С тихим, почти пневматическим шипением тяжелая створка командного центра отъехала в сторону, выпуская меня обратно. Никакой пещеры больше не было. Драконье логово, каменные колонны, сталагмиты — всё это исчезло без следа. Я стоял на небольшом обзорном балконе, забранном прочной пласталевой сеткой, и смотрел на обнаженную изнанку иллюзии. Полигон предстал передо мной в своем истинном, утилитарном виде. Это была колоссальная, циклопическая каверна, залитая ровным, стерильно-белым светом люминесцентных панелей. Там, где были мрачные своды канализации и пиршественные залы замка, теперь виднелись гладкие, матовые стены из неизвестного темного композита. Они не были монолитными. Весь пол и потолок, пространство этого гигантского ангара расчерчивала густая сеть глубоких пазов, сетки из толстых профилей и направляющих рельсов. Стены оказались мобильными модулями — гигантскими блоками, которые Пал мог перетасовывать и сдвигать в любой конфигурации, создавая миллионы уникальных лабиринтов для тренировок. То, что я пробежал за это время, было лишь крошечной долей от реальной площади комплекса. Он задействовал меньше трети арены. В каждый квадратный метр этих стен, в каждый угол и стык были врезаны бронированные полусферы проекторов, линзы эмиттеров и генераторы полей, если предположения верны. Ничем иным это быть просто не может. Где-то далеко внизу лязгнула входная дверь, и в тишине огромного зала раздались торопливые шаги.

Элара быстро пересекала пустой полигон. Без голографических теней и рыцарей ее маленькая фигурка на фоне исполинских переборок казалась совсем крошечной. Она постоянно крутила головой, разглядывая холодный металл и стекло там, где еще недавно бушевало виртуальное средневековье. В ее глазах(отсюда не видно, но я уверен), было жадное любопытство. Я спустился по короткой металлической лестнице с балкона в буферную зону. Тут был полноценный жилой и рабочий блок персонала. За прозрачными перегородками виднелись ряды терминалов, погасшие экраны, пустые шкафчики для униформы и даже небольшая зона отдыха с креслами. Именно здесь ученые Старой Империи — и тот самый Арн — сутками сидели, анализируя биометрию несчастных клонов, которых ПАЛ гонял по лабиринтам до кровавого пота. Элара взбежала по ступеням и остановилась передо мной. Она окинула меня цепким, сканирующим взглядом, задержавшись на подпалинах от взрывов.

— Всё хорошо? — спросила она, шумно выдохнув.

— Щит нужно будет проверить, но в остальном порядок, — кивнул я.

— Я видела всё оттуда, — она махнула рукой в сторону далекого входа. — Это… это неописуемо. Он создавал материю из света. А теперь тут просто голые стены.

— Добро пожаловать за кулисы, Принцесса! — внезапно ожили скрытые под потолком динамики громкой связи. Голос ПАЛа звучал бодро, с нотками явного самодовольства. Искусственный интеллект явно наслаждался произведенным эффектом. — Я снял маскировку и перевел полигон в сервисный режим, чтобы вы не споткнулись о какой-нибудь забытый силовой контур.

Элара недовольно поморщилась, услышав обращение.

— Если ты еще раз назовешь меня… — начала было она.

— Оставь, Принцесса, ему нравится тебя дразнить, — усмехнулся я, перебив её. — Он десять тысяч лет никого не бесил, кроме самого себя. Надо же машине как-то компенсировать дефицит общения.

— Эй, Кейн, это было обидно! — тут же отозвался ПАЛ, но в его тоне не было ни капли злости. Наоборот, он словно смаковал мое настоящее имя, привыкая к новым вводным. — Между прочим, у меня отличный алгоритм эмпатии. Я просто вижу, что этот титул вызывает у нашей гостьи легкий всплеск адреналина, что крайне полезно для поддержания тонуса нервной системы после стресса. Считай это медицинской заботой!

Элара только закатила глаза, но расслабилась. За то время, что она наблюдала за боем и разговором на экране, ее отношение уже дало трещину. Демон оказался болтливым, язвительным и, как ни странно, очень человечным.

— Ладно, лекарь, — я обвел взглядом буферную зону с терминалами. — Твои владения впечатляют. Но у меня вопрос. Всё это оборудование, эти генераторы, проекторы… Они выглядят так, будто их смонтировали на прошлой неделе. И я точно помню, что в том зале, который ты превратил в столовую Морганы, я разнес в хлам три твои стационарные ракетницы.

— Абсолютно верно, Кейн! Попадания были критическими, восстановлению не подлежат, — жизнерадостно подтвердил ИИ.

— И тем не менее, полигон выглядит безупречно, — я прищурился, пытаясь найти подвох. — Кто всё это чистит? Кто меняет сгоревшие узлы? Не мог же ты десять тысяч лет просто протирать пыль силовыми полями.

— А зачем мне поля, когда у меня есть они? — в голосе ПАЛа зазвучала откровенная гордость.

Слева от нас, в стене рабочего блока, бесшумно разъехалась скрытая панель. Оттуда, тихо гудя приводами, выполз небольшой сервисный дрон — плоская металлическая платформа с несколькими сложными манипуляторами. Но самым интересным было не это. Прямо над платформой, в воздухе, светилась компактная, высотой мне по колено, голограмма ПАЛа.

Маленький цифровой человечек сложил руки на груди и хитро посмотрел на нас снизу вверх.

— Экскурсия продолжается! Идемте, покажу вам, почему моя арена бессмертна.

Дрон плавно развернулся на месте. Присмотревшись, я понял, как он передвигается: никаких антигравитационных подвесов, технология которых появится только после открытия эффекта Хольцмана. Под плоским брюхом механизма вращалась хитроумная система, позволяющая платформе скользить в любом направлении, не меняя положения корпуса.

— Ты управляешь всей этой станцией, — я кивнул на исполинские своды, покрытые стеклом эмиттеров. — На каждом метре висят проекторы. Почему ты используешь этого… малыша, вместо того чтобы просто транслировать свой образ поверх нас по мере движения полигона?

Маленькая проекция ПАЛа уперла руки в бока, всем своим видом выражая глубочайшее возмущение.

— Кейн, ты хоть представляешь, какой ресурс фокусных линз и какие объемы энергии нужны, чтобы вхолостую гонять боевые эмиттеры просто ради красивой картинки? — тон машины был снисходительным. — Я же не транжира. Боевые системы должны оставаться в резерве. А этот сервисный бот потребляет жалкие крохи, имеет отличные микрофоны, легко заменим и прекрасно справляется с функцией моего аватара. Идем, не отставайте.

Платформа покатилась вперед, тихо шурша роликами по гладкому полу. Мы двинулись следом. Элара шла чуть позади, её шаги гулко отдавались в тишине огромного ангара. Без обмана зрения иллюзиями, расстояния здесь ощущались иначе, и масштаб просто давил. Вскоре модульные стены расступились, образуя широкую, просторную секцию, где потолок поднимался на добрый десяток метров. Я узнал это место сразу по уродливым подпалинам на панелях, выщербленный пол и глубокие борозды от шрапнели. Бывший пиршественный зал замка Морганы, где мне пришлось изрядно попотеть под огнем ракетниц. Работа здесь кипела вовсю. Вокруг выжженных ниш, скрытых ранее за голографическими магами, суетился десяток механизмов. Они передвигались на суставчатых механических лапах или коротких гусеничных лентах, цепляясь манипуляторами за пазы в стенах.

— Как насекомые, — прошептала Элара, завороженно наблюдая за этой слаженной, пугающе быстрой суетой. — Металлический улей.

Сравнение было точным. Дроны не мешали друг другу, двигаясь по идеальным, математически выверенным векторам. Тонкие лазерные резаки со свистом срезали наплывы спекшегося металла. Длинные щипцы ловко вытаскивали из пазов искореженные, всё еще дымящиеся блоки тех самых турелей, которые я расстрелял, и сбрасывали их в широкие поддоны грузовых платформ.

Тут же другой, более крупный бот, напоминающий бронированного паука, разворачивался и аккуратно, до миллиметра, вставлял в освободившееся пространство абсолютно новые, сверкающие свежей смазкой оружейные модули. Несколько вспышек сварки, щелчки фиксаторов — и смертоносная турель снова готова к бою.

Я подошел ближе, разглядывая блестящий ствол нового орудия. На нем не было ни пылинки, ни следов длительной консервации.

— Они выглядят так, будто сошли с конвейера пять минут назад, — задумчиво произнес я, оборачиваясь к маленькой голограмме ПАЛа. — Ты не просто чинишь их. Ты их заменяешь целиком. И откуда только берешь столько запчастей? Базе десять тысяч лет. Любые, даже самые колоссальные складские запасы если бы и не иссякли, учитывая что ты бездействовал, но точно бы не выглядели ТАК ново. И вряд ли бы работали. Они бы просто все заклинились под действием диффузии как минимум.

— А какими им еще быть, Кейн? — ПАЛ развел голографическими руками, словно я спрашивал о банальных вещах. — Если бы я складировал готовые детали и ждал поставок с промышленных планет, первая же тренировка стала бы последней до прилета ремонтных кораблей. При интенсивности моих проверок это недопустимо!

Платформа ПАЛа подъехала к краю грузового поддона, доверху забитого покореженным металлом и остатками моих пуль.

— Поэтому, естественно, у меня есть практически полный автономный цикл производства всего необходимого для существования и работы комплекса. Главное — чтобы были базовые материалы. А их, учитывая мой вынужденный отпуск, на складах еще более чем достаточно. Выкидывать мусор я тоже не привык. Всё, что эти ребята сейчас соберут, пойдет в переработку.

Автономный цикл производства? Чертежи? Станочный парк, способный штамповать сложное оружие, микроэлектронику и броню с нулевым износом? В условиях вечного арракийского дефицита это был даже не джекпот. Это был ключ к созданию собственной небольшой армии, независимой от Гильдии и контрабандистов.

— Ты хочешь сказать, что у тебя здесь есть полноценный завод? — я с трудом подавил радостную ухмылку, шагнув к платформе ИИ. — Веди. Я должен это увидеть.

Платформа с голограммой ПАЛа плавно развернулась и покатилась дальше по коридору, уводя нас всё глубже в недра комплекса. Элара, до этого молчавшая, поравнялась со мной.

— Завод? Ты думаешь что сможешь использовать это производство? — тихо, чтобы не услышал микрофон дрона, спросила она. Но это было бесполезным действием. Если не сами микрофоны могли уловить и не такое, то уж точно тут везде вмонтированы другие. В ее голосе снова проскользнули нотки тревоги.

— Если у него есть станки и чертежи, мы сможем производить всё необходимое, — спокойно ответил я. — Броня, детали, оружие, запчасти для орнитоптеров. Всё то, что сможем скопировать. А это большой шаг к независимости, Элара. Не придется закупать кучу лишних лицензий для наших фабрикаторов, пусть даже и со скидкой от твоей подруги. Если договоришься.

Дрон привел нас к массивным гермодверям, которые с шипением разошлись в стороны. Ожидая увидеть классический промышленный цех — ряды громоздких станков с ЧПУ, конвейерные ленты, манипуляторы и искры сварки, — я замер на пороге. Помещение было огромным(опять), но абсолютно пустым в привычном понимании. Никаких станков здесь не было. Всю центральную часть цеха занимал колоссальный резервуар, похожий на прямоугольный бассейн, неизвестной глубины, метров тридцать в длину. И вместо воды он был заполнен странной, тяжелой на вид субстанцией цвета жидкого серебра или ртути. Поверхность этой «жидкости» не была гладкой — она постоянно шла мелкой рябью, переливалась и пульсировала, словно живой организм.

Элара инстинктивно сделала шаг назад, схватив меня за локоть.

— Что это? — выдохнула она, глядя на серебристое марево.

— Это моё производство и моя гордость, Принцесса, — гордо ответил ПАЛ, и его дрон подкатился к самому краю резервуара. — Производственная колония нанороботов. Универсальная матрица. Редкая вещь, но тут она более чем оправданна. Зачем мне тысячи разных станков, занимающих ценную площадь, если я могу иметь один абсолютный инструмент? И не нужно опасаться что какая-то часть цепочки выйдет из строя и вся работа встанет.

В этот момент к противоположному краю бассейна подъехали несколько грузовых платформ, доверху груженных тем самым металлоломом из разрушенного зала — покореженными блоками ракетниц, оплавленными стволами и обломками композита. Манипуляторы платформ безжалостно опрокинули весь этот мусор прямо в серебристую жидкость. Короткий всплеск и мусор погрузился в субстанцию, скрываясь в толще. Она мгновенно беззвучно забурлила. По цеху разнесся странный звук — не лязг, не гул машин, а тихое, нарастающее шипение — шелест. Колония пожирала их, разбирая на базовые элементы. А в это же время в ближней к нам части бассейна происходило обратное. Рябь на поверхности усилилась, жидкость вспучилась, и из нее плавно, как из формы для литья, начали подниматься два абсолютно новых, сверкающих блока стационарных орудий. Нанороботы собрали их с нуля, переработав мусор в идеальное изделие.

Элара прижала ладонь ко рту, ее глаза расширились от удивления. Для нее(да и для меня) эта серебряная лужа, пожирающая сталь и выплевывающая смерть, выглядела почти как чистая магия. Я же чувствовал, как бешено бьется сердце. Это был не просто завод. Это был ультимативный репликатор. Идеальный ресайклинг без потерь.

— ПАЛ… — голос дрогнул от возбуждения. — Это же великолепно! Универсальное производство. Нам нужно будет расширить объем колонии. Разделим ее, зальем в дополнительные резервуары, и мы сможем собирать что угодно и сколько нужно.

Маленькая проекция ПАЛа сокрушенно покачала головой, и это движение разом сбило с меня всю эйфорию.

— Боюсь, это невозможно, Кейн, — вздохнул ИИ. — Создатели этого полигона были весьма параноидальны.

— В каком смысле? — нахмурился я.

— Колония жестко залочена на аппаратном уровне. В самих физических контроллерах наномашин, — пояснил ПАЛ тоном терпеливого лектора. — Они могут восстанавливать свою численность только до строго определенного, зашитого в их архитектуру объема. Этот бассейн — их предел. Аппаратная защита от сценария неконтролируемой репликации. Они называли это «серой слизью». Боялись, что в случае сбоя колония просто сожрет всю планету, переработав ее в саму себя. Массовое масштабирование исключено.

Я мысленно выругался. Ну да. Размечтался. Защита от дурака, пережившая саму цивилизацию.

— Хорошо, — я попытался зайти с другой стороны. — Но мы можем перенести часть колонии на базу? Сделать мини-фабрику там?

— Снова нет, — проекция развела руками. — Нанороботы функционируют только на определенном расстоянии от центра колонии. Стоит вынести их за пределы рабочей зоны, как система безопасности тут же стирает их из локальной памяти роя. Они лишаются управления и превращаются в обычную, мертвую серую пыль. Вынести часть кузни отсюда не выйдет. Только целиком. В комплекте с моей сферой и управляющими модулями. Это единая система которую можно переместить по частям, но работать будет только вместе.

Это был тяжелый удар по моим грандиозным планам. Но я не собирался сдаваться.

— Ладно, пусть так, — кивнул я. — Что насчет чертежей? Если я дам тебе образцы материалов, ты сможешь их собрать?

Голограмма ПАЛа виновато потупила взор.

— Кейн, я — узкоспециализированный военный тренажер. В мою базу данных загружены исключительно те спецификации, которые необходимы для функционирования этого полигона. Чертежи инфраструктуры, моих дронов, бронепанелей и локальных систем вооружения. Архивов колониального или промышленного флота у меня нет. Чтобы создать что-то новое, мне нужен точный чертеж атомной структуры объекта. Просто сканированием тут не обойтись. Нужна абсолютная атомарная точность.

Я тяжело выдохнул, глядя на переливающееся серебро бассейна. Мечты о флоте кораблей, собранных из воздуха, рассыпались как та самая серая пыль. Но затем я посмотрел на новенькие турели, которые сервисные дроны уже утаскивали на полигон. Да, у нас не было нужных и свежих чертежей, но у нас было, как минимум, древнее оружие, которое ПАЛ мог штамповать бесконечно. У нас была неубиваемая, самовосстанавливающаяся тренировочная база с дронами. У нас был идеальный переработчик любого мусора в нужные детали для поддержания жизни комплекса. И у нас был могучий искусственный интеллект. Это тоже крайне много. Тут скорее вопрос в том, как это мне всё перевезти в Башню в пустыне в одно рыло. Оставлять тут это всё нельзя. Это сколько же челночить придётся? Как бы не заинтересовались подобной активностью кому не надо.

Элара, заметив мое разочарование, осторожно коснулась моего плеча.

— Мы не сделаем всё за один день, — тихо сказала она.

— И не собирался, — я ободряюще улыбнулся ей и повернулся к голограмме. — ПАЛ, готовь схему и списки всего что тут есть и что нужно для восстановления твоей работы на новом месте. Сколько энергии, места — всё. И заодно подумай как можно придать этому месту вид полностью заброшенного десять тысяч лет назад. Чтобы никто не мог даже подумать что тут что-то работало всё это время. Мы начинаем переезд и у нас с тобой впереди много дел. Когда у меня будет отпуск, а?

* * *

Поздравляю всех с Днём Космонавтики!

На Бусти +3 главы.

https://boosty.to/ivvin