В наше время психопаты грандиозного толка получили новые возможности для распространения влиятельной лжи — алгоритмы соцсетей. Чтобы победить в борьбе за внимание целевой аудитории, асоциальному психопату нужна не фантазия, а лишь знание алгоритмов выдачи, использование или конструирование этих алгоритмов под свои нужды.

Собственно, слишком много внимания от пользователя и не требуется, достаточно задержать его буквально на несколько секунд. Дольше уже дорого и сложно для производителя, а от пользователя требует некоторых усилий, а значит, снижает конкурентоспособность. Тактика сеяния примитивных агрессивных мемов (не обладающих даже таким качеством, как виральность) выгодна всем: она дешева в производстве и легка для восприятия.

Таким образом, современному психопату, желающему злоупотребить вниманием людей, нет нужды не только что-то доказывать, но даже и нравиться. Достаточно просто увеличить свою долю на рынке внимания. От начальной до конечной точки из этого процесса изъято почти все человеческое: сначала работают алгоритмы соцсетей, потом — такие же примитивные алгоритмы внутренней «нейросети» потребителя (увидел, запечатлел, зафанател). Не только идеи, но и любые характеристики продукта вынесены за скобки. Это продвижение в чистом виде, пирамида одноклеточных единиц информации. Речь не идет не только об обдумывании, но и вообще о каком-либо процессе проявления собственной воли: все заменяется мгновенным импульсом узнавания. Поэтому лжец может процветать, ежедневно продуцируя гигантские объемы противоречивой, провокационной и ложной информации. Форма и содержание, средства и цель тесно связаны. Радикализация лжи и способы ввести людей в заблуждение едины. Неважно, что именно говорить, важно делать это агрессивно и помногу.

В условиях сверхкороткого внимания интернет-аудитории можно не бояться испортить себе репутацию. Например, критики американского президента выглядят (использую выражение его команды) «жалкими»: в подбирании прошлой лжи не видно ни малейшего смысла. Ну хорошо, ты доказал, разоблачил, но ведь того, о чем ты говорил, уже нет, — эти вещи давно исчезли из поля зрения людей, а значит, утратили значимость.

Честное разоблачение лжи неизменно запаздывает, оно следует уже после реакции людей на ложь, а значит, проигрывает. Ложь сеет сама себя без участия наших личностей, распространяясь путем алгоритмов соцсетей и нейроалгоритмов моментального, импульсивного внимания пользователей. Масла в костер подливают AI-дипфейки, которые сейчас можно создать буквально на коленке.

В новых условиях вполне реальны сценарии, в которых ранее цивилизованные сообщества превращаются в такие, где не работают никакие правила, кроме права сильного. Человек как таковой является агрессивным, инвазивным видом, доминирующим на планете. Парадоксально, что противоположные стремления — ценить сложные смыслы, вести диалог, защищать слабых и развивать демократию — мы как раз и называем гуманистическими. От всего этого лишь одно противоядие — «перепсихопатить психопата». Иными словами, хорошо понимать подобные методы и противостоять им на их же уровне.

Грязные приемы можно отразить, если хорошо их распознаешь. Приведу здесь лишь несколько примеров. Заодно насладимся описанием чистого злобного психопата с истинно деструктивными склонностями — настоящего темного властелина, у которого мы собираемся перехватывать власть над миром, надо всем сразу или лишь на том участке, который решили взять себе.

1. Ложь с примесью правды. Часть правды может выступать как приманка, чтобы потребители информации проглотили большую ложь. Например, люди действительно погибли, и их очень жаль (но виновниками их гибели являются совсем другие действующие лица — и это существенная ложь).

Тесто — правда, начинка — вранье, но глотают все это не жуя.

2. Сниженная стилистика. Особенно часто асоциальные психопаты, стремясь привлечь на свою сторону маргиналов, разговаривают с ними на их языке. Используется тюремный жаргон (нагнуть, отыметь, уделать), намеки на грубую сексуализацию. Современный язык пропаганды в любой стране весьма агрессивен, он то и дело переходит на настоящий hate speech (язык ненависти), порой бравируя откровенной грубостью.

3. Демонизация и дегуманизация, черно-белое мышление. Лжец интерпретирует ситуацию как однозначную: либо ты с нами, либо против нас. Более того, подобный подход постепенно делает ситуацию именно такой, стирая значимые оттенки и разделяя людей.

Настоящему лжецу-социопату всегда нужен враг. Врагами становятся все, кто не разделяет идеи говорящего. Они персонифицируются как зловещие злоумышленники, или как жалкие ничтожества, или предатели. Иными словами, это вообще не люди, им невозможно сочувствовать. Если вы замечаете, что ваш собеседник не считает какую-то группу людей людьми, поставьте, что называется, галочку.

4. Бесконечные повторения, слоганы и мантры. Тут все понятно: чем больше раз мы что-то услышали, тем убедительнее оно звучит. Сказал сто раз — и уже вроде как правда.

5. Запугивание. Страх, тревога — сильные чувства, они могут сподвигнуть человека буквально на все. Поэтому лжец часто пугает, чтобы заставить людей думать и действовать так, как ему нужно (например, что-нибудь покупать, или кого-нибудь травить, или за кого-нибудь голосовать…).

6. Дискурс силы и правоты. Мало кому хочется быть проигравшим; проигрыш ассоциируется со слабостью, слабость — с неправотой. Сила в правде или правда в силе — для тех, кто не задумывается, эти понятия сливаются воедино. Вот почему быть на стороне силы так привлекательно. Лжец может представлять своих противников как слабых, разрозненных, неумелых, заслуживающих презрения, незрелых, психически нестабильных и заранее проигравших, а сторонников лжи — как веселых, здоровых, дружных и бодрых победителей. Таким образом создается впечатление, что единственный выход — присоединиться к общему ликованию (если, конечно, не хочешь стать изгоем).

7. Скрытое вранье. Кроме прямой лжи, социопат может использовать:

• преувеличение существующих привлекательных явлений или обобщение одного хорошего примера до множества;

• затушевывание недостатков и провалов;

• полное скрытие фактов (таких как преступления или даже масштабные фиаско);

• лживые объяснения событий, их тенденциозная подача и комментирование;

• ложные обвинения в нарушениях закона;

• запугивание путем распространения ложной информации и множество других увлекательных приемов.

8. Галоп Гиша. Мой «любимый» прием — его очень часто применяют психопаты с социопатическими тенденциями. Это универсальная риторическая техника из арсенала запрещенных, но очень эффективных приемов. Противника просто забрасывают аргументами, ссылками, цитатами, обвинениями и вопросами — подряд, как из пулемета, так, чтобы невозможно было ни ответить по порядку, ни вообще разобраться, где дельные возражения, а где грубые подтасовки или переход на личности. Лжецы-социопаты используют галоп Гиша в сочетании с эмоциональным тоном, ложью и обвинениями, не давая собеседнику возможности осознать, насколько нелогичными, путаными и противоречивыми являются их идеи.

9. Подстановки и достраивания. Лжец может намекать, использовать расплывчатые, многозначительные формулировки, предлагая собеседнику самостоятельно достроить картинку. Это как с детьми в детском саду: «Вот и вырос наконец в огороде…» («Огурец!» — радостно кричат дети.) Угадывать приятно, ведь, получается, нас самих считают аналитиками и знатоками, нам дают немного самостоятельности под контролем взрослых. Решение, к которому подводят, воспринимается как самостоятельное, а значит, оно всецело заслуживает доверия. «Ты, конечно, понимаешь, как тут правильно поступить…»

10. Альтернативы нет. Драматизируя ситуацию, злостный лжец предлагает «единственный выход» из сложившейся ситуации. Остальные даже не обсуждаются, подразумевается само собой, что они не годятся, не рассматриваются как серьезная альтернатива и давно отброшены. «Если не мой вариант бизнес-плана, то что тогда? Все остальное не сработает!»

11. Перевод стрелок. Мы помним: психопат не виноват! В том числе и злостный — тот не виноват вообще никогда. У него везде расставлены подставные директора, мальчики для битья и козлы отпущения, а когда этих не хватает, виноватым можно назначить вообще кого угодно, от обстоятельств до собеседника, от начальства до подчиненных. Особенно удобно, если вообще все можно свалить на конкретного персонажа: а давайте уволим Билла!

Видите беззастенчивый перевод стрелок — ставьте галочку.

12. Любовь к пафосу. Антисоциальные психопаты любят лозунги и корпоративные гимны, речевки и мемы. Короткая несложная фраза лучше запоминается и кажется более правдоподобной. Выспренные, пафосные слова становятся как бы доказательствами истинности происходящего и устраняют его абсурдность, не дают заметить вопиющих противоречий.

13. Whataboutism («вотэбаутизм»). Отличное английское слово, которое я не хочу переводить. Это типичный пропагандистский прием: в ответ на критику или предполагаемую критику делать ответный выпад, начиная его с «а как насчет…» (What about…) или «а сами-то вы». Именно так действовали советские пропагандисты: «А у вас в Америке суд Линча!» При этом неважно, на правдивый или ложный факт они ссылаются, главное, перебросить мячик. Ясное дело, занимаются этим и политики, и бытовые, и корпоративные лжецы-психопаты.

Раз и навсегда расставим точки над «и». Почему мы не любим антисоциальных психопатов? Очень просто: потому что мы — не они. Никто из нас не обладает силой и энергией, достаточной для того, чтобы в одиночку, шагая по головам, завладеть миром. Нам для этого нужны другие люди. Поэтому нам невыгодно, чтобы наше сообщество превратилось в «плохое» — то есть в такое, где не действуют никакие правила, а работает только жестокость и право силы. Хотя бы потому, что строим его не мы, а значит, нас в этом сообществе ждет какая-то не слишком завидная роль.

Нет, если вы хотите сами построить империю зла или занять место за левым плечом темного властелина — конечно же, милости просим. Но почему-то мне кажется, что эта цель нереалистична.

Тем не менее мы можем поставить себе задачу перепсихопатить психопата. И для начала надо стать явно и недвусмысленно агрессивным человеком.