Ирма вернулась в Солднер-Кантон весьма быстро. Твид Имидж ничего не сделал ей из того, чем пугал. Но и задерживаться там ей не хотелось. В шаттле ее буквально трясло. Каус воспользовался ею, чтобы одурачить и увести в сторону. Она бы купилась на все его басни, если бы не сообщение от Фабриана. В ее голове зрел план мести. Ирма была из тех убийц, которые не оставляли и не прощали обид и унижений. Решить Кауса жизни во что бы то ни стало теперь было для нее делом принципа.

Ойвинд находился в расположении «Зова», когда она прибыла. Ирма кратко обрисовала ему ситуацию, опустив детали про флай-шаттл ГОК с допуском на полет в Полигон-Кантон.

– И что ты планируешь предпринять? – спросил он ее прямо, видя нескрываемое напряжение.

– Для начала мне нужно смыть позор и как можно скорее – бросила она ему направившись в душевой блок. – Погрей мне постель.

– Я тебе тут не на подхвате! Не замена неудачного вечера! – спокойно отшил ее Ойвинд. – И если ты рассчитываешь на мою помощь в этом деле, то напрасно. Я ничего на Гимерре против Патруля делать не буду. Мне тут еще жить.

Ирма подошла к нему близко, заглянула в глаза, затем просто обвила руками шею и крепко поцеловала. Ойвинд не сопротивлялся. Она первая отстранилась и так же спокойно сказала:

– Я дура была, что повелась на этого инспектора… Твоя помощь не понадобится. Ну, разве что советом. Так что не переживай – она улыбнулась. – Погрей постель. Помоги смыть позор.

Ойвинд ответил не сразу, но сделал серьезное лицо и вид, что задумался.

– Даже так! А мне что-то сегодня не хочется… Настроения нет – пробурчал Ойвинд, удаляясь к себе в комнату.

Однако Ирма его остановила:

– А как же «своих не бросаем», а? … Бросишь меня сейчас, когда ты мне так нужен?

Ойвинд остановился на пол пути, повернулся и махнул рукой, соглашаясь. Они поняли друг друга и без слов. Ирма быстро направилась в душевую. У входа сбросила комбинезон. Что-то брякнуло о пол. Она быстро извлекла из-за пояса то, что выкрала у преторианцев после сеанса Морфея. Зачем она сделала это, Ирма сама не знала. Просто ей запал этот термо-клинок, и она не смогла устоять и пройти мимо. Захватив с собой рукоять она нырнула в душевую. Уже оттуда она мысленно бросила Ойвинду, возможно то, что он хотел бы слышать от нее с самого ее прибытия.

В душевой кабине Ирма смогла изучить термо-клинок более внимательно. Эта весьма простая вещица в виде рифленой рукоятки с характерным изгибом под ладонь приятно вибрировала в руке, активируя разогрев лезвия внутри с последующим выкидыванием. Ирма, расслабившись в душевой, неспешно вставила его себя между ног точно так же, как проделала это тогда в нейро-сновидении. Ручка действительно легко зашла внутрь и своим изгибом удерживалась и не выскакивала наружу. Ирма уперлась руками в стенку душевого бокса, расслабилась и слегка сжала бедра. Собственное воображение рисовало ей Карлсона, как живого, который будто находился тут рядом с ней в душевой. Она закатила глаза и звучно выдохнула. Вибрация усилилась. Ноги Ирмы задрожали как в том нейро-сне, и она присела. На ее лице возникла улыбка самодовольства от успеха в скоротечном интимном деле. Она мысленно отключила разогрев клинка. Вибрация прекратилась. Она неспешно встала, отключила подачу пара и вошла в сушилку.

«Сейчас узнаем из какого теста слеплен лучший поверенный «Одина»!».

Термо-клинок почти не мешал движению, а просто слегка отягчал ее снизу. Она вышла и заметила на своей постели Ойвинда, лишь слегка прикрытого покрывалом. Ирма рухнула на кровать рядом с ним, раздвинув ноги. Хотя она ощущала себя настолько уставшей, что ничего не хотела и, по большей, части лежала, как бревно, позволив ему делать с ее телом все, что он захочет. Ойвинд навалился на нее сверху и тут же отпрянул.

– Что за хель! – выругался он, почувствовав у нее внутри нечто.

– А, блин, да… Забыла достать – бросила она, как что-то само собой разумеющееся.

Ирма извлекла рукоять клинка и спокойно отложила его в сторону.

– Ты в своем уме!? Этот преторский клинок отлично срабатывает просто на давление! … Вспорола бы меня сейчас! Вскрыла, как тушку полоскуна!

Ирма кивнула, даже не посмотрев в его сторону. Она по прежнему лежала на кровати, раскинув руки и ноги и смотря прямо в потолок.

– Этот клинок спас мне жизнь там в нейро-сне, причем дважды, а потому заслужил оказаться там, где ты его заметил – указала она рукой на свое интимное место.

– Тфу ты! Ляпнешь тоже!

Он снова навалился на нее, задвигался и заохал. Ее мысли уже были далеко отсюда. Они были там на Полигон-Кантоне, где нужно было во что бы то ни стало решить дело с Патрулем. Какие либо последствия, расследования или санкции ее совершенно не смущали. Она умела делать все аккуратно. У нее были для этого нужные знания, инструментарий и опыт.

Когда именно Ойвинд, утрудившись над ней, уснул, она даже не заметила. Самой быстро провалиться в сон ей так и не довелось. Мысли роились в голове в строгом упорядоченном ритме, решая все нюансы по предстоящему делу. План из идей и набросков преобразовывался во вполне законченную конструкцию с засадой и путями отхода. Наслоившиеся многочисленные детали теперь отшелушивались и отпадали от него, как старая кожа змеи, обнажая весьма простую понятную и лаконичную суть. Ирма не любила сложных планов. Чем проще была задумка, тем больше шансов сделать все правильно и добиться успеха. Удовлетворившись результатом она наконец позволила себе немного расслабиться, и сама не заметила, как провалилась в глубокий сон, ставший для нее с некоторых пор таким редким и таким вожделенным.

– Ирма, твой план слишком рискованный. Я тебе советую согласовать все с «Одином» – отозвался Ойвинд утром, выслушав детали задуманного.

Она заметила, что он не торопился покидать постель, будто боясь потерять ее. Это читалось в его голосе, в том, как он прижимался к ней. Ирме это нравилось. Приятно было осознавать, что она дорога хоть кому-то на этом свете. Хотя с ее стороны сердце было по прежнему холодно, как лед.

– У меня полная свобода делать все для пользы «Зова Вальхаллы». Эти ублюдки должны ответить за Карлсона, за «Слейпниров», за всех павших – бросила она ему.

Ойвинд вздохнул, слез с нее и даже отвернулся.

– Карлсон погиб в бою, как воин, как викинг. Он уже в Вальхалле. Это путь воина, лучший путь – отозвался он, лежа к ней спиной.

Ирма рассмеялась.

– Ты серьезно веришь во весь этот бред? – повернулась она к нему сама.

– Да… Я видел «Одина». Видел его силу, его мощь… Я видел пир в чертоге Асгарда своими глазами… Видел наших павших братьев и древних викингов Земли… Они все там!

Ирма рассмеялась еще сильнее. Ойвинд откинул покрывало и показал ей круглую метку-ожег от какого-то клейма на своей груди. Ирма и раньше видела ее, но внимания не обращала, потому что у наемников было в порядке вещей хранить на теле отметины своих боевых «достижений». Ойвинд, указав на метку, пояснил сам:

– Это знак «Одина». Знак приближения к нему, наивысшего доверия. Он выбрал меня для Вальхаллы. Я попаду туда после смерти, как воин, как один из тех, кто погиб в битве… И я буду верен ему до самого конца!

Ирма напрягла память. Ничего подобного на теле покойного Карлсона она точно не видела. Хотя, правды ради, она и Карлсона полностью голого так никогда и не видела. У самой на теле тоже никаких подобных знаков «Одина» не имелось. Ойвинд заметил эти ее сомнения.

– Не у всех подобные метки, но у избранных. Избранных самим «Одином» … Твой этот «Локи» не попал в число избранных, потому что был слишком своеволен.

– «Один» поощряет инициативу – тут же нашла что сказать Ирма.

Ойвинд кивнул и добавил:

– Верно… Но еще больше он ценит верность и преданность.

Ирме разговор обо всех этих метках наскучил почти сразу же, а потому она быстро сменила тему.

– «Один», конечно, великий руководитель, но он не бог… Хотя я вполне допускаю и верю, что он может проделать подобный трюк со спецэффектами для обращения необремененных умом индивидуумов.

Ойвинд повернулся к ней лицом и спросил прямо:

– А во что ты веришь, Ирма? Жизнь после смерти?

– Какой странный вопрос… Я планирую жить здесь и сейчас, а не думать про то, что будет когда-то там.

– Ты собираешься на очередное весьма опасное дело… Если что-то пойдет не так? Если тебя переиграют и ликвидируют.

Ирма тут же отрицательно покачала головой:

– Все будет хорошо. Не в первый раз. Я продумала детали.

Теперь уже Ойвинд усмехнулся.

– Ты слишком самоуверенна. Для твоего возраста это нормально… Как ты получила командира подразделения без инициации?

Ирма не хотела отвечать на этот вопрос, но потом, все же, решилась на ответ.

– Я получила конунга за другие заслуги – пояснила она, вспоминая, как «Одина» впечатлил ее талант убийцы.

Вспомнила Ирма, что тот ждет их на Йотунхейм вместе с Эйлой, по завершении дел. «Видимо, тогда и будет та самая инициация». Только ей без Карлсона теперь уже ничего не хотелось. Ойвинд отвлек ее от собственных грустных мыслей.

– План твой, Ирма, очень рискованный. Ты плохо знаешь этих Патрулей… Тут тебе не бывшие курсанты, а опытные офицеры.

Она улыбнулась и наигранно погладила Ойвинда по голове, запустив ладонь в его волосы.

– Я тоже не новичок. Внешность обманчива.

Ойвинд ничего не ответил, но вылез из постели и направился в душевой блок.

Ирма суетилась в карго-модуле, собирая импульсную винтовку. Ойвинд зашел позже, когда уже было почти все окончено. Слева от нее лежал приготовленный силовой броне-костюм с элементами активного камуфляжа и с возможностями совершать прыжки и полеты, справа – дополнительное боевое снаряжение, оборудование для подзарядки от светила и разведки, включая самих миниатюрных дронов, и различные приборы. Все это был эксклюзив от Юниона, доработанный спецами «Зова Вальхаллы» еще на «Аламахе».

– Тебе не хватит энергии костюма долететь до Полигон-Кантона – выдал Ойвинд в качестве вердикта, бросив взгляд на ее доспех.

Он не знал некоторых деталей ее плана, не знал нюансов. Ирма была готова к подобному вопросу, но не собиралась на него отвечать.

– Долечу на вере в победу – отшутилась она.

– А обратно? – проигнорировал шутку тот.

Ирма вздохнула. Ойвинд ее начинал раздражать, но она не хотела злиться, желая сохранять трезвость мысли до самого начала своей миссии.

– У меня все продуманно. Так что побереги силы на отчет «Одину».

Шаттл нес Ирму в сторону «Полигона». Снизу стелился весьма унылый характерный пейзаж Гимерры в виде засушливых холмов и потрескавшегося грунта в беспорядке разбросанными валунами и ямами-кратерами. Она следила за ландшафтом, сверяясь все время с тем, что запомнила еще в тот раз, когда летела сюда с Каусом. ИИ флай-шаттла был полностью вырублен, так что ей приходилось полагаться на собственную память и подсказки личного искусственного помощника с нейро-обруча. Заметив искомую гряду вытянутого вдоль линии уходящего за горизонт холма она направила машину вниз к его подножью. Она заприметила это место еще тогда по причине отсутствия крупных камней и валунов поблизости. Кроме того грунт тут выглядело вполне цельно, словно был каменист в основании и слабо подвергался разрушениям во время грави-встрясок. Все это для Ирмы было важно.

Шаттл мягко сел на твердый с виду грунт. Сработали гарпуны, которые закрепили летающую машину на поверхности. Затем выскочившая пара карго-дронов на телескопических конечностях вытащила контейнер, вскрыла его, извлекла и натянула накидку-хамелеон поверх транспортника. Теперь он неплохо вписался в окружающий пейзаж, притворившись крупным валуном.

Ирма вышла наружу, осмотрелась и закрепилась собственным полимерным тросом. До ближайшей грави-встряски оставалось несколько минут. Приближался момент истины. Грунт вокруг внезапно пришел в движение. В небо взмыли мелкие камни и пыль. Ни один крупный кусок или валун не сорвался с места. Сам холм, несмотря на сильную дрожь, даже не шелохнулся. Шаттл, дернувшись немного, тоже остался на месте, будучи зафиксированным тросами. Земля тем временем под ногами дрожала. Ирму неумолимо тянуло вверх, но трос удерживал внизу. Светило совсем померкло и затмилось газовым гигантом-соседом Гимерры полностью. Наступили временные сумерки. Спустя еще некоторое время с небес сквозь пелену пыли проступили первые лучи яркого незамутненного света. Все, что поднялось вверх в небо, стремительно полетело вниз гонимое вернувшимся притяжением планеты.

Ирма едва успела нырнуть под стойку шаттла, чтобы не угодить под каменный дождь. Мелкие булыжники гулко барабанили по хамелеон-накидке, силясь ее продырявить и изорвать, но прочная полимерная ткань с прожилками-нитями схемы модуля активного камуфляжа стойко перенесла «легкую непогоду». Снова наступила тишина.

Ирма собрала вещи, перепроверила снаряжение и, водрузив за спину весьма крупный кейс, взмыла в небо, чтобы перемахнуть ближайший холм. Где-то там начинался тот самый Полигон-Кантон, зона ответственности Кауса – цель ее пути.