Когда я очнулась, вокруг царил полумрак, разгоняемый тремя мелкими огоньками неподалеку. Проморгавшись и приподнявшись на локте, я поняла, что это подсвечник на три свечи.

А еще, что в кресле рядом с постелью, в которой лежала я, спит Шорас.

И постель опять другая. Не та, в которой я проснулась утром.

Безумно хотелось пить. Похоже, выплеск эмоций добавил в и без того истощенный организм обезвоживание. На столе рядом с подсвечником я заметила поблескивающий прозрачным содержимым графин и два перевернутых стакана. Ага. Их-то мне и надо.

Босые ноги коснулись прохладных паркетных плит. На мне обнаружилась полупрозрачная ночная рубашка, состоящая лишь из тончайшего кружева от горла до талии. Будто этого мало, еще и вырез по самый пупок. Весьма фривольная, скажу прямо. Похоже, это все Ди, приобщает местных к моде нашего мира.

Я прокралась к графину, стараясь не потревожить Шораса. Ругаться посреди ночи мне не хотелось, не было сил. А что он мне может сказать хорошего? Вот то-то же. Лучше не будить.

Несмотря на все предосторожности, стакан все же звякнул о поднос.

В то же мгновение я оказалась сидящей на коленях дроу. Его утренняя радость — или стоит назвать ее полуночной? — многозначительно уперлась мне между ягодиц.

— И тебе не хворать. — пробормотала я, глядя в серо-синие глаза. Они оказались удивительного металлического оттенка с лазурными искрами у зрачков. Синяя прядь упала ему на лоб, я машинально ее поправила.

Зрачки Шораса расширились еще сильнее, практически затопив радужку.

— Если бы ты не пребывала все это время без сознания, и тебя не переодевали фрейлины королевы, я бы решил, что ты задумала меня соблазнить. — хрипло сообщил дроу.

— Это не я тебя удерживаю, на минуточку. — вяло возмутилась я. Сил на полноценный скандал не было.

Мужчина демонстративно разжал руки, подняв их в универсальном жесте. Мол, сдаюсь. Я соскользнула с его колен и жадно присосалась к стакану. Наполнила его водой и снова выпила залпом.

— Где мы? — спросила, хотя и сама догадывалась.

— Во дворце. — пожал плечами он. — Ее величество не хочет тебя далеко отпускать. Опасается, что до тебя могут добраться фанатики.

— Если кто-то узнает, что я связана с Элгаром… — кивнула я, внутренне холодея. Мало мне своих проблем, еще и полудемон умудрился связать наши жизни! Хорошо, подруга и этот дроу вменяемые, прониклись моими доводами. А если кто-то маньяк и решит, что демонов надо уничтожать любыми методами, а тут я, такая удобная мишень? Убей попаданку, а с ней короля демонов бонусом. Меня передернуло.

— Мы постараемся держать твой статус в секрете, но сама понимаешь. Такое долго скрывать не выйдет. — поморщился Шорас. — Так что действовать нужно быстро.

— Как именно? — я добралась до постели и устало на нее опустилась. Силы куда-то все подевались.

— Искать ничьи территории, разумеется. — хмыкнул дроу. — Сама же предложила.

Если бы я не сидела уже, точно бы упала.

— Серьезно? — пискнула, с трудом давя желание повиснуть у Шораса на шее. Вряд ли он оценит мой порыв.

— Серьезнее некуда. — мрачно подтвердил он. — Ее величество решила, что это прекрасный план. Так что завтра мы с тобой наведаемся в королевскую библиотеку. Будем выбирать место для поселения демонов. Поверить не могу, что я ввязался в это бредовое мероприятие!

Он закатил глаза, но шестым чувством я чуяла, что все это показное. Ему и самому казалось справедливым предоставить запертым в отравленном мире несчастным шанс на лучшую жизнь. Тем более если раньше он служил Элгару. Былые привязанности не так-то просто сменить на ненависть.

Я отправилась под одеяло, досыпать, а Шорас поерзал на кресле, пытаясь найти удобную позу. Это он зря. С утра не разогнется.

— Иди сюда. — для наглядности я похлопала по простыне рядом со мной, и заметила, как напрягся дроу. — Не придумывай только чего лишнего. Просто не хочу, чтобы ты мучился. Тут места хватит на пятерых и еще останется.

— Это теперь модно. — мужчина слегка оттаял, поколебался, но все же поднялся и двинулся к постели, обходя ее вокруг. Я невольно засмотрелась. Двигался он, как танцор или бывалый воин, легко и бесшумно. Даже под слоями ткани видно, как перекатываются литые мышцы. — Вслед за ее величеством многие дамы надеются сделать из своих дочерей «звезд». Вот и делают такие массивные ложа… в расчете на нескольких мужей.

— А почему они ими сами не станут? — поинтересовалась я, с трудом отворачиваясь. И все равно ухо ловило малейшие движения, а воображение разыгралось на всю катушку. Вот он снял жилет, стянул сапоги… а больше ничего снимать не стал, даже покрывала не приподнял, прямо так и лег поверх всего, одетый. Ну, его дело. Главное, не заработает ишемию. — Никак не пойму этих ваших заморочек с терминологией. То сосуды, то лучи, то звезды… У вас тут что, многомужество принято?

— Нет конечно. — вопреки ожиданиям, Шорас не возмущался, он спокойно, даже сонно, рассказывал мне местные реалии, как сказку на ночь. — В человеческом королевстве очень долго была принята моногамия. Мало того — целомудренность женщины особо блюлась. Ведь только если ее первым мужчиной станет маг, законный муж, она сможет полноценно раскрыться в качестве сосуда.

Он явно цитировал какой-то свод правил, вроде нашего «Домостроя».

— И что он дает? Сосуд этот? Какая от него польза? — спросила я, хотя догадывалась и без того. Недаром меня просили у ложа пребывавшего без сознания Элгара исполнить свой «сосудистый» долг. Питать его энергией. То есть Иветта и ее демон рассчитывали, что я стану батарейкой для его величества? Насовсем?

— Сосуд пополняет силы ее мужчины. Если она вдруг окажется вдовой, то ее может взять в жены лишь обладающий такой же силой маг. То есть если ее покойный муж был например водником, она сможет выйти лишь за водника. И питать уже его. Там много тонкостей, не буду засорять тебе голову. — отмахнулся Шорас. — Все равно тебе это не грозит. Ты уже «сердце».

— И в чем отличие? — продолжила я допрос, пользуясь неожиданной словоохотливостью дроу.

— Сосуд питает. — повторил он. — А «сердце» питается само. И при желании может отдавать обратно, и даже приумножать силы своих мужчин. Или же одного мужчины. Но обычно, как я знаю из истории людей и наших обычаев, «сердце» не моногамно. Ей тесно с одним мужем. Ее тянет наполниться иными энергиями, зачастую противоположного свойства. Например, ее величество и все ее консорты могут превращаться в зверей и ходить Изнанкой, хотя первое свойственно лишь оборотням а второе дроу. Но благодаря «сердцу» все их способности теперь общие.

— Интересно как. — мечтательно зажмурилась я. — Получается, я теперь владею силами Элгара. Надо бы научиться ими пользоваться!

— Теоретически у тебя ментальный дар и портальный. — на стороне Шораса что-то зашуршало. Наверное, он кивнул. Я опасалась повернуться, чтобы не начать на него пялиться. Еще обвинит опять в приставании! — Этим мы тоже займемся. Походишь на занятия в академии, под моим присмотром разумеется. Заодно немного освоишься.

Мне пришла в голову еще одна мысль. Поделиться ею с мужчиной будет довольно странно, но раз уж у нас ночь откровений…

— А что принципиального в девственности? — поинтересовалась я и зажмурилась от собственной храбрости.

Шорас затих. Совсем. Казалось, он и дышать перестал. Я вовсе не слышала за спиной шевелений.

— Лишь одаренная девица, возлегшая впервые с лишенным дара, способна стать «сердцем». — произнес он наконец в полной тишине. — Тогда ее способности не ограничиваются одной магией супруга. Ей подвластны любые виды, все, которые будут у ее следующих мужчин, и она щедро одарит их в ответ. Плата за это соответствующая — пока живо «сердце», живы и они.

Разумеется, мужчинам не нравилась подобная зависимость. Вот и придумали трюк с Сосудами. Так никакой привязки, сплошная польза от бабы.

— Интересно, как ты умудрилась обмануть Элгара? — помолчав, негромко спросил Шорас. — Если бы он знал, что ты уже была с мужчиной, вы бы… провели ритуал… в специальном изолированном зале. Не ты первая становишься супругой портальщика. Для этого есть специальные ограничительные руны, а то бывало молодожены вот так оказывались неизвестно где. У дроу, я имею в виду. Люди-то подзабыли уже все традиции, связанные с сочетанием священными узами.

— Так может он и не знал. Он же почти человек. — пробормотала я, пытаясь сообразить, отчего Шорас считает меня обманщицей.

Менталисты что, с ним выводами не поделились? Или у них врачебная тайна, как у наших психиатров? Они же наверняка видели, что я девственница. Была ею до вчерашнего сумасшедшего дня. Позавчерашнего? Уже можно сказать наступил третий день, как я среди людей. Правда, большую часть этого времени я спала, так что мне простительна путаница в сознании.

Я плотнее завернулась в одеяло, раздумывая, как объяснить этот феномен. Возможно, из-за того что Элгар наполовину демон, обычные правила в его случае не сработали? Или он был настолько вымотан в момент слияния, что мой организм посчитал его за лишенного даром?

— Я никого не обманывала. — прошептала я себе под нос.

Тихое сопение было мне ответом. Шорас спал.

Повертевшись, я повернулась на спину и уставилась в украшенный лепниной потолок. Спальня во дворце была гораздо роскошнее, чем в доме дроу, ткани еще шелковистее, а вокруг царила абсолютная тишина, прерываемая редким, глубоким дыханием мужчины рядом.

Почти как в пещере.

Я почувствовала, что на меня накатывают волны паники. Стены сжимались, воздуха не хватало. Не задумываясь, как это может расценить Шорас, я боком, по-крабьи, переползла левее, на его сторону кровати. Стоило мне ощутить рядом его мощное тело и исходившее от него тепло, как мне тут же полегчало.

И чего я только испугалась? Подумаешь, тишина. Изоляция хорошая. Вон луна в окно светит. Надо бы занавеску отдернуть, тогда ее лучше будет видно…

Кажется, именно на этой мысли я и задремала.

Пробуждение было приятным.

Мне было тепло и уютно. Вокруг меня обернулось что-то горячее, как большая грелка, одеяло укрывало меня по самый нос…

Погодите, это вовсе не одеяло!

Я уставилась на мускулистую, покрытую тонкими ниточками старых шрамов руку, по-хозяйски сжимающую мою грудь. Мгновение раздумывала, заорать в панике или нет, но потом признала сероватую кожу Шораса и сжалась, предчувствуя его возмущенные вопли.

Вряд ли он оценит мои оправдания. Подумаешь, страшно стало. Скажет еще, что я все придумала лишь бы его совратить…