— Э?!
Интересно, который «я» это произнёс? Скорее всего, оба и одновременно. Вот только звучал уже не унисон и не дуэт, а голос единственного человека.
Тут же в мою голову хлынул поток воспоминаний о событиях, которые со мной не случались, чего-то чуждого. Я присел на корточки, закрыл глаза и заткнул уши — видимо, инстинкты требовали остановить поступление любой информации извне.
— У-ух…
Беспорядок в моей голове творился ещё хуже, чем когда я путешествовал во времени вместе с Асахиной-сан.
Незнакомые места, сцены, ситуации, события… Они вламывались в моё сознание, оборачиваясь местами, сценами, ситуациями, событиями, которые я теперь знал. Они закручивались вместе в водоворот, похожий на символ «инь и ян», и меня в него затягивало.
Воспоминания проносились перед моими плотно зажмуренными глазами, как уличные огни вокруг набравшего скорость автомобиля.
…Нагато слегла от болезни, и вся команда пришла её навестить… Я рассердился, убежал, нарвался на Куё, потом воскресла Асакура и вмешалась Кимидори-сан… Я встретил Сасаки, Татибану, Фудзивару и Куё… Татибана провела меня в тускло освещенное закрытое пространство Сасаки… Харухи устраивала мне дополнительные занятия после уроков… На организованном Харухи вступительном экзамене один за другим выбывали кандидаты… Осталась одна Ясуми Ватахаси… Ясуми училась заваривать чай у Асахины-сан, переделывала наш сайт… Бумажный самолетик с сообщением, что нашли папку «MIKURU»… Ясуми принесла вазу… Загадочный цветок…
Никакой ошибки здесь нет: и там, и там был я. В этих воспоминаниях не имелось никаких противоречий.
Но что же тогда происходило?
Шла весна, начало нового учебного года, и Харухи решила набирать в команду новых членов. Но в клубную комнату так никто и не пришёл. Мне позвонили, пока я принимал ванну. А кто именно звонил?..
Вот где начиналась развилка.
Звонила девушка с незнакомым голосом; теперь я знал, что это была Ясуми Ватахаси .
И звонила Сасаки по серьёзному для меня и «Команды SOS» вопросу.
В то же самое время.
С этого момента мир раздвоился.
Дурацкий вступительный экзамен и серьёзная лекция от Харухи. Последнее меня сильно побеспокоило. Закрытое пространство Сасаки и космический кошмар от Куё Суо. А потом возрождение Асакуры и демонстрация боевых способностей Кимидори-сан.
Странное жизнерадостное поведение Ясуми Ватахаси — единственной, кому удалось вступить в команду, отсутствие реакции Нагато, туманные намёки Коидзуми…
Во мне сосуществовали два набора воспоминаний о прошедшей неделе.
О боже. И что теперь правда, а что — нет? Какие воспоминания настоящие, а какие ложные? Да все они настоящие. Остаётся предположить, что я сам разделился и дважды прожил один и тот же отрезок времени.
Вот почему и те, и другие воспоминания мне казались нормальными. Я не слишком доверял своей памяти, но если сам что-то пережил — другое дело. Общим был телефонный звонок в ванной: либо от Сасаки, либо от Ясуми — а дальше всё пошло совершенно по-разному.
С того момента я жил двумя разными жизнями — иначе и не объяснить.
А теперь эти два набора воспоминаний со скоростью сталкивающихся элементарных частиц сливались. Я зажал свою голову в руках и как будто слышал, как искрят мои нервные окончания.
— Га…ах…
Я не испытывал ни головной боли, ни тошноты, ни чувства отравления, но мозг будто сносило от потока воспоминаний... даже не знаю, будто черно-белый символ «инь и ян» крутился с такой скоростью, что становился серым: исчезли цвета и формы, и остался однородный цвет.
— М-м…фу…у-у…
Я сжался, как рак-отшельник, но затем ураган в моей голове наконец-то прошёл. Всё ещё без понимания, что происходит, мне удалось открыть глаза и уши. На пошатывающихся ногах, держась за командирский стол, я встал.
Хотя рассудок всё ещё был затуманен, у меня нашлись силы оглядеть клубную комнату.
И тут я понял…
Я стал одним. Другой «я», стоявший рядом, просто куда-то исчез. И по какой-то причине мне это не казалось странным. Почему? У меня есть простая теория. Что хоть 1+1 будет 2, иногда это не так. Например, смешав одну горку песка с другой, получаешь просто горку побольше.
Сейчас для расчёта уместнее не сложение, а умножение. Любой младшеклассник вам скажет, сколько будет 1×2. Конечно же 2.
Другой «я» исчез. А вместо него теперь в моей голове были воспоминания двух отдельных людей.
Согласно одной ветке, с Нагато всё было в порядке, Харухи устроила вступительный экзамен, и появилась Ясуми; согласно другой, Нагато слегла от болезни, я встретился с Сасаки и её спутниками, на меня напала Куё и воскресла Асакура.
Эти воспоминания сосуществовали в моей голове бок о бок, при этом совершенно друг другу не мешая. Но в то же время я не понимал, как такое возможно. Разве наличие противоречащих воспоминаний не должно сводить с ума?
«…Совсем не обязательно», — ответил мне жизнерадостный голос Ясуми. Но лишь её голос. «И те, и те — воспоминания сэмпая. И в них нет верных или ложных. Они просто из разных историй, происходивших в одно время и в одном и том же мире».
Я оглянулся туда, откуда тот доносился.
Там никого не было.
Ясуми Ватахаси исчезла. Так же как и ещё один «я», она растворилась, как дым от бенгальского огня, будто её никогда и не существовало.
Куда же она пропала? В случае с другим «мной» я понял сразу.
Произошло слияние.
Как только Ясуми сложила наши руки, произошло соединение в единого человека в данной временнóй линии. Всё просто, ведь мы изначально одним человеком и были. Просто почему-то, а может быть, по чьему-то умыслу я на время разделился.
И теперь вернулся в норму.
Но всё-таки, как Ясуми смогла это провернуть? И куда пропала? Двери, окна — всё закрыто. Она что, может при свидетелях просто взять и куда-то телепортироваться? Или она с самого начала была лишь иллюзией?
Едва ли можно принять такое объяснение, ведь Фудзивара и Кёко Татибана тоже её видели, с неподдельным удивлением на лицах. И, судя по их реакции, ничего подобного в клубной комнате они не планировали.
В кои-то веки Фудзивара проявил свои настоящие чувства:
— Нарушение предопределённости?.. Как такое может?.. Кто-то [секретные сведения] раньше меня?.. Да кто мог..? — В его тоне смешались гнев, растерянность и паника. — Незапланированное вмешательство? Мне об этом ничего не говорили. Кто это устроил? Кто её сюда впустил?
В раздражении он стукнул ногой об пол.
— Весь план коту под хвост. Куё, ты где? Что происходит?
Грянул гром.
Окно клубной комнаты озарилось вспышкой света, которая отбросила тени всех присутствующих. Цвет внезапной молнии был какого-то неописуемого оттенка. Инстинктивно выглянув в окно, я застонал, увидев там ещё более невероятную картину.
— …Что с небом?..
Небеса тускло-кремового оттенка закручивались с тёмно-сине-серыми, создавая зрелище, подобное столкновению галактик. То там, то тут их завихрения извивались и переплетались, будто боролись за территорию. Словно сумасшедший художник налил в краску тушь и теперь плескал кистью во все стороны.
Не только небо — весь мир за прямоугольником окна был залит двумя разными цветами. Газон во дворе, школьный корпус, коридоры, позеленевшая сакура — вообще всё.
Я догадывался, что мир пастельных тонов — тот, который был бессознательно создан Сасаки.
Другой цвет, извивавшийся и боровшийся с ним, я, конечно, тоже узнал.
Закрытое пространство Харухи.
Сейчас друг с другом боролись порождения Сасаки и Харухи.
Почему? Да, у недавно находившейся рядом со мной Сасаки был свой мир. И Кёко Татибана привела меня в Северную старшую, чтобы как-то соединить меня с ним. Но откуда взялось закрытое пространство Харухи? Она сейчас должна была находиться в квартире Нагато… нет, наверное, по дороге со школы домой… чёрт, я совсем запутался.
Ещё больше сбивало с толку то, что линии геометрических узоров проявлялись в видимом мире. Их я тоже уже видел раньше. Манипулируя данными, подобное пространство создала Асакура.
Что творится с этим миром? В нём что, перемешались сразу все аномалии? Что это вообще такое?
— . . . Это точка развилки. От неё расходятся пути ко всем возможностям. . .
Моих ушей достиг мрачный голос. Когда я поднял взгляд, то обнаружил перед собой фигуру в тёмной форме и с копной чёрных волос, ниспадающих до колен.
Куё Суо стояла между Фудзиварой и Кёко, а на её лице отражалось не больше эмоций, чем на мраморной римской статуе. Её глаза были безжизненны, но губы чуть шевелились, заставляя вибрировать воздух:
— Здесь нет прошлого, будущего, даже настоящего. Эта структура материальная, квантовая, волновая, идейная. Сознание реальности. Будущее переходит в прошлое, прошлое — в настоящее. . .
Во внезапном появлении Куё нет ничего удивительного. Но для приличия ей не мешало хотя бы сделать вид, что дышит.
Но прежде чем я успел сказать что-то вслух…
— Ты меня предала? — произнес Фудзивара, глядевший на Куё, как хищник на естественного врага.
На лице той появилась улыбка. Как реагировать на смены эмоций этой инопланетной посланницы, уже никто не понимал.
— Нет. Я пришла сюда. Таков ответ.
— А это тогда что? Мир как будто… — Фудзивара вдруг умолк на полуслове, словно сделал для себя важное открытие. Будто собравшись с силами, он сказал: — А, ясно... то есть, уже произошло ответвление? Да кто…
Но закончить фразу ему не удалось.
Дверь клубной комнаты с грохотом распахнулась.
— Приветствую.
Непринуждённо появившаяся персона помахала мне рукой и подмигнула. Моя естественная реакция не заставила себя ждать:
— Коидзуми?!
— Всё верно, Ицуки Коидзуми — единственный и неповторимый. Вообще-то я планировал более театральное появление: например, впрыгнуть, разбив окно. Но у меня не было времени всё это устроить.
Наверное, моё состояние в данный момент лучше всего описать словом «изумление»... или всё-таки лучше «шок»? Честно говоря, даже не знаю, какое из них использовать.
Ицуки Коидзуми прошёл в комнату, взглянул на меня, на Фудзивару и, наконец, на Кёко Татибану — так, будто она приходилась ему младшей сестрой.
Кёко Татибана же была шокирована даже больше, чем я.
— Невозможно, — дрожал её голос, — здесь же закрытое пространство Сасаки. Коидзуми-сан, ты не можешь сюда проникнуть!
Она говорила, как круглая отличница, получившая за контрольную жирный ноль.
— Увы, — сказал Коидзуми, изящно кланяясь, — школьная территория более не ограничивается созданным вами закрытым пространством. Можешь выглянуть в окно.
Незачем. Пейзаж из серых и бежевых тонов и так видно, потому что помесь из закрытых миров Харухи и Сасаки успела добраться и досюда.
Кёко Татибана, конечно, это тоже заметила.
— Этого не может быть, ведь здесь Судзумия-сан не… — глядя в пустоту, Кёко Татибана замолчала. Она задрожала, словно олень, учуявший приближение хищника. — Эта девушка, которая пропала… ты хочешь сказать, что…
Судя по голосу, девушка что-то осознала, вот только что? Почему все всё понимали, кроме меня? А моих ментальных усилий хватает лишь на то, чтобы удержаться и снова не обхватить голову руками.
Хуже того, вскоре выяснилось, что мои умственные способности подвергнутся новому испытанию.
Коидзуми оказался не единственным нежданным гостем.
Когда я увидел фигуру, показавшуюся из-за нашего росляка-замкомандира, я чуть не грохнулся на пол, и то лишь потому, что ноги у меня натренированы ежедневным подъёмом на школьный холм. Пожалуй, впервые хотелось сказать «спасибо» за это тяжкое испытание, но повторюсь: в тот момент мой мозг перегрузился от анализа визуального образа, возникшего в нескольких метрах от меня, и был готов взорваться в любой момент.
Поэтому совершенно не удивительно, что при появлении данной особы я потерял дар речи.
— Здравствуй, Кён-кун.
Эта красавица, чьё умопомрачительное тело едва могли скрыть белая блузка и обтягивающая юбка, не раз выручала меня. Она выглядела идеальной косплейщицей-учительницей. Женщина улыбалась мне, и взгляд её, как обычно, был полон заботы.
— Асахина-сан, как вы здесь?!…
В голове моей царил такой беспорядок, что кроме этого бессмысленного вопроса я не смог ничего сказать.
Взрослая версия Асахины-сан. Из-за спины Коидзуми выступила самая настоящая гостья из будущего.
— Я попросила Коидзуми-кун меня сюда провести. Ты же знаешь, что он умеет проникать в закрытые пространства, так?
Я вспомнил, как Коидзуми из города провёл меня в такое закрытое пространство; озноб, который испытал, когда пересёк границу пространства. Потом мне пришлось почувствовать его ещё раз — с Харухи.
— Вообще-то я хотела зайти сюда через шкаф со швабрами, но перемещаясь лишь во времени, сюда попасть нельзя.
Асахина-сан-старшая игриво показала мне язычок. Я засмотрелся этим и опять чуть не влюбился. Её тело столь же прекрасно и пленительно, как и на Танабату четыре года назад, где я встречал её неоднократно: молодое, с изящными изгибами там и там…
Пока я полностью отдался фантазиям, наш старшеклассник-замкомандира с довольным видом заговорил со своей спутницей:
— Для меня большая честь встретиться с вами в вашей истинной форме, Асахина-сан. Рад видеть, что у вас всё в порядке. Думаю, правила уже не так строги, так что теперь мы могли бы с вами многое обсудить обстоятельно.
— Это не совсем так. Меня саму только сейчас поставили в известность. Должно быть, это информация высшей степени секретности. Так что в этой истории я лишь ещё одна пешка.
Я плохо улавливал её слова, а понять их не смог бы и за тысячу лет. О чём она?
Асахина-старшая контролировала Асахину-младшую, но при этом сама была чьей-то пешкой? И чьей же? Существовала ещё одна Асахина-сан более высокого порядка? Впрочем, сейчас не время предаваться подобным мыслям.
— Эй, Коидзуми, — наконец сказал я, — а ты который из Коидзуми?
Тот характерным жестом развёл руками. Настоящий профессионал, который никогда не выходит из своей роли.
— Оба. Я тоже сам с собой слился. Условно говоря, я бы сказал, что я — «альфа».
«Альфа»? Что это ещё за код?
— Прости, я ввёл такие обозначения просто для удобства. У нас с тобой, как у членов «Команды SOS», теперь есть по два набора воспоминаний. В одних был вступительный экзамен в команду, а в других заболела Нагато-сан, а с ней и вся команда практически потеряла работоспособность. Чтобы их различать, я первые обозначил «альфа», а вторые — «бета». Ты не возражаешь?
Да нет, не возражаю. «Альфа», «бета», хоть «ню» — теперь-то в любом случае, похоже, всё объединилось.
Коидзуми осмотрел Фудзивару, Татибану, Куё и прочистил горло:
— Похоже, произошедшее совсем не соответствует тому, на что вы рассчитывали. Действительно, вам не стоило нас недооценивать. Вы так и не поняли Харухи Судзумию. Её следовало изучить, принять меры предосторожности, иначе дерзкие планы обречены на фиаско. Нашего грозного командира не обведут вокруг пальца ни свежеиспечённые гости из будущего, ни дилетанты-экстрасенсы, ни даже новые космические пришельцы. Она, может, и не бог, но у неё есть божественные силы, которых людям не постичь.
Коидзуми пошарил в кармане пиджака и достал какой-то разукрашенный листок бумаги.
— Нашёл это сегодня утром в своём обувном шкафчике. Вам прочесть?
Я вызвался выразить волю присутствующих. Читай.
Там была всего одна строчка:
«Пожалуйста, приди к школьным воротам в 18:00».
Отправителем значилась… Ясуми Ватахаси.
Так Ясуми не одному мне письмо оставила? Но Коидзуми-то зачем?
— В линии «бета» я проследил за тобой, Сасаки-сан, Кёко Татибаной и гостем из будущего досюда, в линии же «альфа» был вызван к воротам школы письмом. Там обе мои версии увидели одно и то же: знакомое закрытое пространство, чему я удивился, ведь никаких предпосылок к тому не было. Более того, там же моя «бета»-версия увидела Асахину-сан. И когда я собирался с ней войти в закрытое пространство, то столкнулся со своей «альфа»-версией. Ну а дальше элементарно: мы соединились, и я всё понял.
— В этом твой недостаток, Коидзуми-кун, — сказала Асахина-старшая. — Хотя, конечно, без тебя нам не обойтись.
— Да сколько можно?! — разнёсся по комнате голос рассерженного Фудзивары.
Я подумал, что его вывела из себя речь Коидзуми, однако он впился взглядом в Асахину-старшую.
Фудзивара буквально трясся, а его перекошенное от злобы лицо было так не похоже на обычную циничную гримасу. Впервые я наблюдал его истинные эмоции.
— Ты… тебе вот настолько хочется мне помешать? Чтобы зафиксировать будущее, ты готова даже мир пополам расколоть?!
— Что бы мы ни делали с закрепившимся пластом времени, на наше будущее это не повлияет, да мы и не должны пытаться его менять, — с грустью сказала Асахина-сан-старшая.
— Оно изменится. Не из-за тебя или меня. Никто из нас этого не может. Но с силой Харухи Судзумии я это сделать смогу. Используя её способности, можно переписать всю пространственно-временнýю информацию о нашей жизни, — заявил Фудзивара. — Можно полностью преобразовать весь континуум из этой точки в направлении будущего. Не по одному временному пласту обрабатывать, а разом внести изменения в их бесконечный ряд!
Закончив кричать, Фудзивара опустил лицо, будто обессиленно, и пробормотал...
— Я… Я не хочу потерять тебя… нэ-сан[20].
Вот такой фразы я точно не ожидал. А? Что он сказал? Нэ-сан? Асахина-сан? Фудзиваре? То есть, он её младший брат… Но Асахина-сан никогда ни словом, ни духом не давала мне повода предположить ничего подобного. Может, он решил так напоследок сострить?
Асахина-сан-старшая покачала головой. Её каштановые волосы печально колыхнулись:
— …У меня никогда не было брата. Так что и меня как твоей старшей сестры не существует. Потерянное прошлое… потерянных людей… вернуть нельзя.
После ответа Асахины-сан-старшей я стал понимать ещё меньше. Но выражение лица Фудзивары стало серьёзнее:
— И вот поэтому мне и пришлось сюда забраться. Во временной пласт, где человечество выставляет напоказ свой идиотизм, в никчёмное прошлое, которое так хотелось бы забыть. Чтобы вернуть тебя. Поэтому пришлось связаться с инопланетянами. А иначе нафиг они бы мне сдались?
— Забудь обо мне. Нельзя использовать TPDD в подобных целях. Нас здесь вообще не должно быть. Ты не можешь не понимать, насколько важна Харухи Судзумия для этого пласта времени. Без неё наше будущее…
— Знаю. Поэтому я и ухватился за второй вариант. Будущему нужна не Харухи Судзумия, а её силы. А если их передать кому-то другому, появятся новые возможности. Я договорился с Кёко Татибаной, и она нашла мне идеального кандидата.
Плечи Кёко Татибаны снова дрогнули. Когда я посмотрел на неё, она глядела в пол и чуть ли не плакала.
Кажется, до меня потихоньку начинало доходить.
Точно. Он говорил про Сасаки.
— У неё контроль будет лучше, чем у Харухи Судзумии. Для нас он удобнее: даёт нам бесконечные возможности, нас больше не будут сковывать предопределённости. Мы их просто уберём. Мы выберем себе будущее сами. Вот чего я хочу, нэ-сан! Выбрать для себя мир, в котором есть ты.
Этот так называемый дебил всё нёс и нёс свою чушь. Придя сюда, я полностью убедился в добропорядочности Асахины-сан-младшей. Ей ничего не говорили. Ни о мотивах будущего, ни о пользе от Харухи и Сасаки.
А это редкое человеческое качество. И уж точно небесполезное. Асахина-младшая — симпатичная гостья из будущего высшей категории. И единственная, кто сейчас находился на нашей стороне, поскольку не пыталась менять прошлое или манипулировать Харухи.
Именно так. Сами подумайте. Умей я перемещаться во времени, разве не воспользовался бы я этой возможностью, чтобы переписать историю? На десять лет назад, на сто — чем дальше, тем сильнее искушение.
Асахина-сан не делала ничего подобного. Прибыла из будущего и просто развлекала Харухи. Только теперь я понял, насколько это прекрасно. Никто кроме Асахины-сан не справился бы с этой задачей. Займи её место Фудзивара, и никакой «Команды SOS» бы не было.
— Даже не пытайся, — снова заговорил Фудзивара, — Плевать мне на то, что случится с этим миром, — я не могу оставить всё так, что в итоге потеряю тебя.
— Человек из твоей временнóй линии — не я. У меня нет брата.
— Да какая разница! Если я тебя в своей линии потерял, то и в этом будущем на развилке ты пропадёшь.
— Но свое будущее я ведь могу изменить. И прикладываю усилия, чтобы этого не произошло.
Вот сейчас следовало отдать должное моим мозгу и ушам за то, что они не упустили эту фразу.
А что это Асахина-сан имела в виду?
— Можешь, да? То, что для тебя будущее, для наблюдателя, стоящего ещё дальше — прошлое. Ты же прекрасно знаешь, что предопределённого не изменить.
— И для этого есть мы.
— Но ни уйти в прошлое дальше чем на четыре года, ни починить временной пласт вы не способны. Всегда где-нибудь найдётся разрыв. Править надо здесь!
— Это недопустимо. Ты не понимаешь, что́ ты говоришь?
— Понимаю лучше любого другого. Ты не единственная, кто возится с этим пластом времени, пытаясь починить будущее. Да, я про использование TPDD. — Фудзивара не останавливался, словно забыв обо мне, Коидзуми, Кёко Татибане и даже Куё Суо. — Это обоюдоострый меч. Для восстановления пласта надо использовать TPDD, но оно же при движении в прошлое разрушает пласты. Устранять разрывы всегда было большой проблемой, но благодаря этому я кое-что обнаружил. Ни прошлое, ни будущее изменить мы не можем.
— Тогда зачем ты прибыл сюда?
— Ради этого момента. Время состоит из наслаивающихся мгновений. И нам надо непрерывно менять эти составляющие настоящего, пока они не приведут к необходимому нам будущему. Достаточно просто латать прорывы по пути.
— Не получится. Сколько, по-твоему, понадобится энергии на то, чтобы избавиться от предопределённого?
— Я справлюсь. Ещё раз повторяю: с силой Харухи Судзумии для нас нет ничего невозможного.
Кажется, Кёко Татибана не поспевала за ходом дискуссии:
— А-а… м-м… Что в смысле?..
Вид у неё был растерянный.
Фудзивара бедняжку проигнорировал и продолжил:
— Я перепишу пространственно-временной континуум, начиная с этого пласта. И плевать, что случится с историей. Когда мы восстановим континуум в будущем, тогда и будем думать о прошлом.
При этих словах парень даже чуть побледнел.
— Харухи Судзумия и так этим занималась, ещё до нашего появления…
— Такие действия непростительны. Ты… вся твоя временна́я линия окажется совершенно противозаконной.
Лицо Асахины-сан-старшей стало преисполнено печали, которую нельзя было не заметить.
Диалоги о будущем вдруг прервал Коидзуми, который не к месту бодрым тоном сказал:
— Прошу прощения, что встреваю в вашу оживлённую дискуссию, но мне хотелось бы высказать радость по поводу нашей встречи, Асахина-сан. Хотя, похоже, мы встречаемся не в первый раз, и я не уверен, какие приветствия сейчас уместны.
— Коидзуми-кун… — Подавленная Асахина-сан подняла на него свой взгляд.
— Асахина-сан, вы ведь уже давно со мной лично не встречались?
— Может, и так. — Асахина-сан улыбнулась под стать Коидзуми. Как свидетель обвинения, заметивший наводящий вопрос. — Коидзуми-кун, я не могу тебе ничего сказать. Мне нужно осторожнее вести себя с человеком, который занимает в своём времени высокий пост. И даже мне многое запрещено. Но если бы мне и было возможно, я бы всё равно не стала говорить. Ты слишком умён. Я сболтну одно слово, а ты догадаешься о десяти. Вот поностальгировала бы я с тобой с радостью. Честно.
— Понимаю. Но мне и этих слов достаточно. Вы сказали, что́ обо мне думают в будущем, и даже если вы слукавили, то это тоже информация, над которой я поразмыслю. Прежде всего, я благодарен вам, Асахина-сан. Ваше появление позволило мне понять, что́ мне делать дальше. Вы появились передо мной лично, а это экстраординарное событие. То есть и мне предстоит столкнуться с чем-то важным, а вам понадобится моя помощь. Точнее, не столько моя помощь, сколько силы Харухи Судзумии-сан. Я не ошибся?
— Не стоит спрашивать о том, что ты и так знаешь. Мне и раньше так казалось, Коидзуми-кун. Даже по данным STC, ты — человек незаменимый. Поэтому тебя и привели в «Команду SOS». Ты был избран Судзумией-сан.
— Теперь я это знаю. Изначально я был настроен скептически, списывая всё на совпадение, но сейчас сомнений не осталось. Да, я неотделим от нашей команды, как и Нагато-сан. А вы, Асахина-сан? Что поняли по возвращении в будущее? И зачем вернулись в прошлое — просто чтобы вмешиваться в дела самой себя? Хотелось бы понять вашу позицию.
— А если я скажу, что… это секретные сведения?
— Этого и следовало ожидать. Если бы я отправился в прошлое, то, наверное, тоже не сбалтывал бы лишнего местным обывателям. Однако… — острый взгляд Коидзуми не выпускал ни Асахину-старшую, ни Фудзивару, — и высокомерия к людям прошлого не стал бы проявлять и не принимал бы их за дураков. Не буду говорить за всех сразу, но люди, обеспокоенные будущим, существуют и в наше время.
Такого агрессивного блеска в глазах Коидзуми я ещё не видел.
— Благодаря тому светопредставлению, которое всякие пришельцы устроили вокруг Судзумии-сан, я постепенно пришёл к определённым выводам. Её способность изменять реальность не является постоянной: она не израсходуется, но и не останется навсегда. Я прав?
— Ну…
Но Коидзуми не желал, чтобы Асахина-сан уклонялась от ответа.
— Никто не заставляет вас делать выбор. Вами управляют, а через вас манипулируют и Судзумией-сан. Её способностями даже может воспользоваться кто-то другой. Нагато-сан так уже делала — смогут и другие инопланетяне.
Он с презрением посмотрел на стоящую памятником Куё.
— С моей стороны это может прозвучать самонадеянно, но всё же позвольте мне сказать. — Коидзуми сделал глубокий вдох и снова показал свой настоящий характер. — Не стоит недооценивать землян. Мы не настолько глупы. Что бы ни говорило Интегральное мыслетело и прочие инопланетяне, у нас тоже есть своя голова на плечах. По крайней мере, у многих.
В его взгляде на враждебного пришельца из будущего читался вызов.
— Вы ведь не станете возражать, Фудзивара-сан?
— Заткнись. Меня тошнит от твоей самодовольной бредятины.
Фудзивара сплюнул эти слова, и его глаза остекленели, будто он готовился к гибели.
У меня в голове красными и жёлтыми огнями закрутилась сирена. Тревога! Фудзивара сейчас сорвётся! Дурное предчувствие нахлынуло на меня девятибалльным цунами.
Это было понятно по тому, как он мрачно бурчал себе под нос:
— …Какой же я идиот. Надо было сразу так сделать. Хэ-хэ. Толку речами разливаться — всё равно никто ничего не поймёт. Куё, давай.
Мы все насторожились, однако Куё даже не моргнула.
— Ты чего, Куё? Выполняй уговор. — Фудзивара отдал властный приказ: — Убей Харухи Судзумию!
Вот до чего он договорился. Вообще, лично мне его шокирующие слова удалось воспринять на удивление спокойно.
Оболочка. Ну да, способности Харухи можно отнять. Нагато один раз так и сделала.
Оболочка. То есть способности Харухи может перенять кто угодно. И всё-таки, кому они достанутся, имеет значение.
Оболочка. А кто сейчас ближе всех к Харухи? Ответ очевиден.
Самый прямолинейный способ лишить Харухи сил — это её убить. У покойников нет воли. А все эти инопланетяне, люди из будущего, экстрасенсы не хотели бы, чтобы эти сверхспособности просто исчезли.
К счастью, есть человек, который может стать идеальной оболочкой. Она не так капризна, эксцентрична и сумасбродна, как Харухи, и не возглавляет «Команду SOS». Она — человек мирный, здравомыслящий, не хочет ни во что вмешиваться. А ещё она моя бывшая одноклассница.
Сасаки.
В голове даже пронеслась мысль: а что, если божественные силы Харухи и вправду изначально возникли у Сасаки?
Вот чего хотел Фудзивара. Убить Харухи и сделать Сасаки новым богом. С последней будет куда меньше проблем. Конечно, и манипулировать ей будет сложно, но Фудзивара и Куё, видимо, уверены, что у них получится. Может, думают промыть ей мозги, изменить её личность или… кого-нибудь в заложники возьмут? Или вдруг весь мир окажется в заложниках.
Или я. Что ж, я стану пешкой в их руках, что ли?
Чёрт бы побрал этих хроно-космических выродков.
Пусть попробуют тронуть Сасаки — увидят, каким может быть мой отпор. И не только мой. В данный момент я мог положиться и на Коидзуми, и на Асахину-сан-старшую. Ещё бы Нагато сюда… но она, наверное, пока не в состоянии действовать, а иначе появилась бы одновременно с Куё. Да что там, пусть тогда придут Асакура с Кимидори-сан, раз такое дело.
Ну же, не тяните. Почему вас до сих пор нет? Такие пришельцы ни к чему. В следующий раз встречу — врежу по первое число.
Фудзивара продолжал давить на Куё:
— Жизнь Харухи Судзумии должна быть прервана. Ты говорила, что можешь!
— . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Пустое лицо Куё осталось всё тем же, только губы шевелились:
— Некое явление мешает моему переходу. Также в данном пространственно-временном континууме Харухи Судзумия окружена тройной защитой против моих действий. Помимо этого, из данного закрытого пространства невозможно выйти. Исполнение команды затруднительно.
Фудзивара цокнул языком.
— Ты что, вздумала, что меня устроит такой ответ?
— Я сказала, затруднительно…
Копна волос Куё чуть качнулась. Потом её глаза сверкнули красным, а губы изогнулись буквой «V». Злая ведьма — вдруг возникла у меня ассоциация.
— . . . Однако . . . цель может быть призвана сюда . . . Да, вот так . . .
Она подняла свою тонкую руку и указала пальцем на окно клубной комнаты.
Все, включая меня, повернулись в ту сторону.
— Ох ё..! — не смог удержаться я.
Ведь…
…за окном на высоте третьего этажа в нескольких метрах от командирского стола была…
— Харухи!
…никто иная, как девушка в матроске с повязкой лидера «Команды SOS»; особа, которую за последний год я чуть ли не каждый день видел за партой прямо позади своей, и фактически хозяйка комнаты литературного кружка.
Не мешкая ни секунды, я подбежал к окну и распахнул его. Точно скажу, что не отрывал от неё взгляд и даже не моргал.
— Харухи!
Ответа не последовало. Та беспомощно висела в воздухе. Веки её были закрыты, будто она спала, губы — чуть разомкнуты, и чувствовалось, что она дышала. Спала она, или её лишили сознания — определить никак не получалось. Хоть я её и звал, Харухи, со свисшими ногами и руками похожая на сломанную куклу, глаза так и не открыла.
— . . . Я принудительно перенесла Харухи Судзумию в данное закрытое пространство. Её личность подтверждается всеми присутствующими. Соглашение выполнено.
— Ещё нет. — Фудзивара обернулся и злобно взглянул на Куё. — Мне требуется смерть Харухи Судзумии. Я не просил тащить её сюда живой.
— Данное состояние скоро будет достигнуто, — неживое лицо Куё чуть налилось красным. — При падении человеческого тела с данной высоты оно травмируется вследствие гравитационного ускорения. На массивных планетах такой тип смерти распространён и представляется одним из наиболее естественных способов прекращения жизнедеятельности органических образований.
— Сойдёт, — с ненавистью сказал аноним. — Напрямик вы не действуете. Но если таков принцип Доминиона небосвода, то я уважаю его. — После этих слов он повернулся ко мне. — Вот видишь, первобытный, в её убийстве нет ничего сложного. Ну так что будем делать? Решай. Стоит нам обрывать жизнь Харухи и, или ты всё же согласишься сделать Сасаки новым богом? Либо одно, либо другое.
Дешёвые угрозы, к тому же плохо срежиссированные.
Я разозлился не на шутку. Эти пришельцы, что из будущего, что из космоса, — конченные идиоты. Они правда думают, что я, или Харухи, будем с ними как-то сотрудничать, когда они ведут себя как кровожадные недоросли? Да что у нас за будущее-то такое, которое порождает таких типов? Неужто я доверю судьбу человечества этому сукину сыну?
Хватит недооценивать меня. И современных землян. И уж тем более Харухи.
— Прекрати, — в отчаянии воскликнула Асахина-сан-старшая, — в этом нет никакого смысла. Чего ты хочешь? Катастрофы? По кодексу путешествий во времени это самое тяжкое преступление!
— Я этого не хотел. Но уж лучше я создам новую временнýю линию, чем позволю сохраниться своей. Даже если я исчезну — пускай. Зато ты останешься, нэ-сан, желаешь ты того или нет. Вот чего я хочу. — Тут Фудзивара усмехнулся по-злодейски. — Куё, сделай такой символ, чтобы и до нашей непонятливой публики наконец дошло.
Куё не двинулась и продолжала молчать, однако её глядевшие на Харухи глаза сверкнули.
Парившее над школьным двором тело Харухи начало менять положение. Верхняя часть тела оказалась сверху, ноги — снизу. Руки выпрямились и вытянулись в стороны. Пока я смотрел на это, за её фигурой стал вырисовываться чёрный, похожий на тень объект, который в любом мире описали бы однозначно. Крест.
Чёрт… этот урод… что за фарс он тут устроил?
Харухи оказалась распята на кресте тьмы.
Она уронила голову в сторону, а её глаза всё так же были закрыты. Не знаю почему, но мне казалось, что ей было больно. И уж точно она бы не захотела оказаться в таком положении осознанно.
Не говоря о том, что Куё и Фудзивара покушались на её жизнь.
Нет, они правда идиоты. Даже в третьесортной манге прошлого века никто не стал бы прибегать к такому демонстративно злодейскому методу. И если нагло распять девчонку — это низко, то насмехаться и тыкать мне ею — ещё ниже. Это ведь уже дешёвый спектакль. Как можно быть таким тупым, Фудзивара… Бросай это дело: ни к актёрству, ни к режиссуре у тебя таланта нет — даже мне это ясно! Ты умудрился стать самой некомпетентной формой жизни данного пространства-времени! Тебя обошли даже сине-зелёные водоросли!
Но насколько бы идиотской ни была эта сцена, с ней приходилось считаться.
— Будь ты проклят!..
Я высунулся в окно и вытянул руку. Слишком далеко. Но я должен был её поймать. Мне хотелось обхватить Харухи, втянуть в клубную комнату и растормошить, чтобы она очнулась.
А главное, я никогда не прощу Фудзивару и Куё за то, что они вытворяют с Харухи. Пусть не ждут пощады, клянусь.
Поняв по моим бешеным глазам, что я собирался сделать, Фудзивара стал меня дразнить:
— То, что для тебя самое дорогое, для кого-то просто пешка — каково тебе это осознавать? Что бы ты до этого себе ни думал, Харухи Судзумия остаётся самым важным явлением, а остальные люди не имеют никакого значения. И мне плевать, что́ ты дальше делать будешь — нет никакой разницы. Все события определяются лишь силами Харухи Судзумии. Но если мы перенесём её волю и подсознательное в другую оболочку, то сама Харухи Судзумия станет никому не нужной.
Я так стиснул зубы, что один из них скололся. Нет, никогда я этого подонка не прощу.
— Стой! — эмоционально воскликнула Асахина-сан. — Нет никаких доказательств, что это настоящая Судзумия-сан. Это может быть иллюзия. Они могут пытаться обманом заставить тебя принять нужное им решение.
— Нет, это не так, — возразил Коидзуми. — Меня как воплощение подсознательного Судзумии-сан обмануть невозможно. Спящая красавица перед нами — не иллюзия и не клон. Это самая настоящая Харухи Судзумия, наш уважаемый командир.
Должно быть, так и есть. Коидзуми мне врать не станет, да и зачем ему. Так что же мне делать..!
— . . . . . . . . . . . . . . .
Куё всё молчала. Будто ждала чьих-то дальнейших указаний.
— А… э?.. М-м… — нервно ёрзала Кёко Татибана, мысли которой не поспевали за ходом событий.
— Похоже, переговоров не будет, — пробормотал успокоившийся Фудзивара решительным тоном. — Я положу конец жизни Харухи Судзумии. Не беспокойтесь, Сасаки потом со всем прекрасно справится. Для людей прошлого ничего не изменится. Будете жить долго и счастливо, пока не умрёте от старости без всякой Харухи Судзумии.
Это правда? Мы ничего не можем сделать?
В поисках поддержки я обернулся к Асахине-сан-старшей. Похожая на учительницу девушка опустила свои повлажневшие глаза. До меня не доходил смысл её недавнего разговора с Фудзиварой про братьев и сестёр, и ваш покорный слуга никак не мог оценивать их правдивость. Но цели Фудзивары я понимал. Однако Асахина-сан-старшая мешала их достижению. То есть, всё сводилось к этому?
Пучина сомнений чуть не поглотила меня, но голос товарища вернул меня к реальности:
— Если ты что-то способен сделать, прошу, действуй.
Контратака, на которую я надеялся, пришла откуда не ждали. Коидзуми встал перед Фудзиварой и перегородил ему дорогу. Похоже, он собирался помешать пришельцу из будущего убить Харухи, но почему наш экстрасенс при этом такой спокойный?
У него есть план?
Я вот спокойным быть не мог: ведь Харухи может сорваться с высоты третьего этажа.
Мы ни о чём не договаривались, и нам приходилось импровизировать. Чёрт, я настолько никчёмен, что хоть плачь.
Сорваться с катушек? Не поможет, знаю по своему опыту старшеклассника; насилием проблемы не решаются. Сасаки бы всех уболтала, будь она здесь, ну а с Нагато в нормальном состоянии мне не стоило бы опасаться Куё.
У противника подавляющее преимущество. Перепуганная и попятившаяся Кёко Татибана не в счёт, но с Куё Суо не смогли совладать даже интерфейсы Интегрального мыслетела: Асакура и Кимидори-сан, а с ней ведь ещё Фудзивара, что делает клубную комнату крайне опасной зоной.
Пока я скрипел зубами, меня подтолкнули в спину:
— Угодившую в тернии принцессу полагается спасать принцу. Должно быть, таков его долг. — Коидзуми пожал плечами. — Однако насчёт конкретно этой принцессы я не могу быть уверенным. Не ошибаюсь ли я?
Не ошибаешься, но у меня и другое важное дело есть. А именно: вломить Фудзиваре.
— Об этом позабочусь я. — Над ладонью Коидзуми возникла красная сфера размером с мяч. — Раз я словно попал в супергеройскую мангу, то буду до конца вести себя соответствующе. Может, это мой последний шанс исполнить свою мечту.
Внешне он улыбался, но, по-моему, на самом деле был в ярости.
Хорошо. Действуй, а то без физического труда совсем закиснешь.
Похлопав меня по плечу, Коидзуми указал в сторону школьного двора, освещённого обезумевшими небесами.
От оконной рамы до Харухи по воздуху несколько метров. Сколько руку не тяни — не дотянуться. Так как же мне её сюда затащить?
И тут…
— Куё! — уши резанул голос Фудзивары, — давай!
В этот момент крест отпустил Харухи. Её голова наклонилась, и она медленно, очень медленно стала сползать с него, будто девушку освобождали от распятия. А внизу была брусчатка. Она начала падать.
— Харухи!
Я ни о чём не думал. Ни о будущем, ни о прошлом, ни о долге, ни о справедливости. Ни к чему это было. Я просто оттолкнулся от оконной рамы и прыгнул в воздух, будто у меня выросли крылья; словно поддерживаемый какой-то силой, умудрился схватить Харухи, которая уже начинала лететь к земле; ну и конечно, гравитация потянула нас головой вниз.
Тело Харухи оказалось неожиданно тонким. Раньше я этого не замечал, поскольку мне не приходилось её крепко обнимать, но сейчас она казалась такой хрупкой и лёгкой…
Почувствовав, какая девушка тёплая и мягкая, я понял, что это в самом деле была она. Обычная второкурсница старшей школы в расцвете сил.
Вот она — истинная спящая красавица. И даже если мне суждено погибнуть, её имя навсегда останется в истории. Дышавшая в моих руках девушка вне всяких сомнений являлась Харухи Судзумией.
Не созданной Куё иллюзией, не кем-то подставленным двойником. Фудзивара угрожал жизни настоящей Харухи.
Значит, он говорил правду и действительно зашёл так далеко. Так вот чего он хотел… Стремясь не потерять Асахину-сан, Фудзивара дал мне прочувствовать будущий кошмар, даже вынес Харухи смертный приговор, лишь бы только желанное им будущее стало явью.
Но я ничего не видел, кроме единственного человека перед собой.
Коидзуми, Асахина-сан-старшая, простите меня, но ни на кого другого я не смотрел.
Харухи Судзумия.
Лидер нашей команды и единоличный правитель клубной комнаты. Наглая и самоуверенная. Я ничего не замечал, кроме лица своей спящей командирши. Она всех могла заставить делать то, что ей нужно, двигаясь к своей цели с инерцией пущенного ядра.
Ох.
Земля всё приближалась и приближалась. Тело Харухи чуть теплилось и обмякло — может, потому что она была без сознания. Как и говорил Коидзуми, никто в мире не знал Харухи лучше, чем я; округлости её худенького тела, такого узкого в плечах, неповторимый аромат, который я вдыхал…
При падении смерть наступает в зависимости от того, как и на что человек падает. Представьте себе, что под ускорением свободного падения ваш череп врезается в брусчатку.
Не поторопился ли я? Может, стоило сначала подложить мат или захватить парашют?
Однако думать об этом было некогда. Лучшее, что я мог придумать — поднырнуть под Харухи, чтобы смягчить для неё падение.
Воздух свистел в ушах. Удар должен был наступить в любой момент.
Я зажмурился. Крепко.
И как можно крепче прижимал к себе Харухи.
Времени на моё самоубийственное падение было меньше, чем на один оборот зоотропа[21]. Приближение грунта я видеть не хотел, так что зажмурился и молился Матери Земле, чтобы та как-то смягчила падение.
Я молился…
Но тут…
…когда уже свыкся с неизбежным, мои веки вдруг залило голубое свечение.
?!
Я уже должен был врезаться в брусчатку, но вдруг почувствовал, как погрузился во что-то мягкое.
Я открыл глаза.
Всё вокруг меня и Харухи было залито голубым светом. Я тут же огляделся по сторонам и обнаружил, что мы парили в нескольких сантиметрах над землёй. Голубое сияние как будто послужило нам подушкой.
Я посмотрел наверх и увидел огромную стену, тянувшуюся до испещрённого сумасшедшими узорами неба.
— Это же..!
Нет, не так. Это был… «аватар».
Посреди школьного двора стоял «аватар». Единственный хозяин серого пространства, воплощённый в виде чуть светившихся синеватых контуров, который мог своими руками разрушать целые здания.
— Что за бред! — издали крикнул Фудзивара. — Откуда здесь этот…
«Аватар» держал нас с Харухи в своей руке.
Тускло светящийся великан был выше здания школы. Я уже видел раньше, как подсознательное Харухи в закрытом пространстве бушевало. Здешний хозяин пустоты — воплощение её неудовлетворения.
А в его руках бок о бок сидели мы с командиршей.
Ничем другим, кроме как намерением «аватара» нас спасти, это объяснить нельзя.
Но как он здесь очутился? Его появление провоцирует Харухи, а она сейчас без сознания, не говоря о том, что нынешнее пространство было смешением порождённых Харухи и Сасаки. Пусть он появился, но ведь его даже Харухи не могла контролировать, а сейчас он спасал её будто верный слуга — не вижу в этом никакой логической связи.
Из вязкой руки «аватара» я взглянул наверх и увидел, как оконную раму клубной комнаты вынесло алыми всполохами взрыва. Похоже, Коидзуми наконец разбушевался. Фудзивару к чёрту, но хотелось бы, чтобы Асахина-сан-старшая и Кёко Татибана не пострадали.
— М-м-м… — тихонько простонала Харухи, когда она начала ворочаться в моих руках.
Будто услышав её, «аватар» поднял свою другую руку, сжал в кулак — и со всей силы ударил им по клубной комнате.
И тут же течение времени затормозилось. Всё было как будто в замедленной съемке.
Я посмотрел наверх и увидел на крыше клубного корпуса маленькую человеческую фигурку.
Силуэт школьницы в мешковатой форме с чуть завитыми волосами… Ясуми Ватахаси.
Единственный новый член команды, пропавшая в то же мгновение, когда слились две мои версии, стояла на краю ничем не огороженной крыши, глядя вниз на нас с Харухи. В этом тусклом освещении я не мог различить её лица, но мне казалось, что она улыбается.
Ясуми сделала мне неуклюжий поклон, а потом посмотрела вперёд.
Я тоже повернулся в ту сторону — в направлении здания средней школы, вот только видно его было всё хуже и хуже.
Поле моего зрения стало искажаться. Но перед этим я успел заметить на крыше противоположного здания три фигуры, одетые в женскую форму нашей школы: с короткими, длинными и средними волосами…
Так они явились? Ну конечно… Кимидори-сан, Асакура и…
Юки Нагато, больше не прикованная к постели, тихо вернулась к исполнению обязанностей. Едва ли расщепление реальности могло укрыться от внимания этой троицы — уж в этом-то интерфейсы Интегрального мыслетела мастера на все руки, вспомнить хотя бы прошлый бесконечный август.
Видимо, они наблюдали за нами. И за мной в том числе…
— !..
Вдруг в моих глазах всё померкло, а в мозг стукнуло ощущение перелёта. Это поднадоевшее чувство было мне знакомо. Меня так мутило перед перемещением во времени.
Я уже почти потерял сознание, когда тень Ясуми помахала мне рукой. Для прощания этого было вполне достаточно. Хоть мне, наверное, так и не удастся узнать, прощалась ли она со мной или с гуманоидными интерфейсами. Было у меня такое ощущение…
Ну да ладно. Я крепче обнял Харухи. Куда бы мы ни свалились, мы останемся вместе.
Наступила тьма.
Было чувство, что я уже не лечу, а падаю. Чтобы не выпустить Харухи, мои руки сжали её ещё крепче.
А издалека как будто послышался голосок Асахины-сан-младшей.
«Бум».
— Ай!
Я больно ударился копчиком. Открыв глаза, мне подумалось, что падать на пятую точку как-то глупо, но от окружившего света пришлось тут же снова зажмуриться.
Я-то уже привык к полутьме, и моя сетчатка не смогла сразу приспособиться. Вот только где я очутился? Согласно поступавшей невизуальной информации, я на чём-то сидел, пальцы нащупывали нечто похожее на траву, а в уши доносились молодые мужские и женские голоса.
Когда я осторожно приоткрыл глаза, то обнаружил, что сижу на краю лужайки, а меня окружают парни и девушки в повседневной одежде. Некоторые гуляли сами по себе, некоторые парочками сидели на траве и обнимались.
— Что? Где это я? Куда меня забросило?
По другую сторону лужайки я увидел что-то вроде часовой башни. А ещё школьное здание, с которым Северная старшая не шла ни в какое сравнение. Да и люди вокруг были не такие неуверенные, как в старшей школе. Больше похоже на университет. Ветерок дул тёплый. Наверное, весна…
Окружающее производило на меня хорошее впечатление. Вот только зачем я здесь?
И стоило мне забеспокоиться, как…
— Что такое, Кён?
…до меня донёсся голос такой знакомый, что узнать его не составило никакого труда.
Так и не встав с травы, я поднял взгляд.
— Хару… — сказал я и тут же потерял дар речи. Может, даже протёр глаза.
Рядом стояла Харухи, но какая-то более взрослая. Волосы чуть длиннее и одета по-весеннему. Кофта пастельных тонов ей очень шла. Нет, не могла она быть такой взрослой. Я-то её знал на втором курсе старшей школы.
Но, судя по виду девушки, уже прошло несколько лет. Как бы это сказать… ну да, она заметно выросла.
— Ты что делаешь? Эй… — эта Харухи шутливо улыбнулась, и у меня закружилась голова. — Зачем ты старую форму напялил? Кён?.. да и выглядишь как-то моложе… Что?
Тут она обернулась, как будто её кто-то окликнул.
— А?
В моих глазах снова начало темнеть.
Харухи кто-то звал. Она удивлённо спросила: «Что, ты и там тоже?..», а потом снова обернулась на меня.
— Э?!
Кажется, на её лице читалось изумление.
Но способность воспринимать что-либо я терял очень быстро. Образ Харухи на лужайке уносился вдаль, будто менялся зум на мощном объективе. Я не двигался, и Харухи не двигалась, но расстояние между нами становилось всё больше. С двух сторон меня обступила тьма. Это были врата. Время стремилось вернуть меня на моё законное место.
Перед тем как тьма сомкнулась окончательно, я увидел, как Харухи произнесла одними губами и нежно улыбнулась:
— …До встречи, Кён.
Я снова куда-то падал, будто лишившись точки опоры, не имея понятия, где верх, где низ, а потому потерял какое-либо чувство равновесия.
Может, это был сон? Или иллюзия какая-нибудь? Вообще, перемещения во времени вызывали у меня что-то типа морской болезни. В связи с событиями на Танабату я несколько раз мотался между прошлым и настоящим, и этот наглядный опыт отпечатался в моём теле. И сколько бы это ни повторялось, полукружные каналы внутреннего уха не выдерживали. Впрочем, любой испытывал бы то же самое, если бы спускался с горного серпантина на машине с плохой подвеской. Ещё немного, и мой желудок вывернется.
И сколько я буду проваливаться в эту тьму?..
Однако следующей остановки ждать пришлось недолго. По окончании моего падения меня аккуратно притормозила некая поборовшая гравитацию сила, и всё моё тело налетело на нечто странно податливое. Я открыл глаза.
— М-м-м… Кха?
Глаза открылись и в прямом, и в переносном смысле. До этого мне казалось, что окружающее было каким-то не имеющим отношения к действительности видением, но теперь я полностью пришёл в себя, и моё сознание было ясным; как будто, хорошо выспавшись, проснулся и даже сон свой мог вспомнить... впрочем, не важно.
Какой бы ясной ни была моя голова, на осознание положения, в котором я оказался, ушло несколько секунд.
— ..? Где я?
Я находился на кровати в тёмной комнате. Вот только комната была не моей. Ноздри уловили запах чужого дома. Запах сладковатый. Похожий на аромат комнаты моей сестры, но не такой. Я совершенно точно никогда прежде эту комнату не видел и здесь не бывал.
Ну так где я? Куда меня занесло?
— Что… ты делаешь? — раздался из-под меня приглушённый голос.
Прозвучал он необычно тихо, но в то же время с вызовом. Голос мне знаком — неудивительно, я ведь чуть ли не каждый день его слышу.
Взгляд свой я опускал как можно медленнее.
Прямо перед моим лицом оказалась Харухи. Я её такой ещё не видел. Даже сочившегося в темную комнату через приоткрытые шторы света от уличных фонарей было достаточно, чтобы понять: она в шоке.
Хуже того, я стоял на четвереньках, прижав лежавшую на спине под одеялом Харухи к постели. Вот как это выглядело. Окажись здесь свидетели, вердикт «виновен» ни у кого бы не вызвал сомнений. Выкрутиться из такой ситуации шансов практически никаких.
— …Ты…
А, вот оно что. Почему-то я никогда не бывал у Харухи дома или в её комнате, вот поэтому место и не было мне знакомо. С ходу-то не понять, но здесь же находилась и сама Харухи, так что другие варианты отпадают.
Это точно комната Харухи и её постель. Середина ночи. Глаза облачённой в пижаму девушки широко открыты от более чем крайнего изумления.
— Кён, что тебе…
Честное слово, я и сам хотел бы узнать, чтó тут происходит, Харухи-сан. Подумать только, из всех возможных мест я свалился к Харухи в постель.
— Стой! — воскликнула та. — Глаза закрой… Накрой голову одеялом и не двигайся!
Харухи, спихнув меня в сторону, встала с постели, а на мою голову натянула одеяло, закрыв мне обзор. Послышался какой-то шорох.
В одеяле я всё-таки сделал себе щелку, через которую разглядел мебель в комнате. Я не собирался подсматривать ничего непристойного, просто надо было кое-что проверить.
Предмет моего поиска оказался на столике у кровати.
Электронные часы, которые можно найти почти в любой спальной. Поскольку Харухи живёт не в эпоху Эдо[22], моё предположение, что рядом найдётся не петух, а будильник, оказалось правильным.
К счастью, выбранная ей модель показывала не только время — скоро должно было взойти солнце, — но и дату.
И, судя по дате, сейчас был май.
Так… что у нас получается? «Аватар» поймал меня в свою руку в середине апреля, и если часы не сбоят, то с того момента прошёл уже месяц. То есть я в недалёком будущем.
Я уже не раз отправлялся в прошлое и обратно, но впервые оказался в будущем. И кто же меня в него отправил? Асахина-сан-старшая? Или такова ранее неизвестная способность «аватара»?
Харухи продолжала в чем-то копаться. По шуршанию я догадывался, что она переодевается, но моё внимание привлекло не это.
На стене висел простенький календарь. И Харухи обвела на нём предстоящий день красным маркером и нарисовала вокруг него цветочек с лепестками, которым воспитательницы в детском саду отмечают правильно выполненные задания.
Я отлично знал, что за юбилей был сегодня.
Ведь в моём календаре этот день тоже отмечен похожим образом.
Конечно, она не могла забыть, если уж я-то не забыл. Тот день год назад мы будем помнить до конца жизни, так же как церемонию поступления в школу.
Ведь в этот день…
Тут я услышал, как в окно что-то стукнулось.
Мы с Харухи одновременно вздрогнули. Она уже переоделась в обычную одежду и не стала возмущаться, когда я сбросил с головы одеяло. Ей было интереснее, что это стукнуло, и она подошла к окну. Я встал рядом с ней.
Только в этот момент я понял, что семья Харухи живёт в отдельном доме, а её комната на втором этаже. Интересно, почему я раньше об этом не знал…
Когда мы, раздвинув шторы, посмотрели вниз, в свете уличных фонарей мы увидели перед домом Харухи три фигуры.
Там, очевидно, стояли Асахина-сан-младшая, Коидзуми и Нагато.
Увидев, что мы отреагировали, Коидзуми развёл руки, будто говоря «Так уж получилось», Асахина-сан сложила руки на груди, а Нагато стояла по-обыкновенному. Уф, какое облегчение.
Харухи аккуратно открыла окно. Тишина вокруг была, как в недавнем закрытом пространстве. Сейчас в этом спальном районе, наверное, не было никого шумнее человека, развозившего газеты.
Не сговариваясь, мы с Харухи затаили дыхание, а Коидзуми слегка помахал нам рукой.
Тут я увидел, что в другой руке он держал что-то вроде небольшого свёртка. Замкомандира размахнулся и кинул его нам. Предмет пролетел по низкой параболе и очутился в моей руке. Наверно, такой удачный страйк обеспечила Нагато.
Даже в этом тусклом свете я смог прочитать слова на карточке, приложенной к красиво перевязанной лентой коробке:
В честь первой годовщины основания «Команды SOS». От всех её членов в знак благодарности Её Превосходительству Командиру за прошедший год.
Судя по разному написанию, в оформлении текста принимали участие все члены команды. Там даже и мой почерк оказался, хотя я не помнил, чтобы писал нечто подобное. Но что важнее…
…Ну да, конечно. Наступивший день знаменует годовщину того момента, как Харухи объявила о создании «Команды SOS». Год назад во время урока на Харухи вдруг снизошло озарение, и она хрястнула меня затылком о парту; а на обеденном перерыве оттащила меня на лестницу и привела прямиком в комнату литературного кружка. Там она объявила, что изымает её, а на следующий день совершила похищение Асахины-сан.
«…Отныне эта комната — наша!»
«…Команда Харухи Судзумии, от которой Обалдеет этот Скучный мир!»
И в этот момент в Северной старшей школе появилась таинственная организация, вызвавшая переполох космических масштабов.
Так ведь, Коидзуми, Нагато, Асахина-сан?
Так что, вот поэтому я здесь?
— Харухи?
С подарком в руках я развернулся к ней.
— А… чего?
Она делала вид, будто была сбита с толку, хотя совершенно ясно, что давно всё поняла. Не встречаясь со мной взглядом, она посматривала то на меня, то на коробочку, словно спутник охотника за сокровищами, не уверенный, как ему взять предлагаемую драгоценность.
Тогда остаётся только действовать напрямик. Я протянул подарок с карточкой Харухи.
— Спасибо за усердную работу, командир. Мы надеемся на ваше дальнейшее руководство.
— Дурак, — сказала она, послушно принимая дар. Пробежав глазами по карточке, она прижала коробочку к себе покрепче. Мне было немного неловко смотреть на такое проявление эмоций, но тут она…
— Кён, а как ты сюда забрался?
Блинский блин… Не говорить же, что я вошёл через парадный вход.
— Ну, через окно. По водосточной трубе залез. Ты не оставляй окно открытым, а то я воспользовался тем, что оно не заперто.
Ну надо же, сколько я могу соврать на ходу.
— Ты палку не перегнул? А если бы кто-нибудь увидел, как ты лезешь, и сообщил в полицию?
Харухи, похоже, не знала, плакать ей или смеяться. Потом она вдруг посмотрела на мои ноги.
— Ты почему в школьной сменке? Сейчас же разувайся. Натопчешь ещё!
А я и забыл, что совсем недавно был в Северной старшей. Да и она там была. Ну да ладно. Очевидно, на этот раз во времени переместился один лишь я.
Посмотрев, как я снимаю обувь, Харухи подошла к окну, взглянула на троицу, стоявшую на улице, и глубоко вздохнула.
— Для сюрприза могли бы время получше выбрать. Вообще, я предполагала, что вы что-то мне приготовите, но и подумать не могла, что вы станете будить меня посреди ночи.
— А иначе какой же это сюрприз? Раз удивлять, то только так.
Довольно убедительная импровизация у меня получилась. А всё потому, что из-за Харухи я уже натерпелся чертовщины. Теперь что бы мы ни устроили, всегда можно улыбаться и делать вид, будто мы сделали ей сюрприз.
Харухи с улыбкой смотрела вниз. Её явно не волновало, оставила ли она в самом деле открытым окно. Я ж пролез — и это главное.
— Кён. — Харухи приблизилась к моему лицу и прошептала на ухо: — Я отведу тебя до двери, а ты постарайся не шуметь.
От выдыхаемого ей воздуха мне было щекотно, но я сдержался.
Стараясь не привлекать внимания родных, Харухи на цыпочках спустилась по лестнице и с ловкостью матёрого «медвежатника» отперла входную дверь.
Наконец я оказался рядом с дожидавшимися на улице остальными членами команды. Ночью в спальном районе они предпочли помалкивать, но я видел выражения их лиц. Мне до сих пор не было понятно, как, но всё вышло хорошо.
Нагато выдала мне мои родные кроссовки, старая добрая Нагато: без тени болезни, не показывающая эмоций, которая вечно погружена в чтение.
Асахина-сан — конечно, младшая — смотрела на нас с Харухи и волновалась, но когда я показал ей большой палец, с облегчением вздохнула и улыбнулась.
Коидзуми, с видом человека, который просто так ходил ночью в магазин, выдал следующее:
— Жаль, что потревожили вас в столь поздний час, Судзумия-сан, но кое-кто категорически настаивал на проведении данного мероприятия.
Почему он при этом смотрит на меня?
А, понял. Я повернулся к Харухи и постарался говорить поспокойнее:
— Надо было придумать, как тебя удивить. А к тебе можно подобраться незаметно, только пока ты спишь.
Не знаю, слушала ли меня Харухи, но она посмотрела на лица Асахины-сан и Нагато и сказала:
— Ну… спасибо.
Она обняла подарок обеими руками и улыбнулась так ярко, что затмила полную луну. Обычно её улыбка походила на сияющую звезду, но сейчас она именно что была подобна безмятежной луне, и я на какое-то время на неё загляделся… Точнее, не знал, что сказать.
Где-то каркнула ворона. Кто от тебя, чёрная, просил сейчас звуковой эффект?
Будто по сигналу, Харухи оторвала взгляд от подарка.
— Уже поздновато. Давайте встретимся потом, в клубной комнате. Кстати, а что там внутри?
— Надеюсь, его содержимое тебя обрадует. Выбирал, кстати, тот, кто недавно вторгся в твою спальню, — сказал Коидзуми. — Должен заметить, что идея целиком принадлежит ему, а мы здесь не более чем наблюдатели. Он бы вполне мог всё сделать и без нашего участия.
Когда я наступил ему на ногу, Коидзуми наконец затих.
По всей видимости, содержимое подарка действительно выбирал «я» из прошлого. Тогда всё становится вполне логично.
Харухи пооглядывалась то на нас, то на дом и вернулась к двери.
— Осторожнее по дороге домой. Коидзуми-кун, Кён, вы должны обеспечить безопасность Микуру-тян и Юки. Поняли? Это приказ командира.
Сказав что-то на удивление разумное, Харухи скрылась за дверью.
Должно быть, она думала о родителях и соседях. Было в этом что-то премилое, однако.
Расставшись с Харухи, я с тремя спутниками пошёл по пустынной ночной улице.
Известно, что сейчас середина мая. С моей точки зрения только что меня пригласили в клубную комнату, я встретился с Фудзиварой и Куё, свалился вместе с Харухи, мягко приземлился в руку «аватара», но здесь времени прошло больше. Я переместился во времени на месяц вперёд, и по сравнению с прыжками через года в этом не было ничего удивительного. Но я всё же сделал для себя одно открытие.
Ведь ваш покорный слуга находился в мире будущего, который был для него неизведанной территорией.
— В самом деле, — беспечно сказал Коидзуми, чем несколько меня задел. Может, потому что у парня было какое-то слишком хорошее настроение.
— То есть мне опять придётся перемещаться во времени?
— Да. Иначе у нас возникнут некоторые затруднения.
— М-м… Э-э… — чуть подняла руку Асахина-сан. Как эксперт — младший — по путешествиям во времени она обрисовала ситуацию.
По её словам, сразу после того как меня спас «аватар», я перенёсся на месяц в будущее, где теперь и находился.
Так что мне нужно было вернуться в своё время — соответственно, на месяц назад, что Асахина-сан сама сейчас и устроит.
Я посмотрел на Нагато, и она ответила мне взглядом игрушки-щелкунчика. В ней не осталось ни следа той слабости, которая потребовала заботливого ухода Харухи.
— А нельзя мне просто время заморозить и дать поспать, пока не наступит нужный момент?
— Нельзя, — тут же ответила Нагато, — для решения данной задачи не подходит.
Коидзуми, что она имеет в виду?
— Вообще-то, в этом времени есть ещё один «ты», вернувшийся из этого момента на месяц назад.
Но я ведь уже сам с собой сливался.
— Сейчас другой случай. Тогда одного человека разделили на две версии, а в случае перемещения во времени человек как был один, так и остался, но пока ты находишься здесь, присутствуешь в двух экземплярах.
Со стороны выглянула Асахина-сан:
— Иначе мы бы пошли против предопределённого… если тебя не вернуть, будет много трудностей. С нашей точки зрения твоё возвращение уже состоялось.
Ясно. Наличие здесь ещё одного «меня» доказывает то, что я вернулся в собственную временнýю линию. И теперь я должен стать тем «мной», который вернулся в прошлое. Всего на месяц назад. Сущая мелочь по сравнению с тремя годами.
— Я бы хотела, чтобы здешний «ты» тоже сюда пришёл, но «ты» настоял, что не хочешь встречаться с самим собой, так что пришлось явиться сюда втроём.
Ну, это на меня похоже.
— И ещё, кстати, нам было велено не разглашать содержимое подарка Судзумии-сан. Так что советую это учесть после возвращения в своё время, — добавил Коидзуми озорным тоном. — И прошу не забыть рассказать «нам» из прошлого о сегодняшнем мероприятии. Хотя не сомневаюсь, что ты и так об этом не забудешь.
— …......
Нагато снова стала внешне индифферентной девушкой, и это меня успокаивало.
— Моя версия из прошлого тебе всё расскажет. То есть, я уже рассказал, — сказал Коидзуми.
— А я тебя сам расспрошу. Например, в клубной комнате.
— Нет, вообще-то мы встретимся в другом месте. Место выберешь сам. И не стоит слишком ломать над этим голову.
Я повернулся к Нагато.
— …......
Молчаливая девушка ничего не сказала. В тот раз, когда я видел на крыше здания три фигуры, одной из них несомненно была она. По словам Коидзуми, в линии «альфа» с ней ничего не происходило. И даже упомянул, что её призвала Ясуми.
Так ты всё знала? И кем была Ясуми, и почему туда явился «аватар»…
Но Нагато всё молчала и даже не поворачивалась ко мне. Коидзуми помахал мне рукой, и она ушла с ним.
Остаётся довериться Коидзуми, так? Согласно ему, он мне всё уже объяснил. «Мне», который был месяц назад.
Я остался наедине с Асахиной-сан и повернулся к ней.
— Ну что, поехали?
— Ага!
Кажется, Асахине-сан очень хотелось оказаться полезной. Что ж, пусть будет так. Обычно она просто исполняла приказы, которые ей никто не объяснял, но теперь она впервые инициировала перемещение во времени сама.
Но перед этим…
— Асахина-сан?
— Что такое?
— Асахина-сан, у тебя есть брат? А точнее, младший брат?
— Угм? — Асахина-сан приложила к губам палец и идеально подмигнула. — Состав моей семьи — строго секретные сведения.
Кто бы мог подумать.
Невесомое чувство головокружения при перемещении во времени, к которому я уже привык, продлилось недолго. Может, потому что месяц — это меньше, чем три года.
Тем не менее, когда мои глаза прояснились, я лежал на кровати в своей комнате.
Перепуганный моим появлением Сямисэн, который дрых на моей подушке, соскочил с кровати и, выпучив глаза и выставив шерсть дыбом, уставился на меня. Асахины-сан рядом, конечно, не было.
Сначала надо взглянуть на часы.
Апрель, пятница. Я вернулся в свою комнату в восемь вечера.
Всего пару часов назад ваш покорный слуга участвовал в драме, решавшей судьбу мира, а теперь кроме Сасаки ему и рассказать о ней некому. Хотя не то чтобы мне особо хотелось афишировать эту историю.
Я потянулся в кровати, празднуя возвращение к нормальной жизни.
— Что ж, пойду приму ванну, а потом завалюсь спать.
Один выходной день надо бы потратить на то, чтобы прийти в себя. Да, именно так.