Южная часть академии, общежитие элит, комната 17

— Да, господин, всё идёт так, как вы хотели. Ловушка готова.

Шум в трубке.

— Смотри, от этой операции зависит всё. Нам нужно избавиться от этих гнусных Великих Домов.

— Я понял вас. Мне пора.

Телефонный разговор оборвался.

Тёмный лес. Ход экзамена.

Прошло уже семь часов с начала испытания. У Михаила и его команды было десять мана-ядер — ровно половина от необходимого.

Время двигалось к послеполудню, стрелки приближались к отметке в тринадцать часов. До завершения экзамена оставалось пять.

Большинство команд выдохлось, а треть участников уже отправилась в академическую лечебницу.

— Мда, на этот раз не так много пострадавших, — произнесла Жанна Ветрова, учительница монстрологии, наблюдая за обстановкой на экранах.

— Да, есть такое, — согласилась Лилиана Каширина, преподаватель артефакторики. — Притом здесь находятся отпрыски Великих Семей. Неудивительно, что потери малы.

Все преподаватели внимательно следили за мониторами в командном центре.

— Даже Алексей Мороз меня удивил, и сильно, — сказал Константин Круглов, учитель истории. — Кто ж знал, что он прятал такие навыки лидерства, да ещё и магию контролирует столь уверенно.

— А ведь действительно, — подчеркнула замдиректора, и в её голосе прозвучала нотка неподдельного восхищения. — Я сама под впечатлением.

Слухи об успехах Алексея докатились и до студентов, наблюдавших за трансляцией в безопасных зонах.

— Да он вроде был «грушей для битья» у Волкова, а теперь — такое выдает, — шептался один.

— Видимо, ему надоело быть живой мишенью, — усмехнулся другой.

Среди наблюдающих был и Глеб с факультета некромантии. Он уже давно подозревал, что Алексей что-то скрывает, хотя и не мог этого доказать. И теперь, он чувствовал не досаду, а странную гордость. Интуиция его не подвела.

— Нам срочно нужна передышка, — произнёс Иван, тяжело опускаясь на корточки. — Слишком много сил и маны потратил. Мне нужно восстановиться.

— Ты прав, — добавила Катарина, бледная от усталости.

— Хорошо. Тридцать минут на отдых, — скомандовал Михаил.

Найдя относительно безопасное место под сенью массивных корней, Иван рухнул на спину.

— Наконец-то… У меня такое ощущение, что ты, Алексей, какой-то робот. Как ты вообще не устаёшь?

— Когда тренируешь не только тело, но и ум, устаёшь медленнее, — ответил Михаил с лёгкой, едва заметной улыбкой.

Пока они разговаривали, сканер Михаила подал тихий, но настойчивый сигнал. Он нахмурился, не понимая. В экзаменационной зоне должны были находиться лишь существа до ранга D, но прибор чётко показывал присутствие трёх целей класса «С» в тридцати метрах справа от них и стремительно сближающихся.

— Медленно встаём, — его голос стал низким и резким, как сталь. — Отдых окончен. У нас проблемы. И проблемы крупные.

— Что? Что случилось? — прошептал Семён, вздрогнув.

Все мгновенно поднялись, заняв боевую стойку.

— Нам нужно срочно покинуть это место, — Михаил уже отступал, увлекая группу за собой. — К нам приближаются существа ранга «С».

— Что?! — Семён едва не вскрикнул, но Михаил резко зажал ему ладонью рот.

— Тише! — прошипел он. — Хочешь их сюда позвать?

— Но откуда здесь «С»-ранговые? — Катарина тоже говорила шёпотом, её глаза были полны ужаса. — Максимальный ранг в лесу — «D».

— Мне неизвестно, — сквозь зубы процедил Михаил, не сводя глаз с показаний сканера.

Семён, дрожащими руками, начал сгребать вещи в рюкзак. Едва закинув его на плечо, группа резко рванула вглубь леса.

Сканер тревожно пищал, отсчитывая расстояние: двадцать метров, пятнадцать…

— Бегом! Бегом, они приближаются! — скомандовал Михаил.

Они мчались, не разбирая дороги, сломя голову уходя от невидимой, но смертельной угрозы. Добежав до, как казалось, безопасного расстояния, Михаил наконец дал знак остановиться.

— Все живы? Можно выдохнуть.

Команда стояла, тяжело дыша, прислушиваясь к зловещей тишине. Вдруг кусты позади них зашелестели. Все снова напряглись, поворачиваясь к источнику звука. Но Михаил, кажется, уже понял, кто это. Его лицо исказила презрительная усмешка.

— Выходите, крысы, — бросил он, даже не оборачиваясь, в сторону густых зарослей.

Из тени, нарушая тишину, вышли четверо студентов. Во главе стоял рослый парень с факультета пиромантии, и его глаза горели не огнём магии, а холодной, ненасытной жадностью.

— Отдай ядра, Морозов, и мы, может быть, не переломаем вам ноги, — ухмыльнулся лидер, делая шаг вперёд. — Вас четверо, один из вас — балласт с артефакторики. Сдавайтесь по-хорошему.

— Ну вот, дела плохи, — тихо констатировал Михаил. — Нас обнаружили.

— Как? Мы же оторвались от них! Неужели они вышли на наш след ещё тогда? — прошептала Катарина, в глазах мелькнула паника.

— У вас пять секунд, чтобы убраться, — ледяным тоном парировал Михаил, его взгляд стал острым, как клинок. — Время пошло.

Он повернулся к своей команде:

— Нам тоже пора. Уходим.

* * *

В командном центре наблюдения внезапно воцарилась напряжённая тишина, которую нарушил тяжелый шаг. К замдиректору стремительно подошёл Олег Николаевич, начальник службы безопасности академии.

— Варвара Фёдоровна, у нас проблема, — начал он, понизив голос.

— В чём дело? — не отрывая взгляда от основного монитора, спросила Варвара.

— Кто-то открыл несанкционированный разлом в периметре экзаменационной зоны. Но я не могу идентифицировать источник — мана оператора тщательно скрыта.

— Что? — Замдиректора наконец оторвалась от экрана и резко встала. — Какого максимального ранга угроза?

— «С», — мрачно произнёс Олег Николаевич. — И она не одна.

Варвара Фёдоровна бросила пронзительный взгляд на мониторы, где мелькали изображения из Тёмного леса.

— Интересно, — её голос прозвучал с холодным, почти клиническим любопытством. — Давайте поглядим, на что способны дети Великих Семей в условиях непредвиденного стресса.

Анна, стоявшая неподалёку, тоже почувствовала неладное. Поток маны, исходящий сейчас из леса, был плотнее и опаснее допустимого учебными протоколами. Она подошла к начальству.

— Варвара Фёдоровна, вы чувствуете? Мана-фон…

— Я знаю, — отрезала замдиректора, не сводя глаз с экранов. — Давайте же посмотрим, что из этого получится.

— Но там же дети! — не удержалась Анна, в голосе прозвучала тревога.

— Если откроется такой же разлом, как в Сибири три года назад, — Варвара обернулась к ней, и в её взгляде не было ни капли сомнения, — там уже никто не будет разбирать, дети они или нет. А так… вот им и тренировка на будущее. Чрезвычайная ситуация.

— Забрать ядра! — взвизгнул пиромант, занося руку для атаки.

Но его жест повис в воздухе. Атмосфера вокруг внезапно сгустилась, став тяжёлой, как расплавленный свинец. Птицы, ещё секунду назад кричавшие в кронах, замолчали разом. Температура рухнула, но это был не знакомый холод Катарины — это был леденящий душу холод пустоты, бездны.

— Что это?.. — прошипел огненный маг, побледнев. Пламя на его ладонях погасло, будто его захлестнула невидимая волна тьмы.

Из чащи донеслось низкое, утробное рычание. Оно звучало не из одной точки, а сразу со всех сторон, отдаваясь в костях.

[ВНИМАНИЕ! Обнаружена аномалия!]

[Тип: Мутировавшие Волки Пустоты (Ранг С-)]

[Навык: «Теневое расслоение» — создают до 5 иллюзорных копий, каждая из которых наносит 20 % реального урона.]

Из сгущающегося тумана начали выходить силуэты. Волки. Но это были не лесные звери. Их шерсть напоминала спутанную стальную проволоку, из глазниц сочился ядовито-фиолетовый свет, а вместо передних лап у некоторых торчали изогнутые костяные клинки.

— Мама… — бессильно прошептал Семён.

Группа нападавших студентов в ужасе бросилась врассыпную. Один не успел — волк материализовался прямо из его собственной тени и впился зубами в горло. Хруст, короткий хрип — и тело рухнуло на землю.

— Назад! Кольцом! — Михаил шагнул вперёд, закрывая собой товарищей. — Иван, полная защита, [Громовой купол]! Катарина, не трать силу на одиночек, создай ледяную корку на земле в радиусе пяти метров!

— Морозов, их слишком много! Это же С-ранг! — крикнул Иван, едва успевая активировать трепещущий молниевый барьер.

— Спокойно, — голос Михаила звучал с ледяной, почти машинной чёткостью. Взгляд его анализировал ситуацию со скоростью ветерана S-ранга. — Иван, снижай мощность купола до минимума — яркий свет их только приманит. Катарина, держись наготове — по моей команде взорвешь всю ледяную корку разом. Семён, светошумовые гранаты, сейчас же!

— Больше нет! — почти закричал Семён, лихорадочно шарив в сумке. — Я всё израсходовал на прошлом посту!

— Смотри, что ещё есть! Любые артефакты! — приказал Михаил, не отводя глаз от медленно смыкающегося кольца волков.

— Теперь все слушайте меня внимательно, — голос Михаила был спокоен и чёток, как метроном. — Семён, по моей команде — капканы-призраки в точку перед нами. Сразу после — Катарина, взрыв ледяной корки. Иван, как только иллюзии рассеются, бей [Ударом Грома] максимальной силы по скоплению реальных целей. Цель — оглушить и раскрыть их.

— Хорошо! — хором, но сдавленно ответили остальные.

Три мутировавших волка с их свитой иллюзий — всего пятнадцать устрашающих силуэтов — приблизились, сливаясь с тенями. Как только они вступили в расчётный сектор, Михаил крикнул:

— Сейчас!

Семён, преодолевая дрожь, швырнул три полупрозрачных диска. Те активировались, создав невидимую, вязкую зону прямо под ногами чудовищ. Их движения сразу стали тягучими и неуверенными.

— Взрывай! — следующая команда прозвучала для Катарины.

Ледяная корка под ногами монстров не просто треснула — она детонировала, взметнувшись вверх градом бритвенно-острых осколков. Иллюзии, не выдержав контакта с физическим миром, начали лопаться, испуская шипящий дым. Настоящие волки, получив ранения, взвыли от боли и ярости, мгновенно выдавая своё истинное положение.

Михаил рванул с места. Он не тратил ману на широкие атаки. Его [Световой Прокол] бил короткими, точными импульсами, нацеленными в глаза и суставы. Но первый же луч, предназначавшийся главарю стаи, срикошетил от его стальной шкуры с сухим щелчком, оставив лишь белую царапину.

Какого чёрта? — мысль пронеслась со скоростью молнии. Михаил едва успел увернуться от ответного броска, почувствовав, как ветер от когтей рассекает воздух у его лица. И тогда он разглядел — от шерсти чудовищ исходила не просто тьма, а плотная, поглощающая свет теневая аура. Они мутировали сильнее, чем показывали сканеры.

Внезапно, как бы из глубины его собственного сознания, прозвучал безличный, механический голос, похожий на скрип древних механизмов:

[Обнаружена концентрированная энергия скверны. Активирован протокол «Очищение».]

[Физические параметры носителя временно увеличены: +30 %.]

[Эффективность магических операций носителя: +40 %.]

[Благодаря статусу лидера отряда, магический урон союзников повышен: +20 %.]

[Цель: Нейтрализация угрозы. Удачи.]

— Да неужели, — сквозь зубы, с едва уловимой горькой усмешкой, произнёс Михаил, отскакивая и оценивая прилив сил. — Вспомнила-таки. Ладно… Сейчас будет немного проще, но расслабляться рано.

Он быстро перестроил тактику.

— Иван, Катарина, Семён — ко мне, в треугольник! — его голос разрезал воздух, не терпящий возражений. Он шагнул на полкорпуса вперёд, занимая позицию остриё. — Я буду отвлекать и дробить их внимание. Ваша задача — фокус! Сначала правый, затем левый, потом все вместе на главного. Никакой героики, только чёткая работа. Начинаем.

Михаил понимал, что скрывать глубину своих возможностей больше не выйдет. Он глубоко вдохнул, и мир вокруг замедлился. Его руки, ладонями вперёд, резко взметнулись. Это был не привычный [Световой Прокол]. Из кончиков его пальцев, с тихим, высоким звоном, вырвались пять тончайших, ослепительно-белых нитей — [Иглы Света]. Они не полетели прямо, а извились в воздухе, как живые существа, и устремились к левому волку, целясь не в броню, а в глаза, в стыки пластин, в источники фиолетового свечения — чтобы ослепить, отвлечь, вызвать ярость и… небрежность.

В тот же миг он сам, используя взрывную скорость, дарованную системой, ринулся на вожака. Он не атаковал в лоб. Он нырнул вбок, заставляя центрального волка развернуться к нему, подставляя бок под удар своих товарищей.

Правая сторона: Иван и Катарина против волка-клинка.

Иван, чувствуя прилив магической мощи, не просто ударил — он обрушился. Его молот, окутанный не просто искрами, а целой сферой сгущённого электричества [Шаровая Молния], со свистом пронзил воздух. Волк с костяным лезвием вместо лапы попытался парировать, но усиленный на 20 % удар Катарины опередил его. Она не стала строить сложные конструкции. Её рука метнула вперёд сгусток абсолютного нуля — [Ледяное Копьё Пронзающего Мороза]. Оно ударило волку точно в сустав передней конечности. Раздался хруст, лёд мгновенно покрыл половину тела твари, сковав движение. И этого мгновения хватило Ивану. Его молот, описывая дугу, врезался в уже повреждённый бок. Костяная броня треснула, фиолетовая энергия брызнула фонтаном. Волк свалился с подавленным визгом.

Левая сторона: Отвлечение и ярость.

Пять [Игл Света], управляемые волей Михаила, творили хаос. Они не наносили смертельных ран, но были невыносимы. Одна впивалась в ноздрю, другая — в угол глаза, третья — вщелкивалась в щель между пластинами на шее. Волк бесновался, тряс головой, пытаясь сбросить болезненные, жгучие уколы чистой энергии, которая шипела, соприкасаясь с его теневой аурой. Он полностью потерял интерес к общему бою, сосредоточившись на этих невидимых, ядовитых осах.

Центр: Танец со смертью.

Вожак был хитрее. Он игнорировал уколы, его фиолетовые глаза были прикованы к Михаилу. Он исчезал в тени у корней, чтобы появиться в трёх метрах слева, откуда делал молниеносный выпад. Михаил парировал коротким, взрывным [Световым Проколом] в точку перед мордой, не для поражения, а для ослепления и сбивания темпа. Он отступал зигзагами, заманивая монстра, закручивая его движение по спирали, не давая тому использовать поддержку сородичей.

— Семён, [Эхо-кристалл], по центру, сейчас! — крикнул Михаил, блокируя удар костяного хвоста предплечьем. Боль пронзила руку, но усиленная система броня костюма и его собственная выносливость выдержали.

Семён, бледный, но собранный, швырнул розовый кристалл. Он взорвался не светом, а оглушительным, первобытным рёвом, от которого содрогнулась земля. Вожак на миг замер, его аура дрогнула, связь с тенью на мгновение прервалась.

Решающая секунда.

— Теперь! — рявкнул Михаил.

Он прекратил отступление. Его руки свело перед грудью в сложную мудру. Три сгустка чистой энергии, ярких, как миниатюрные солнца, сформировались у его пальцев и один за другим, с интервалом в долю секунды, выстрелили в одну точку — в трепещущее, ослабленное аурическое поле на груди вожака. [Тройной Световой Прокол].

БАМ! БАМ! БАМ!

Теневая броня не выдержала концентрированного удара в одну точку. Раздался звук бьющегося стекла, и аура рассыпалась, открывая уязвимую плоть.

В тот же момент Иван и Катарина, покончив с правым волком, развернулись. Видя, что левый ещё борется с [Иглами], они не стали подходить вплотную. Катарина с хрустальным щелчком пальцев создала под его ногами [Ледяную Топь], намертво приковав к земле. Иван же, с дистанции, метнул свой молот, заряженный остатками всей мощи [Громового Удара]. Оружие, вращаясь, влетело в открытую пасть ошеломлённого зверя и разорвало его изнутри электрическим разрядом.

Теперь вся тройка — Иван, Катарина и Михаил — стояла против оголённого, раненого вожака. Тот, лишённый защиты и поддержки, в ярости бросился в последнюю, самоубийственную атаку.

Это была уже не битва, а казнь. Михаил вновь выпустил [Иглы Света], сковав последние движения. Иван обрушил на спину чудовища град молний. Катарина пронзила его насквозь копьём из вечного льда, которое взорвалось, замораживая внутренности.

Вожак рухнул. Его тело не просто умерло — оно начало активно распадаться, растворяясь в клубах чёрного дыма, который с шипением рассеивался в воздухе.

Тишина. Тяжёлое, прерывистое дыхание. Запах озона, гари и странной, сладковатой гнили. Иван опёрся на колено, с трудом удерживая молот. Катарина дрожащей рукой поправила растрёпанные волосы, её взгляд был прикован к дымящимся останкам. Семён просто сидел на земле, широко раскрыв глаза.

Михаил стоял, выпрямив спину, но по его лицу, покрытому мелкими царапинами и сажей, струился пот. Использовать [Иглы Света] так открыто, да ещё и управлять ими в бою… Он чувствовал на себе их взгляды — уже не просто уважение, а немой вопрос, смешанный с лёгким страхом.

* * *

Внезапно, раньше положенного срока, по всем магическим каналам связи и прямо в сознание каждого преподавателя ударил приказ, в котором не было места сомнениям. Голос замдиректора Варвары Фёдоровны звучал, как натянутая струна:

— Всем персоналам! Немедленно прекратить экзамен! Приоритет — эвакуация всех студентов и подавление аномального разлома! Система фиксирует неконтролируемый рост угрозы до уровня «В»!

В командном центре вспыхнула алая тревога. Преподаватели не секунды не медля. Одни ринулись в телепортационные порталы, ведущие в секторы леса, другие начали масштабные ритуалы поиска и извлечения. По всему периметру Тёмного леса зажглись маяки экстренного выхода.

Студенты, измотанные и растерянные, начали появляться на учебном плацу — кто сам, кого вынесли, кого выволокли за шиворот магическим захватом. Раненых тут же переправляли в ярко освещённый медотсек, где уже работали целители.

Анна, вместе с группой наиболее опытных боевых магов и исследователей аномалий, уже мчалась к эпицентру пульсации — к тому самому разлому, что зиял, как чёрная рана, в глубине лесной чащи. Её лицо было сурово: они шли не на экзамен, а на настоящее поле боя.

* * *

Михаил, Иван, Катарина и Семён, услышав общий сигнал отбоя и увидев вспыхнувшие в небе сигнальные огни, в изнеможении рухнули на землю. Адреналин отступил, оставив после себя пустоту и дрожь в коленях. Они лежали на холодной, влажной почве, просто глядя в вечернее небо, сквозь которое уже пробивались первые искры преподавательских заклинаний, расчищающих путь для эвакуации.

Путь до точки сбора был коротким, но молчаливым. Экзамен окончился не так, как все ожидали. И главные испытания, как теперь было ясно, только приближались.