу.

Видимо, оттого, что она частично сбросила с себя груз проблем и таким образом вернулась в реальную жизнь, ничто человеческое ей снова стало не чуждо. Желудок, пустующий с раннего утра, дал о себе знать, да с такой силой, что она, проходя мимо лотка с хот-догами, остановилась как вкопанная и сглотнула слюну. Купив себе сразу два бутерброда и большую чашку кофе со сливками, девушка уселась за столик уличного кафе наслаждаться едой и жизнью. Напротив, на скамейках, сидели молодые мамаши, а их дети играли у небольшого фонтана, украшенного разноцветными лепными розетками. Детишки весело щебетали, вода из фонтана, журча и сверкая, легко струилась вниз, голуби налетели на рассыпанные кем-то хлебные крошки.

Эта картина почему-то напомнила ей о путешествии в Рим. Может, римские фонтанчики так же журчали, поблескивая на солнце, может, стайка голубей так же возилась у ног каменного Гарибальди, но Саше на какое-то мгновение показалось, что она перенеслась в то счастливое время, когда, пребывая в блаженном неведении, лелеяла надежду на то, что ее ненаглядный Вадим все-таки заметит ее и полюбит. И произойти это должно было имение в этой чудесной стране — Италии.