Пепельным снегом, угольным крошевом

Кружится черная пыль пустоты:

Смертью убитой поля запорошены —

Смертью, примчавшейся с Алой Звезды.

Лесса проснулась внезапно. Голова болела, перед глазами плыло, в горле пересохло. Она попыталась вспомнить приснившийся ей жуткий кошмар, но тот уже улетучился из памяти. Убирая волосы со лба, она с удивлением обнаружила, что они промокли от пота.

– Ф’лар? – неуверенно позвала она. Судя по всему, он встал спозаранку. – Ф’лар! – повторила она, уже громче.

«Сейчас он придет», – сообщил Мнемент’. Лесса ощутила, что дракон только что приземлился на карнизе. Коснувшись Рамот’ы, она поняла, что королеву тоже мучают бесформенные, пугающие сновидения. Драконица на мгновение проснулась и тут же снова погрузилась в глубокий сон.

Охваченная смутными опасениями, Лесса встала и оделась, впервые за все время со дня появления в Вейре пропустив купание.

Крикнув в шахту, чтобы доставили завтрак, она искусно заплела волосы. В тот самый момент, когда появился поднос с едой, вошел Ф’лар, оглядываясь на Рамот’у.

– Что это с ней?

– Отголоски моего кошмара. Я проснулась в холодном поту.

– Когда я отправился назначать патрули, ты спокойно спала. Знаешь, дракончики растут так быстро, что уже немного умеют летать! Они только и делают, что едят и спят…

– …и именно благодаря этому растут, – закончила Лесса, задумчиво прихлебывая дымящийся горячий кла. – Ты ведь будешь крайне осторожен, когда начнешь их обучать?

– В смысле – чтобы они случайно не улетели в прошлое? Конечно, – заверил он ее. – Мне вовсе не хочется, чтобы всадники от скуки безответственно носились туда-обратно. – Он устремил на нее долгий суровый взгляд.

– Я же не виновата, что никто не учил меня летать раньше, – возразила она медоточивым тоном, к которому прибегала, когда особенно злилась. – Хотя если бы меня обучали со дня Запечатления и до дня моего первого полета, вряд ли я вообще узнала бы, что такое возможно.

– Именно так, – кивнул Ф’лар.

– Знаешь, Ф’лар, раз я это обнаружила, вполне мог обнаружить и кто-то другой. Если уже не обнаружил.

Ф’лар сделал глоток и поморщился, обжегшись кла.

– Не знаю, как это выяснить, не вызывая подозрений. Глупо считать, будто мы первые. В конце концов, это врожденная способность драконов – иначе бы тебе никогда не удалось такое.

Нахмурившись, Лесса быстро вздохнула и пожала плечами.

– Продолжай, – приободрил ее Ф’лар.

– Ну… возможно, наша уверенность в неминуемом появлении Нитей основана на том, что кто-то из нас побывал в прошлом, когда Нити в самом деле падали? В смысле…

– Дорогая моя девочка, мы оба настолько сосредоточились на мелочах – даже обычное сновидение тебя растревожило, хотя причина его наверняка лишь в выпитом вчера вечером вине, – что можем не опознать настоящее предчувствие опасности, пока та не подкрадется и не врежет нам по физиономии.

– И все же никак не могу избавиться от мысли, что эта самая способность перемещаться во времени может быть критически важна, – решительно заявила Лесса.

– Вот это и есть настоящее предчувствие опасности, дорогая моя госпожа Вейра.

– Но почему?

– Не почему, – загадочно поправил Ф’лар, – а когда.

У него возникла смутная идея, и он попытался ее обдумать, но тут Мнемент’ объявил, что в вейр входит Ф’нор.

– Что с тобой? – спросил Ф’лар сводного брата, который кашлял и отплевывался, лицо его покраснело.

– Пыль… – прохрипел тот, хлопая перчатками по рукавам и груди. – Полно пыли, и никаких Нитей.

Он описал круг рукой, шевеля пальцами, и отряхнул кожаные штаны, хмуро глядя на облачко тонкой черной пыли.

Чувствуя, как напрягся каждый его мускул, Ф’лар смотрел, как пыль оседает на пол.

– Где ты так запылился? – спросил он.

Ф’нор слегка удивленно взглянул на него:

– В погодном патруле в Тиллеке. В последнее время на всем севере бушуют пыльные бури. Но я пришел, чтобы…

Он замолчал, с тревогой глядя на неподвижно застывшего Ф’лара.

– Да что там такое с этой пылью? – озадаченно спросил он.

Развернувшись кругом, Ф’лар бросился к ведущей в Архив лестнице. Лесса поспешила следом, за ней Ф’нор.

– Тиллек, говоришь? – рявкнул Ф’лар на своего заместителя, расчищая стол от пергаментов и раскладывая на нем четыре карты. – Как долго продолжаются эти бури? Почему ты о них не докладывал?

– О пыльных бурях? Тебя же интересовали теплые воздушные массы?

– Как долго продолжаются эти бури? – хрипло повторил Ф’лар.

– Около недели.

– А точнее?

– Шесть дней назад в Верхнем Тиллеке была замечена первая буря. Они наблюдались также в Битре, Верхнем Телгаре, Кроме и Плоскогорье, – четко доложил Ф’нор.

Он с надеждой посмотрел на Лессу, но та тоже не сводила взгляда с четырех необычных карт. Ф’нор попытался понять, что за горизонтальные и вертикальные полосы накладываются на континент Перна, но это оказалось выше его разумения.

Ф’лар поспешно делал заметки, отодвинув в сторону сперва одну карту, затем другую.

– Слишком запутанно, чтобы понять с ходу. Так просто не разобраться, – проворчал себе под нос предводитель Вейра, со злостью бросая стило.

– Ты говорил только про теплые воздушные массы, – смиренно проговорил Ф’нор, сознавая, что каким-то образом подвел своего командира.

Ф’лар раздраженно покачал головой:

– Это не твоя вина, Ф’нор, а моя. Мне следовало спросить самому. Я знал, что нам повезло с холодной погодой. – Он положил ладони на плечи Ф’нора, глядя ему прямо в глаза. – Нити уже падали, – сурово объявил он. – Падали в холодном воздухе, замерзали и распадались на кусочки, которые уносил ветер… – Ф’лар, подражая Ф’нору, пошевелил пальцами. – Будто хлопья черной пыли.

– «Пепельным снегом, угольным крошевом…» – процитировала Лесса. – В «Балладе о полете Мореты» не раз упоминается черная пыль.

– Не говори мне сейчас о Морете, – проворчал Ф’лар, склоняясь над картами. – Она могла говорить с любым драконом во всех Вейрах.

– Но я тоже могу! – выкрикнула Лесса.

Медленно, словно не веря своим ушам, Ф’лар повернулся к девушке.

– Что ты сказала?

– Я сказала, что могу говорить с любым драконом в Вейре.

Не сводя с нее взгляда и ошеломленно моргая, Ф’лар осел на стол.

– И как давно, – с трудом выговорил он, – у тебя появилась эта способность?

Что-то в его тоне и поведении заставило Лессу покраснеть, будто провинившуюся девочку-подростка.

– Я… я всегда могла. Сначала со стражем порога в Руате. – Она нерешительно махнула рукой в направлении запада. – И я говорила в Руате с Мнемент’ом. А… когда я оказалась здесь, я смогла… – Она не договорила, съежившись под обвиняющим и, что хуже, презрительным холодным взглядом Ф’лара.

– Я думал, ты согласилась помогать мне, поверила в меня?

– Прости, что так получилось, Ф’лар. Мне никогда не приходило в голову, что это может кому-то пригодиться, но…

Ф’лар вскочил на ноги, гневно сверкнув глазами:

– Я все не мог придумать, как управлять крыльями и поддерживать связь с Вейром во время атаки, как вовремя получать подкрепление и огненный камень. А ты… сидела и молчала, преднамеренно скрывая…

– И вовсе не преднамеренно! – закричала Лесса. – Я же сказала, что прошу прощения. Вот только у тебя есть крайне неприятная самодовольная привычка всё держать в уме. Ты же Ф’лар, всемогущий предводитель Вейра. А на самом деле ты ничем не лучше Р’гула, поскольку не говоришь мне и половины того, что мне следует знать…

Ф’лар встряхнул девушку за плечи, прекратив ее гневные словоизлияния.

– Хватит. Ни к чему тратить время на ребяческие споры. – Внезапно глаза его расширились, челюсть отвисла. – Тратить время? Ну да, конечно!

– Отправиться назад во времени? – выдохнула Леса.

– Да, в прошлое!

– О чем вы? – спросил полностью сбитый с толку Ф’нор.

– На рассвете в Нерате начали падать Нити, – решительно сказал Ф’лар, сверкнув глазами.

Ф’нор почувствовал пробежавший по спине неприятный холодок. На рассвете в Нерате? Значит, погибнут тропические леса! Он ощутил, как при мысли об опасности вскипает кровь в жилах.

– Мы отправимся туда, в прошлое, – продолжал Ф’лар, – и будем там, когда начнут падать Нити, два часа назад. Ф’нор, драконы могут летать не только в нужное место, но и в нужное время.

– Место? Время? – ошеломленно переспросил Ф’нор. – Это может быть опасно.

– Да, но сегодня это спасет Нерат. Давай, Лесса, – Ф’лар снова встряхнул ее за плечи, на этот раз с любовью и гордостью, – прикажи вылетать всем драконам, молодым и старым, всем, кто может летать. Пусть нагрузятся мешками с огненным камнем. Не знаю, можешь ли ты говорить сквозь время…

– Сегодня утром, во сне…

– Возможно. Но сейчас поднимай Вейр. – Он развернулся к Ф’нору. – Если Нити падают… падали… на Нерат на рассвете, сейчас они должны падать на Керун, затем на Исту. Бери два крыла и отправляйся в Керун. Поднимай всех на равнинах, пусть зажигают огненные ямы. Возьми с собой несколько юношей, пошли их в Айген и Исту. Этим холдам пока не грозит непосредственная опасность, как Керуну. Как только смогу, пришлю подкрепление. И… пусть Кант’ остается на связи с Лессой.

Ф’лар хлопнул брата по плечу, и коричневый всадник, привыкший исполнять приказы, поспешно вышел.

– Мнемент’ говорит, что сейчас дежурит Р’гул, и Р’гул хочет знать… – начала Лесса.

– Идем, девочка, – возбужденно блестя глазами, бросил Ф’лар. Схватив свои карты, он подтолкнул ее в сторону лестницы.

Они вошли в вейр королевы одновременно с Р’гулом и Т’самом. Р’гул что-то бормотал по поводу необычной суматохи.

– Хат’ велел мне явиться, – пожаловался он. – Виданное ли дело, когда твой собственный дракон…

– Р’гул, Т’сам, поднимайте ваши крылья. Дайте им столько огненного камня, сколько смогут унести, и собирайтесь над Звездной Скалой. Я буду там через несколько минут. Мы отправляемся в Нерат на рассвете.

– Нерат? Я наблюдатель, а не патрульный…

– Это не патруль, – оборвал его Ф’лар.

– Но, – широко раскрыв глаза, проговорил Т’сам, – рассвет в Нерате был два часа назад, так же, как и здесь.

– Именно туда мы и отправляемся, коричневый всадник. Как мы обнаружили, драконы могут перемещаться не только в пространстве, но и во времени. На рассвете в Нерате упали Нити. Мы вернемся назад во времени, чтобы выжечь их в небе.

Р’гул, заикаясь, требовал объяснений, но Ф’лар его не слушал. Т’сам, однако, схватил мешки с огненным камнем и побежал на карниз к ожидавшему его Мунт’у.

– Иди же, старый дурак, – раздраженно бросила Лесса Р’гулу. – Нити вернулись. Ты ошибался. Веди себя теперь как подобает всаднику! Или уходи в Промежуток и оставайся там.

Проснувшаяся от всеобщего шума Рамот’а толкнула Р’гула своей огромной головой, выведя бывшего предводителя Вейра из оцепенения. Заткнувшись, он последовал за Т’самом.

Ф’лар уже облачился в тяжелую кожаную куртку и натягивал сапоги.

– Лесса, обязательно пошли сообщения всем холдам. Нынешняя атака Нитей должна закончиться примерно через четыре часа, так что западнее Исты они не доберутся. Но я хочу, чтобы предупреждение получили все холды и мастерские.

Лесса кивнула, напряженно вслушиваясь в каждое слово.

– К счастью, прохождение Звезды только начинается, так что насчет новой атаки можно несколько дней не беспокоиться. Когда вернусь, рассчитаю время следующей. Пусть Манора соберет женщин. Нам нужны ведра лечебной мази. Нити будут хлестать драконов, а это больно. И самое главное: если что-то пойдет не так, ты должна дождаться, пока кому-то из бронзовых не исполнится хотя бы год, прежде чем он настигнет Рамот’у…

– Никто не настигнет Рамот’у, кроме Мнемент’а, – крикнула Лесса, яростно сверкая глазами.

Ф’лар прижал девушку к себе, впившись в ее губы так, будто хотел забрать с собой всю ее нежность и силу. Внезапно он отпустил ее. Она, пошатнувшись, оперлась об опущенную голову Рамот’ы и прильнула к золотой, ища поддержки и утешения.

«Еще посмотрим, сумеет ли Мнемент’ меня поймать», – самодовольно сообщила Рамот’а.