— Лизка! Лизыч!! — завопила я, распознав в девушке на лошади свою родненькую племяшку. Попискивая от восторга, кинулась к ней…

Но тут случилась странная штука — Смурфеточка, как обычно, сидевшая на моём плече и строившая глазки всем встречным мужчинам, вдруг расправила крылья, распушила голубую шёрстку и взлетела в воздух. Стрелой помчалась к Вратам и принялась носиться возле них, словно маленький истребитель, атакуя дымные петли.

Врезалась в них яростным тараном, и в том месте, где она проносилась, дым собирался в грязно-серые шарики размером с теннисный мяч. Шарики некоторое время висели в воздухе, потом со смачным звуком шлёпались на землю и с шипением в неё впитывались.

Я, открыв рот, наблюдала за своей красавицей. Даже про Лизку забыла на некоторое время, так меня поразило происходящее. А Смурфеточка полетала-полетала, посшибала дым, так что ворота практически очистились, и вернулась ко мне. Плюхнулась обратно на плечо и замерла, тяжело дыша.

— Смурфеточка, девочка моя, ты как это сделала? — я попыталась снять свою красотку с плеча, но она легонько укусила меня за палец, словно показывая, что не стоит её сейчас трогать.

— Давай мне, — Даниланис, до этого оторопело глазевший на произошедшее, протянул мыши руку, и та без разговоров перебралась к нему на плечо. Вцепилась в ректорскую рубашку, прижалась к крепкой шее и глазки прикрыла, довольная, как никогда. Вот ведь… любительница красивых демонов!

— Марина⁈ Мариша, это ты? — вернул меня в действительность голос Лизы. — Марина-а-а!

На меня налетел золотоволосый вихрь. Закружил, завертел, и через пять секунд мы с Лизкой визжали, обнимались, охали и ахали. Трясли друг друга и не могли поверить, что мы, и правда, обе здесь, в этом другом мире…

Лили слёзы, шмыгали носами и причитали на тему «разве так бывает?».

— Ты давно сюда попала? — спросила я позже, когда мы с Лизой, обнявшись, сидели в моей комнате. Нас оставили одних, хотя её красавец-мужчина согласился на это с дикой неохотой.

Да и ректор всё порывался присутствовать при нашем разговоре, словно боялся, что без его присмотра мы с племянницей договоримся до чего-то, что ему не понравится… Пришлось мне порычать на демона, а Лизе нежно поворковать со своим парнем, и всё уладилось — нас оставили одних, наслаждаться обществом друг друга.

— Я попала на Хеллоуин, день в день. Отвозила твой подарок Ярославе и попала, — Лизка всхлипнула и ещё крепче меня стиснула. — А ты?

— Я…? — здесь мне пришлось напрячься в подсчётах. — Наверное, недель через пять или шесть после Хеллоуина. Точнее не скажу, я часть времени без сознания провела. Так что, это у демонюги спросить надо.

— А кто у нас «демонюга»? Не тот ли красавчик брюнет, что не сводил с тебя глаз у ворот? — хихикнула племянница и сурово потребовала: — Выкладывай всё начистоту!

До самого вечера мы рассказывали друг другу свои истории. Изумлялись, восторгались, ахали, местами по нескольку раз недоверчиво переспрашивали одно и то же. И всё также поражались произошедшему с нами.

— Это что, ты теперь дракон⁈ И замужем за драконьим принцем? — восхитилась я, когда племянница закончила рассказ о своих приключениях и своей сказочной любви. — Вот такая здоровая летающая этажерка с чешуёй и хвостом?

— Ага, дракон и замужем за драконом. И не этажерка, а редкостной красоты красная драконица, предел мечтаний большинства мужчин своего и сопредельных королевств, — захихикала племянница.

— А ты, Марин, кто такая? — Лиза с любопытством глянула на торчащие из моей причёски острые кончики рогов. — Демонесса? Демоница?

Я криво улыбнулась:

— Типа того. Сказали, что у меня есть демоническая кровь, которая вдруг начала проявляться. Только откуда ей взяться, а, Лизка? У меня нормальные были родители! Ладно ты, тебя какая-то волшебная сила из человека в дракона превратила. Но я-то как рогоносицей стала⁈ Конечно, я была в настоящем шоке, когда увидела среди родственников демонюги известных личностей из нашего мира. Но как сама такой же оказалась⁈

В этом месте мне пришлось рассказать Лизе, как при знакомстве с кланом Даниланисов повстречала парочку известнейших политиков из нашего мира, а заодно величайшего спортсмена прошлых лет и популярную современную актрису.

— Так вот, я Станисласа про них расспрашивала — эти персоны полукровки или чистопородные демоны, которым просто нравится жить в нашем мире, — продолжила я свои размышления. — И если хорошенько подумать, то они, и правда, обладают не совсем человеческими способностями.

Например, феноменальным уровнем физической силы, как у того спортсмена. Или политической хитрости и изворотливости. Или нереальной красоты, как у этой актрисы… Но кто из нашей родни мог выделяться какими-то необычными способностями, чтобы предположить, что он или она не совсем человек, или совсем не человек?

Мы с Лизой долго сидели и перебирали всю нашу родословную, но никто из известных нам предков не вызвал никаких подозрений. Все казались совершенно обычными, среднестатистическими людьми.

В общем, каких только версий моего демонизма мы не придумали, каких теорий не выдвинули, вплоть до самых сверхъестественных. В конце концов, наша фантазия иссякла, а ответ найден не был.

— Единственное правдоподобное объяснение — то, что я приёмный ребёнок, — уныло подвела я итог нашего мозгового штурма.

Лиза не отвечала, сидела, размышляя и хмуря тонкие брови. Потом покачала головой:

— Нет, Марин. Если бы ты была приёмной, информация об этом всплыла бы. Невозможно такое утаить внутри семьи на сто процентов. Что-нибудь да просочилось бы. Тем более у нас в альбоме есть фото, как твою маму забирают из роддома с кульком в руках, с тобой.

Так что твоя мама — точно твоя мама, если только ей не подменили тебя в роддоме. Но это больше похоже на индийское кино, а не реальную жизнь, — подытожила Лиза.

Мне бы успокоиться после этих слов племянницы, но паника, наоборот, всё больше и больше овладевала мной. После начавших расти рожек да новости, что родная племянница теперь всамделишный дракон, индийские мелодрамы вообще не кажутся фантастическими. Ещё почему-то не шёл у меня из головы отчим. Всё казалось, что секрет моего происхождения как-то связан с гнусным Валеркой!

В тот вечер мы с Лизой так и не нашли ответ на этот вопрос, но было понятно, что вскоре ответ сам найдёт меня. И что-то мне подсказывало, что он мне не понравится…